Не виноватая я

Чайка София

Просмотров: 1956
Категории: Эротика 18+
5.0/5 оценка (4 голосов)
Загружена 28.10.16
Не виноватая я

Купить книгу

Формат: PDF
Избранное Удалить
В избранное!

Во время каникул Эва приезжает погостить к брату в Грецию, но он собирается в свадебное путешествие и поэтому просит лучшего друга присмотреть за сестрой. Клио недоволен порученным делом, ведь он и сам собирается жениться, однако не может отказать Рафаэлю. Мелину пытаются насильно выдать замуж. Она всеми силами сопротивляется ненавистному жениху. Он же не собирается потакать прихотям избалованной девушки. Сумеют ли они достичь согласия, и состоится ли свадьба? Лето обещает быть жарким. (Средиземноморские каникулы - 2.) Авторская версия.

Пролог

– Ты не можешь здесь остаться.

– Рафаэль!

– Это – мое последнее слово.

– Планируешь дать обет молчания?

– Не дерзи, Эва.

– Попробуй закрыть мне рот!

Мужчина промолчал и отошел к окну отчего дома на берегу моря, сегодня спокойного и мирного. Вчера штормило. Волны накатывали на берег, как прожорливые листья венериной мухоловки [1], увлекая за собой все, что ранее покоилось на пляже. Раф частенько наблюдал за ним – переменчивым, как женщина, и таким же прекрасным. Однако в последнее время он предпочитал любоваться собственной женой, в погоне за которой преодолел множество километров – и морем, и сушей.

Рафаэль вздохнул. Он не мог лишить любовь всей своей жизни медового месяца.

– Эва, пойми, мы с Лизой сегодня улетаем. У нас – законный и долгожданный отпуск.

– А кто спорит? Счастливого пути. Я не пропаду.

– Ба, знакомые слова! Уже слышал их однажды. Если мне не изменяет память, тогда ты тоже гостила в этом доме. Не успел я отлучиться на пару дней, как ты очутилась в ночном клубе. С Мелиной. Как же без нее?

– Ну и что? Очень милое место. И разве Мелина – не сестра твоего друга?

– Мелина – самый худший вариант из возможного сопровождения. Ее саму на поводке… Я хотел сказать: за руку водить нужно. На что, спрашивается, вы там глазели? Подумать только!

– Не нужно закатывать глаза, Рафаэль. Тебе не идет. Подумаешь, мужской стриптиз.

– Тебе только восемнадцать!

– Уже восемнадцать. Осознаешь разницу? Я – совершеннолетняя.

– Послушай, совершеннолетняя, если бы я не примчался вовремя и не воспользовался нужными связями, ты могла очутиться в подпольном борделе – вместе с чертовкой Мелиной! Теперь негоднице не отвертеться от замужества. Отец нашел ей подходящего жениха.

– Бедная женщина. Брак по соглашению! Что может быть хуже?

– Бордель.

– Напоминаю, что все обошлось. Уже полгода прошло. Зачем так бурно реагировать?

– Я едва не поседел. Да что там: я мог потерять любимую женщину!

– Глупости. Если женщина любит, она никуда не денется.

– Тебе еще рано рассуждать на эту тему.

– А кто мне запретит?

– Все, с меня хватит. Ты сегодня же улетаешь домой.

– Выставляешь единственную сестру из собственного дома? Лишаешь бедную девушку каникул?

Эва сделала паузу. Получилось довольно драматично. Не зря ее приняли в театральный. Но брата, к сожалению, не так-то просто разжалобить. Раф точно знает, что грозит одинокой девушке среди темпераментных южных мужчин.

– Я не могу оставить тебя без присмотра.

– Попроси кого-нибудь. Желательно, чтобы этот кто-то передвигался с тросточкой и носил очки.

Раф задумался. У него имеется один должник. Но согласится ли он?

– Все, что угодно, но от этого избавь! – Клио рубанул рукой воздух и вскочил с кресла. Рафаэль решил дать другу несколько минут, чтобы тот успокоился, и молча наблюдал за тем, как Клио бегает по комнате. Друг открывал и закрывал дверцы шкафов в доме своего отца, где его нашел Раф, явно что-то разыскивая. – Где эта чертова Tsipuro [2]?

Он наконец-то отыскал ее – на полке в старинном резном буфете, налил в рюмку и проглотил залпом. Раф терпеливо ждал, понимая, что и сам, мягко говоря, не обрадовался бы подобной просьбе. Он всегда чувствовал себя воском в руках Эвы и ничего не мог с этим поделать. Рафаэль обожал сестру и мог доверить ее только самому надежному из знакомых мужчин – Клио. Громов не в счет, он нянчит сына, а значит, не может наблюдать еще и за Эвой.

Следовало признать, что Клио Спиру заслуженно пользовался репутацией разбирающегося в женщинах человека и очень нравился им – независимо от возраста, но в последнее время стал уделять больше внимания бизнесу, возмужал и посерьезнел. К тому же другой подходящей кандидатуры на должность няньки для Эвы у Рафа не осталось. Своего отца он просить не решился. Старику не угнаться за легкомысленной девчонкой.

Надеясь, что Tsipuro уже оказала свое благотворное воздействие на настроение Клио, Рафаэль осторожно продолжил:

– Клио, я впервые попросил тебя об одолжении. Неужели так трудно присмотреть за девочкой?

– Это чертенок, а не девочка!

– Твоя сестра тоже далеко не ангел.

– За что и будет наказана. Завтра из Штатов прилетает Костаки.

– Георгиос?

– Да, он. Отец, конечно, погорячился, но я его понимаю. После того, что Мелина натворила…

– Поэтому и прошу тебя, как друга – последи за Эвой. Сам видишь, во что превращаются девушки, когда предоставлены сами себе.

– Ты забываешь, что я почти женат. У меня – достойная невеста. Не хочу потерять ее доверие из-за белокурой чертовки. Извини, но ты и сам знаешь, что это правда.

– Пойми, это же здорово, просто превосходно, что ты почти окольцован. Я не смог бы доверить сестру свободному мужчине. Соглашайся, прошу тебя. Всего один месяц.

Клио смотрел в окно и думал. Раф молчал, надеясь, что ему не придется искать кого-то еще. Наконец друг обернулся и ткнул в него пальцем.

– Только один месяц.

До вылета осталось полчаса. Рафаэль стоял у здания аэропорта вместе с отцом и наблюдал за двумя очаровательными женщинами, щебечущими в нескольких шагах. Обе светловолосые и очаровательные, они привлекали внимание мужчин, и Рафаэль понимал почему. Он сам любил обеих.

Лиза немного похудела за последние месяцы, что не удивительно – она с трудом смотрела на еду. Его жена носила их первого ребенка, и Рафаэля прямо распирало от гордости. Женщина почувствовала его взгляд, обернулась и улыбнулась. Рафаэль едва сдержался, чтобы тут же не обнять ее. Позже. Скоро у них появится достаточно времени.

Сестра заметила их обмен взглядами и подняла кверху большой палец, выражая одобрение. О ней он беспокоился не меньше, чем о жене.

– Мне очень нравится моя невестка. Спасибо, Рафаэль.

– Я рад, отец. Не думал, что когда-нибудь так сильно полюблю женщину.

– Это всегда случается неожиданно, сынок.

Рафаэль взглянул на Кирика Раллиса – в глазах гордого грека блеснули слезы. Он смотрел на Эву.

– До сих пор любишь мою мать?

– Девочка очень похожа на нее. Почти копия, только ростом повыше.

– Согласен. Знаешь, а ведь мама очень мало изменилась. Вы могли бы встретиться. Поговорить.

– Нет, Рафаэль. Я упустил свой шанс много лет назад. У нее есть муж. Они счастливы. Надеюсь.

– Да, они дружно живут.

– Тогда хорошо. Понимаешь, я очень перед ней виноват.

– Она никогда не заговаривала об этом.

– Не хотела, чтобы ты ненавидел своего отца. Когда мы встретились, я уже имел невесту. Ты же знаешь, у нас так принято. Я не признался твоей матери, а когда она об этом узнала, то просто уехала не попрощавшись. – Раллис помолчал некоторое время. Рассказ явно давался ему с трудом. Раф ждал продолжения, но не торопил отца. Тот сделал над собой усилие и снова заговорил: – Мне стыдно в этом признаваться, но твой отец оказался трусом, Рафаэль. Я должен был вернуть любимую, а вместо этого женился на навязанной мне невесте. Не могу сказать, что мы прожили жизнь в ссорах и несогласии. Фотида старалась, но… У нас так и не появились дети. Я каждый день молился за здоровье твоей матери, когда узнал, что у меня есть ты. Вот такая история. Разочарован, сынок?

– Не мне судить тебя, отец, – Раф помолчал несколько минут, а затем заговорил о беспокоившей его ситуации: – Я тревожусь об Эве. Она будет жить в твоем доме, но… Только не обижайся… Эвангелина – очень шустрая девочка и…

– Слишком долгое вступление, Рафаэль.

– Я попросил Клио не спускать с нее глаз.

– Спиру? Ну-ну.

Лицо отца осталось непроницаемым, и Рафаэль не знал, что он думает по поводу его выбора.

Что такого может случиться за месяц?

Глава 1

 

Свободна! Мама не пилит, папа не смотрит укоризненным взглядом, брат не хватает за руку каждый раз, когда рядом оказываются мужчины. Рай!

Эва сняла яркий летний сарафан, потянулась и уже приготовилась броситься в манящие волны, когда над ухом прогромыхал знакомый голос:

– Тебе запрещено выходить из дому без сопровождения.

Девушка собиралась проигнорировать замечание, но потом вспомнила, что еще месяц ей придется общаться с этим человеком. Значит, нужно как-то сосуществовать рядом и желательно мирно. Только поэтому она медленно обернулась и захлопала глазами, как малолетняя простушка.

– Дядя Клио! Какой сюрприз!

– Я тебе не дядя, Эва, – сквозь зубы процедил Спиру. – Между нами только девять лет разницы.

– Тогда кто? Сопровождающий? Соглядатай? Тюремщик?

– Достаточно. Я лишь выполняю свои обязательства перед твоим братом. Будь любезна, веди себя приветливо! – мужчина смерил ее скептическим взглядом с ног до головы. Эва же вызывающе подбоченилась. – Или хотя бы помалкивай. У меня и без тебя хлопот достаточно.

– Ох-ох-ох! Посмотрите на этого мученика! – из-за спины Клио показалась хмурая Мелина, кивнула Эве и, нарочито сильно тряхнув пляжным полотенцем, расстелила его на шезлонге. – Понятно. Значит, все-таки, тюремщик.

– Спасибо. Хоть кто-то меня пожалел, – простонала Мелина и развязала парео, являя миру донельзя откровенный купальник и великолепное смуглое тело.

Эва думала, что это у нее три лоскутка на теле. Правду говорят, что все познается в сравнении. Юное тело не отличалось такими округлыми формами, как у Мелины. Ничего не поделаешь, в треугольники ткани специальные подушечки не поместятся.

Какая есть. Да и завидовать Мелине – причин мало. Бедняжку насильно выдают замуж. Настоящее варварство!

Пока Клио обозревал территорию платного пляжа и ворчал, что рядом с домом песок значительно чище, Эва наклонилась к Мелине и тихо поинтересовалась:

– Жених когда прилетает?

– Сегодня. Меня прямо трясет от возмущения.

– Представляю. Я бы на твоем месте…

– Ты на своем месте приглашена на ужин в честь помолвки, – встрял мужской голос.

Эва встретила жесткий взгляд Клио и ощетинилась:

– Тебе никто не говорил, что подслушивать некрасиво? А если я не приду?

На самом деле ей не терпелось посмотреть на легендарного Костаки, но она ненавидела, когда ей приказывали.

– Отец Рафаэля очень расстроится. Он мечтал представить тебя этой известной семье.

Бессовестный знает, чем можно на нее воздействовать. Эва обожала старого Раллиса и не могла обидеть его отказом. Наверное, именно об этом Кирик планировал поговорить с ней за обедом.

– Только ради Раллиса.

Чтобы не видеть, как злорадствует Клио, Эва повернулась к нему спиной и побежала к морю.

Девушка нырнула, задержав дыхание и рассматривая в прозрачной воде разноцветные камешки и потревоженные стайки рыб. Сосчитав до шестидесяти и лишь тогда вынырнув, она решила, что все еще в форме, хотя бросила заниматься синхронным плаваньем год назад. Надоело. Ей захотелось стать актрисой – играть детективов, киллеров и роковых красавиц. Но это – в будущем, а сейчас она собиралась хорошенько отдохнуть от учебы и излишней опеки.

Проплыв с десяток метров, Эва перевернулась на спину и долгое время с удовольствием качалась на волнах, решив, что в следующий раз обязательно прихватит с собой надувной матрац.

Понимая, что пора возвращаться, девушка сделала несколько гребков к берегу и снова нырнула. Однако в этот раз, проплыв пару метров под водой, она наткнулась на еще одного любителя подводных прогулок. Строение мужского тела еще под водой произвело на нее неизгладимое впечатление. Эва выбралась на поверхность, отбросила за спину длинные волосы и уставилась в невероятно привлекательное лицо. Прямой нос, крылатый разлет бровей, чувственные губы и сверкающие в улыбке белые зубы – все это выглядело нереально и великолепно.

– О! – только и смогла вымолвить девушка.

– Надеюсь, вы не собираетесь терять сознание?

Как хорошо, что она выучила греческий! Теперь может свободно болтать с привлекательными парнями.

– А вы не планируете исчезнуть? Что, если меня придется спасать? – заметив недоумение на лице незнакомца, Эва рассмеялась. – Не ожидала встретить здесь кого-то настолько симпатичного.

– Ах, это! – мужчина улыбнулся. – Это вы – настоящая красавица. Никогда таких не встречал. Работаете моделью?

– Нет! Конечно, нет.

– Вам не нравятся эта профессия?

– Почему? У меня есть знакомая модель – очень красивая женщина. Правда, она вышла замуж, родила симпатичного мальчика и больше не фотографируется. Я не слишком много болтаю?

– Нет,– мужчина расхохотался. – Никола.

– Эвангелина. Эва.

– Необычное имя. Мне нравится.

– Спасибо, – девушка посмотрела в сторону пляжа, даже издали заметила мрачный взгляд своего надзирателя. – Мне пора. К сожалению.

– Да, конечно. Было приятно познакомиться.

– И мне.

Она поплыла к берегу, но очень медленно, намеренно заставляя Клио нервничать. Ну и что? Эва не просила за ней следить.

«Скоро ужин. И помолвка».

В ожидании гостей Клио наслаждался вечерним бризом на веранде шикарной виллы отца. Величественный дом начал строить еще его прадед – Карп Спиру. Следующие поколения внесли свой вклад в его архитектуру, по мнению Клио не всегда удачный, но колонны с лепниной, огромные гипсовые вазы для цветов, статуи в саду и дорожка к морю, с любовью выложенная цветными булыжниками для жены Карпа, остались нетронутыми.

Клио не хотел мять отутюженные брюки и поэтому проигнорировал любимый гамак, натянутый между апельсиновыми деревьями. В свете грядущих событий приходилось довольствоваться кратковременным спокойствием стоя.

День сложился, определенно, неплохо. Клио отложил все дела, чтобы посвятить его Мелине, точнее покараулить ее, чтобы девушка перед помолвкой не натворила чего-то из ряда вон выходящего. Сестра выглядела угрюмой, но смирившейся. Однако, затишье вполне могло оказаться лишь обманным маневром, что заставляло Клио постоянно находиться в напряжении.

Что касается его подопечной…

Она раздражала его до невозможности. Клио даже не знал, чем больше. Пожалуй, всем: вызывающим поведением, короткими платьями, высокими каблуками – при ее-то немаленьком росте. Да, и ростом тоже, не каждая женщина могла смотреть ему прямо в глаза, не вставая при этом на цыпочки. А еще постоянными пререканиями с ним. Все, что он говорил, Эва выворачивала наизнанку. Все, что требовал – критиковала. Вслух!

Сестра Рафаэля совсем не походила на скромную Доркас – его невесту. Та никогда не повышала голос, не выставляла напоказ тело – дородное, а значит способное выносить множество детей. Она по всем статьям подходила на роль жены обеспеченного грека, что неустанно повторял его отец.

В один знаменательный момент Клио понял, что пора прекращать вольготную жизнь молодого холостяка, а это в первую очередь подразумевало отказ от свиданий с доступными женщинами. Венцом изменений в его жизни должна стать свадьба, которую уже несколько месяцев планировали мачеха жениха и мать невесты. Клио вежливо ухаживал за Доркас, не добиваясь от нее преждевременной близости. В их кругу невесты выходили замуж невинными. Клио считал, что это правильно, иначе, как еще он может быть уверен, что родившийся сын – его кровинка. Безусловно, существовала вероятность, что жена окажется холодной, но от нее и не требовался излишний энтузиазм в постели, лишь бы родила ему наследника.

Взять, к примеру, Мелину. Если бы старший Спиру не смотрел сквозь пальцы на ее выходки, она бы давно вела счастливое существование жены и матери. Однако сестра никак не могла нагуляться, а их мачеха только радовалась подобному положению вещей.

В результате Мелина достанется Костаки, которого едва знает. Конечно, Георгиос в курсе выкрутасов будущей жены и мог отказаться от свадьбы, но отец пообещал щедро компенсировать недостатки не слишком праведной невесты приданым. Всем известно, что мужчины из семьи Костаки отличаются тяжелым характером. Этот тандем станет достаточным наказанием для Мелины. С другой стороны, у его сестры тоже нелегкий нрав, а это значит, что жених и невеста либо найдут общий язык, либо поубивают друг друга.

Клио еще раз убедился, что ему по-настоящему повезло с Доркас. Иногда его слегка раздражало ее полное одобрение каждого слова и поступка жениха. Однако, не это ли – идеальные отношения?

Два дня общения с неугомонной сестрицей Рафа – и Клио начал сомневаться в очевидном. После этого месяца уже не он, а Рафаэль будет ему должен. Главное, чтобы за это время Эва не встряла в какую-нибудь неприятную историю.

Взять, хотя бы, сегодняшний день. О чем, спрашивается, она разговаривала в морских волнах с Николой Папандреу? Их вряд ли знакомили. Во всяком случае, он об этом не слышал. Клио переступил через свои принципы и спросил об этом у Эвы – должен же он отчитаться перед Рафом. Белокурая бестия изогнула губы, насмехаясь над ним, и вызывающим тоном посоветовала поинтересоваться у самого Николы. Если бы только не долг перед другом…

Мелина курила, обозревая хмурым взглядом сад. Множество окурков уже валялось в хрустальной пепельнице, стоявшей под рукой. Она давно переоделась к ужину, но к встрече с будущим мужем, наверное, не сможет подготовиться никогда. Конечно, она могла психануть, отказаться от замужества и…

Что дальше? Существование на подачки? Отказ от путешествий, дорогих развлечений, достойных нарядов? Она к этому не готова. Быть жертвой – не ее амплуа.

Муж, конечно, тоже способен запретить ей жить так, как она привыкла. Да что там «способен»! Если судить по тому, что Мелина знает о Костаки, именно так все и произойдет. Хорошо еще, что она может рассчитывать на деньги отца, которые он обещал положить в банк на ее имя. Единственное маленькое препятствие – возможность пользоваться счетом Мелина получит лишь после рождения первого ребенка – она собиралась устранить максимально быстро. Тогда все останутся довольны: муж получит наследника, отец – внука, Мелина – деньги. То, что родится мальчик, она даже не сомневалась. В их роду первыми всегда появлялись сыновья.

Кажется, все решено. Она смирилась, но на душе все равно пакостно.

Георгиос. Она не видела его с тех времен, когда Костаки в шестнадцать лет отправился учиться в Штаты. Сколько ей было? Пять? Неудивительно, что она совсем не помнит его лицо. К тому же тридцатипятилетний мужчина вряд ли похож на подростка с единственной маленькой фотографии, запечатлевшей оба семейства.

Огарок опалил пальцы, и Мелина раздраженно затушила его, а затем вытащила из пачки следующую сигарету.

Все, что она слышала о своем женихе, ей не нравилось. Совсем. Даже слегка пугало. Жесткий, даже жестокий, непреклонный, почти беспощадный. Что еще? Ах да. Бережливый, значит скупой. Мелина не сомневалась, что именно по этой причине Костаки и согласились на свадьбу с ней – запятнанной наговорами, настоящими и мнимыми недостатками. В качестве компенсации Спиру пообещали гордому семейству сказочные сокровища.

Мелина слышала, что первая жена Георгиоса считалась практически пуританкой, скромницей и умницей. И что из того? Где она теперь? В семейной усыпальнице!

Не дай Бог! Отец, за что?

Да, она далеко не паинька, возможно, слегка грубовата, порой несдержанна в выражениях и поведении, любит проводить время в обществе мужчин. К тому же, разве это не естественно, когда женщина предпочитает мужчин? Женские сплетни, ахи и вздохи – не для нее. В отличие от лицемерок из «достойного» окружения Мелина не делает из своих желаний секрета.

Отец поступает с ней слишком жестоко. Она не виновата, что привлекательна и притягивает внимание мужчин. Кстати, тогда в ночном клубе вместе с Эвой они вели себя почти примерно. Подумаешь, выпили немного, слегка подразнили парней за соседним столиком голыми коленками и животиками. Ведь это вовсе не означает, что они – путаны. Странно, что дилер из притона подумал именно так и вместе с еще несколькими такими же невоспитанными мужчинами выкрал их из милого местечка.

Счастье, что с ними ничего не успели сделать. Рафаэль и Клио подоспели вовремя. Ее отец должен благодарить за ее избавление ангелов, а вместо этого отдает свою единственную дочь дьяволу.

– Мелина, прекращай курить. Сколько можно травиться! – Клио появился неожиданно. Ее всегда раздражало это его умение. Брат открыл перед ней оконную раму, впуская свежий воздух. – Твой жених уже явился. Сделай с собой хоть что-то.

– Я выгляжу превосходно. Слишком хорошо для Костаки.

– Никто не перечит. Я о другом. Скажу тебе как брат и мужчина – никому не нравится целоваться с выхлопной трубой.

– Целоваться?! Джорджи придется умолять меня об этом.

Глава 2

 

 

Эва поправила узкое трикотажное платье, просто потянув его вниз. Этим маневром она убила сразу двух зайцев – удлинила наряд на пару сантиметров, чтобы прикрыть попку, и одновременно увеличила декольте, если его можно так назвать. Одеваясь, бюстгальтер она проигнорировала. Он не украсил бы ее, а его бретельки – тем более, поэтому лишь тоненькая веревочка вокруг шеи удерживала платье на груди в приличном положении.

Раньше, когда она покупала его вместе с мамой, это милое платьице выглядело длиннее, но Эва лично укоротила его уже здесь, в Греции. Хорошо, что мамочка не видит ее в нем, а уж папа и подавно.

Кирик Раллис – отец Рафа – лишь улыбнулся, когда она спустилась вниз, готовая сопровождать его на торжественный ужин. Этот мужчина снисходительно воспринимал все, что она делала. Даже полгода назад он единственный не орал на нее, как, к примеру, Раф, а прижал к широкой груди со слезами на глазах, согревая собственным теплом и успокаивая сочувствием. Именно в этом девушка нуждалась больше всего. Что бы она ни говорила тогда и теперь, в тот день, когда их с Мелиной закрыли на замок в темном подвале, Эва очень испугалась – впервые в жизни.

Однако сегодня ей не хотелось вспоминать о сложных мгновениях жизни. Эва собиралась веселиться. Замечательно уже то, что она – не главный гость на вилле Спиру и не ее помолвка состоится буквально через пару часов.

Девушка немного побродила по садовым дорожкам, полюбовалась кустами рододендронов и гибискусов, пококетничала с нанятым на вечер молодым барменом, предложившим ей выпить. Оглянувшись по сторонам и заметив, что все заняты делами и не обращают на нее внимания, Эва взяла бокал шампанского и поблагодарила симпатичного парня за стойкой.

Раллис и старший Спиру тихонько беседовали, сидя в креслах в углу гостиной, Клио в белоснежной рубашке и темных брюках держал за руку Мелину и что-то толковал ей. Наверное, ругал – как всегда. Еще две незнакомые женщины в возрасте, устроившись на диване, обмахивались веерами и судачили. Только одна девушка – этакая миленькая пышечка – сидела на стуле недалеко от остальных и скучала, скромно сложив руки на коленях.

Не видя альтернативы, Эва подошла к незнакомке, более всего подходящей ей по возрасту, и встала рядом, потягивая шампанское. Клио тотчас обернулся в ее сторону и нахмурился. Девушка отсалютовала ему бокалом в качестве приветствия. Он дернулся, видимо, собирался подойти к ней – наверняка ради взбучки, но вдруг передумал и отвернулся. Ну конечно, все правильно. Сегодня его главная забота – Мелина.

Как же Эве нравилось выводить из себя этого напыщенного мужчину!

– Вы – сестра Рафаэля? – Эва едва расслышала тихий голос пышечки. Той пришлось запрокинуть голову, чтобы поговорить с ней. Тихоня даже сделала попытку подняться со стула, но Эвангелина потрепала ее по округлому плечу.

– Сидите. Я – Эва.

Заметив неподалеку пуфик, девушка направилась к нему и подняла, чтобы поставить рядом с собеседницей. Какой-то юноша бросился ей помогать, наверное, слуга или официант. Заметив, что творит Эва, Раллис и Спиру замолчали, а Клио недовольно покачал головой.

Почему они уставились на нее, словно она украла семейную реликвию?

Слуга, или как его там, спросил, куда поставить пуфик и, извиняясь за невнимательность, ушел. Эва села рядом с пышечкой, забросила ногу на ногу и пожаловалась:

– Я не собиралась уносить его с собой.

– Вы не виноваты. Андриан вовремя не подал вам стул. Стоило только попросить.

– Сама прекрасно справилась.

– Да, но так не принято.

– А мне безразлично, принято или нет.

Девушка посмотрела на нее огромными, почти черными глазами с поволокой и грустно протянула:

– Как я вам завидую. Зовите меня Доркас.

Эва собиралась спросить у новой знакомой, что означает ее имя, но в этот миг распахнулась дверь. Вошла солидная пара в годах, а за ними – высокий худощавый мужчина с бородкой. Пока пожилая часть присутствующих приветствовала вошедших, а младшая ждала своей очереди, Эва получила возможность внимательно рассмотреть бородача – предполагаемого жениха.

«Немного староват», – подумалось ей. Тем не менее, девушка не могла не признать, что этот человек сразу приковывал внимание. Не взглядом, нет: на нем красовались очки с затененными стеклами. Скорее движениями, казалось бы ленивыми, но если присмотреться – сдержанно-опасными, как у дикого зверя.

Эва с нетерпеливым интересом перевела взгляд на предполагаемую «дичь». Та почти не дышала. Целых пару минут! А потом вздернула подбородок и приподняла бровь.

Вот ей бы так научиться!

Мелина, конечно, далеко не подарок – это даже Эва прекрасно понимала, но ее умению не падать духом при любых обстоятельствах можно только позавидовать.

Интересно, что сейчас произойдет? Да, и «кто кого», конечно же?

Эва с восторженным любопытством следила за тем, как Костаки-младший вежливо целует руку мачехе Клио, пожимает руку Спиру-старшему, а затем младшему и лишь потом поворачивается к замершей у камина Мелине.

Вот он медленно, но неумолимо приближается к своей невесте, а та смотрит ему прямо в лицо. Георгиос так и не избавился от очков. Когда между ними остался один шаг, Мелина протянула руку для поцелуя. Мужчина же, словно не замечая этого жеста, взял будущую невесту за подбородок и наклонился. Эва затаила дыхание в предвкушении зрелища. Мелина закрыла глаза.

«Как в кино. Даже лучше!»

Эва ждала чего-то неординарного. Интуиция ее не подвела. Костаки помедлил несколько мгновений, прошептал что-то у самых губ невесты, отстранился и ушел.

– Ты видела? Он ее едва не поцеловал!

Доркас дергала соседку за локоть в попытке привлечь внимание. Эва обернулась и возмущенно прошипела:

– Он ее не поцеловал! Каков наглец!

– Ты так думаешь? А разве это прилично? Столько свидетелей. Клио говорит…

– А этот здесь при чем?

– Он – мой жених. Мы помолвлены. Давно. Я еще маленькая была. Мама уже потихоньку планирует свадьбу. Будет много гостей. Мне сошьют красивое платье…

Доркас говорила что-то еще, но Эва уже почти не слушала. Она потрясенно смотрела на новую знакомую, совершенно позабыв о Мелине и Костаки.

Невеста Клио?

Нет, она не ревновала. Ни в коем случае! Но сам факт, что у угрюмого, серьезного, сдержанного Спиру есть невеста, а он не сказал ей, сестре лучшего друга, ни слова, возмутил. Как можно скрывать от других будущую свадьбу, по сути – прятать свою нареченную?

Эва заставила себя успокоиться.

Да и кто она такая, чтобы ей сообщать? Иногда появляющаяся сестра Рафаэля? Птица не слишком высокого полета и не настолько близкая родственница, чтобы посвящать ее в планы чужого семейства.

Эва вспомнила, что иногда флиртовала с Клио. По-дружески, конечно, но все же. А если бы она вдруг влюбилась? Бывает же такое? И что тогда? Мучиться от неразделенного чувства?

Стоп.

Что это она расфантазировалась? Все же обошлось. Она узнала о невесте друга своего брата до того, как… Раф ей за это ответит.

– Так что там говорит Клио?

– А мне показалось, что ты не слушаешь.

– Ты что? Мне все очень интересно. Мы же подруги?

– Ты хочешь стать моей подругой?

Круглое личико Доркас осветилось радостью. Эва неожиданно поняла, что тоже улыбается ей. Неужели у бедной девочки совсем нет подруг? Она выглядит такой милой и беззащитной. Клио станет вить из нее веревки.

Эва почувствовала себя обязанной научить ее защищаться.

– Сочту за честь.

– Разве не мужчины так говорят?

– Ну и что? Мы тоже не второй сорт. Что касается поцелуев – на месте Мелины я дала бы ему пощечину.

– За поцелуй?

– За провокацию. Не понимаю, как он посмел ее не поцеловать, если уж собирался?

– Но они еще не женаты. И даже не помолвлены.

– Для этого совсем не обязательно… Погоди, вы что, никогда с Клио не целовались?

Доркас стала похожей на свеклу, когда пробормотала:

– Нет. Но это к лучшему. Не знаю, понравится ли ему. Я не умею целоваться.

Эва теперь не знала, что ее шокировало больше – несостоявшийся поцелуй Мелины или отсутствие опыта в этом деле у Доркас. В свои восемнадцать Эва не могла похвастаться слишком большим опытом по части поцелуев, но кое-какие навыки у нее все же имелись.

– Мы исправим это упущение.

Костаки ответит ей за это. Негодяй! Как он посмел? Воспользовался моментом, когда все заняты реверансами, встал к обществу спиной и заставил ее поверить, что собирается поцеловать. Она, конечно же, планировала в самый последний момент увернуться, посмеяться над его тщетными усилиями, но он опередил ее.

«Хочешь, поцелуев? Бросай курить».

Подумать только, он еще не стал ее мужем, а уже командует. Отказывается целовать собственную невесту! Она никогда ему этого не простит и не забудет.

Интересно, сколько еще раз ей придется пообещать себе подобное?

Мелина кипела от ярости. Она подозревала: все присутствующие думают, что будущие супруги шепчут друг другу приветственные слова. Понимала, никто не поверит в то, что Георгиос вот так, с первой встречи – с первого мгновения обидел ее грубостью.

Девушка оглянулась по сторонам: малявки, сидящие в углу комнаты с открытыми ртами явно все видели, но не могут считаться свидетельницами. Больше никто не заметил выходки Костаки.

Мелина несколько мгновений наблюдала за тем, как Георгиос подходит к Клио, снимает очки и кладет их в нагрудный карман, берет у брата предложенный бокал с вином, нахально улыбается и что-то говорит. Неужели признается Клио в содеянном, и теперь они вместе насмехаются над ней?!

Ну что же, она была паинькой, пришла на экзекуцию, вежливо подала Костаки руку, а он…

На этом ее терпение закончилось.

Мелина направилась к Клио. По пути она сдержанно, как подобает девушке из приличной семьи, поздоровалась с отцом и матерью жениха, даже выдавила из себя улыбку, а затем медленно, чтобы не вспугнуть, двинулась к паре мужчин.

Как несправедливо, что они такие привлекательные! Если бы Георгиос не претендовал на ее руку, она с удовольствием стала бы его любовницей. На парочку месяцев. Однако в качестве будущего мужа видеть его она не желала.

Деспот!

– Веселитесь?

– Почему нет? Погода – превосходная, невеста…

Георгиос прошелся взглядом по ее груди, и Мелине захотелось чем-то прикрыться – впервые в жизни.

– Не нравится? Так зачем пришел?

– Мелина, – голос брата прозвучал предостерегающе.

– Не вмешивайся, предатель. Он меня обидел, почти опозорил.

Клио повернулся к Костаки, явно ожидая объяснений.

Георгиос прищурился, отдал ее брату бокал, схватил Мелину за руку и потащил за собой, бросив на ходу:

– Скажешь, что нам нетерпелось уединиться. На пару минут. Или, как получится.

Мелина пробовала выдернуть руку, но у нее не получилось. Ладно, она с ним поговорит, выскажется. Не звать же на помощь, в самом деле.

Костаки вел Мелину коридорами ее родного дома так, будто жил в нем. Неужели он бывал здесь, когда она находилась в отъезде? И ей никто не сказал?! Она обязательно об этом разузнает. Позже.

Мужчина втолкнул ее в комнату для гостей и закрыл дверь на ключ. Мелина подошла к окну – подальше от Костаки – и только тогда возмутилась:

– Какого черта ты это сделал?

– Не добавляй к перечню своих грехов еще один. Прекрати ругаться. Что хотела знать? Почему запер дверь? – он приблизился к ней своей фирменной походкой, и у Мелины сжался желудок в предвкушении чего-то. – Или почему не поцеловал?

Георгиос подобрался гораздо ближе, чем в прошлый раз. Практически вплотную. Отступать было некуда. Мелина уперлась спиной в подоконник. В попытке отодвинуться ее тело прогнулось, выставив вперед грудь.

Костаки тотчас обратил на это внимание, поедая взглядом то, что так любезно маячило перед глазами. Девушке захотелось отвлечь его, чтобы не чувствовать уязвимой, и она выпалила первое, что пришло в голову:

– Можно подумать, ни одна из твоих любовниц не курила.

– Ты хочешь поцелуй или просто ревнуешь?

Он прижал Мелину к окну всем телом, провел по рукам снизу вверх, погладил большими пальцами ключицы.

– Не дождешься! – выдохнула девушка, вздрагивая от каждого движения.

Скользящим движением Георгиос скатил с ее плеч бретельки платья и обнажил грудь.

Мелина задохнулась от желания и возмущения, что ничего не может поделать с собственным телом. Костаки пожирал ее плотоядным взглядом и точно знал, что Мелина возбудилась – вершинки предательской плоти поднялись кверху, умоляя о ласке.

Она должна что-то предпринять. Обязана, иначе навеки станет рабой этого мужчины. Несмотря на подгибающиеся колени, Мелина собралась с силами, вызывающе улыбнулась и потерлась о Костаки бедрами.

Его глаза потемнели, а губы сжались. Георгиос оттолкнул ее, выплюнув единственное слово:

– Шлюха!

Развернулся и направился к двери.

– Не смей называть меня так! Никогда. Иначе я…

Костаки обернулся.

– Что? Подсыплешь мне в вино снотворное?

Откуда он узнал? Она никому не рассказывала о том, как по ее вине попала в больницу известная фотомодель. Правда, покушалась она не на нее, но... Кто же проговорился? Клио? Вряд ли. Георгиос, видимо, знает о ней все. Тем лучше.

– Яду!

– Из-за меня ты готова провести всю жизнь в неволе? Разве это – не любовь?

Георгиос издевался: явно и нагло.

– Ненавижу тебя!

– Побереги свои чувства до следующей встречи. Чтобы через пятнадцать минут ты была в гостиной, рядом со мной, счастливая. От тебя требуется не так уж много – улыбаться и молчать. До свадьбы ты научишься говорить: «Я согласна».

За Костаки давно закрылась дверь, а Мелина так и осталась у окна, пребывая в немом изумлении.

Неужели все это происходит именно с ней?

Девушка опустила взгляд и поняла, что так и простояла весь разговор с обнаженной грудью.

Берегись, Джорджи!

Книги автора

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Пожалуйста, войдите, чтобы комментировать.