Игры Морока. Серия Русский Сонм

Белецкая Екатерина

Просмотров: 728
Категории: Фантастика
0.0/5 оценка (0 голосов)
Загружена 03.08.16
Игры Морока. Серия Русский Сонм

Купить книгу

Формат: PDF, TXT, EPUB, FB2
Избранное Удалить
В избранное!

Авторы: 

БЕЛЕЦКАЯ Екатерина
ЭЛЬТЕРРУС Иар

Русский Сонм – одно из самых загадочных явлений во вселенной. Осколки Сонма – похожие друг на друга планеты, схожие группы языков, культуры, обычаи. И одна общая проблема: Русский Сонм кое-кому мешает, его хотят уничтожить. Почему? Что такого особенного в этих планетах… и в тех, кто на них живет? Что может случиться со вселенной, если Русский Сонм исчезнет?

Мир, который называется Апрей, несет осколок Русского Сонма, но что-то пошло не так. За внешним благополучием прячется никому не ведомый темный ужас, поработивший мир сорок лет назад. Население Москвы – больше пятидесяти миллионов. Неведомая сила убивает детей. Ходят легенды о Черном человеке. В подземных коммуникациях загадочные спирит-хантеры ведут охоту на призраков. Миром овладела сила, подменившая собой демиурга и искалечившая почти все население планеты. Такова цена еще одного эксперимента Официальной Службы. Команде, состоящей из ее бывших сотрудников, предстоит разобраться в ситуации. Но что можно сделать, если правила игры установил сам неуязвимый Морок?..

Пролог

Тварь.
Вот ты где, тварь. Совсем немного ошибся, проскочил нужный этаж. Понастроили коробок… Коридоры, переходы, и почти везде темнота. Но это как раз хорошо, и красный отсвет заката тоже хорошо, и то, что освещение пока что не включили в полутемных коридорах.
Шевелится. Разевает рот, шевелится. Слабое, беспомощное… розовое, слюнявое, маленькое… мерзость какая…
Меня не обманешь. Ты меня не обманешь, тварь. Вот этой безобидной внешностью, этими крошечными ручками, бессмысленным взглядом.
Потому что я вижу тебя совсем иначе. Совсем. О, я прекрасно вижу – и высокую трибуну, и людское море внизу, и твои руки, воздетые к небу, и вопль толпы, один стотысячный голос, рвущийся из глоток; я вижу, как поднимается этот вопль к точно такому же закату, и как становятся тесными улицы, а еще я вижу…
Этих всех тоже не должно тут быть, и виноват в этом будешь ты, потому что ты приведешь их сюда, они твоей волей придут сюда, и они захотят решать, и все вы, все, без исключения, решите – то, что не нравится мне. Мне – так не нравится.
Я не хочу – непокорности.
Я не хочу – простора.
Я не хочу – сомнений.
Я хочу, чтобы всё оставалось, как оно есть.
И сейчас я заставлю тебя замолчать. Как и всех других.
…Еще один поворот, и как же хорошо, что можно так двигаться: легко, свободно, без преград и препятствий. Для меня нет дверей и запоров, для меня нет высоты, холода, страха, боли…
Самка, конечно, поднимет визг. Они всегда поднимают визг, безмозглые, тупые, они всегда вопят, они не понимают, что привели в мир; идеальным было бы убивать сразу самок, но, к сожалению, пока не появится тварь, это бесполезно, можно ошибиться. Пусть визжит, ничего. Пройдет время, и она смирится. Привыкнет. Или сдохнет. Всё равно.
Комната. Светленькая милая комната – в самый раз для живой игрушки.
Не видит? Да, пока не видит. Пока я не позволю, и не увидит.
Вот теперь – уже можно.
Знай, тварь, не ты – тут хозяин.
Хозяин – я.
А ты – опять опоздал.
Как и все вы, ты опоздал – лет на пятьдесят.
Еще один длинный скользящий шаг, слабый хруст… иди прочь, бесприютная отныне душа, прочь, вон, из этой хилой хрупкой оболочки.
Прочь, пока ты не натворила тут дел!
…Скольжение по теням, всё дальше, всё ниже – от истошного женского крика, от плача, от голосов, от металлического лязга лифтовых дверей, от запахов, от света; прочь, вниз, в темноту, ласковую и теплую; прочь, прочь, прочь…
До следующего раза – когда придет ощущение, что в уютном и ровном пространстве возникло еще одно такое чудовище… как то, что лежит сейчас в своей колыбели со сломанной шеей.
До следующего свидания…


Часть I
Красный закат Арпея

01
Приятные неожиданности

- Ну и кто есть кто? – правая Джессика прищурилась.
- Давай-давай, - поторопила левая.
- Решай скорее, - правая тряхнула волосами.
- А еще бил себя пяткой в грудь, и говорил, что мигом вычислит.
Ри в замешательстве потер подбородок. Крякнул. Обошел обеих Джессик, внимательно всматриваясь. Снова потер подбородок. Решительности у него явно поубавилось, а ведь всего полчаса назад он с чувством легкого превосходства утверждал, что отличит с закрытыми глазами.
- Ри, быстрее, есть хочется, - снова поторопила левая Джессика.
- Ну… ты, - ткнул Ри пальцем в правую.
- А вот и фиг тебе, - ответила Джессика голосом Ита. – Выигрыш отдашь завтра. Натурой.
- Какой натурой? – встревожился Ри.
- Перекопаешь землю под цветы, где я скажу, - Ит вышел из метаморфозы и, не выдержав, наконец-то рассмеялся. – По-моему, получилось неплохо.
- Отлично получилось, - подтвердила настоящая Джессика. – Я на себя как в зеркало смотрела. Кстати, эта прическа мне не идет. Волосы сзади какие-то… - она сморщила нос. – В общем, буду отращивать. Ри, ты не против?
- Господи, конечно не против, о чем ты!.. Ит, ты на счет цветов пошутил, надеюсь?
- Надейся, - покивал Ит. – И не думал даже. Но можешь не переживать, втроем быстро управитесь.
- Втроем?..
- До тебя мы успели поймать Скрипача и Кира, - пояснила Джессика. – Ит, мою кофту и брюки на место положи, пожалуйста.
- Хорошо… Ребята, сделайте доброе дело, помогите Бертику, она там опять решила вытащить фарфор, расставить надо, и…
- Сейчас, - Джессика встала.
- Малыш, сиди, я сам всё сделаю, - Ри улыбнулся.
- Не морочь голову, - попросила Джессика.
- Я не морочу, но тебе тяжелое поднимать нельзя.
- С каких это пор фарфоровая тарелка стала чем-то тяжелым?!
- Ну, мало ли…


***
Это замечательное обстоятельство выяснилось месяц назад.
Джессика, после нескольких дней раздумий о том, что с организмом явно что-то неладно, ничего не говоря Ри, пошла к Фэбу – хорошо иметь дома собственного врача, да еще такого уровня. Обращаться к кому-то другому ей не хотелось. Честно говоря, она боялась. Сильно боялась.
Солнце взошло всего час назад, но дом был уже пуст: Скрипач, Ит, и Кир полетели в Саприи, на встречу с кем-то из создаваемого сейчас Сопротивления, оба Мотылька там же пропадали уже неделю, принимали экзамены в своей эмпатической школе, а Ри с Бертой отправились еще с ночи на транспортный терминал, встречать очередную группу, прибывшую на какую-то консультацию.
Фэб обнаружился в кабинете Берты, он сидел за Бертиным столом и читал – когда Джессика подошла поближе, она обнаружила, что читает он новую главу «Насмешников». Ит снова начал писать эту приключенческую ерунду? Странно. Кажется, он говорил, что больше не будет, времени нет.
- А я всё ждал, когда же ты решишься, - Фэб свернул терминал, и повернулся к ней.
- Так что, правда? – замирая от страха, спросила она.
- Правда, - Фэб улыбнулся. – Мне кажется, будет мальчик. Но ты всё-таки проверься у Найти, хорошо?
- О, Господи… - Джессика почувствовала, что колени внезапно ослабели. Села в кресло рядом со столом, на несколько секунд прикрыла глаза. – Быть того не может…
- Почему? – Фэб удивленно поднял брови. – Почему у здоровой молодой женщины и здорового молодого мужчины, любящих друг друга, не может быть детей? Вполне естественное развитие событий, я считаю.
- Фэб… - Джессика, наконец, открыла глаза. – Столько лет… и ведь ничего не получалось! Мы и не думали про это!.. Тем более что Ри… он ведь сто раз говорил, что… - она осеклась. – Что он стерилен… и…
- Чего? – Фэб нахмурился. – Он? Откуда он взял эту чушь?
- Но ведь ни с Марией, ни со мной…
- Так, - Фэб решительно встал. – Пойдем в садик, подышим воздухом, выпьем кофе, успокоимся, и нормально побеседуем, хорошо?
Джессика покорно кивнула.
…Многолетний стресс. Нервотрепка. Вы ведь жили десятилетиями фактически на фронте, что до Терры-ноль, что на Терре-ноль – и, видимо, как-то подсознательно влияли на этот процесс. А госпожа Мариа Ральдо вообще никогда не хотела детей, единственное, что она вообще в этой жизни хотела – так это власти. И вообще про нее лучше не вспоминать. Хотя бы сейчас.
Джессика, твоё подсознание понимало, что это не самая хорошая идея: растить ребенка на кластерной станции, или, того хуже, бегать из одного мира в другой, подвергая его жизнь опасности. Ты согласна с этим? Вот и не получалось. А сейчас… видимо, ты ощутила безопасность, и Ри ощутил, ну и вот… почему нет? Ты ведь сама этого хотела? Ну скажи, хотела?
- Фэб, конечно хотела, - Джессика смотрела Фэбу в глаза и улыбалась. – Ри с ума сойдет от радости.
- Обязательно, - серьезно кивнул Фэб. – Так вот…
Тут, на Окисте, всё стало иначе, согласись. Тут – покой. Мир. Замечательный дом, море, горы, свобода. Тут действительно чудесное место, в котором очень хорошо жить. Да, Джесс, именно жить – и твоё подсознание всё поняло совершенно правильно. Так что можно поздравить тебя и Ри. Всё будет хорошо.
- Оно и есть хорошо, - Джессика вздохнула. – Я даже не думала, что вот так… что в моей жизни это всё будет.
Сейчас они сидели в маленьком садике у южной стены дома. Садик этот был предметом особой гордости Ита и Скрипача. Третий год они, не покладая рук, трудились, и в результате садик вышел просто загляденье. Каменную стену дома закрывал ковер вьюнка, цветущего маленькими белыми цветочками. Вдоль стены была устроена «каменная гряда», растения для которой Ит и Скрипач подбирали почти год, гряда изображала самые настоящие горы, где мох, травы, и камнеломки выглядели как деревья, а еще Скрипач подвел к «горам» воду, и сделал самые настоящие речки. Горные речки. В масштабе один к ста. Дальше – располагалась выложенная плоскими каменными плитами площадка (почти точно такая же была в их старом доме, а потом – в доме на Терре-ноль, неподалеку от деревни Борки). А потом начинались клумбы, цветы на которых росли самые разные. И однолетники, и многолетники, и местные, и привозные… Между клумбами стояли удобные деревянные лавочки, сделанные Итом, и на одной такой лавочке как раз и сидели сейчас Джессика и Фэб.
- Ты говоришь, что будет мальчик? – Джессика вопросительно поглядела на Фэба. – А как ты это понял?
- Собственно, я это понял месяц назад, - признался Фэб. – Фон изменился. Ну, твой фон. Но я решил, что не нужно торопиться, и…
- Мог бы раньше сказать.
- Нет, не мог, - Фэб покачал головой.
- Почему?
- Нельзя. Ты должна была понять сама. Это твоя радость. Твоя и Ри.
- А другие… как думаешь, что скажут?..
Фэб расхохотался.
- Увидишь, - пообещал он, отсмеявшись. – Вот прямо сегодня и увидишь.


***
Вечером, как и предположил Фэб, началось «веселое безумие». Берта, услышав новость, ахнула, расцеловала Джессику, и кинулась на кухню с криком «срочно торт!»; Скрипач подмигнул Ри, показав ему большой палец, и отправила на кухню вслед за женой – помогать; Ит, тоже обняв Джессику, шепнул ей на ухо «ну, мать, ты у нас молодец», зачем-то пошел на участок, прихватив Кира (потом выяснилось, они решили спланировать, где будут делать игровую площадку); Мотыльки тут же рванули наверх, на третий этаж дома – прикидывать, какая комната из пустующих лучше подойдет для детской, а Ри бродил между всеми, и то и дело спрашивал – как же это получилось?
- Давай я тебе объясню, - Скрипач, которого Ри поймал этим вопросом четвертым, сделал серьезное лицо. – А то ты, видать, не знаешь, как это бывает. Так вот. Сначала люди друг в друга влюбляются. Мужчине нравится женщина, женщине мужчина. Понимаешь, да? Потом…
- Я тебя урою, - пообещал Ри.
- Меня-то за что? – удивился Скрипач. – Мы, уж прости, двоих детей вырастили. И стопроцентно знаем, откуда они берутся. Теперь твоя очередь, гений. Каков вопрос, таков ответ. Ты спросил, как это получилось – я отвечаю. Дальше объяснять?
- Ой, да иди ты…
Вечером устроили застолье – с музыкой, с гостями, с подарками. Счастливая раскрасневшаяся Джессика сидела во главе стола, рядом сидел до сих слегка обалдевший Ри, который то и дело спрашивал жену – тебе что-то положить? Налить? Принести? Унести? В конце концов, Джессика, у которой уже голова шла кругом от его заботы, погрозила мужу кулаком, и приказала «сидеть спокойно, пока я не рассердилась».
- Психиатрическая клиника, - констатировал Кир, когда они вышли покурить на улицу. – Кажется, у гения поехала крыша.
- Да не «кажется», а на самом деле поехала, - подтвердил Ит. – Впрочем, неудивительно. От таких событий у любого крыша поедет.
- Это точно, - согласился Скрипач. – Но ничего. Первый месяц он будет от радости из штанов выпрыгивать, потом слегка успокоится. По себе знаю.
- Угу, - кивнул Ит. – Рыжий, дай эту хрень от запаха.
Курили они теперь совсем мало. Фэб не любил запаха дыма, но больше всего его расстраивал не запах, который вполне можно перетерпеть, а то, что курение было действительно очень вредной штукой.
- Вы понимаете, что у вас в результате помойки вместо легких? – сокрушался он. – Помойки! Грязь! Вот эта вот черная дрянь… смола… Ее пока выведешь…
В результате сошлись на следующем: курили максимум четыре легкие сигареты в день, и разрешили Фэбу отслеживать общее состояние. Скрипач, конечно, для приличия поворчал, но потом по секрету признался Берте, что на самом деле он доволен. Нет, курить бросать они не собирались, но последнее время стало не до сигарет.
Форма, настоящая рабочая форма, постепенно возвращалась; они усложнили тренировочный курс, кардинально переработали оставшиеся метаморфозы, они включили в новую программу техническую базу – к вящей радости Кира с Итом, которые к технике были неравнодушны. Ри стал тренироваться наравне со всеми, мало того, он, по его собственным словам «тряхнул стариной» и вплотную засел на астронавигацию. А Тринадцатый и Брид так и вовсе удивили всех, когда в один прекрасный день сообщили: они на два месяца покидают планету, потому что летят проходить первичный курс обучения у Мастеров Путей, работающих проходы Вицама-Оттое. Одних их, конечно, не отпустили, с ними отправились Кир и Фэб…
Проще говоря, скучать и курить им постепенно становилось совершенно некогда. Поэтому курили редко, по случаю. Пили и того реже, алкоголь и тренировки в таком режиме были просто несовместимы.
Но иногда, изредка, всё-таки позволяли себе расслабиться.
Как сейчас, например.
- …И всё равно, мужики, вот я конечно понимаю, но… Но это же просто… ну быть того не может! – Ри улыбался, как придурок. – У меня будет сын. Мама дорогая… Да я поверить не могу. Не, народ… вы представляете?! У меня! Будет! Сын!..
- Да представляем, представляем, - Ит покачал головой. – Гений, ты только остынь немножко, потому что сын у тебя будет точно не сегодня. Еще несколько месяцев придется подождать. Наберись терпения.
- Ит, ему это сейчас бесполезно говорить, - заметил Кир. – Он не понимает.
- Ага, у нас сегодня все непонятливые, - огрызнулся Ит. – Особенно те, которым я сказал бычки в петуньи не бросать. Кир, давай ты будешь их всё-таки класть в пепельницу, а?
- Ой, отвяжись, язва, - скривился Кир. – Подумаешь, один раз…
- Если бы один, я бы не ругался!
- Парни, это ж чума! Сын, блин! Нет, вы представляете?!
- Бычки в цветы – это натуральное хамство!..
- Я не нарочно!
- А она подходит, и говорит: «Я тебе сейчас такое расскажу…»
- В петуньи!..
- Твою мать, у меня от вас голова уже распухла!!! – заорал Скрипач. – Заткнитесь вы все, наконец! Мне дадут сегодня сказать? Чего вы разорались?!
Ри с Итом разом замолчали, Кир открыл было рот, чтобы что-то в очередной раз возразить, но тут же закрыл обратно – для этого оказалось достаточно один раз посмотреть на рассерженного Скрипача.
- Так что ты хотел сказать-то? – осторожно спросил Ит.
- Я про сегодняшний разговор в Саприи.
- Ах, это… - Кир пожал плечами. – Мы же отказались, вроде.
- Мы – да, но Ри пока не в курсе. Гений, очнись, и послушай, пожалуйста.
- Чего?
- Я хотел поговорить про то, что нам рассказали на счет Апрея, и…
- Рыжий, я тебя умоляю, давай не сегодня!


***
На просьбу троих ребят из Сопротивления они, разумеется, ответили «нет». Собственно, просьба была какая-то очень расплывчатая и туманная, без конкретики. «Может быть, вы посмотрите…» «Как вы думаете, почему это может быть?..» «Мы вот не поняли…»
- Так что не поняли-то? – безнадежно спросил в очередной раз Кир.
Делегаты беспомощно переглянулись, старший пожал плечами.
- Володя, вы можете говорить конкретнее? – попросил Ит.
- Не могу, - светловолосый сероглазый Володя беспомощно развел руками. – Ит, вот честно, фигня какая-то…
- Что фигня, мы уже догадались, но суть проблемы вы пока что так и не назвали, - поторопил Скрипач.
- Так ее нету, сути…
Разговор этот происходил в квартире на сороковом ярусе, которую они оставили за собой еще два года назад, когда переезжали в дом. Сейчас квартира служила всем подряд: то в ней останавливался кто-то из многочисленных гостей, то проходили совещания вроде сегодняшнего, то Мотыльки оставались ночевать в компании своих учеников из эмпатической школы. Сейчас в самой большой комнате поселились на несколько дней вот эти трое молодых ребят из Сопротивления. Ребята прилетали уже не в первый раз, больше всего их интересовала монография, которую писал Ит, и иногда, очень изредка, они просили совета по каким-то вопросам. Не особенно сложным, надо сказать.
Но сегодня…
- Володь, Олеж, давайте по порядку еще раз, - приказал Ит.
- А что толку по порядку, если вы не полетите всё равно? – нахмурился Олег. Тоже высокий, тоже светловолосый – кажется, они с Володей двоюродные братья. – Какой смысл рассказывать?
- Смысл – информация может пригодиться для работы, - пояснил Ит.
Скрипач согласно кивнул.
Третий парень, до этого момента молчавший, поднял голову и уставился на Ита рассерженным взглядом.
- Ит, вы пишете, что всегда существует две волны, так? – резко спросил он. – Как минимум – два внутренних источника возмущения в пределах Осколка Сонма. А у нас их вообще не осталось!.. И я думаю, что не просто так!
- Это уже интереснее, - прищурился Ит. – А конкретнее можно?
- Можно. Вы даете схему, я прав? Осколок Сонма – Россия – плюс противостоящая сила… у нас это США, где-то – Германия, где-то Йапи, где-то…
- Деление, как Терре-ноль, там США и Санди Маунтан, - кивнул Ит. – Да, верно. Так и есть. К чему вы это, Юра?
- А к тому, что у нас никакого противостояния нет. США дохлые. И внутри России никаких двух фракций тоже нет. Одна, и та на ладан дышит, - ощерился парень. – Я понимаю, что вы не хотите к нам ехать и смотреть… Тем более, что мир под официалкой, чтобы ее черти взяли, и…
- Юр, тебе сколько лет? – поинтересовался Кир.
- Двадцать четыре. А что?
- Да ничего, - Кир улыбнулся. – Кажись, ты такой же упертый, как я. Ну, продолжай.
- Да нечего продолжать. У России словно голову отрезали, понимаете? – Юра дёрнул плечом. – А вместо головы поставили…
- Жопу, - подсказал Скрипач. Олег и Володя синхронно кивнули. Кир заржал. Ит прикрыл глаза ладонью.
- Да, жопу! – ощерился Юра. – Вол, а что, нет?.. Ну, положим, у нас как-то еще ничего, а в Штатах вся власть действительно у жопоголовых в руках. Ит, они тупые!.. Блин, я не могу объяснить, это видеть надо! Такое ощущение, что мир чокнулся! Ну совсем чокнулся!
- А раньше было иначе? – Ит задумался.
- Да, раньше было иначе. Прикол в том, что до… ну, до официалки и до Молота, которые к нам приперлись… в общем, всё было так, как вы пишете о Сонме. Мы читали. Просто один в один. Но сейчас…
- Маразм сейчас, - скучным голосом подтвердил Олег. – Если два правительства двух супер-держав месяц решают вопрос, можно ли добавлять ароматизатор в жевательную резинку – это нормально?! Если на полном серьезе обсуждаются штрафы за бездетность, которые с инвалидов брать собираются – это нормально? Если и с той и с другой стороны у власти – два идиота, причем они по сорок лет сидят уже у этой власти, это тоже нормально? Они мало что старики, но они действительно идиоты! И их даже никто не выбирал!!! Два этих старых пердуна как из воздуха возникли, по обе стороны океана, и сидят… нет, вы не понимаете. И понимать не хотите.
- Юноши, милые, мы-то что можем сделать? – проникновенно вопросил Скрипач. – Возможно, вы правы. Возможно, у вас действительно какой-то сбой произошел. Но мы тут с какого бока? Мы ничего не решим, а даже если и решим, что это даст?
- Юра, ваш мир, Апрей, попал в эксперимент с линзами, который проводит официальная и Молот, - осторожно начал Ит. – Да, больше сорока лет назад был начат этот процесс, и у вас, и на Соде. И сбои неминуемы. Но система, любая система такого уровня – гомеостат, и она сумеет выправиться рано или поздно…
- А если не сумеет?! – Юра повернулся к нему. – Если нет, тогда что?!
Ит печально смотрел на него.
Какие хорошие мальчишки… Смелые, честные, умные. Принципиальные. Мы такими не были. Может быть, потому что мы в те годы не знали толком, что такое Родина. Не понимали. Поняли гораздо позже, уже в зрелости. А они… Они выросли на своей земле, и они свою землю – любят.
Очень сильно любят.
Не любили бы – не пришли бы сюда просить совета. Не вступили в Сопротивление. Не вышли бы – вот так – на борьбу с чем-то, что пока не в состоянии даже осознать…
Он и сам чувствовал: что-то действительно не так, ребята правы, что-то с их миром происходит нехорошее, дурное; и, может быть, что-то действительно можно было бы сделать. Вопрос – как. И – что.
- Давайте поступим следующим образом, - примирительно начал Ит. – Вы задержитесь тут на пару недель… Олег, не делай такое лицо, мы оплатим вам и жильё, и всё прочее. Для нас это слёзы. Так вот, поживете, пообщаемся, попробуем разобраться. Если… - он задумался, потёр подбородок. – Если мы сумеем придти к какому-то выводу, то, возможно, сумеем дать совет. Хотя бы.
- А если поймем, что нужно прогуляться с вами, потому что информации не хватает, то и прогуляемся, - Кир легко встал. – Не факт, что это потребуется. Скорее всего, наше присутствие будет ненужным.
Володя тяжело вздохнул. Юра с неприязнью глянул на Кира, и отвернулся. Олег вопросительно посмотрел на Ита, тот виновато пожал плечами.
- Мы не панацея, - попытался объяснить он. – Мы не так много можем.
- Может, и не панацея, - согласился Олег. – Но «Теорию и обоснования Русского Сонма» написали всё-таки вы.
- У вас там хоть тепло? – невзначай поинтересовался Скрипач.
- Почти как на Терре-ноль, - улыбнулся Володя. – А что?
- Мы после Сода всё никак не отогреемся, - пояснил Скрипач. – Вот если бы у вас было холодно, мы бы к вам точно не поехали.
- Так вы поедете?
- Подумаем.


***
Берта, Кир, и Фэб ради этого разговора удрали подальше. Семье сказали, что нужно сделать кое-какие дела в Саприи, и на самом деле полетели в Саприи, но не ради «дел», на которые ушло в итоге полчаса, а ради этого разговора. Поняли, что Скрипач с Итом уже готовы согласиться на поездку незнамо куда и незнамо зачем, и сбежали – советоваться.
- Не отпущу, - категорически заявил Фэб, едва они закрыли зону индивидуального обслуживания в одном из кафе на верхнем ярусе Саприи. – Одних не отпущу. На самом деле я бы вообще не отпускал. Я категорически против. Ит всё еще спит по десять часов в сутки, причем не высыпается, они в себя едва пришли…
- Согласен, - кивнул Кир. – У них троих до сих пор мозги набекрень.
- Ну и как мы их не отпустим? – горько спросила Берта. – Вам Эрсай сказал, что под вашу ответственность. Давайте, решайте.
- Не удержим, - покачал головой Фэб.
- Это точно… - Кир раздраженно засопел. – Фэб, псих всё так же?
- А ты сам не видишь? – Фэб грустно посмотрел на Кира.
- Вижу…
- Давайте закажем что-нибудь, не сидеть же без ничего, - предложила Берта.
Кабинет им достался замечательный – светлые стены, полукруглый мягкий диван (тут почему-то для компаний чаще всего ставили именно такие), симбио-стены с плавно текущими по ним световыми волнами, и, в довершении – великолепный вид на горы и закат, заливший половину неба алыми и розовыми сполохами.
Взяли каких-то закусок, Кир, разумеется, заказал имитацию мяса; Фэб, поколебавшись, выбрал в меню блюдо из новинок, а Берта, которой есть не хотелось совершенно, решила ограничиться стаканом фруктового сока и кофе.
- Если не получится удержать, пойдем с ними, - подвел неутешительный итог Фэб. – Но только мы. Берта, вы остаетесь. То, что вы обе не пойдете никуда в этот раз, я думаю, обсуждению не подлежит.
Берта, прищурившись, посмотрела на него.
- Почему? – с вызовом спросила она.
- Потому что есть еще одна причина, по которой я бы попросил тебя остаться, - Фэб до сих пор осторожничал, и напрямую мало о чем говорил. – Но о ней не сейчас.
- И тебя, и Джесс мы оставим дома, - подсказал Кир согласно. – Вообще, тут я подписываюсь на все сто. Уж кем, а вами мы рисковать совсем не хотим.
- А собой, значит, можно, - поддела его Берта.
- Собой… проще как-то, - пожал плечами Кир.
- Дорогой мой, знаешь, когда тебя закапывали, я… - Берта осеклась. – Вот вы, оба, поставьте себя на моё место, а! Ну, поставьте! Или на место Джессики!.. И на секунду представьте себе, что именно мы обе ощущаем, когда вы уходите куда-то!.. И если бы нормальные были, так ведь до нормальности пока что далеко! Они все хороши, как не знаю что уже вообще!.. Что Ри, который по четыре раза за ночь встает – то курить, то воду пить, то на улице сидеть; что рыжий, который тоже по ночам по дому шатается, проверяет, все ли на месте, а днём ересь всякую городит, которую слушать страшно; что Ит, который из твоей, Фэб, майки не вылезает, потому что до сих пор поверить не может, что ты вернулся! Я понимаю, что двигаться придется обязательно, в любом случае мы тут навечно не останемся, но сейчас, после всей этой мясорубки хотя бы год еще почему нельзя отдохнуть?!
- Бертик, так там ничего делать не придется, - Кир улыбнулся. – Прокатимся, поглядим, что да как, и вернемся. Там ведь ничего криминального нет. Ни войны, ни революции, ни печек-лавочек.
- А официальная? – прищурилась Берта.
- А что – официальная? – удивился Фэб. – Делегация объяснила, что мир, по сути, в карантине. Они ни во что не вмешиваются.
- Мы – до сих пор по статусу заложники, - напомнила Берта. – Они имеют право…
- Не имеют, - возразил Кир. – Там – не имеют. Тем более что мы не будем затрагивать то, что в их юрисдикции.
- Сговорились, да? – Берта тяжело вздохнула.
- С кем? – не понял Фэб.
- Видимо, с Мотыльками. Они тоже за эту вашу… эпопею. Они хотят с вами. Их я переубедить не смогла.
- Малыш, но ведь надо когда-то начинать, - тихо сказал Кир. – Ты не волнуйся так. Мы через месяц обратно вернемся. Увидишь. Честно.
- Кир, а ты сам в это веришь? – горько спросила Берта.
- Знаешь, верю. Почему-то верю.
- А теперь с умным видом ты должен сказать то, что обычно вы все говорите.
- И что же? – Фэб прищурился.
- Что не всё от вас зависит…


02
Красный закат


Уговорились в результате на месяц, если по Сонму. А больше ни-ни, потому что Джессика будет волноваться, Берта будет волноваться, Ри будет волноваться, в общем, все будут волноваться, а это как-то совсем не весело и никому не надо.
Отправиться решили на собственном корабле, который полгода как пришел с верфи, и который пока что использовали только для тренировок. Корабль этот изначально проектировал Ри, а потом проект доводили до ума инженеры-рауф в том мире, в котором был размещен заказ. Корабль обошелся в сумму, сначала показавшуюся всем запредельной, но потом оказалось, что сумма вполне разумная, с учетом того, что представлял собой этот корабль.
Впервые увидев результат, Скрипач сначала несколько минут молча всматривался, а потом с восторгом произнес:
- Какая вкусная машина…
Во «вкусную машину» Ри с проектировщиками сумели запихнуть, по словам Ри, «всё, и еще немножко сверху». Так называемый живой корпус, на данный момент поддерживающий около десяти тысяч трансформаций, и способный обучаться новым. Двадцать восемь огневых точек (куда тебе столько? ну, мало ли…). Тройное дублирование ходового модуля, способного имитировать работу практически любого известного двигателя пространственных судов такого класса. Адаптация практически к любым видам проходов: и сетевых, и разовых. На борт корабль мог брать двадцать человек, а при большом желании можно было бы разметить сорок. Система жизнеобеспечения – одна из редчайших биотехнологий Зивов, не убиваемая практически вообще ничем, даже при сохранности всего лишь пяти процентов этой системы она продолжит существовать и работать. Кинестетическое импульсное управление, которое Ри «слизал», основываясь на управлении чужим катером контролирующих. И так далее. И тому подобное.
- Ну, это, конечно, не секторальная станция, но вполне себе ничего, - скромно отвечал Ри. Благодарили его за проект и реализацию все. – Да не за что, ребята. Уж как сумел. Но я старался.
Долго спорили, как назвать корабль; хотели бросать жребий, но вовремя поймали за руку Скрипача, который на всех бумажках успел написать «Люся» (у Скрипача все механизмы и машины так назывались, и тут он от своего правила отходить не собирался), потом решили обсудить каждое название, и в результате долгих споров победили Джессика с Бертой. Корабль назвали «Ветер», и, по общему мнению, это имя подошло машине лучше всех других.
- Что-то в нем такое определенно есть… летящее, - Фэб, который до сих пор почти со всеми на всякий случай соглашался, в этот раз говорил совершенно искренне. – Поразительно красивая машина.
…Сейчас «поразительно красивая машина» ждала своей очереди на проход через сеть Ойтмана: решили пока что не афишировать себя, не светиться до времени. Ри преобразовал корабль, и к проходу в результате подошел малый круизный лайнер. Приписка – Окист, документы в полном порядке, всё легально.
Ждать предстояло четыре часа, через проход шло несколько крупных транспортов, причем с какими-то приоритетными грузами.
- Глянец, - пробормотал Ит. – Какое-то оно всё… неправильное.
- Ты вообще о чем? – не понял Скрипач.
Они решили подремать в своей каюте, но спать не хотелось, и сейчас Скрипач забавлялся тем, что менял в каюте цвет стен и освещение, а Ит просто лежал на койке, положив руки под голову, и рассеянно смотрел в никуда.
- Три года, рыжий. Три года мы как сыр в масле… понимаешь? Мы рвали себе жилы, выдираясь из черти чего, жилы выдрали, сами выдрались, и что?..
- А правда, и что? – стены каюты позеленели, потом пожелтели.
- А ничего, - огрызнулся Ит. – Я себя собой не чувствую. Нет, оно конечно хорошо: и спать сутками, и тренироваться, и денег завались, и всё, что хочешь, к твоим услугам, но… По-моему, ты это чувствуешь тоже. Стагнация. Болото.
- Ну… ну да, наверно, - меланхолично согласился Скрипач. Стены каюты стали бледно-сиреневыми. – Мы не сумели к этому привыкнуть.
- Никто из нас не сумел, - уточнил Ит. – Вроде всё хорошо, да? Цветочки сажаем, на катерках летаем… фу ты, не знаю просто. Ты заметил, что Фэб постоянно торчит рядом с Киром?
- Заметил, - фыркнул Скрипач. – Не просто торчит, они последние полгода вообще в одной комнате живут. Словно Фэб…
- Словно он признал Кира главным, и…
- И старается как-то показать это, - закончил Ит. – Оправдаться за что-то.
- За то, что его сто двадцать пять лет не было, - подсказал Скрипач. Стены покраснели. – Он пытается вписаться в жизнь, в которой он отсутствовал. И чувствует себя за это отсутствие виноватым.
- Угу, - кивнул Ит.
- Идиот, - резюмировал Скрипач. – Впрочем, ты тоже идиот. Вот что тебе мешает опять…
- Хрен его знает, - пожал плечами Ит. – Понятия не имею, если честно. Одна моя половина осознает, что он здесь, другая поверить в это не может. Видимо, я просто разучился.
- Достало это твоё раздвоение личности, - проворчал Скрипач. Стены посинели. – Ты уже определись, что ли.
- Дай мне время, - попросил Ит. – Я, видимо, еще не готов.
- Угу, ходить в его майках ты готов, - хмыкнул Скрипач. – Зачем?
- Чтобы чувствовать, что он здесь, видимо, - неуверенно ответил Ит. – Я действительно не готов стать гермо… в том смысле, в котором положено им быть. И, знаешь, - он перевернулся на бок. – Вот про эту стагнацию… Я сейчас скажу полную бредятину, но мне кажется, что я прав. Мы очень вовремя оттуда смылись. Потому что еще полгода, и у меня мозги бы закисли окончательно, не знаю, как у тебя.
- Возможно, - осторожно заметил Скрипач. Синий цвет стен снова сменился на красный. – Я от этой поездки, честно говоря, много не жду. Но хотя бы встряхнуться как-то, да?..
- Ага, - кивнул Ит. – Собственно, это такая маленькая разведка получится. Почитаем всякую ерунду в местном универе, погуляем, осмотримся. Что приятно – всё легально, прятаться не надо, скрываться не надо.
- Ну, почти не надо, - поправил Скрипач. – Мы не только преподавать туда идем.
- Знаешь, что меня смутило? – Ит сел. – То, как они обозначили состав нашей делегации во время переговоров. И то, что мир потребовал в своё время независимый путь технического развития.
- Независимый путь технического развития – это модель Терры-ноль, - подсказал Скрипач. – Там тоже запрещены по большей части чужие технологии. Используются преимущественно свои.
- Там это обосновано. Тут – нет, - возразил Ит. – Терра-ноль – вне юрисдикций, по сути дела. Апрей – вроде бы стандартный реестровый мир. Со всеми присными, типа Транспортной сети и кадастровой столицы. То есть тут парадокс получается, видишь? Они поддерживают контакты с двумя десятками миров, но при этом чужие технологии не используют, ориентируясь на собственный путь технического развития. Это бред, рыжий. Потому что любой нормальный мир, что Индиго, что Маджента, при таких же исходных условиях старается скупить максимум чужих технологий, и пустить их в ход.
Скрипач задумался. Стены потемнели, стали серо-черными.
- Так и оставь, - попросил Ит. – Задолбал уже своим калейдоскопом.
- Тогда вопрос – зачем им это нужно?
- А вот хрен знает. И состав, то есть непосредственно мы. Нам дали разрешение на въезд только после чего? Правильно. После того, как с Окиста был отправлен пакет данных по семейной лояльности. Официальной попахивает, не находишь?
- Нахожу, - поморщился Скрипач. – Но это запутывает всё еще сильнее.
- Правильно, - кивнул Ит. – Потому что это бессмысленно. Мы согласились с тем, что не будем «привносить чужие технические достижения», так? Мы подтвердили, что отношения внутри нашей группы – семейные, так? Мы…
- Мы даже дали согласие на контроль наших действий – их техническими средствами, - покивал Скрипач.
- Есть будете? – спросил Фэб из-за двери. – Через два часа входим в систему.
- Будем, - отозвался Ит. Улыбнулся. – Мы сейчас подойдем, Фэб. Через минуту.
- Ага…
- Так, на чем я?.. Ах, да. Мы подтвердили те вещи, которые ни в каком другом мире подтверждать не следует. Потому что они, как минимум, не корректны. А вот теперь давай шевелить мозгами, что собой представляет этот Апрей на самом деле.
- Пошли шевелить ими со всей честной компанией, - предложил Скрипач. – Действительно, потом, боюсь, некогда будет.
- Ты дома ел.
- И чего?! Это ж еда, изверг! Ее много не бывает. Дома, подумать только. Идем, идем, чего расселся.


***
Сидели в кают-компании. Ри забавы ради сделал стены прозрачными, и сейчас вокруг «Ветра» расстилалось сине-бархатное небо с россыпью звезд, а мимо, километрах в ста, шла вереница чужих транспортов – ослепительно белых, длинных, сияющих. Вереница неспешно втягивалась в портал, который при каждом проходе вспыхивал зеленым сполохом, а потом медленно гас.
Еду приготовил Кир, который любил «остренькое», поэтому рядом с каждым стоял стакан с водой – «остренькое» лучше было запивать, чтобы не пожечь рот. Скрипач пообещал Киру, что в следующий раз есть они будут манную кашу, причем сладкую, потому что у него от этого «остренького» теперь изжога.
Говорили, разумеется, о планете, на которую отправлялись. Не смотря на то, что подобные разговоры велись еще на Окисте, причем не один день, непонятных моментов оказалось более чем достаточно.
- То есть у вас, получается, там сейчас…
- Ну да. Как сорок лет назад было, так и есть. Не как на Терре-ноль, конечно, получше, но почти так же.
- То есть вы от белого уровня практически не ушли?
- Рыжий, ты покорректнее вопросы задавай, - приказал Кир. – А то ты как-то это… не того…
- Володь, самолеты у вас есть? – поинтересовался Скрипач.
- Есть, - Володя засмеялся. – И подводные суда есть. И винтолеты есть, и визио есть, и итро-сеть есть, и радио, и автобусы, и…
- А Москва Москвой называется? – с интересом спросил Кир.
- Называется.
- Откуда ты про Терру-ноль столько знаешь? – Ри задумчиво глянул на Володю.
- Так у меня там папа работал двадцать лет, - пожал плечами тот. – Еще до моего рождения. Он очень много рассказывал, и сейчас тоже… а что?
- Да ничего. Я вот только одного не понял, почему они вас выпускают? – нахмурился Ит. Он уже минут пять сидел с наколотой на вилку половинкой картофелины, но, кажется, про это картофелину он уже позабыл. – В теории они на это права не имеют.
- Учебная программа для одаренной молодежи. Гуманитарная, не техническая, конечно. Ну, мы тут лукавим слегка. Уходим через транспортников, а потом через Ойтмана, куда нам надо. С шестнадцати лет ездим, привыкли уже.
- Ого, - Ит нахмурился еще сильнее. – То есть они уверены, что вы вернетесь? Почему?
- А куда мы от жен денемся? – удивился Олег.
- Понятно, - кивнул Фэб. – А дети?
- Пока нету, - Володя погрустнел. – Моя отказалась рожать в восемнадцать, теперь до двадцати шести… ну, в общем, не важно. Наказали ее.
- Посадили? – у Кира округлились глаза. – За то, что нет ребенка?!
- Зачем – посадили? – изумился Володя. – Повинность отрабатывает. Она же детский врач у меня. Просто нельзя менять место работы, и зарплата маленькая. Вот еще, посадили. Глупости какие…
- Забыл спросить, почему, собственно, вы называетесь Апрей? – Скрипач повернулся к Володе.
- Потому что в официальной сидят идиоты, - с неприязнью ответил тот. – Апрей – это месяц. Фераль, мач, апрей, май. Когда им при первом контакте сказали, какой месяц, они сочли это самоназванием, и внесли в реестр. А потом было уже поздняк метаться, потому что это название стало кадастровым. Вот такой вот маразм.
- Погоди, а какой расы были те официалы? – Скрипач задумался. – Не луури, часом?
- Когни, - с отвращением ответил Володя. – Придурки.
- Да уж, сочувствую, - покивал Ит. – Но, в принципе, неплохое название. Весеннее такое.
- Ну это да… Нет, у нас хорошо, вы не бойтесь.


***
Терминал оказался стандартный, транспортники, как и всегда, придерживались для миров такого уровня одной и той же модели. Большой зал серповидной формы, окна на крыше, длинные стойки контроля… и почти полное безлюдье. Проверка не заняла много времени, ее закончили очень быстро – Кир даже немного удивился этому обстоятельству, но Ри пояснил: по всей видимости, процедура упрощенная, да и с собой у них ничего криминального нет. Ни оружия, ни техники. Только личные вещи.
«Ветер» пришел через проход Вицама-Оттое, но по законам Апрея начальную проверку группа должна была проходить всё равно у транспортников. Как позже выяснилось, причина заключалась в том, что планета была на карантине, и на таких условиях проверки в своё время настояла Официальная служба. Впрочем, досмотра по факту толком и не было.
После короткого общения с транспортниками отправились на местную таможню – и вот тут началось настоящее веселье. Скрипач позже назвал процедуру, которой они подверглись, вошегонкой – и с ним согласились все.
Досматривали с пристрастием. Вещи (хорошо, что их было немного) таможенники заставили выложить из сумок на столы, и принялись копаться в них настолько бесцеремонно, что все от такой наглости даже несколько опешили.
- Это что? – таможенник, здоровенный пузатый мужик поддел щипцами какую-то тряпку.
- Рубашка, - сообщил Скрипач. – Моя.
- А почему она синяя?
- Эээ… - Скрипач недоуменно посмотрел на таможенника. – А что, нельзя?
- Можно. Но почему синяя?
- Мне идет этот цвет, - Скрипач недоуменно пожал плечами. – Простите, но я не понимаю сути вопроса.
- Если вы ее намочите, краска смоется?
- Слушайте, какого хрена? – не выдержал Кир. – Не смоется краска. Зачем бы мы стали покупать вещи, с которых она смывается?
- Объясняю, - таможенник кинул рубашку обратно. – Чужой химический состав красителя. Можно провести анализ, и потом использовать…
- Вот что, - у Ита явно закончилось терпение. – Мы сюда прибыли читать лекции в университете, а не заниматься смывкой красителей с рубашки. Если она вас смущает, мы можем оставить её вам. Нам не жалко.
- Не требуется, - таможенник дернул плечом. – А это что?
Сейчас очередь дошла до вещей Фэба. Он взял с собой самый минимум, его сумка была самой маленькой. Вещи ярких цветов он не носил, предпочитая естественные приглушенные тона, поэтому одежда вопросов не вызвала. Да и было её всего ничего: две пары штанов, две толстовки с длинными рукавами (по словам Володи выходило, что сейчас весна, и может холодать), легкая куртка, тапочки, и маленькая сумочка с мелочами типа зубной щетки, дезинфицирующего геля, и расчески.
Однако таможенники и здесь нашли то, что их смутило.
- Вот эта деревяшка, это что такое? – снова спросил таможенник.
- Это складень, - спокойно ответил Фэб. – Иконы. Тоже запрещено?
Таможенники переглянулись.
- Вы православный? – недоуменно спросил толстый.
- Да, - односложно ответил Фэб.
- Рауф? Православный?..
- Да. В данный момент – да. Так запрещено или нет?
Он взял складень в руки, открыл – Спаситель в центральной части, справа – святая великомученица Ксения, слева Пантелимон-целитель. Складень был небольшим (в ширину сантиметров пятнадцать, в высоту двадцать), деревянным, и явно не новым – доски на уголках выглядели потертыми, кое-где поцарапанными.
Таможенники снова переглянулись.
- Он представляет художественную ценность? – спросил второй. Ит обратил внимание, что говорит чаще всего толстяк, и понял следующее – если в этой паре у кого-то есть мозги, то явно у этого вот, у молчуна.
- Нет, - спокойно ответил Фэб. – Это не написанные иконы, это репродукции. Правда, они напечатаны на настоящей бумаге. Вещь достаточно дорогая, но серийная.
- Где вы ее приобрели?
- На планете приписки. Окист. Их производит мастерская, принадлежащая епархии. Вообще-то я не приобретал, это подарок моего духовного отца. Он мне дорог, этот подарок, и я предпочитаю возить его с собой.
- Думаю, вопросов больше нет. Убирайте вещи, и проходите к стойке оформления.


***
- Володь, о таком дурдоме нужно предупреждать заранее, - ворчал Скрипач, пока они шли через большую стоянку к только что арендованному через агентство минивэну. – Что у вас тут за хрень творится, а?
- Я про это понятия не имел, - оправдывался тот. – Нас в жизни так не проверяли! Да вообще никого так не…
- Безобразие, - Ри злился до сих пор. – Ну и хамское местечко. Я уже жалеть начинаю, что мы поддались на ваши уговоры.
Володя отвел взгляд. Видно было, что парень огорчен и рассержен – но, если вдуматься, что он мог поделать?
- Ладно, ребята, - примирительно улыбнулся Ит. – Действительно, не надо. Ерунда же. И потом, Ри, Терра-ноль была тоже тем еще хамским местечком, но мы почему-то не жаловались.
- Распустились на Окисте, - подтвердил Кир. – Расслабились. Сплошные здрасти-пожалуйста, простите-извините. Чего такого-то, не пойму?
- Кир, я не люблю, когда мои вещи ворошат самым наглым образом, при этом задавая совершенно идиотские вопросы, - Скрипач, впрочем, уже успокоился. – Ладно, проехали… Володька, выше нос, блин! Проехали, говорю. Всё. Баста. Аут. Довольно.
- Ох… - парень тяжело вздохнул. – Ну, проехали, и проехали. Вот наша машина. Поведу я, с вашего позволения. Вам еще права надо будет подтвердить, но это завтра.
- Завтра так завтра, - покладисто согласился Ит. – Ничего автобус, здоровый какой. Импортный?
- Американский, - Володя провел по сенсору двери «ключом» - матово-зеленый шарик на цепочке. – У нас такие большие не делают, считается, что они не нужны. Ну, в общем, правильно считается. Город и так перегружен, а если все начнут на таких дрынах ездить, вообще места не останется.
Пока укладывали вещи, Ит отошел в сторонку, огляделся.
Он уже чувствовал… не смотря на то, что стоянка была закрытой, он уже ощущал – то самое. То, что было главным.
Миры Сонма действительно были особенным – если знаешь, что именно надо чувствовать. Как картинка-загадка, они оставались загадкой лишь до того момента, пока глаз е выхватывал «спрятанное» изображение.
Вот и сейчас…
Сколько же их было? Не так много, если вдуматься. Террана, Онипрея, Терра-ноль, Сод. Земля, которая была в старых считках. Квинта… Как жаль, что они в молодости, до Терры-ноль, не задумывались о том, что объединяет эти миры! Как жаль, что столько лет ушло по сути дела впустую – и как обидно за свою же душевную слепоту.
Можно же было, наверное, понять это раньше.
Но нет. Не поняли. Не ощутили. Не разобрались.
Сонм и Сонм, и что такого? Группы похожих языков, сходное историческое развитие… курьез мироздания, а про языки так и вовсе хорошо, потому что не надо адаптировать гортань, да и маска «подсаживается» в русской группе на порядок легче.
Идиоты… нет, какие же всё-таки идиоты…
Эта реальность, огромная, как само небо, была всё время рядом – а они, придурки, копались в грязи, не замечая и не понимая, что оно – тут, протяни руку и прикоснись.
Когда он начинал писать монографию, он постоянно спрашивал и себя, и окружающих – что чувствуется? И вообще, возможно ли это выразить словами? Да, именно словами, а не тем тихим пониманием, обожанием, не имевшим объяснения, которое посещало каждого из них при одном лишь упоминании... о чем?
Сейчас…
Там, за стенами стоянки, было оно – то самое.
Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул.
Запахи, частью знакомые, частью нет. Бензин, асфальт, горячее железо, весенний ветер, отзвук прошедшего ночью дождя, далекая река… Что-то неуловимо правильное – и не хватает слов. Только ощущение. Ни с чем не сравнимое – я уже стою у порога.
- Ит, там чего, заснул? – крикнул Кир. – Поехали, хватит медитировать!
- Иду, - отозвался Ит. – Прости, задумался…


***
Город был гигантским – куда там той Москве, что они видели на том же Соде!.. Сейчас машина медленно двигалась в потоке по огромной двадцатиполосной автостраде; поток шел медленно, не ускоряясь и не замедляясь, над дорогой с равными интервалами висели предупреждающие табло, все – с одной и той же надписью. «Рекомендованная скорость движения 45, соблюдайте скоростной режим, подключите ограничение дистанции». Володя, сидящий за рулем, объяснил – чтобы не было аварий, все машины оснащены дистанционками, не позволяющими сокращать расстояние. Если попробуешь подъехать к впереди идущей машине, движок сам сбросит обороты.
- Разумно, - похвалил Скрипач. – И что, аварий у вас не бывают?
- Бывают, конечно, - пожал плечами Володя. – Но как десять лет назад дистанционки начали ставить, стало меньше.
- А ты говоришь, нет прогресса, - заметил Ри. – Что это, если не прогресс?
- Так изобрели это всё черти когда еще, - сказал в ответ Володя. – Просто у нас не использовали.
Ит прикинул про себя, что может случиться, если авария произойдет в таком потоке – и поежился. Тысячи машин встанут намертво. А при таком размере города… Да уж. Как-то не весело.
- О, кажись просвет впереди, - обрадовался Володя. – Отлично! Я и не рассчитывал…
Действительно, надписи на табло стали меняться – теперь была рекомендована скорость шестьдесят, поток пошел быстрее.
- Володь, а что это за штука такая? – Скрипач с интересом глядел в окно. – Вот та, которая круглая…
- Скрипач, я вас разочарую, но это очистной коллектор, - рассмеялся тот. – Мы ведь в промзоне пока что. До жилых районов еще далеко.
- А небоскребы? – спросил Кир.
- Так до них тоже далеко… Это Башни Свободы, комплекс в центре.
- Башни? – переспросил Кир.
- Ага. Их три. Я вас потом свожу на экскурсию.
- И что в них находится? – Кир, приложив ладонь козырьком ко лбу, всматривался вдаль.
- Офисы по большей части. Ну и рестораны всякие, на самом верху. Я, правда, не был ни разу.
- Почему? – полюбопытствовал Скрипач.
- Ну… - Володя замялся. – Они для туристов, да и потом… как бы так сказать… в общем, это считается неприлично.
- С какой радости? – удивился Кир.
- Неэтично, да? – подсказал Фэб. – Развращающий образ жизни – развлечение вместо честной работы?
- Примерно так, - согласился Володя. – Считается, что в таких местах приличным людям, если они не иностранцы, не место.
- Ерунда какая-то, - заметил высунувшийся из рюкзака Брид. – Ресторан – это для того, чтобы поесть. Или посидеть с друзьями. Что тут неприличного?
- Родной, на Терре-ноль кабаки тоже считались местами разврата и порока, - напомнил Ит. – Если ты помнишь…
- Я-то помню, но так же помню, что мы за милую душу ходили, и никто нас не попрекал. Какой хороший День Рождения для Джесс вы тогда сделали! Ну, в том кафе на Лиговке, которое после трамвайных путей. Неподалеку от терминала. И вот я сейчас…
- Брид, угомонись, а? – взмолился Скрипач. – Чего тебе неймется? Везде же по-разному. Тут – вот так. Володь, мы на самом деле не страдаем по походам в рестораны, да и цель, ради которой мы приехали… в общем ну их, эти башни, мы лучше делом позанимаемся.
- И то верно, - согласился Ит. – Завтра, как я понял, у нас свободный день?
- Ну да. Освоиться, отдохнуть, - кивнул Володя. – Послезавтра в университет, а потом снова два свободных дня.
Договор был следующий: Ит и Скрипач читали вводный курс по этике Сонма, Ри – читал курс сравнения моделирования процессов в ряде информационных систем (на этот курс удалось договориться с большим трудом, но всё-таки Ри сумел доказать, что речь идет о математике в чистом виде, а не о передаче технологий), Фэб читал сравнение религий, а Кир с Мотыльками не читали ничего, они, по словам Кира, приехали «как группа поддержки». Всей загрузки в местном университете было два неполных дня в неделю, по словам Ри – чистые слёзы, и компанию это замечательно устраивало.
- Отлично, просто отлично, - твердил Ри, когда все договоры были заключены. – Встряхнемся от пыли, разомнемся, мозги потренируем. А то мы на Окисте, надо признать, действительно подрасслабились и распустились. Дисциплины вам не хватает всем… мне в том числе, ты можешь не делать такие страшные глаза, рыжий.
Завтрашний день, таким образом, оставался действительно вакантным.
- Чем вы заняться хотите? – полюбопытствовал Володя.
- Пока что не решили, - Скрипач всё еще смотрел в окно. – Скорее всего прогуляемся по городу, посмотрим, что и как. Это можно?
- Можно, конечно, - кивнул тот. – Если что-то непонятно, или если заблудитесь, то инфоров полно, на каждом углу есть. Подойти и спросить, голос они различают нормально.
- Инфоров? – рассеянно переспросил Кир.
- Ну да. Такие оранжевые колонны, их в центре уйма понатыкана.
- А не проще купить что-нибудь… - Ит задумался. – На Соде мы пользовались планшетниками, удобно было.
- А, «листы», - сообразил Володя. – Можно купить. Только зачем деньги тратить? Хотя вообще-то почему бы и нет...
- Слушай, так давай купим сегодня же, - преложил Кир. – А почему они называются – «листы»? Как выглядят?
- Ну, гибкая такая штуковина, можно складывать, как хочешь, писать на ней ручкой, пальцем, в интру ходить… Кир, я не знаю на самом деле, стоит покупать или нет, - предостерег Володя. – Они все китайские, и постоянно ломаются. Говорю же, выброшенные деньги будут.
- Мы всё-таки купим на всякий случай, - Ит задумался. – Володя, я на счет телефонов что?
- В квартире есть стационарный, и я вам купил несколько штук уличных. Надо только зарядить и вбить мой номер, ну и ребят тоже можно, наверное.
- Тоже китайские? – поинтересовался Скрипач.
- Ага. Дерьмо пластиковое. Эти хоть дешевые. «Листы» дороже.
Промзона кончилась, вокруг потянулся город – и чем дальше шла машина, чем выше и роскошнее становились дома, оживленнее улицы. Ит подумал, что Сод, показавшийся им перенаселенным по сравнению с Террой-ноль, теперь кажется пустыней – такого он увидеть не ожидал, не смотря на все предупреждения.
Город, объятый красным закатным солнцем, отражающимся слепящими искрящимися алыми бликами в бесчисленных окнах, сейчас ощущался, как огромное живое существо. Не злое, не доброе. Словно… Ит задумался. Словно огромное дремлющее животное был этот город, и совершенно невозможно понять, каким оно станет, если его разбудить. Неимоверно высокие дома, широкие улицы, площади… и люди. Тысячи тысяч людей, идущих, спешащих, тысячи тысяч лиц, тысячи тысяч взглядов.
Ит напрягся.
Что-то было не так.
Совсем не так
Небо?.. Неужели всего лишь небо?
- Красивый закат, - заметил Скрипач, словно прочитав мысли Ита. – У нас такое нечасто увидишь.
Облачная феерия, у горизонта – багряно-красные плоские тучи, выше – бледно-розовые воздушные замки… поистине завораживающая картина. И город, спящий под этим красным величественным небом.
- Почти всегда такой закат, - пожал плечами Володя. – Красивый, да. С верхних этажей так и вообще сказка.
- Угу, - покивал Кир. Он продолжал всматриваться в толпу, прищурившись, настороженно. Машина сейчас стояла на перекрестке, ожидая очереди на проезд, и тут Ит заметил, что на лице у Кира появились признаки сильнейшего волнения, которые рауф старается изо всех сил скрыть.
- Кир, что такое? – спросил он с тревогой.
- Что?.. Да нет, ничего. Показалось, - Кир пожал плечами.
- Что показалось?
- Кабы знать. Ит, забей. Фигня какая-то показалась.
Ит кивнул, соглашаясь, но про себя подумал, что надо будет Кира потом обязательно расспросить – тот, хоть и не любил распространяться на эти темы, порой умудрялся заметить что-то такое, чего не видели остальные. Плюс предвидение, дар которого у Кира и в самом деле был очень сильным.
- Володь, долго нам еще? – Скрипач явно заскучал.
- Если пробок не будет, то пятнадцать минут, если будут, то полчаса где-то. Если бы не это корыто американское, мы бы уже доехали, - пожаловался он. – Малые машины пускают по другим дорогам, там скорость восемьдесят, а то и девяносто. А мы тащимся с пассажирскими и с большегрузами… да вы сами вокруг посмотрите.
- Маленькие тоже есть, - возразил Скрипач.
- Это те маленькие, которым надо куда-то, куда только эта дорога ведет. А остальные в объезд едут. Там быстрее.
- Ясно, - кивнул Скрипач. – Ну, ладно, потерпим. Что ж делать. Один вопрос – в маленькую машину только двоим можно, да?
- Угу. Двоим. И еще вещи. В магазин, например, съездить, покупки сложить…


***
Квартира, которую им арендовал Володя, находилась в одном из районов так называемого Второго кольца – не в центре, но и не окраине. Три комнаты, просторная кухня, четвертый этаж. Володя с гордостью объяснил, кто квартира современная, поэтому в ней предусмотрены такие полезные вещи, как полная шумоизоляция каждой комнаты, две ванные, закрытый балкон, на котором можно курить.
- Японский дом, по японскому проекту построен, - рассказывал он, пока они осматривались и раскладывали немногочисленные вещи. – Очень удобно. Вообще, этот дом весь съемный, но трёшки снимают редко, больше однушки и двушки.
- В смысле – съемный? – не понял Скрипач.
- Государственный. Мы эту квартиру снимаем не у частного лица, а у города.
- Понятно…
Ит, уже успевший пройтись по всем комнатам, и обнаруживший две следящие системы, согласно кивнул.
- Для иностранцев? – уточнил он.
- Ага, - охотно ответил простодушный Володя. – Для наших дома попроще.
- Кто бы сомневался, - хмыкнул Кир.
Платили они, разумеется, сами. По здешним меркам квартира эта стоила недешево, и ребята, конечно, такую роскошь бы не потянули.
- Внизу есть два магазина, аптека, кафе, и хороший ресторан, - продолжал Володя. – Еду, если хотите, можно заказывать прямо сюда.
- Мы лучше сами, - Скрипач улыбнулся. – И потом, неизвестно, как на мелких в ресторане народ отреагирует. Были уже… прецеденты.
Кир покивал.
- Точно, были, - подтвердил он. – И хорошо еще, когда просто орали «крыса!», а то ведь и запустить чем-нибудь тяжелым могли. Брид, помнишь?
- Помню, - мрачно кивнул тот. – Крыса, угу. Тяжелым… В тебя бы, блин, бросили мокрое вонючее полотенце, ты бы тоже помнил.
Оба Мотылька сейчас сидели на подоконнике. Тринадцатый рассеянно смотрел в окно и молчал, о чем-то задумавшись, а Брид, кажется, был вполне не прочь пообщаться.
- В общем, с вами понятно. На улице в людных местах будете сидеть в рюкзаке, - подвел итог Ри. – Володь, последний вопрос. Поручительство завтра сделаешь? Уж очень неохота пешком ходить.
- Сделаю, конечно, - заверил тот. – Три машины?
- Ага, трёх хватит. В общем, завтра, ближе к вечеру, договорились?
- Вопросов нет.


***
Когда за Володей закрылась дверь, Ит предостерегающе поднял руку. Скрипач тут же прошел в соседнюю комнату, Кир с Фэбом замерли, ничего не говоря, Ри открыл было рот, но Кир тут же сделал страшные глаза, и Ри промолчал.
Через несколько секунд из комнаты вышел Скрипач.
- Порядок, - сообщил он. – Ит?
- Чего – Ит? – хмыкнул тот. – Всё готово, сэр. Добро пожаловать, сэр.
- Хватит выпендриваться. Эй, народный театр, давайте запишем дядям с десяток бытовых сценок, а уже потом спокойно поговорим. Предупреждаю, сценки потом надо будет обновлять.
- Рыжий, а не проще эту систему просто вырубить на фиг, и всё? – поинтересовался Ри.
- Не проще, - наставительно ответил Скрипач. – Если ее просто вырубить, как ты выражаешься, они будут думать, что у них что-то сломалось, и попрутся сюда ее чинить. Мне лично это совершенно не нужно. Итак, сцена первая. Ит – домашние штаны, майка, полотенце. Пшел мыться. Остальные. Ри – читать, мелкие – на кухню, Фэб – смотреть телевизор, Кир…
- Я чур сплю, - тут же влез тот. – Сойдет?
- Не особо, но ладно. Поехали…
Полтора часа потратили на сцены, затем запустили их в систему, и только после этого Скрипач заявил, что «вот теперь можно нормально говорить».
- Кир, что ты по дороге заметил? – спросил Ит. – Что ты увидел?
- Псих, я увидел хрень, - пожал плечами Кир. – Вот эта вся масса людей… она вся стала серая. На долю секунды. Словно краски все пропали, понимаешь? Город – цветной. Небо – цветное. А люди…
- Согласен, - кивнул доселе молчавший Тринадцатый. – Ребята, тут что-то очень серьезное, как мы заметили. Кир сейчас прав. Но он-то это увидел фрагментом, а мы… - Мотылек замялся. – Объяснить?
- Объясни, конечно, - кивнул Ри.
- Когда смотришь на большое скопление людей, они становятся… ну, как лампочки. Какие-то светят сильнее, какие-то слабее, кто-то яркий, кто-то тусклый. Огромное море разноцветных лампочек. И есть такая штука, как центры притяжения. Лидеры. Если лампочка большая, или она странная какая-то, или что-то еще… неважно, что, к ее свету будут стремиться другие. Они обычно или рядом, или… мне трудно словами, но факт остается фактом – поле никогда не бывает однородным. То есть почти однородным, - поправил он сам себя. – А тут – оно почти ровное. Отличия если и есть, то они минимальны.
- То есть… подожди, - попросил Ит. – Они все одинаковые, что ли?
- Нет, конечно, - покачал головой Тринадцатый. – Разные. Но у них почти одинаковая интенсивность. А это неправильно. Так не должно быть.
Фэб задумчиво смотрел куда-то в пространство, словно что-то прикидывая про себя.
- Возраст, - ни к кому не обращаясь конкретно, вдруг сказал он. – Интересно…
- Ты о чем? – не понял Ит.
- Пока что ни о чем. Хотя… Все взрослые, верно?
- Нет, - отрицательно покачал головой Брид. – Не только. Почему – взрослые? Дети такие же. А что, Фэб?
- Ничего. Видимо, я ошибся. Тринадцатый, тебе не показалось, что люди чем-то недовольны, подавлены?
- Вот чего нет, того нет. Всем они довольны. И ни разу не подавлены, - Тринадцатый спрыгнул с подоконника, потянулся. – Если сравнивать с той же Онипреей, не к ночи она буде помянута, то получается вот чего. Там недовольных было полно…
- Их везде полно, - вставил Брид. – Где мы только не бывали, сам подумай! И везде было черти сколько недовольных. На Онипрее, если помнишь, по подвалам прятались, обсуждали всё подряд, на Сокре тайные общества устраивали, на Терре-ноль, опять же…
- Ну да, - согласился Тринадцатый. – Живые существа вообще штуки странные. Помнишь вечно недовольно Кэса, который каждый день находил повод поворчать и всё время стремился изменить мир к лучшему?
- А то, - хмыкнул Брид. – В общем, тут нами недовольных незамечено. Если они и есть, то в той толпе их не было точно. Толпа была весьма и весьма довольная.
- И ровная. Как стол, - подвел итог Тринадцатый.
- Интересное дело, - покачал головой Ри. – На счет мета-портала что-то нащупали?
- Издеваешься, чудовище?! – взвился Брид. – Совсем ку-ку? Чего еще мы тебе должны были нащупать за полтора часа дороги?!
- Так, хватит, - осадил его Кир. Сел на корточки, взял Брида за плечи. – Остынь. Времени полно, так что пощупаем еще. В своё удовольствие. Залезай, и пошли кухню смотреть.
Он подсадил Брида к себе на плечо, и они ушли – разумеется, на выходе из комнаты Киру пришлось пригнуться, чтобы не задеть лбом слишком низкий дверной косяк.
- Начинается старая история, - проворчал Скрипач. – Фэб, хоть ты лбом в двери не вписывайся. Киру-то можно, он привычный.
- Спасибо, я как-нибудь постараюсь от этого воздержаться, - кивнул тот. – Ну что? В магазин, за едой?
- Мы втроем сходим, - предложил Ри. – Хоть в первый вечер не кошмарьте соседей. А то я сильно подозреваю, что рауф тут нечастые гости.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Пожалуйста, войдите, чтобы комментировать.