Мы так близко. Противостояние

Амелия Брикс

Просмотров: 1627
5.0/5 оценка (4 голосов)
Загружена 26.03.17
Мы так близко. Противостояние
Бесплатно

Скачать книгу

Формат: PDF, TXT
Избранное Удалить
В избранное!

Написано в соавторстве с Кэтрин Коин

Возможно ли забыть предательство и вернуться к прежним отношениям? Они оба не задумываясь предали свою любовь, разбили и растоптали сердца друг друга, попытались закрыться от самих себя... но получится ли? Они были так близко, но стали так далеко.

Глава 1
7 ноября
Виктория
Что может быть лучше семьи? Когда тебя окружают по-настоящему любящие и заботливые люди – любая боль и обида проходят совершенно незаметно. Я только второй день в Испании и уже тоскую по дому. Когда решила улететь подальше от Яна, я думала, что это поможет мне избавиться от боли, которую чувствовала. В каком-то смысле у меня это получилось: боль прошла. Но теперь она сменилась невыносимой тоской. Мне так сильно хочется оказаться рядом с ним, ощутить его тепло и коснуться нежных губ. Я очень по нему скучаю. Но как бы я не хотела все забыть и вернуться – нам все еще нужно время. Возможно, оно поможет нам двоим понять, что мы значим друг для друга.
Сердце щемит от боли, а на глаза наворачиваются слёзы, когда я вспоминаю наше прощание с Яном. Как он просил меня не уезжать, остаться и не бросать его. Если бы он рассказал мне всё сразу, всё было бы совсем по-другому.
- Викуля! Дорогая, спустись вниз, пожалуйста! – кричит мама из гостиной.
Смахиваю одинокую слезинку и закрываю книгу, которую читала, прежде чем погрузиться в свои мысли. Кладу ее на стол и поднимаюсь с кровати.
Мама была приятно удивлена, когда два дня назад я позвонила в дверь ее дома. Но затем последовал выговор: почему я не предупредила ее о приезде – меня обязательно кто-нибудь встретил бы. Я рада тому, что приехала сюда, потому что пока не увидела маму, даже не подозревала, насколько сильно по ней соскучилась.
Спускаюсь по ступенькам со второго этажа на первый и вижу человека, которого меньше всего хотела увидеть. Миша стоит посреди гостиной и мило общается с моей мамой. Я всё еще не рассказала ей о причине своего приезда, иначе она и на порог его не пустила бы.
- Посмотри, кто приехал, - радостно сообщает мама.
- Привет, - одаряет меня своей фирменной улыбкой Миша.
Будто ничего не случилось! Будто он не торговался жизнью Марины! Будто не разлучил нас с Яном!
- Зачем ты приехал? – возможно, прозвучало грубо, но мне всё равно.
Смотрю на него без тени улыбки. Мама непонимающе переводит взгляд с меня на Мишу и обратно и произносит:
- Я буду на кухне. Мишенька, останешься на обед?
- Миша не задержится, - отвечаю за него, по-прежнему не отводя взгляда.
Не понимаю, как еще летом я могла влюбиться в этого человека. Да, он красив и умен, но как я не рассмотрела, что скрывается под маской красавца? Неужели я настолько сильно ошиблась в человеке?
- Давай поговорим, - начинает Миша и делает шаг ко мне.
- Я всё знаю. Как ты мог так поступить? Я попросила тебя о помощи, а ты решил поторговаться с Яном?
- Позволь мне всё объяснить… - опускает взгляд вниз и трёт затылок, - может прогуляемся?
Мне неприятно находиться рядом с Мишей. Во мне бушует злость, обида и разочарование, но нам действительно нужно поговорить, чтобы наконец расставить все точки над «і». Хватаю с вешалки кожаную куртку и, крикнув маме, что скоро вернусь, выхожу из дома.
На улице тепло. Климат в Испании значительно отличается от того, что дома. Там сейчас холодно, сыро, идут дожди; а здесь – светит солнце, и осень даже не думает вступать в свои права.
Мы прошли уже достаточно большое расстояние от дома, и никто до сих пор не нарушил тишину. Летом мы каждый день проходили по этой улице в направлении самого большого парка – «Каса-де-Кампо». Считаю, что моей маме посчастливилось жить на окраине столицы, прямо рядом с этим парком. Как бы я хотела побывать здесь с Яном, показать ему кристально чистое озеро, а затем прокатиться на колесе обозрения. Это и есть моё любимое место в Испании, и думаю, что Яну тоже понравилось бы здесь. Невольно тяжело вздыхаю и перевожу взгляд на Мишу. Если бы не он, мы с Яном сейчас были бы вместе. Смотрю вдаль и решаю заговорить первой:
- Зачем ты приехал?
- Ты не отвечала на мои звонки и сообщения. Поэтому у меня не было другого выхода.
- Наверное, у меня были на то причины. Я не просто так улетела в другую страну и отключила телефон, - даже не думаю смягчать тон.
Только сейчас начинаю осознавать, насколько сильно Миша меня раздражает. Да, он всегда был мил со мной, но его поступок вмиг перечеркнул всё хорошее.
- Позволь мне все объяснить, - Миша берет меня за руку.
Останавливаюсь и отдергиваю руку. Скрещиваю руки на груди, как будто мне холодно, и нехотя поднимаю взгляд на Мишу. На его лице читается сожаление, но чувствует ли он это на самом деле?
- Не буду врать: мне не жаль ваших отношений. Не знаю, насколько у вас все серьезно, но судя по тому, как он быстро согласился на моё условие, – ты для него ничего не значишь. Мне только жаль, что тебе это причинило боль, - смотрит на меня с жалостью и тянется ладонью к моей щеке.
Делаю шаг в сторону, не давая ему возможности коснуться меня.
- Зачем ты это говоришь? Думаешь, мне станет от этого лучше? Легче?!
- Я не хотел делать тебе хуже. Я только хочу, чтобы ты поняла, что выбрала не того. Ты для него только красивая игрушка, а я без тебя не могу! Я тебя люблю, и ты мне нужна!
Из моих лёгких будто выбили воздух. Внутри бушуют смешанные эмоции. Я не могу смотреть Мише в глаза. Это всё слишком для меня. Почему он просто не оставит меня в покое? Зачем он вставляет нож в еще не затянувшиеся раны? Медленно делаю шаг в сторону, разворачиваюсь и продолжаю идти по тропинке через парк. Миша идет следом. Проходим мимо озера, и в голове пролетают воспоминания о наших с Яном прогулках вдоль берега. Тогда наши отношения только начинались. Я была счастлива и ощущала трепет, а сейчас – пустота. Только воспоминания и тоска по прошлому. Смотрю на сияющую водную гладь и постепенно успокаиваюсь.
- Прости, - наконец произносит Миша.
Наверное, я слишком быстро прощаю и забываю обиды. Мне просто не хочется дальше переживать случившееся и тратить на это силы и нервы. Да, случилось то, что случилось, но всё ещё можно исправить. Всё зависит только от нас. Можно вечно обижаться, злиться и ненавидеть человека, а можно простить и продолжить радоваться жизни, насколько это возможно.
Поворачиваю голову в сторону Миши, и мы встречаемся взглядами. Улыбаюсь уголками губ и получаю такую же улыбку в ответ.
- Ты надолго приехал?
- Пока не решил, - смотрит на озеро и прячет руки в карманах куртки.
- А как же работа?
- Я думаю, без меня справятся, - переводит на меня взгляд и улыбается, - а ты? Надолго приехала?
- Пока не решила, - повторяю его ответ и так же смотрю на озеро.
Достаю из кармана телефон и смотрю на время. Прошло уже почти два часа.
- Пора возвращаться, - говорю я и собираюсь сделать шаг, но Миша задерживает меня, взяв за руку.
- Мы можем начать всё сначала? – смотрит на меня с надеждой.
Как будто это так просто сделать.
- Миш… - делаю паузу и ищу подходящие слова, - я не смогу тебя полюбить, пойми. Возможно, со временем мы сможем снова стать друзьями, но не больше.
Он ничего не отвечает, только опускает взгляд и кивает. Возвращаемся к моему дому в полной тишине.
- Как насчет прогуляться завтра вечером? – предлагает Миша, перед тем как попрощаться.
Задумываюсь, стоит ли мне соглашаться, и не успеваю ответить, как Миша продолжает:
- Зайду за тобой в шесть. До завтра.
Разворачивается и уходит быстрым шагом. Наблюдаю за его отдаляющейся фигурой.
- Вообще-то, я хотела бы провести вечер с семьей, - тихо отвечаю… сама себе.

Ян
Если до сегодняшнего дня я думал, что моя жизнь превратилась в кошмар, то глубоко ошибался. Череда неприятностей сменяют друг друга. Вика уехала. Маришка отправилась на операцию. Но самое ужасное случилось сегодня утром: отец впал в кому. Мама на грани истерики, и я не знаю, как все это исправить. Бессилие – вот что я чувствую сейчас. Наверное, в жизни каждого человека наступает период, когда чувствуешь свою никчемность и просто надеешься на чудо. Прижимаю маму к себе. Несколько дней, проведенных в больнице, изменили ее до неузнаваемости: бледная, худая, с черными кругами под глазами.  Мне больно на это смотреть, но я держусь только ради неё. Маме нужна поддержка, а, кроме меня, никого рядом нет. Глеб сейчас на пути в Израиль. Он не мог оставить Маришку одну. Не знаю, как сообщу ему о том, что отец в коме.
Мама что-то несвязно бормочет. Закрываю глаза и стискиваю зубы. Я не переспрашиваю, потому что знаю: это обращено не ко мне. Перед глазами возникает образ Вики. Как бы мне хотелось, чтобы она оказалась рядом. Мне не хватает ее. Очень. Я никогда не испытывал подобной тоски по другому человеку. Она забрала мою душу вместе с собой.
Вспоминаю, что разнес мебель в своей комнате. Понимаю, что не стоило этого делать, но в тот момент мне нужно было выплеснуть свою боль хоть как-то. Я не нашел ничего лучше, как ломать все, что попадается под руку. Это помогло, но всего лишь на несколько минут. Боль не исчезла. Она растет с каждой минутой, и я не знаю, сколько это будет длиться.
- Ян.
Открываю глаза и вижу перед собой Рому и Ксюшу.
- Привет, - робко произносит сокурсница.
Рома тянет руку для рукопожатия. Приходится выпустить маму из объятий и поздороваться с ним.
- Привет, - обращаюсь к Ксюше.
- Как твой отец? - спрашивает она.
Мама подносит платок к глазам.
- Ма, познакомься, это мои сокурсники Рома и Ксюша.
Она кивает им и пытается улыбнуться.
- Я принесу тебе кофе, - говорю маме.
Ксюша остается с ней, а мы с Ромой идем в кафетерий.
- Как вы узнали, что я здесь? - спрашиваю его.
- Весь универ гудит.
- Утром отец впал в кому.
- Мне жаль. Если нужна какая-то помощь – обращайся, - кладет руку на мое плечо.
Киваю в ответ.
На телефон приходит сообщение от Гриши. Мне нужно ехать в тренажерный зал. Я не могу потерять эту работу.
- Черт! - закидываю телефон в карман.
- Что случилось? - спрашивает Мина.
- Надо ехать на работу. Придется оставить маму одну. Домой я ее не уговорю вернуться.
- Мы посидим с ней.
- Я работаю до девяти.
- В семь я отвезу ее домой.
Смотрю на своего друга и не понимаю, почему он это делает. Все перевернулось вверх дном. Или я уже смотрю на мир другими глазами?
- Спасибо.
Он лишь подмигивает мне.
Берем кофе и возвращаемся в реанимационное отделение. Мама и Ксюша о чем-то беседуют. Меня накрывает волна благодарности по отношению к этой девушке. И в тоже время испытываю чувство стыда за то, что я использовал ее тогда, чтобы вызвать ненависть со стороны Вики. Глупость, о которой я буду жалеть всю жизнь.
Протягиваю им кофе.
- Ма, мне надо на работу.
- Конечно, поезжай, Янчи.
- Рома отвезет тебя домой, хорошо?
- Я останусь здесь, - в ее глазах боль и испуг.
- Мам, он отвезет тебя, когда закончится прием.
- Хорошо, - взгляд становится мягче.
Целую ее в щеку, прощаюсь с сокурсниками и отправляюсь на работу.
Гриша устраивает мне нагоняй за пропуски.
- Мне не нужны безответственные работники. Извини, но ты уволен.
- Мне нужна эта работа, - признаюсь я.
Никогда прежде мне не приходилось никого ни о чем просить. Только сейчас я понимаю, что это целиком и полностью заслуга моего отца. И снова чувство стыда.
- Непохоже, что ты заинтересован в ней.
Наступив на гордость, выкладываю ему все как есть. Гриша молчит, выслушав меня. Мне остается надеяться, что он не уволит меня.
- Да, старик, не завидую тебе. Ладно, дам тебе еще один шанс, но учти – без прогулов.
- Договорились, - дышу полной грудью. Одной проблемой меньше, - спасибо.
- Иди работай, - смеется.
Поднимаюсь и иду к двери. Останавливаюсь. Мне необходимо хоть что-то узнать о Вике. Разворачиваюсь.
- Кира не разговаривала с Викой?
- Она в Испании, у своей мамы.
- Как она?
- Так же как и ты. Ей нелегко.
- Спасибо.
- Обращайся.
Покидаю его кабинет.
Выкладываюсь по полной, тренируя клиентов. Это отвлекает от всех проблем, что свалились на мою голову. В перерыве звоню Роме узнать как там мама. Успокоившись, продолжаю работать. Прощаюсь с последним клиентом и бегу в душ. Через двадцать минут я уже дома. Мои сокурсники и мама ждут меня, чтобы поужинать вместе.
- Есть новости из больницы? - спрашиваю маму.
- Нет, - ее глаза вмиг наполняются слезами, и я тут же жалею о своем вопросе.
- Светлана Ивановна чудесно готовит, - вставляет Ксюша.
- Спасибо, милая, но сегодня ты колдовала у плиты.
Мама переключает свое внимание на Ксюшу.
- Мне уже не терпится попробовать, - говорит Рома.
Им это удалось! Они смогли отвлечь маму от кошмара, связанного с отцом. Я в долгу перед Ромой и Ксюшей.
За ужином мама обсуждает с сокурсницей рецепты. Рома рассказывает о том, что творится в университете. Через месяц сессия. У меня не получится посещать занятия. Еще одна проблема, которую мне предстоит решить. Жуткое чувство – разочарование, особенно в себе. Раньше меня абсолютно не волновало, как сдам сессию. Я просто знал, что отец решит этот вопрос. Теперь я смотрю под другим углом на его нотации. Жаль, что это происходит при таких обстоятельствах. Надеюсь, мне удастся объясниться с отцом. Он должен знать, что я все осознал.
Рома задает вопрос, привлекая к себе внимание, и я отстраняюсь от своих мыслей. После ужина мама идет к себе. Хочется верить, что она поспит хотя бы несколько часов.
- Мы завтра зайдем к заведующему кафедрой и объясним твою ситуацию. Хотя, думаю, она и так все знает и понимает, - говорит Ксюша.
Мы все еще сидим на кухне.
- Спасибо.
- Мне пора домой, - поднимается со стула.
- Я отвезу.
- Оставайся с мамой. Я сам отвезу ее, - Рома снова приходит на выручку.
- Мы завтра приедем после пар в больницу. Я так понимаю, ты снова будешь на работе, - утверждает Ксюша.
- Да.
- Тогда до завтра.
- Ксюш.
- Да? - внимательно смотрит на меня.
- Извини за тот поцелуй.
- Все хорошо, но больше не смей меня целовать, Немов!
Рома смеется.
- Никогда, - улыбаюсь.
- Давай, держись. Ты нужен своей маме, - целует меня в щеку и выходит из квартиры.
- Пока, ребят, - кричу им вслед.
Иду в комнату родителей. Мама спит. Прикрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.
«Отец, ты нужен нам», - мысленно обращаюсь к нему.
Не знаю, что будет с мамой, если отец не придет в себя. Гоню прочь мрачные мысли. Убираю со стола грязную посуду и иду в свою комнату. Последствия погрома снова возвращают к мыслям о Вике. Ложусь и просматриваю фото на телефоне. Это все, что осталось от нее.
«Если бы ты только знала, как я скучаю по тебе», - шепчу я, глядя на фото.

Глава 2
14 ноября
Ян
Дни стали однообразными. Иногда я даже забываю, какое число на календаре. Мои действия стали автоматическими: подъем, завтрак с мамой, дежурство в палате отца, работа, ужин с мамой и сокурсниками. Я не задумываюсь, что мне нужно сделать. Все известно наперед. Прошла неделя с момента, как отец впал в кому, – никаких изменений нет. Моя надежда на его выздоровление тает с каждым днем. Мы не обсуждаем это с мамой. Любое упоминание о состоянии отца вызывает у нее слезы. Без снотворного она не засыпает. Сегодняшний день не стал исключением. Поправляю одеяло. Лицо мамы спокойное и безмятежное. Теперь так она выглядит только во сне. Оставляю ночник включенным и иду в свою комнату. Падаю на кровать.
Снова и снова прокручиваю в голове последние события. Радует только одно: операция Маришки прошла успешно. Скоро они с Глебом будут дома. Думаю, рядом с ними будет легче через это проходить. Хотя единственный человек, который действительно может меня успокоить и дать силы бороться, находится за тысячи километров от меня. Беру телефон и просматриваю фото Вики. Немного колеблюсь, но захожу на страницу ВКонтакте и пишу ей сообщение:
Я: Привет!
Мне надо с ней поговорить. Я должен знать, как она. Она должна знать, что я по-прежнему ее люблю и жду. Проходит десять минут, пятнадцать, двадцать, но ответа нет. Я убеждаю себя, что она просто спит и поэтому не отвечает. Мысль о том, что не хочет говорить со мной, напрочь отталкиваю от себя. Двадцать девять минут… Кладу телефон на прикроватную тумбочку и расправляю постель. Раздается сигнал о входящем сообщении. Сердце бешено стучит. Руки дрожат. Хватаю телефон. Он падает на пол. Поднимаю. Мне не терпится прочитать ее ответ. Я знаю, что это она написала. Так и есть.
Вика: Привет... неожиданно)
Неужели думает, что я так быстро вычеркнул ее из своей жизни?
Я: Уже забыла обо мне?
Вика: Это невозможно.
Выдыхаю с облегчением. Улыбаюсь. С момента ее отъезда впервые чувствую себя живым человеком, а не роботом.
Я: Это вселяет надежду....
Вика: Как ты?
Слишком много всего, о чем я хочу поговорить с ней, но я не знаю, с чего начать.
Я: Сложно ответить на этот вопрос. Лучше расскажи, как ты.
Вика: А ты всё так же уходишь от ответа...:)
Я: Мне плохо без тебя. Скучаю.
Смотрю на текст сообщения. Она должна знать, что я сейчас чувствую без нее. Нажимаю «отправить». Ответ приходит не сразу, и это вызывает волнение.
Вика: Я тоже очень скучаю по тебе.
Ком подкатывает к горлу. Сглатываю. Единственный выход из сложившейся ситуации – это возвращение Вики домой.
Я: Может, стоит вернуться и не мучить нас обоих...
Вика: Я не знаю... тяжело.
Я: Тяжело вернуться? Тяжело быть со мной? Что именно?
Закидываю ее вопросами. Просто потому что не понимаю ее действий.
Вика: Тяжело забыть.
Черт! Черт! Черт! Как же мне все исправить? Откидываю голову на подушку. Не знаю, что на это ответить, и поэтому пишу первое, что приходит в голову:
Я: Не нужно меня забывать.
Из спальни мамы доносится какой-то странный звук. Прислушиваюсь. Снова повторяется.
Я: Я скоро вернусь. Не убегай.
Вика: Хорошо.
Слух меня не подвел. Мама всхлипывает во сне. Ложусь рядом и обнимаю. Нежный аромат жасмина окутывает меня и возвращает в детство. Этот запах всегда будет ассоциироваться с мамой. Спустя пару минут ее дыхание выравнивается. Убедившись, что она в порядке, возвращаюсь в комнату.
Я: Я вернулся.
Вика: Я ждала:) Куда уходил?
Я: Пенелопа дождалась своего Одиссея:) Хотя сложно сказать, кто из нас Пенелопа, а кто Одиссей…
Я: Проверил, как мама.
Вика: Что с мамой?
Немного подумав, пишу как есть:
Я: Отец впал в кому неделю назад. Думаю, объяснять что-то дальше нет смысла.
Вика: Мне очень жаль... всё будет хорошо.
Вика: Я люблю тебя...
Всего три слова, но как они действуют! Я знаю, что должен сделать. Мне необходимо убедить Вику вернуться. Теперь каждый день будет наполнен смыслом.
Я: Я люблю тебя!
Я: Скинь фото. Хочу увидеть тебя.
Интересно, какая у нее прическа сейчас? Что на ней надето? Как она сидит или лежит?
Вика: У меня сейчас не лучший вид для фото:)
Я: Да ладно, ты всегда красивая, даже утром)
Вика: Ты мне явно льстишь))
Я: Немного)
Вика: Вот так, значит!)
Мне нравятся наши веселые перепалки. Вспоминаю, как мы переписывались в таком духе в начале наших отношений.
Я: Я жду фото)
Вика: У тебя не осталось моих фотографий?
Я: Полно, но мне хочется знать, как ты выглядишь в эту самую минуту.
Вика: Ты потом плохо спать будешь. Ужасы на ночь тебе ни к чему.
Я: Я справлюсь)
Вика: Я переживаю за твое душевное состояние, поэтому лучше просмотри свою коллекцию))
Понимаю, что не дождусь от нее фото. Жаль.
Я: Жадина.
Ответ приходит через пять минут:
Вика: Женственная, Аккуратная, Добрая, Искренняя, Наивная... Абсолютно непредсказуема.
Смеюсь, получив ответ. А теперь пусть почитает, какой я вижу ее:
Я: Желанная, Аппетитная, Дерзкая, Идеальная, Невинная, Абсолютно моя девушка.
Через минуту получаю не тот ответ, который ожидал:
Вика: Прости, меня зовут. Сладких снов:)
Но я рад и этому. Мы наконец-то сдвинулись с мертвой точки.
Я: Сегодня они точно будут сладкие)) Спокойной ночи. Люблю тебя.
Вика: Я тоже тебя люблю!
Не сказать, что я чувствую себя абсолютно счастливым человеком, но определенно человеком, у которого появилась надежда на будущее… счастливое будущее.

Виктория
Не знаю, сколько прошло времени с того момента, как я написала Яну, что меня зовут. Я всё так же сижу в своей комнате и не могу остановить поток слёз. Мне так его не хватает. Решение уехать подальше уже не кажется хорошим. Хотя если бы я не уехала, возможно, мы бы не поняли, насколько сильно нужны друг другу.
Мое внимание привлекает тихий стук в дверь, затем она приоткрывается, и в комнату заглядывает мама.
- Еще не спишь? – спрашивает шепотом.
- Нет, - поспешно вытираю слёзы и тянусь к выключателю настольной лампы.
Мама тихонько заходит в комнату и прикрывает за собой дверь. Мягко опускается рядом со мной на кровать и внимательно вглядывается в мое лицо. Стараюсь не подавать виду, что плакала, и натягиваю улыбку.
- Что-то случилось? – маму не обманешь.
- Всё хорошо, - улыбаюсь и мотаю головой.
- Признавайся, - нежно берет меня за руку, - я же твоя мама, можешь мне всё рассказать. Между тобой и Мишей что-то произошло.
Это прозвучало как утверждение, а не вопрос. За всё время моего пребывания здесь я так и не рассказала маме о причине своего спонтанного прилёта.
- Мы расстались. Уже давно. Я встретила другого.
Опускаю взгляд. Не знаю, как рассказать всё маме. Я знаю, что она меня поймёт и поддержит, но всё равно чувствую себя какой-то школьницей. Смотрю на нее исподлобья – она улыбается.
- Расскажи мне о нём.
- Он очень заботливый, внимательный, добрый, веселый, - не могу сдержать улыбку.
- Как вы познакомились? – мама так же по-доброму улыбается.
- В университете, - делаю паузу, - он был моим студентом.
Глаза мамы расширяются: она удивлена. Она в шоке.
- Ух ты, - только и произносит она, - и сколько же ему лет?
- Двадцать, - закусываю губу.
Мама кивает, как будто принимает ответ и не перестает улыбаться.
- Не такая уж и большая разница, - пожимает плечами, а у меня словно камень с души упал. Наверное, неосознанно я переживала и боялась осуждения со стороны родных.
- Так что заставило тебя прилететь? – мама становится серьезной. Её давно волновал этот вопрос, а я отмахивалась и убеждала её, что просто соскучилась.
Я рассказываю ей всё. Про Марину и её болезнь, про обращение к Мише за помощью, про то, как после этого Ян пропал на несколько дней, про бал и наше прощание. Когда заканчиваю рассказывать, мама с нежностью проводит ладонью по моей щеке, вытирая слёзы. Я даже не заметила, как снова начала плакать.
- Вы еще такие молодые, у вас всё впереди. Но нужно бороться друг за друга, за свою любовь, - она делает паузу, а я пользуюсь возможностью, чтобы лечь к ней на колени, - жаль, что я поздно осознала это.
Поднимаю на нее взгляд.
- У всех бывает несчастная любовь, - говорит так, словно оправдывается, - в университете встречалась с парнем, а потом разругались из-за ерунды. Только сейчас я понимаю, что это была ерунда, а тогда мне гордость не позволила простить и вернуться к отношениям. Потом я вышла замуж за твоего отца, и мы уехали в другой город.
- Ты жалеешь о том, что так и не помирились?
- Жалела, пока не встретила Дамиана.
Я рада, что спустя столько лет мама смогла обрести свое счастье. Но я не хочу потерять столько же лет и всю жизнь жалеть, что совершила глупость. Я никого не смогу полюбить так же, как Яна.
- Вы нужны друг другу, - проводит ладонью по моим волосам, - расстояние и время притупляют боль, но переживать всё лучше вместе.
- Он меня ждёт, - говорю это больше себе, чем маме.
Еще некоторое время я лежу, положив голову маме на колени, а она нежно гладит меня по волосам. Это успокаивает, и я начинаю засыпать. Наверное, мне не хватало именно этого: родного материнского тепла и поддержки. Приподнимаюсь, давая маме возможность встать, и ложусь под одеяло.
- Спокойной ночи, - желаю маме.
- Спокойной ночи, дорогая, - задерживается в дверях, - не заставляй его слишком долго ждать. Ему тоже очень нелегко.
Мама выходит из комнаты и прикрывает за собой дверь. Прежде чем выключить свет, я встаю с кровати и подхожу к шкафу. Достаю оттуда свитер Яна и надеваю на себя. Хоть немного, но мне удается погрузиться в ту атмосферу, которой мне не хватает. Его запах, его тепло – мне всё это нужно. Ложусь в постель и посильнее заворачиваюсь в свитер, представляя, что Ян рядом.

Глава 3
15 ноября
Ян
Еще пару часов – и я свалю домой. Даю указания клиенту и иду к другому. Взгляд падает на грушу. Я сейчас с большим удовольствием выпустил бы пар.
- Немов, где ты пропадаешь? – дорогу преграждает Лена.
- Работаю, как видишь.
Обхожу ее. Вслед доносится:
- Это правда, что ты спутался с предподшей, а она тебя бросила?
Смех. Едкий, язвительный смех. Пульс учащается. Разворачиваюсь и подхожу к ней. Хватаю ее рукой за подбородок.
- Закрой свой рот, сука!
Зрачки расширяются. Страх. Правильно. Никто не смеет обсуждать мои отношения с Викой!
- Ян, полегче, - Гриша оттаскивает меня от этой шлюхи.
- Ты придурок, Немов! - кричит она, потирая подбородок.
Прожигаю ее взглядом.
- Идем, - цедит сквозь зубы Гриша.
Знаю, эта выходка может стоить мне работы. Плевать. Никому не позволю что-либо говорить о Вике.
- Ты совсем сбрендил? - орет начальник, как только мы оказываемся в кабинете, - какая муха тебя укусила? Она же наш клиент.
- Впредь будет держать свой поганый язык за зубами.
Гриша закрывает глаза. Шумно выдыхает.
- Слушай меня внимательно, Ян. Не путай работу с личным! И самое главное – держи себя в руках. Это клиент, твою мать, а не девушка с улицы. Уяснил?
Смотрю на него в упор.
- Ты не расслышал вопрос?
- Да.
- Она наш клиент...
- Да понял я все, - прерываю его и поднимаюсь со стула.
- Второго подобного случая я не потерплю. Иди работай.
Выхожу из кабинета и, прежде чем вернуться в зал, захожу в туалет. Умываюсь холодной водой. Смотрю в зеркало. По лицу стекают капли воды.
- Ну и рожа у меня, - снова умываюсь.
Возвращаюсь к своим клиентам. Эта сука по-прежнему здесь. Раздражает одним своим присутствием. Напоминаю себе, как важна для меня эта работа, и переключаю внимание на клиента. Поясняю ему очередность упражнений. Взгляд скользит по двери. Мираж! Закрываю глаза.
- Черт! У меня уже глюки начались! - бормочу я.
Открываю глаза. Это не мираж! Тысячи мурашек за секунду пробегают по телу. Пробегаюсь глазами по стройной фигуре, поднимаясь выше. И вот наши взгляды встречаются. Прошло всего десять гребаных дней, а такое ощущение, что я не видел ее вечность. Медленно, шаг за шагом, приближаюсь к ней. Цветочный аромат заполняет все вокруг.
- Привет, - мой голос тихий.
- Привет...
Смотрим друг на друга.
- Ущипни меня... - улыбаюсь.
Делает шаг навстречу, крепко обнимает и шепчет: «Любимый мой...»
Закрываю глаза, чтобы не расплакаться при всех как баба. Черт! Как же хорошо держать ее в своих объятиях.
- Не отпущу, слышишь, больше никогда тебя не отпущу, - шепчу ей на ухо.
- Не отпускай меня…
Нахожу ее губы и впиваюсь в них. Я помню этот вкус. Черт! Как же приятно снова их почувствовать. Наши языки сплетаются. Земля уходит из-под ног от одного прикосновения к ее губам, и всё вокруг уже не имеет никакого значения. Собственный стон возвращает меня к реальности. Мне стоит немалых усилий оторваться от этих губ. Прислоняюсь к ее лбу и тяжело дышу.
- Вау! Горячий прием! – Вика издает смешок.
- Не верю своим глазам, - отстраняюсь, - ты вернулась!
- Вернулась. Решила, что лучше тебе меня вживую увидеть, чем на фото, - улыбается и рассматривает моё лицо, - тебе пора побриться, - смеется.
- Только после этого.
Снова целую ее. Она охотно отвечает на мой поцелуй. Сильнее прижимаю ее к себе. Если бы мы были одни, то все закончилось бы в койке. От одной мысли, что я сотворю с ней сегодня, кровь бежит по венам, и мой член в полной боевой готовности. Не могу дождаться момента, когда мы останемся наедине.

Виктория
Я счастлива, что вернулась. Все мои сомнения улетучились в тот момент, когда я увидела Яна. Прошло чуть больше недели, но кажется, что мы не виделись целую вечность. События последних двух недель сделали своё дело с каждым из нас. По виду Яна можно понять, что всё это время он не ел и не спал. Круги под глазами, слегка впалые щёки и щетина тому прямое доказательство.
- Когда ты прилетела? – спрашивает Ян, проводя большим пальцем по моей щеке.
- Пару часов назад, - отвечаю с улыбкой.
Не могу отвезти от него глаз, как будто всё это время я ничего не видела и жила в кромешной тьме.
- Кажется, мой работник теперь будет в нерабочем состоянии, - к нам подходят Гриша с Кирой. - Привет, Вика, с приездом. Рад, что ты вернулась, а то на Яна невозможно было смотреть без слез, - смеется Гриша.
- Вика теперь за него возьмётся, - встревает Кира и одаряет Яна испепеляющим взглядом.
- Я не сомневаюсь, - Гриша переводит взгляд на свою девушку и улыбается. - Ладно, вижу, вам двоим есть что обсудить. Ты на сегодня свободен, Ян.
- Спасибо, - парни обмениваются рукопожатиями, после чего Ян кладет руку мне на талию, - идем.
Прощаемся с друзьями и направляемся в сторону раздевалки. Ян открывает дверь в небольшой кабинет и пропускает меня вперед.
- До сих пор не верю, что ты здесь, - обнимает меня сзади и вдыхает запах волос.
- Я тоже. Как будто прошло не десять дней, а десять лет, - разворачиваюсь лицом к нему.
- Никогда больше не уезжай, - проводит ладонью по щеке, - я думал, что сойду с ума без тебя.
- Не уеду. Только обещай, что ничего не будешь скрывать от меня, - смотрю ему в глаза.
- Обещаю.
Обхватываю рукой шею Яна и притягиваю к себе для поцелуя. Никогда не устану его целовать. Как же я скучала по этим губам со вкусом мяты и никотина. Отстраняюсь и отпускаю Яна, иначе мы отсюда не уйдем.
- Переодевайся, - шепчу возле его губ и дарю быстрый поцелуй, прежде чем отойти на шаг.
Сажусь в кресло, стоящее возле стола, и наблюдаю за тем, как Ян переодевается. Ничего не могу с собой поделать: я ужасно соскучилась по нему. Замечает мой взгляд, и на его губах играет коварная улыбка.
- Наслаждаешься видом? - приподнимает бровь.
- Ты бы так же поступил на моем месте.
- Я голоден, как волк, но тебя спасает одно: нам нужно ехать.
- Куда поедем?
- Мне нужно в больницу. Поедешь со мной?
- Конечно, - улыбаюсь.
Не спрашиваю у него про родителей, потому что и так знаю, в каком они состоянии. Не хочется портить Яну настроение.
Натягивает свитер, затем снимает с вешалки куртку и хватает со стола ключи. Выходим из кабинета и направляемся к выходу из тренажерного зала. Еще раз машу Кире на прощание и ловлю на себе несколько завистливых взглядов со стороны девушек. Ян кладет руку мне на талию, словно показывает всем: мы вместе. Сейчас, когда я могу не опасаться за свою работу, мне нравится, что он не скрывает наши отношения.
Садимся в машину. Ян сразу же заводит двигатель и включает музыку. Из колонок начинает играть приятная мелодия, а затем звучат слова:
Стать бы ветром на мгновенье,
За тобой по небу летать.
Стать бы солнце, твоей тенью,
Чтобы ты не смогла убежать…
Ян берет меня за руку и переплетает наши пальцы. Мне так не хватало его нежных прикосновений, теплых объятий и страстных поцелуев.
Вспоминаю, что не поинтересовалась состоянием еще одного человека.
- Как Марина? Есть новости?
- Хорошо, сделали операцию. Ждёт не дождётся выписки, - тихо произносит.
Это болезненная для нас тема. По тону Яна я понимаю, что он тоже вспомнил события, которые навсегда оставили шрамы на наших сердцах.
- Отлично, - стараюсь улыбаться и не подавать виду, что поддалась плохим воспоминаниям.
- Давай мы эту тему обсудим позже, хорошо?
- Ладно, - мне совершенно не хочется возвращаться к этой теме, но нам нужно поговорить о случившемся.
До самой больницы он не выпускает мою руку из своей. Припарковав машину на стоянке, Ян глушит двигатель и переводит на меня взгляд полный нежности.
- Ну что, готова к знакомству с мамой?
- Боюсь, - признаюсь ему.
- Не стоит. У меня хорошая мама. Я уверен: ты ей понравишься.
Тяжело вздыхаю.
- Ладно, будем считать, что ты меня успокоил.
- Я серьезно. Даже не парься по этому поводу.
- Я постараюсь, - целую его в щеку, - идём?
Кивает и всего на пару секунд отпускает мою руку, только для того чтобы выйти из машины. Заходим в здание больницы и сразу направляемся к лифту. Поднимаемся на четвертый этаж и идём по коридору в направлении палаты, в которой лежит отец Яна. Чем ближе мы подходим, тем отчётливее вижу два силуэта – парня и девушки.
- Мне кажется, или это Рома и Ксения? – шепотом спрашиваю Яна.
- Забыл тебе сказать. Они сидят с мамой, пока я на работе. Не парься, - целует меня в висок.
Подходим к сокурсникам Яна. Парни обмениваются рукопожатиями.
- Здравствуйте, Виктория Валерьевна, - говорят они в один голос, - с возвращением, - добавляет Рома.
- Здравствуйте. Спасибо, - смотрю на него несколько секунд и отвожу взгляд. Рома всё знает. Неловко.
- Светлана Ивановна в палате, - тихим голоском произносит Ксения.
В голове пролетает картина, как Ян целует её после бала. Отметаю ненужные воспоминания.
- Я на минуту, - говорит мне Ян и заходит в палату.
Остаюсь наедине с его друзьями. Повисает неловкая тишина. Даже не знаю, как вести себя с ними. Я привыкла, что они мои студенты, а я их преподаватель. Теперь придется привыкать, что они друзья моего парня.
- Планируете вернуться в университет? – спрашивает меня Ксения.
- Нет, - натягиваю улыбку, - буду искать другую работу.
- Жаль, Вы очень хороший преподаватель, - искренне улыбается.
- Спасибо. Видимо, не везет университету с преподавателями маркетинга, - отшучиваюсь, пытаясь разрядить обстановку.
Ребята сдержанно смеются. В этот момент дверь палаты открывается, и выходит женщина средних лет. Понимаю, что это мама Яна: между ними прослеживается едва уловимая схожесть. У нее усталый и измученный вид. Вспоминаю фотографии у них на даче. Время и стрессовые ситуации никого не щадят.
- Мам, познакомься, это моя Вика, - представляет меня Ян, и я не могу сдержать улыбку.
- Здравствуйте, Светлана Ивановна. Очень рада, наконец, познакомиться с Вами.
- Виктория, здравствуйте, - улыбается и с нежностью берет меня за руки, - какая Вы красавица. Неудивительно, что Янчи без ума от Вас, - переводит взгляд на сына.
- Спасибо, мне очень приятно, - краснею от смущения и так же перевожу взгляд на Яна.
- Ну что, едем домой? – Ян обводит присутствующих взглядом.
- Мы сегодня пас, - отвечает Рома, - тем более, наверное, будем лишними, - улыбается мне.
- Ок, - коротко отвечает Ян, и мы все вместе направляемся к лифту.
Все время, пока идём по больнице и выходим на парковку, Светлана Ивановна держит меня под руку. Прощаемся с ребятами и подходим к машине. Несмотря на протесты мамы Яна, мне всё-таки удается уговорить её сесть на переднее сиденье. Сама же сажусь сзади.
- Янчи, тебя сегодня раньше отпустили с работы? – спрашивает Светлана Ивановна, пока Ян выезжает с парковки на трассу.
- Да.
Встречаемся взглядом в зеркале заднего вида. Улыбаемся друг другу уголками губ, и Ян переводит взгляд обратно на дорогу. В салоне тихо играет легкая музыка. Вспоминаю, что не написала маме об удачном приземлении. Достаю телефон. Как только я его включаю, на меня сразу же обрушивается огромное количество сообщений. Среди них несколько от мамы, остальные – от Миши. Всю неделю он усердно старался наладить наши отношения. У него внезапно появилось на меня время, которого раньше не было. Становится немного неловко оттого, что я умолчала о своем возвращении домой. Просматриваю сообщения: «Заеду за тобой через полчаса», «Я возле твоего дома», «Где ты?», «Почему ты не сказала, что летишь домой?!». Чувствую себя ужасно виноватой перед Мишей, но сейчас для меня существует только Ян. Быстро пишу смс маме о том, что со мной всё в порядке и я уже с Яном. Когда отрываю взгляд от телефона, вижу, как Ян пристально смотрит на меня в зеркало заднего вида. Поспешно улыбаюсь ему, чтобы показать: всё хорошо. Отключаю телефон и убираю его в карман.
Спустя минут двадцать подъезжаем к дому Яна. Только сейчас понимаю, что ни разу не была у него в квартире. Заходим в подъезд и, не дожидаясь лифта, поднимаемся по ступенькам на второй этаж. Ян открывает дверь в квартиру, пропускает вперед маму, затем меня. Неуверенно переступаю с ноги на ногу.
- Виктория, проходите, не стесняйтесь, - с теплой улыбкой произносит Светлана Ивановна.
Отвечаю ей улыбкой и прошу называть меня на «ты». Согласно кивает и снимает верхнюю одежду. Ян помогает мне снять куртку и вещает её на вешалку.
- Поскольку у нас сегодня особая гостья, я сама приготовлю ужин, - говорит Светлана Ивановна, проходя на кухню.
- Мне очень приятно, но не стоит утруждать себя. Не хочу, чтобы Вы после тяжелого дня еще и у плиты стояли.
- Мне это будет только на пользу, - улыбается.
- Тогда позвольте помочь.
- С радостью приму твою помощь. Ты любишь готовить?
- Обожаю.
- Не представляю свою жизнь без кулинарии.
- Я уже в курсе Вашего кулинарного мастерства, - перевожу взгляд на Яна и улыбаюсь, - Вы замечательно готовите.
- Не буду вам мешать, позовете, как будет готово. Я в душ, - сообщает Ян и оставляет меня наедине со своей мамой, - и не перемывайте мне косточки! – кричит из ванной.
Светлана Ивановна по-доброму смеется над своим сыном, а моё напряжение постепенно начинает проходить.
- Вика, спасибо что вернулась. Не знаю, что конкретно между вами произошло, но уверена: нечто серьезное. Иначе ты не уехала бы. Мой сын сложный человек, закрытый, но ты нашла ключ к его сердцу. Это непросто сделать. Он любит тебя. По-настоящему. Берегите свои отношения. Трудно найти своего человека, но сложнее всего остаться вместе, несмотря ни на что.
- Мы будем стараться. Надеюсь, что у нас получится сберечь наши отношения. Мне бы этого очень хотелось. Я тоже по-настоящему люблю Яна. Он удивительный. Спасибо, что воспитали его таким.
- С виду кажется, что Янчи грубый, но я знаю: это лишь маска. На самом деле, он очень добрый и нежный, но только с теми, кого любит.
Какой-либо ответ здесь будет лишним, поэтому мы только улыбаемся друг другу и приступаем к готовке. Светлана Ивановна решает приготовить куриное филе в кляре, а мне дает задание нарезать овощной салат.
- Это одно из любимых блюд Яна. Однажды, еще будучи пятилетним мальчиком, он узнал, из чего оно готовится. Как же он переживал по этому поводу. Ему искренне было жаль бедных кур.
- Вас нельзя оставить одних, - наш смех прерывает реплика Яна.
Поворачиваюсь к нему лицом.
- Нельзя, - улыбаюсь.
- Я смотрю, ты присоединилась к обществу мясников.
- Присоединяйся и ты. Тут хорошо кормят, - подмигиваю Яну.
- Я, пожалуй, не откажусь от твоего приглашения, - садится за стол.
Дорезаю салат, а Светлана Ивановна заканчивает с приготовлением мяса. Накрываю на стол, раскладываю по тарелкам еду и сажусь рядом с Яном. Как я и ожидала, мясо просто восхитительно приготовлено. Мама Яна настоящий мастер своего дела.
- Вика, чем планируешь заниматься? – внезапно спрашивает Светлана Ивановна.
- Мам, Вика только приехала, - встревает Ян.
- Буду искать новую работу, - отвечаю с улыбкой.
- Не хочешь вернуться в университет? – продолжает расспрос Светлана Ивановна.
- В университет – точно нет.
- Жаль. Ян говорил, ты прекрасный педагог.
- Мам!
- Неожиданно слышать такое от Яна, - намекаю на его вечные опоздания и неготовность к предмету.
В ответ получаю прищуренный взгляд и коварную улыбку. Сдерживаю смех. Мне нравится находиться здесь, с Яном и его мамой, в приятной домашней обстановке. Чувствую себя в семейном кругу, как будто так всё и должно быть.

Ян
- Устала я сегодня, пойду прилягу. Спокойной ночи, дети, - говорит мама.
- Спокойной ночи, - произносим одновременно с Викой.
Мама загадочно улыбается и оставляет нас одних.
Мой взгляд устремлен на Вику, а она в свою очередь смотрит на часы.
- Уже поздно… я, наверное, поеду, - неуверенно произносит и поднимается с дивана.
- Подожди, ты хочешь сказать, что сейчас свалишь домой? - я действительно удивлен. Как такое ей могло прийти в голову?!
- А ты предлагаешь мне остаться? – ехидничает.
- Конечно, а как же наши «голодные игры»? – улыбаюсь, а на щеках Вики появляется румянец.
- Мы не помешаем твоей маме? – в ее голосе сквозит неуверенность.
- Сложно ответить. Все зависит от того, насколько сильно ты по мне соскучилась, - притягиваю ее к себе. Мыслями я уже в спальне.
- Очень сильно.
- Идем, я достаточно сдерживался сегодня. Пришло время насладиться моей девочкой, - тяну ее за руку в спальню.
Закрываю за собой дверь и наблюдаю за тем, как Вика осматривает мою комнату. Все это потом.
- Иди ко мне, - надвигаюсь на нее, - я слишком долго ждал, - обнимаю ее за талию.
Ее руки обвивают мою шею, а губы жадно целуют. Отвечаю ей тем же. Самый долгий поцелуй заканчивается. Спускаюсь к шее, оставляя легкие поцелуи. Вика запрокидывает голову.
- Как же я скучала по тебе, Ян!
- Я – сильнее, - подталкиваю ее к кровати.
Стягиваю покрывало и кидаю на пол. Медленно снимаю с нее одежду, наслаждаясь красотой ее тела. Вика не отстает от меня. На нас остается только нижнее белье. Провожу пальцем по груди, уделяя особое внимание соску, а затем захватываю его губами. Из ее ротика вырывается стон. Аккуратно кладу ее на кровать и нависаю над ней.
- Ты сегодня моя пленница! – улыбаюсь.
- Не заставляй упрашивать тебя, - хриплый голос выдает ее желание.
- Ни в коем случае, детка, - целую в губы, возбуждаясь от этого еще больше.
Одной рукой стягиваю ее трусики. Вика приподнимается, чтобы помочь мне. Мы все это проделываем не разрывая поцелуя. Отстраняюсь от ее губ и целую сосок. Мой палец касается клитора, и я чувствую, как она возбуждена.
- Ян, - задыхаясь, произносит Вика.
- Да?
- Хочу тебя.
- Сейчас, милая.
Избавляюсь от своих боксеров. Касаюсь головкой члена ее киски. Да я кончу, как только войду в нее. Слишком долго я не был внутри. Вика прерывает мои мысли, хватая член. И вот я внутри нее. Черт! Если в раю так же хорошо, как мне сейчас, то я готов умереть не раздумывая. Выхожу из нее только для того, чтобы снова войти и погрузиться полностью. Вика обхватывает мою талию ногами.
- Не останавливайся, Ян!
И я повинуюсь ей как раб. Каждое мое движение приближает нас к оргазму. Еще немного – и она кончит. Накрываю ее губы, чтобы заглушить стоны. Впивается зубами в нижнюю губу, и мы кончаем одновременно. Несколько секунд тишину в комнате разрывает наше тяжелое и частое дыхание. Скатываюсь на бок, прижимаю Вику к себе и утыкаюсь подбородком в ее шею.
- Я люблю тебя, - произносим мы одновременно.

Глава 4
16 ноября
Виктория
Несмотря на поговорку о том, что утро добрым не бывает, у меня оно просто замечательное. Впервые за долгий промежуток времени я просыпаюсь в прекрасном настроении и чувствую себя по-настоящему счастливой. Просто не передать словами, насколько приятно быть в крепких объятиях Яна. Он так сильно прижимает меня к себе, как будто боится, что я могу уйти. Но я этого не сделаю. Я больше не хочу расставаться с ним ни на день, ни тем более на неделю, месяц, год или навсегда. Только с ним я ощущаю себя по-настоящему живой, нужной, желанной и любимой.
Я давно проснулась, но мне не хочется открывать глаза. Прислушиваюсь к своим ощущениям. Я лежу на боку. За моей спиной, крепко прижимая меня к себе, спит Ян. Наверное, мы проспали так всю ночь, потому что у меня болит всё тело. Аккуратно переворачиваюсь на другой бок, чтобы оказаться к Яну лицом. Он настолько спокоен и умиротворен во сне, что ужасно хочется его поцеловать. Легонько касаюсь губами его подбородка, щеки, губ. Ян издает тихий стон и приоткрывает один глаз.
- Доброе утро, любимый, - улыбаюсь и сильнее прижимаюсь к его телу, - прости, что разбудила. Я не сдержалась.
- Утро действительно доброе рядом с тобой, - вдыхает запах моих волос.
- Как спалось?
- Отлично. Смело могу заявить: я выспался. А ты? – его рука опускается с моей спины на попу и сжимает ягодицу.
- Я давно так хорошо не спала.
Провожу рукой по его груди, и Ян сильнее прижимает меня к себе. Чувствую его возбуждение. Переворачивается на спину и тянет меня за собой. Таким образом, я оказываюсь сверху. Оставляю нежные поцелуи на его шее, слегка прикусываю мочку уха. Ян одной рукой сжимает мою грудь, а другой проводит по спине, от чего по всему телу вмиг пробегают тысячи мурашек. Схожу с ума от его прикосновений и ласк.
С кухни слышится звук бьющейся посуды, и мы резко отстраняемся друг от друга. Тяжело дышим, но возбуждение как рукой сняло.
- Твоя мама проснулась, - констатирую факт.
- Пойду посмотрю, что там происходит.
Опускаюсь обратно на постель, давая Яну возможность встать. Поднявшись с кровати, он быстро натягивает боксеры. Целует меня в лоб и выходит из комнаты. Сейчас, при свете дня, я могу рассмотреть комнату Яна. Поломанная мебель, разбросанные вещи – в общем, полная разруха. Из целого – только кровать… ну, и полосатый ковер на стене. Если бы не поломанная мебель, то здесь было бы довольно уютно.
Встаю с кровати и поднимаю с пола свое нижнее белье. Стоит пойти на кухню и предложить свою помощь. Вчера, при нашем знакомстве, Светлана Ивановна показалась очень добродушной. Она мне понравилась. Надеюсь, ее дружелюбие не временно, и дальше наши отношения будут складываться лучшим образом.
Быстро одевшись, застилаю постель и завязываю волосы в хвост. Выхожу из комнаты, и мне в нос ударяет восхитительный запах ванили и корицы. Видимо, Светлана Ивановна с утра пораньше решила заняться выпечкой.
- Доброе утро, - произношу с улыбкой, зайдя на кухню.
Ян заметает осколки разбитой посуды, а его мама увлечена приготовлением завтрака.
- Доброе утро, дорогая, - Светлана Ивановна разворачивается ко мне лицом и так же одаряет меня улыбкой, - я вас разбудила? Прости. Хотела приготовить завтрак до того, как вы проснетесь, - виновато произносит она.
- Ничего страшного, мы раньше проснулись, не переживайте. Вам чем-нибудь помочь?
- Нет-нет, уже почти всё готово, - ставит на стол тарелку с сырниками.
- Пойду оденусь, - говорит Ян, закончив убирать осколки.
Проходя мимо, Ян целует меня в висок и хлопает по заднице. Я знаю, что Светлана Ивановна этого не видела, но явно слышала, поэтому я заливаюсь краской от смущения.
- Я давно не видела его таким, - тихонько произносит мама Яна, - спасибо тебе. С твоим приездом в доме посветлело. На минуту я даже забыла, что Пашенька… - её голос дрогнул, и по щеке скатилась слеза.
- Всё будет хорошо.
Не нахожу, что еще сказать в такой ситуации, поэтому подхожу к ней и обнимаю, показывая тем самым свою поддержку. В таком положении нас застает Ян. Встречаемся с ним взглядом, и я вижу на его лице благодарную улыбку. Их семья отчаянно нуждается в чуде.
- Садитесь за стол, - говорит Светлана Ивановна.
В этот момент в дверь звонят. Ян переглядывается с мамой и уходит проверить, кто пришел. Меньше чем через минуту из прихожей слышится шум и радостные голоса Яна и какой-то девушки.
- Неужели приехали! - радостно произносит Светлана Ивановна и, вытерев руки о фартук, бежит встречать гостей.
Выхожу следом за ней и останавливаюсь в дверном проеме, дожидаясь пока меня представят. Сразу узнаю парня, снимающего куртку, и девушку, обнимающую Светлану Ивановну. Она тут же замечает меня и быстро переводит взгляд на Яна, как будто ища подтверждения своей догадке. Ян подходит ко мне и кладет руку на талию.
- Познакомьтесь, это Вика, - произносит он, - а это Марина и мой брат – Глеб.
Глеб просто кивает мне, улыбается уголками губ и обнимает мать. Для Светланы Ивановны это лучший подарок: ей просто необходима теплая, семейная обстановка.
- Приятно познакомиться, - говорю я и моментально оказываюсь в объятиях Марины, от чего на мгновение теряюсь.
- Ты не представляешь, насколько я рада наконец-то с тобой познакомиться! – визжит девушка. – Ян так много о тебе рассказывал, но ты еще лучше, чем я себе представляла!
- Спасибо, - смущенно улыбаюсь и перевожу взгляд на Яна.
- Так, ладно, хватит смущать мою девушку, - спасает положение Ян.
- Раздевайтесь, мойте руки и садитесь за стол, - улыбаясь, командует Светлана Ивановна и возвращается на кухню.
Там Марина сразу же занимает место рядом со мной.
- Я хотела поблагодарить тебя, - пользуется случаем Марина, пока наши парни говорят о своем, - я знаю, что это ты договорилась о помощи для меня. Я не знаю, как тебя благодарить.
- Перестань, - улыбаюсь ей, - у меня просто оказались нужные знакомства, так что моей особой заслуги здесь нет. Я рада, что с тобой всё хорошо.
- А ты ещё и скромница у нас, - смеясь, говорит Марина и переводит взгляд на Яна. - Янчи, она мне нравится.
- Мне тоже, - улыбается во все тридцать два зуба и подмигивает мне.

Ян
Давно мне не было так хорошо. Если бы ещё отец сидел с нами за столом, я мог бы с уверенностью заявить, что абсолютно счастлив.  Но он в больнице. Сейчас, когда он прикован к постели, мне его не хватает. Я хочу познакомить его с Викой. Хочу рассказать ему, как счастлив. Мне интересно знать его мнение. Я нуждаюсь в его советах. Я нуждаюсь в своем отце. Странно, но это понимаешь только в таких ситуациях. Жизнь ставит тебя на колени, и ты начинаешь все переосмысливать и смотришь на всё другими глазами. Сейчас я чаще задумываюсь о том, почему не мог найти с ним общий язык. Я злюсь на себя из-за того, что столько времени потрачено зря на бессмысленные споры и обиды. Надеюсь, у меня будет шанс всё исправить.
- А когда отец вернется из командировки? - спрашивает Глеб. - Куда, вы сказали, он уехал?
За столом повисает тишина. Брат смотрит то на меня, то на маму.
- Да что с вами такое? - улыбается, а затем улыбка гаснет. - Где отец? Что с ним?
- Сынок...- мама замолкает.
- Отец в больнице, - отвечаю я.
- В больнице? - переспрашивает Маришка, медленно пережевывает еду и сглатывает.
- Что с ним? Почему вы молчите? - Глеб срывается на крик.
Мама не сдерживает слез.
- Он в коме... уже неделю, - говорю я.
Когда брат, наконец, прекращает орать и успокаивается, за столом царит другая атмосфера. Счастье сменилось болью и печалью. И это отчетливо можно прочитать на наших лицах.
- Я поехал в больницу, - Глеб встает из-за стола.
- Я с тобой, - вслед за ним поднимается его девушка.
- Нет, тебе нужно отдохнуть.
- Но...
- Марина!
Когда брат так обращается к Маришке, ему лучше не перечить.
- Хорошо, я буду ждать тебя у родителей.
Глеб кивает.
- Сынок, подожди меня, - просит мама.
Я выхожу на балкон. Нервы на пределе. Надо покурить.
- Почему ты не сказал об отце? - компанию мне составляет брат.
- Зачем? Ты мог сорваться домой. А как же Маришка? - вопросительно смотрю на него.
Он ничего не отвечает. Возможно, понимает, что я просто не хотел ставить его перед выбором и решил всё за него.
- Не знал, что у тебя есть девушка, - после минутной паузы заявляет Глеб.
- Теперь знаешь.
- Ладно, я поехал, - разворачивается, чтобы зайти в квартиру.
- Глеб?
- Да? - оборачивается.
- Побудешь с мамой пару дней. У нас планы с Викой.
Улыбается.
- Без проблем, братишка, - заходит обратно в квартиру, и я не успеваю его поблагодарить.
Маришка уходит к своим родителям. Провожаем маму с Глебом. Мы с Викой идем к ней домой. Она настояла на этом. Можно было воспользоваться возможностью и побыть вдвоем, но она начала жаловаться, что ей нужно переодеться. Девчонки так заморачиваются насчет одежды. Не понимаю этого. Вика может спокойно ходить в моих вещах. Так она выглядит еще сексуальнее.
Мы подходим к дому, и на меня накатывают воспоминания. На Вику, по-видимому, тоже, потому что мы смотрим друг на друга.
- Это был самый ужасный день в моей жизни, - признаюсь я.
- Для меня это был второй ужасный день.
- Я так счастлив, что, несмотря на мои косяки, ты вернулась, - сжимаю ее в объятиях.
- Я не могла не вернуться, - произносит с грустью и обнимает меня за талию.
Звонок от Гриши прерывает наш разговор. Разрываем объятия. Он сообщает о том, что на работе прорвало трубы, и поэтому у меня два выходных. Это лучшее, что начальник мог мне сказать.
- Хорошие новости, - говорю Вике, убирая телефон в карман.
- Какие?
- Я твой на целых два дня. Сегодня не в счет.
- Это отличные новости, - расплывается в улыбке, - но тебе разве не нужно в университет?
- Универ подождет. Чем займемся в ближайшие дни? - подмигиваю.
- Я хотела съездить к родным. Бабушка ужасно расстроилась, когда я сообщила о своем отъезде. Но я могу и по телефону сказать ей о своем возвращении.
- Значит, ты решила познакомить меня со своей семьей, - утверждаю я.
Неуверенно кивает.
- Я не против, хотя жутко волнуюсь, - касаюсь ее губ.
Вике не стоит знать, что у меня кишки стягивает от страха. Знакомство с ее семьей – ответственный шаг. Не налажать бы.
- Я за два дня познакомилась с твоей мамой, братом и подругой, - говорит она отстраняясь, - так что, думаю, ты тоже переживешь знакомство с моими бабушкой и дедушкой, - улыбается.
- Переживу, - говорю ей, - надеюсь, - произношу мысленно.
- Идем, ты замерзла.
Дверь нам открывает Кира.
- Нарисовалась сладкая парочка, - обнимает и целует Вику, - я уж думала, вы еще не скоро из берлоги выйдете.
- И тебе привет, сварливая.
Прищурено смотрит на меня, затем переводит взгляд на Вику.
- Можно я сделаю с ним то, что давно надо было сделать?
Вика смеется.
- Он мне еще нужен.
- Еще? - переспрашиваю я.
Улыбается, целует меня в щеку и шепчет на ухо:
- Всегда.
- Начинается, - Кира закатывает глаза, - я буду у себя.
Провожаем ее дружным смехом. Пока Вика переодевается, я решаю поговорить с Кирой. Мне нравится её злить. Без стука захожу в комнату.
- Стучать не учили? – смотрит на меня насупившись.
- Да ладно, все свои, - ложусь поперек кровати и закидываю руки за голову.
Кира тянет тетрадь, на которую я лег.
- Сколько ты весишь, тушка?
- 80, а что? – приподнимаюсь.
- Сломаешь мне кровать – будешь покупать новую, - злится.
- Гриша купит, - осматриваю комнату и замечаю фотографии на полке.
- Не боишься Гришиной реакции?
- А стоит? – подхожу к полке и беру рамку.
- Если инстинкт самосохранения есть, то да, стоит.
Ее слова остаются без ответа, потому что все мое внимание приковано к фотографии, на которой Вика и Кира еще школьницы. Невинное и красивое лицо Вики вызывает улыбку. Она практически не изменилась, не считая прически.
- Сколько вам здесь лет? – показываю фото Кире.
- 17.
Ставлю рамку на место и беру другую. На этом фото девчонкам лет двадцать. В глаза бросается татушка на предплечье Киры. Трискеле – древний символ кельтов смотрится оригинально. Лет пять назад я хотел сделать тату, но так и не нашел для себя что-то подходящее.
- Тату?! Ай-яй, товарищ преподаватель! – дразню я.
- Поставь на место! – злится Кира, вызывая у меня смех.
Бросает в меня декоративную подушку. Ловко уворачиваюсь, но содержимое полки с грохотом падает на стол.
- Собирай! – еще немного – и цвет лица Киры будет того же оттенка, что и волосы.
- Слушай, как давно вы виделись с Гришей? Ты сегодня жутко злая, - ставлю ее побрякушки на полку.
Кира делает вид, что не слышит мой вопрос, проверяя тетради студентов.
Усмехаюсь и ставлю безделушки на полку. Когда очередь доходит до губной гармошки, не могу сдержать смех.
- Подудишь? – спрашиваю у Киры.
- Положи на место, - багровая от злости, цедит Кира.
- Значит, вот под какой инструмент пляшет Гриша, - ничего не могу с собой поделать. Ее злость забавляет меня.
- Выметайся из моей комнаты, мне пора собираться.
- Гармошку не забудь, если ты собираешься к своему парню, - я едва успеваю прикрыть за собой дверь, как что-то с грохот ударяется в нее.
Смеюсь.
- Что у вас происходит? – Вика появляется в коридоре.
На ней лосины и футболка. Ее ножки заставляют забыть обо всём.
- Ничего, идем, - хватаю ее за руку и тяну в комнату.
Как только оказываемся вдвоем, впиваюсь в ее губы, а мои руки блуждают по стройному телу. После разлуки я чувствую острую потребность прикасаться к своей девушке. Может, это страх иллюзии? Смешно, но иногда происходящее кажется мне сном.
- Мы не одни, - напоминает Вика, разрывая поцелуй.
- Кира уходит, - провожу языком по ее шее.
- Давай сегодня останемся у меня, - говорит Вика, наклоняя голову вправо, тем самым открывая доступ к самой чувствительной части своего тела.
- Хорошо, детка.
Запускает пальцы в мои волосы и притягивает для поцелуя. Теперь все наши дни будут наполнены безумной страстью и любовью.

Глава 5
17 ноября
Виктория
- Доброе утро. Куда вы собрались в такую рань? – зевая, спрашивает Кира.
Мы с Яном уже давно проснулись, но подняться с кровати стоило больших усилий.
- Доброе. Съездим к бабушке и дедушке, - отвечаю ей, наливая кофе себе и Яну.
- Ян, неужели свататься едешь? – подруга не упускает возможности подшутить.
- Нет, тебе дедулю еду искать, - сдерживает улыбку.
- Очень смешно, - закатывает глаза и подходит к холодильнику.
- Старый конь борозды не портит, - подмигивает и уже не может сдержать смех.
- Я что-то пропустила? - смотрю то на смеющегося Яна, то на злую Киру. Не знаю, как реагировать.
- У кого-то с утра настроение хорошее, - Кира прищурено смотри на Яна. - Вик, его пора прекращать кормить сладким.
- Мой десерт неприкосновенен, - притягивает меня к себе и целует.
- Фу, - фыркает, достает из холодильника йогурт и выходит с кухни.
- Кажется, у твоей подруги идет война роз.
- Не обижай её, - запускаю пальцы в его волосы и дарю быстрый поцелуй в губы.
- Она сама кого угодно обидит.
После завтрака убираю со стола. Иду в комнату и собираю вещи для поездки. Поскольку мы вернемся завтра, беру с собой только самое необходимое и складываю в небольшой рюкзак. В коридоре сталкиваюсь с Кирой.
- Ты сегодня спала вообще? У тебя усталый вид, – говорю подруге, пока она обувается.
- Два часа. Вернулась под утро. Ждала, когда вы закончите свои скачки.
- Места в первом ряду – только для тебя, - вклинивается в разговор Ян.
Толкаю его в бок.
- Вы невыносимы, - говорю им и прикрываю глаза ладонью.
Кира заканчивает завязывать шнурки на ботильонах и надевает пальто.
- Бабуле с дедулей – привет, - целует меня в щеку, перед тем как выйти из квартиры.
- Я тоже пошел, - говорит Ян и целует меня в другую щеку, - возьму машину и заеду за тобой. Скоро вернусь.
Закрываю за ними дверь и возвращаюсь на кухню. Подхожу к окну и вижу, как Кира выходит из подъезда, а следом за ней – Ян. Уверена, что он и сейчас не упустит возможность позлить мою подругу. Не могу сдержать улыбку при воспоминании о том, как Кира еще совсем недавно флиртовала с Яном в тренажерном зале. Мог ли тогда кто-нибудь хотя бы предположить, что в итоге с Яном буду я? Кажется, что всё это было так давно, а на самом деле прошло всего два с половиной месяца. Сколько всего произошло за это время…
Где-то вдалеке раздается звонок мобильного телефона, и это отвлекает меня от воспоминаний. Неужели Кира звонит пожаловаться на Яна. Смеюсь от этой мысли. Нахожу свой телефон в комнате, под подушкой. На экране высвечивается «Миша». Я не настроена разговаривать с ним, но он не оставит меня в покое – надо ответить. Не хочу, чтобы Миша позвонил в тот момент, когда Ян будет рядом. Он только начал возвращаться к нормальному состоянию.
- Алло? – отвечаю на звонок.
- Привет. Я уже и не надеялся, что ты ответишь. Я звонил и писал тебе, но ответа так и не получил.
- Я была занята, - не нахожу, что еще ответить.
- Ты с ним? - слышится злость в голосе Миши.
Мне не нравится, каким тоном он говорит о Яне.
- Какая разница, Миш? Ты что, теперь будешь контролировать каждое мое движение?
- Я не собираюсь тебя контролировать. Я просто не хочу, чтобы ты была с ним.
- Я это уже слышала, но тебе не кажется, что решать мне, а не тебе? Я думала, мы уже это обсудили. Пожалуйста, оставь меня в покое. Если мы не можем быть просто друзьями, то нам лучше вообще не общаться.
Завершаю звонок, не давая ему возможности еще что-либо сказать. Я больше не хочу позволять Мише вмешиваться в наши с Яном отношения. Достаточно того, что нам уже пришлось пережить из-за него.
Провожу руками по голове, пропуская волосы между пальцев. Удивительно, как от одного короткого разговора эмоции меняются с космической скоростью. От былого прекрасного настроения практически ничего не осталось. Зато на смену ему пришла грусть. Появился неприятный осадок на душе. Не хочу, чтобы Ян заметил перемену в моем поведении, – нужно выбросить этот разговор из головы.
Пока жду возвращения Яна, включаю на проигрывателе одну из песен группы One Repablic. Ритмичная мелодия вмиг отвлекает от ненужных мыслей и напоминает о том, что совсем скоро я увижу своих любимых бабушку и дедушку. Надеюсь, что им понравится Ян. Он не может не понравиться.
Только я беру в руки телефон, чтобы посмотреть время, – звонит Ян. Сообщает, что подъехал. Выключаю музыку, беру рюкзак и выхожу из квартиры. Перед подъездом вижу чёрную Audi. Прислонившись к ней спиной, стоит Ян.
- Ты что, угнал машину? – смеясь, подхожу к нему.
- Это машина отца, - объясняет он и, зажав зубами сигарету, открывает передо мной пассажирскую дверь.
Выбросив окурок, Ян садится на водительское место и заводит машину.
- Куда путь держим? – спрашивает, заводя двигатель.
- Выезжай на трассу. Дальше буду говорить, где повернуть.
Успешно избежав пробки в час пик – когда все едут на работу, – мы выезжаем на трассу. В салоне гремит музыка. Голоса исполнителей и песни кажутся мне знакомым, но я никак не могу вспомнить название группы.
- Бас низкий в тачке рвёт, и малышку это прёт, - Ян начинает подпевать.
- Господи, что ты слушаешь? – не сдерживаю смех.
- Чаян Фамали. Тебе не нравится?
- В твоем исполнении – безумно нравится, - наклоняюсь ближе и целую его в щеку.
Начинает играть следующая песня этой группы:
Ты мой кайф, и я видимо зависим
От твоих звонков и сотен электронных писем,
Среди истин символов
Я попал на её Love.
Ян кладет руку мне на ногу, и по телу моментально пробегает стая мурашек.
- Смотри, как мы разворошили постель – кайф! Капельки пота по твоей спине стекают.
- Если ты не перестанешь это делать, то мы не доедем до бабушки с дедушкой, - предупреждаю его, хотя мне совсем не хочется, чтобы он прекращал.
- Включить аварийку? – подмигивает.
Закусываю губу и смотрю Яну в глаза. Видимо, по моему взгляду все становится понятно. Ян съезжает с трассы на обочину и включает аварийку. Отодвигает кресло немного назад, освобождая больше пространства перед собой.
- Иди сюда, - протягивает руку ко мне.
Перебираюсь к нему на колени и сразу же впиваюсь в губы. С силой сжимает мою попу, от чего еще больше пробуждает во мне желание. Расстегиваю свою куртку, снимаю и отбрасываю ее на заднее сиденье. Жадно целую Яна, кусаю его за нижнюю губу, и у нас одновременно вырывается стон. Запускаю руки под его свитер и провожу ими по груди и животу. Прижимаюсь к Яну всем телом и неосознанно начинаю тереться об него. Чувствую его готовность и сама больше не могу ждать. Тянусь к молнии на джинсах Яна и пугаюсь, когда в окно кто-то начинает стучать. Мы мигом отрываемся друг от друга, но Ян удерживает меня за талию, не позволяя вернуться на свое место. Опускает окно. На нас смотрит какой-то мужчина, а мне становится неловко.
- У вас аварийка работает, - говорит мужчина, - нужна помощь?
- Спасибо, мы сами, - отвечает Ян, еле сдерживая смех.
Мужчина, видимо, понял, что помешал нам, – извиняется и уходит. Встречаемся с Яном взглядами и начинаем смеяться. Возбуждение как рукой сняло. Нежно провожу ладонью по щеке Яна, целую в губы и возвращаюсь на свое место.
Весь оставшийся путь Ян не переставал меня смешить. Меня радует его приподнятое настроение. Надеюсь, что таким оно и останется после встречи с моими родными.
- Приехали, - говорю Яну, указывая на зеленый забор.
Подъезжает впритык и глушит двигатель.
- Готов? – беру его за руку и дарю улыбку.
- У меня нет выбора.
- Это мои бабушка и дедушка. Мне страшно подумать, что с тобой будет, когда я решу познакомить тебя с родителями, - смеюсь.
- Ну что же, пойдем посмотрим на них.
Выходим из машины. Подхожу к калитке и стучу. Видимо, нас заметили, как только мы подъехали, поэтому калитку открыли быстро.
- Кого это к нам принесло? – улыбаясь, говорит дед. Он удивлен моим появлением.
- Привет, дедушка, - обнимаю его за шею и целую в щеку.
Из дома сразу же показывается не менее удивленная бабушка и спешит ко мне навстречу.
- Ты вернулась! – радостно произносит и крепко сжимает меня в своих объятиях.
- Да. Я не одна. Познакомьтесь, это Ян, - перевожу на него взгляд и подхожу, чтобы взять за руку, - мой молодой человек. А это мой дедушка – Андрей Олегович и бабушка – Елизавета Захаровна.
- Здравствуйте, - сдержано приветствует Ян и пожимает деду руку.
- Я надеюсь, его ты не из Испании притащила? – смеясь, спрашивает дедушка.
Смотрю на него предупреждающе, прежде чем ответить:
- Нет. С Яном мы здесь познакомились.
Чувствую, как Ян напрягается. Сильнее сжимаю его руку.
- Это в корне меняет дело. Эти испанцы мне никогда не нравились.
- Андрей, - встревает бабушка, - ты дрова уже принес? Дети, заходите в дом, не стойте на холоде, - обращается к нам.
- Вот бабка… не дает уже поговорить, - бурчит дедушка.
- Поможешь деду? – шепотом прошу Яна, когда все расходятся.
Кивает и идет следом за ним. Захожу в дом, и бабушка тут же начинает расспрос.
- Ты из-за Миши уезжала? Что он натворил? - бабушка искренне переживает за меня.
- Не могу всего рассказать, но с Мишей мы уже давно не вместе. Хотя уезжала я, можно сказать, из-за него.
- Он мне сразу показался подозрительным и неискренним. И ты не была счастлива рядом с ним. А вот с Яном сразу видно, что все по-другому, - хитро улыбается.
- С Яном действительно все по-другому, - чувствую, что щеки горят от смущения.
Бабушка берет мои руки в свои и с нежностью потирает.
- Я так рада, что ты вернулась. Напугала меня тогда своим звонком.
- Прости, - обнимаю ее, - тогда я не видела другого выхода, как только уехать. Мне нужно было время разобраться в себе.
- Разобралась?
Киваю и улыбаюсь.
- А теперь пойдем на кухню. Надо вас чем-то покормить, а то совсем худенькие.

Ян
Плетусь за дедом. Он молчит, а я не знаю, о чем с ним говорить. У меня абсолютно нет опыта общения с людьми пожилого возраста. Мы с Глебом так и не узнали, каково это – иметь бабушку с дедушкой. Интересно, а какие были мои старики? Мама плохо помнит своих родителей. Она была маленькой, когда попала в детский дом. Что касается родственников отца, то я узнал семейную тайну полмесяца назад. Наверное, они были жестокими людьми, если поставили своего ребенка перед выбором.
- Знаешь анекдот про бабку и дрова?
Прерывает мои мысли Андрей Олегович.
- Нет.
- Я вчера бабушке дрова наколол! - Что, тимуровец? - Нет, татуировщик!
Улыбаюсь. У деда своеобразное чувство юмора.
- У тебя, кстати, татуировки есть?
- Нет.
- Вот это хорошо, а то сейчас молодежь любит рисовать на своем теле, как на тетради.
Дед кивает на поленницу. Набираю охапку и несу в дом.
- Потом вернись, - кричит вслед.
Веселые выходные мне предстоят. Может, стоило подождать со знакомством с будущими родственниками? Захожу в дом и смотрю на счастливое лицо Вики. Не зря приехали!
- Ян, ты напомни деду, чтобы солений из кладовки принес, - говорит Елизавета Захаровна.
- Хорошо, - подмигиваю Вике.
Во дворе деда не нахожу. Оглядываюсь. Куда он пропал?
- Пойди сюда, - разворачиваюсь на голос деда. Он выглядывает из какой-то избушки.
Захожу внутрь. Видимо, это и есть кладовка. На полках стоят банки с вареньем и соленьем.
- Садись, - командует Андрей Олегович.
Устраиваюсь на сундуке и продолжаю осматривать помещение.
- Держи, попробуем наливку этого года.
Предложение деда застает меня врасплох.
- Не мнись как баба, или Куську боишься?
Вопросительно смотрю на него.
- Внучку мою, - трясет граненым стаканом, который наполовину наполнен темно-бордовой жидкостью.
Беру стакан из его рук.
- Ты с ней построже, - выпивает, немного морщится. На табурете, что служит столом, лежит сало и соленые огурцы. Закусывает.
- Я свою бабку всю жизнь держу в ежовых рукавицах, - наливает себе еще наливки. - Ты пей, не стесняйся.
Залпом выпиваю содержимое. Передергивает от кисло-сладкого вкуса. Закусываю огурцом. Мой стакан тут же наполняется волшебным напитком деда.
- Вроде здоровый, а куксишься как девка.
Давлюсь от слов. Откашливаюсь.
- Ты в армии служил?
- Нет, - впервые становится неловко, потому что не горю желанием идти в армию.
- А собираешься?
Отрицательно качаю головой, закусывая салом.
Дед читает мне мораль о том, что каждый уважающий себя парень обязан служить. Молча выслушиваю его, но остаюсь при своем мнении. Затем начинаются расспросы о моих родителях. Мой рассказ, видимо, нравится Андрею Олеговичу, потому что он улыбается (или мне кажется). Вообще по выражению его лица очень сложно определить, о чем он думает.
За разговорами я не замечаю, сколько мы выпили. Периодически дед дает мне советы, как строить отношения с Викой. Если бы она послушала его, то была очень удивлена. Ее дедушка определенно сторонник патриархата.
Дверь со скрипом открывается.
- Нет, вы только посмотрите на них! - Елизавета Захаровна смотрит исподлобья.
- А мы тут наливку пробуем, Лизонька! Кстати, отличная получилась, - меня распирает от смеха при виде Андрея Олеговича.
Куда делся сторонник домостроя?
- Идите в дом и соленья прихватите, - бабуля оставляет нас одних.
- Ух, разошлась старая! - бурчит дед. - Нет, ты видел, внучок?
- Видел, дед, идем, - поднимаюсь на ноги и только сейчас понимаю степень своего опьянения.
Провожаю деда до крыльца и возвращаюсь за банками. Надо покурить. Устраиваюсь на скамейке. Мне нравится здесь. Я испытываю подобное чувство, находясь на даче. Цивилизация иногда напрягает. Устаешь от городской суеты и беготни. А в таких местах происходит некое единение с природой. Выкидываю окурок и достаю из кармана телефон. Набираю номер мамы. Голос грустный, но она пытается казаться сильной. Мечтаю, чтобы мои родители, так же как Андрей Олегович и Елизавета Захаровна, состарились вместе, а потом принимали у себя в гостях внуков.
Мама рассказывает о том, как прошел ее день, о самочувствии отца. Глеб и Маришка рядом. Я спокоен за маму. Прощаюсь с ней. Выкуриваю еще одну сигарету и поднимаюсь на ноги, которые стали ватными после наливки. Легкое головокружение. Дед однозначно мастер по наливкам. Надо бы Рому угостить. Он заценит способности Андрея Олеговича.
Сначала загоняю машину во двор, а потом хватаю банки и иду в дом. Стол накрыт. Дед во главе. Подмигивает мне.
- Я смотрю, знакомство с дедушкой можно считать удачным, - шепчет мне на ухо Вика.
- Кажется, мы нашли общий язык, - улыбаюсь.
- Это ощущается за милю.
- Наливка отличная, а можно с собой прихватить? Хочу угостить Рому.
- Спрашивай у дедушки, вы же нашли общий язык. Думаю, он тебе не откажет.
- Спасибо за помощь.
- Всегда пожалуйста, - подмигивает и целует меня в щеку.
Рядом с супругой Андрей Олегович почти не пьет. Говорим мы на общие темы: политика, экономика, культура. Дедушка и бабушка Вики – люди советской закалки, труженики и простые рабочие. Мне нравится ее семья. Может это покажется неправильным, но я рад, что именно такие люди воспитали ее. Наверное, благодаря этому она и отличается от большинства девушек. Перевожу взгляд на Вику и просто радуюсь этому моменту. К концу ужина меня клонит ко сну то ли от наливки, то ли от усталости.
Пока Вика помогает бабушке на кухне, иду на улицу. Подкуриваю.
- Подложи под мягкое место, - дед бросает мне коврик, - а то простатит заработаешь.
Благодарю и кидаю коврик на крыльцо. Дед садится рядом со мной.
- И зачем травить себя этой гадостью? - возмущается.
- Нервы успокаивает. А вы никогда не курили?
- Нет, ни разу в своей жизни, - гордо произносит он.
Выкидываю окурок, и мы еще несколько минут стоим на крыльце.
- Хорошо у вас здесь, - говорю я.
- А ты почаще приезжай – мы с тобой еще наливки попьем, - хлопает меня по плечу.
Мы оба смеемся.
- Обязательно приедем.
- Иди в дом, я закрою ворота.
Нам выделяют отдельную комнату. Сиреневые шторы и обои в тон свидетельствуют о том, что она принадлежала Вике. Скромно и уютно. Представляю, как Вика сидела за письменным столом и рисовала в альбоме или читала книгу.
- Почему ты улыбаешься? – спрашивает она.
- Мне нравится твоя комната, - мои руки в карманах спортивных штанов.
Вика подходит ко мне и едва касается губ. Трется своим аккуратненьким носиком о мой нос.
- Не дразни меня, детка! Сегодня я не настроен на секс.
Хихикает и обвивает мою шею руками. Пытаюсь поймать ее губу, но она уклоняется.
- Не стоит этого делать, - повторяю попытку.
- Ложись, я скоро вернусь, - с этими словами оставляет меня одного.
Недолго думая, запрыгиваю под одеяло. Смотрю на потолок. Перед глазами все плывет. Закрываю глаза. Проваливаюсь в сон, но руки Вики на моей талии возвращают в реальность. Поворачиваюсь к ней лицом и обнимаю.
- Спокойной ночи, Куська.
- Спокойной ночи, Янчи, - не остается в долгу.
Смеемся, а затем, прижавшись друг к другу, засыпаем.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Пожалуйста, войдите, чтобы комментировать.