Семья Эскалант. Кн.1. Злата

Ларосса Юлия

Просмотров: 4542
Категории: Любовные романы
5.0/5 оценка (2 голосов)
Загружена 17.08.16
Семья Эскалант. Кн.1. Злата

Купить книгу

Формат: PDF, TXT, EPUB, FB2
Избранное Удалить
В избранное!

Две сложных и сильных личности сталкиваются в битве нравов. Она — честная, благородная и невинная. Он — эгоист, сын испанских аристократов, самовлюбленный и совершенный во всём.

Объединяет их на первый взгляд лишь одно — химия чувств, страсть, которая словно сверхволна сметает на своем пути принципы и предрассудки. Но еще есть тайна. Его тайна. Низкая, подлая, ломающая жизни и мечты.

В этой истории есть всё: дружба и предательство, коварные интриги и мстительные враги, бессмертная любовь и всепоглощающая страсть, тонкий юмор и трогательные слова, беззаботная студенческая жизнь и выживание среди войны…

ПРОЛОГ 

 

 

 

Испания, Барселона, наши дни. 

 

Чёрный «Мерседес», с развевающимся на капоте маленьким флагом США, мчал по дорогам столицы Каталонии. Он непреклонно приближался к дому, который в пользование американскому атташе Гаспару Али-Капуру предоставил король Испании Фердинанд IV. 

Мягкое покачивание автомобиля немного успокаивало меня, как и уютный зимний пейзаж за окном. Ну вот, я снова в этом городе. С каждым переулком, домом или парком меня связывали какие-то воспоминания и переживания. Вернее, не меня. А девушку, совершенно другую – жизнерадостную, беззаботную, невинную. С ней у меня было общее лишь одно – имя. Меня, прошлую и настоящую, зовут по прежнему – Злата Бронских… 

– Как ты, милая? – спросил Гаспар и взял меня за руку. – Да ты совсем замёрзла!.. 

Я благодарно улыбнулась своему жениху, когда он стал греть мои околевшие руки тёплым дыханием. 

Не только за тепло благодарила я его, а за всю ту доброту и терпение, которое он так беззаветно дарит мне. Он единственный достойный мужчина в моей жизни. 

Никто и никогда не сравнится с ним! Даже отец… 

– Страшишься? – снова увёл меня от одиноких мыслей Гаспар. 

Я встретилась с пытливым взглядом тёмно-зелёных глаз и попыталась скрыть от его проницательности свои мысли: 

– Просто не особо рада снова быть здесь. Эта страна меня угнетает… прошлым. 

– Золотце моё, но я же пообещал тебе – пробудем здесь совсем чуть-чуть и сразу уедем домой! – он погладил меня по бледной щеке. – К тому же, здесь тебя ждут не только плохие воспоминания! Ты, наконец, встретишься с тётей, побываешь на свадьбе друзей! И я обещаю тебе море, нет… океан новых впечатлений, ярких и хороших! Один только мой друг чего стоит! 

Я вяло улыбнулась: 

– Хорошо, постараюсь не думать о прошлом. 

– Только в этот раз сильно постарайся. Договорились? 

– Да. 

Гаспар прислонился губами к моей руке, и я отвернулась к окну автомобиля, мчавшегося по улицам декабрьской Барселоны. 

Начало зимы, но, на удивление, было довольно холодно. Шёл снег. На улицах, как всегда, многолюдно. Жизнь бурлила. За это Испанию я и полюбила – ведь как бы плохо ни было, испанцы всегда умели веселиться и радоваться жизни. Надо брать с них пример. Правда, мне сначала нужно лишиться памяти… 

– Ты сообщила тёте о нашем раннем прибытии? – снова спас меня от горьких мыслей Гаспар. 

– Да, сегодня она нас ждёт с визитом. 

Я вспомнила улыбающееся лицо своей единственной родственницы, и моё сердце наполнилось теплом. Ах, любимая тётушка! 

– У нас очень много дел! Нужно обязательно поспеть на благотворительный бал. Там мы, кстати, и встретимся с Алексом! – Гаспар ободряюще подмигнул мне. 

С тех пор как он связал свою судьбу со мной, он то и делает, что ободряет, поддерживает, веселит и любит меня. Я его обуза, ярмо у него на плечах! За что он любит меня?! 

– Я очень хочу, чтобы два моих самых близких человека познакомились и были рядом со мной, – мечтательно продолжал Гаспар, – ну и ещё, чтобы этот самовлюблённый задира лопнул от зависти, увидев какая красотка согласилась стать моей женой! 

– О, Гаспар! – я улыбнулась. – Хвастать и льстить тебе точно не к лицу! 

– Конечно, ведь я никогда этим не занимаюсь! – он лучезарно улыбнулся и, притянув меня к себе, поцеловал в лоб. 

Я, немного смутившись, втянула шею и уткнулась подбородком в меховой воротник, что оторачивал моё зимнее пальто тёмно-красного цвета. 

Внезапно машину резко тряхнуло. Послышался крик, скрежет. Через несколько мгновений и пару заносов в сторону, которые не на шутку меня напугали, автo с грохотом остановилось и накренилось вправо. 

– Злата, ты в порядке? – взволнованно спросил Гаспар. 

– Да, – ответила я, приходя в себя и пытаясь выглянуть в окно. – Что это было?! 

– Думаю, авария… 

Его охранник махнул рукой, давая понять, что можно выходить. 

– Посиди здесь, я сейчас! – и Гаспар вышел. 

Несколько минут я слушала гневный тихий голос атташе и виноватоизвиняющийся водителя. Изредка звучал незнакомый встревоженный голос, возможно, принадлежащий основному виновнику этой несвоевременной остановки. 

Дверь «Мерседеса» открылась, и в проёме показалось лицо Гаспара с коротко подстриженной чёрной бородой: 

– Милая, нужно выходить. Поломка серьёзная, придётся пересаживаться. 

Холодный воздух слегка обжёг мне лицо, когда я, опираясь на руку жениха, вышла на улицу. 

Ласковый снежок стал укрывать нас своим белым покрывалом. Он, как и я, радовался нашей встрече. 

– Скучала по этой погоде, – проговорила я свои мысли и подняла лицо к небу, желая почувствовать холодное прикосновение снежинок. 

Мне немного стало легче на душе. Будто я приехала в свой родной город. 

– Рад, что ты нашла в этом что-то приятное! – начал было Гаспар, немного смягчаясь, когда вокруг метались виновники происшествия, безрезультатно пытаясь исправить ситуацию. – В отличие от меня!.. 

Его многозначительный намёк, адресованный водителю и владельцу продуктового фургона, был перебит громким возгласом, от которого вздрогнули все: я, Гаспар, виновники аварии и мимо проходящие люди. 

– Гас?! Ты, что ли?! 

Рядом с нами резко затормозил чёрный лимузин со значком на капоте «Лексус». 

Глаза Гаспара в одно мгновение удивлённо расширились и радостно заблестели: 

– Не может этого быть… 

Все вместе мы повернулись в сторону почти боевого клича. Далее разворачивалось что-то неописуемо-восторженное. Мужчина в солидном чёрном костюме выскочил из машины, а Гаспар рванул к нему на встречу с криком: «Ах ты негодник! Алекс!» 

Я невольно заулыбалась, радуясь такому искреннему проявлению чувств. Я была рада за Гаспара, ведь сама не могу сделать его настолько счастливым. Хорошо, что есть люди, которые способны на это… 

Наслаждаясь зрелищем, я слушала разговор давних друзей и ловила себя на мысли, что низкий тембр голоса Алекса казался мне знакомым. 

Меня отвлёк звук пришедшего сообщения на мой мобильный телефон. Это была Мари, моя близкая подруга. Она спрашивала, как я отношусь к перчаткам для платья подружки невесты. Улыбнувшись, я быстро написала ответ, что доверяю её вкусу полностью и вскользь упомянула, что подругу ждёт сюрприз. 

– Слушай, какими судьбами?! Ты должен был прилететь неделей позже! – радостно восклицал Алекс. 

– В последний момент отложилась поездка в Алжир. А ты не рад? 

– Конечно не рад! Видишь, грустный какой? – шутливо поддел Гаспара незнакомец. 

На что в ответ тот замахнулся. Алекс увернулся, и они, рассмеявшись, снова обнялись, похлопав друг друга по спине. 

Что-то знакомое было в этом человеке. Я видела его со спины и не могла понять, кого он мне напоминает. 

Я прожила здесь много лет – не мудрено, что мы могли с ним как-то встретиться, тем более что он бывший студент университета Барселоны, где когдато училась и я. Правда, всего лишь полтора курса. Хотя, судя по его одежде и автомобилю, он вращался в наивысшем свете. 

– Кстати, позволь, наконец, представить тебя своей невесте! – горделиво сказал Гаспар и указал в мою сторону. 

– Ну, пойдём, пойдём! – и тот шагнул в мою сторону, потирая руки. 

Но Гаспар остановил его, хлопнув по плечу: 

– Э-э-э, а ты нас ни с кем познакомить не хочешь?!.. – он кивком головы указал на красивую блондинку, которая только что вышла из авто друга. 

О, как мило! Кажется, он совсем забыл о своей спутнице. Исходя из этого, я сделала вывод: Алекс – тот ещё бабник. Для него эта девушка – очередная забава! 

Мне он не понравился уже сейчас. 

 

Втроём они направились в мою сторону. 

Я незаметно опустила взгляд на своё одеяние, проверяя всё ли в порядке. 

Гаспар подошёл первый и, радостно улыбаясь, по-хозяйски обнял меня за талию. 

– Позвольте вам отрекомендовать, дон Эскалант, мою возлюбленную невесту – сеньориту Злату Бронских! – торжественно произнёс он. 

В этот момент мой слух обжёг адский огонь. О нет! Не может быть!.. Я вздрогнула и даже немного пошатнулась, чуть не упав. 

– Только не вздумай снова пускать в ход свои замашки Дон Жуана! – продолжал шутить ничего не подозревающий Гаспар. 

Мой резко вскинутый взгляд впился в лицо, которое всплывало в моих снах на протяжении трёх лет. 

Да. Несомненно, это он. Человек, который собственноручно построил первую ступень моей лестницы бедствий и боли. И он оказался другом моего спасителя. Он – Виктор Александр Эскалант. Алекс… 

Он смотрел на меня, медленно проводя по лицу сощуренными чёрными глазами. 

Мне стало дурно, но я не подавала виду. Всего лишь пару секунд он изучал изменения в моей внешности, потом снова посмотрел в глаза и обжёг презрением. 

Но прошло ещё мгновение, и его лицо выражало абсолютное безразличие. Я опустила взгляд. Гаспар тем временем продолжал упражняться в подшучиваниях, адресованных своему другу. Да так вошёл во вкус, что даже не заметил, что его «самые близкие люди» не придерживались простой формальности при знакомстве: ни я, ни он не подали руку друг другу. Хоть в чём-то же мне должно было повезти?! 

Зато блондинка, которую Виктор представил как Эллис Мартин, всё подметила и с нескрываемым любопытством глазела на меня. Конечно же, она прекрасно помнила тот жуткий скандал. Тогда жёлтая пресса сорвала джек-пот, перемывая мне косточки! В этой стране мне бы не помогло изменение фамилии. Разве только пластическая хирургия… 

– …да вот, как видишь, колесо повреждено… – где-то вдалеке звучал радостный голос Гаспара. 

Они о чём-то говорили, но я не могла разобрать слов. Мне было очень плохо. 

Тошнота подступала к горлу. Хотелось плакать. Но я не могла позволить себе такую роскошь. В голове только одна мысль выстукивала ритм отчаянья: «Почему?!». Будучи словно в тумане, я начала осознавать, что Гаспар, беря меня за руку, усаживает в автомобиль Эскаланта. Постепенно до меня начало доходить, что он предложил Гаспару отвезти нас домой. Он его друг. Его близкий друг. Человек, очернивший мою жизнь, – верный друг того, кто пытается её хоть как-то вернуть в цвет. 

Я украдкой посмотрела на своего жениха. 

Он был искренне счастлив, просто светился от удовольствия общаться со своим старым товарищем. Нежно сжимая мою ледяную руку, он и не подозревал, что его друг – это тот мужчина, имя которого он пытается выведать у меня кучу времени. Стоит ли называть его теперь? 

С трудом и неимоверным усилием я решилась посмотреть на одного их своих мучителей. Он уверенно восседал в своих апартаментах на колёсах, умилённо улыбаясь и полностью игнорируя мой взгляд и меня в целом. 

Нет, говорить я не буду. Ведь это поставит Гаспара перед тяжким выбором. Он очень ждал встречи с ним, радовался, надеялся, и вдруг… нет! Ни за что не сделаю этого! Пусть всё сохранится в тайне. 

Я отвернулась к пейзажу улиц Барселоны, проплывающих мимо. Блондинка продолжала сверлить меня взглядом, и это раздражало. Прежняя Злата не стала бы терпеть подобное, но теперь я равнодушна к таким выходкам. 

Жизнь научила. 

– Да, конечно! Мы также собираемся быть там! – радостно воскликнул Гаспар и вернул меня на землю. – После визита к тёте Златы мы сразу направимся на бал. 

– Превосходно, друг! Думаю, там мы и договорим! – блондинка самодовольно захихикала, когда Эскалант притянул её к себе и поцеловал в губы. 

Какая пошлость! 

Я непроизвольно снова посмотрела на него. На этот раз он смотрел прямо на меня. Мои глаза выражали лишь отвращение и презрение. Не знаю, чего больше. 

Взгляд мерзавца сверкал злостью. Он ненавидел меня. 

Как бы сильно я ни старалась, но мысли всё так же слишком лёгко возвращались к прошлым событиям моей жизни. Сердце в груди сжималось от боли. 

Когда же всё началось? Интересно, каким именно утром я проснулась, даже не подозревая, насколько моя жизнь вскоре изменится? 

Я прикрыла глаза и нехотя отдалась воспоминаниям, пытаясь вспомнить или, скорее, определить, какой день стал переломным в моей жизни… 

 

 

ГЛАВА 1 

 

 

Дочь политика 

 

Дом. Восточная Европа. Пять лет назад. 

С момента моего рождения и по сей день мне дарят материнскую любовь два сердца. Каждое в своём мире. Одно принадлежит моей маме, а второе – её родной сестре. 

Двадцать пять лет назад две юные испанки приехали в чужую страну студентками по обмену. Одна из них встретила молодого аспиранта, влюбилась и больше не вернулась на родину. Так образовался крепкий семейный союз моих родителей, продлившийся восемнадцать лет. 

Мамино сердце перестало биться, когда мне было четырнадцать. Рак никого не жалеет, забирая жизни самых близких и родных нам людей. Для нашей семьи это стало тяжелейшей потерей. С отцом мы остались одни. 

Он играл довольно весомую роль в политической жизни страны, поэтому пропадал на работе или у себя в кабинете. При маме он чаще появлялся дома, но после её смерти от горя ушёл в работу с головой. Лишь иногда «выныривал», чтобы попытаться внести свою лепту в моё воспитание. Но чем больше он старался, тем сильнее я упиралась, и в итоге случался конфликт. Мама всегда говорила, что характер у меня в отца. Теперь я это понимаю, как и то, что мы не могли прийти к единому мнению, так как были одинаково упрямы и горды. 

Моя любимая тётя, младшая сестра моей покойной матушки, Тесса Торесс – вдовствующая баронесса Вальверде. Удивительно, не правда ли? Дело в том, что тётушка полюбила молодого барона, а он ответил ей взаимностью. Они поженились, и вскоре мы породнились с современными аристократами из Испании. Наша семья часто гостила в доме тёти, а она с мужем приезжала к нам. К огромному сожалению, детей у них не было. Вся её материнская любовь и забота отдавались мне. 

Когда я осталась без матери, было принято решение о моём дальнейшем обучении в одном из лучших университете Испании, в Барселоне. Испанский для меня – второй родной язык со времен сказанного первого слова. А получать образование в таком ВУЗе и жить в доме любимой и любящей тёти на тот момент было настоящей сказкой. 

Хорошо помню то утро, когда отец пригласил меня к себе в кабинет, чтобы сообщить неожиданную новость. Вернее, его очередной приказ. 

Я как раз вернулась с конной прогулки к берегу речушки, что протекала рядом с нашим домом. Пришлось встать чуть ли не с рассветом, что было для меня чрезвычайной трагедией. Днём должен быть выпускной экзамен в танцевальной школе, а я к нему абсолютно не готова. Что отвлекло меня от подготовки, честно говоря, уже не помню. У меня была масса дел намного интересней, чем изучение ненавистных мною танцевальных па. 

О, какими же глобальными казались мне на тот момент проблемы, донимавшие меня! 

Я горько улыбнулась, вспоминая, как входила в кабинет отца, нахмурившись и всем своим видом выражая упрямый несломленный дух. 

Если бы я знала, что в этот день вижу отца в последний раз! Если бы можно было вернуть время назад, пережить этот момент заново! Я бы обняла его, погладила тёмные волосы, тронутые серебряной сединой, поцеловала нахмуренный лоб и, положив голову на отцовское плечо, просидела бы так до самого отъезда. 

Тысячи раз я проматывала в памяти моменты нашей последней встречи. Мне казалось, я помню всё: его тяжёлые вздохи, угрюмый взгляд, скрип ручки о бумагу, когда он размашисто что-то пишет, солнечных зайчиков на его столе… 

Тогда мы говорили в последний раз. Мы поссорились, что было привычно для нашей семьи. Отец повелительным тоном сообщил о моём незапланированном и срочном отъезде в Испанию, даже и не объяснив причин такой спешки. Ведь мы планировали моё поступление в Университет Барселоны только через полгода. На все мои вопросы отвечал нехотя или просто игнорировал их. Не сказал он мне и о сроках пребывания вне дома. 

Я ушла, хлопнув дверью. Проплакав несколько часов, всё же собрала вещи и уехала, даже не обняв на прощание отца. 

Как и для каждой семьи, потеря близкого человека – это тяжелейшее испытание. Но мы его, очевидно, не прошли. 

 

*** 

В то время я была совершенно беззаботной и оттого неосознанно счастливой семнадцатилетней девушкой. Теперь я это ясно понимаю. Моя жизнь была такая же, как и у всех. Состояла она в основном из учёбы, каких-то увлечений и посиделок с друзьями. Хотя нет, скорее со знакомыми. Ведь друг – это очень важное звание, которое заслуживается годами. 

За свои семнадцать лет впервые мне захотелось по-настоящему эмоционально сблизиться лишь с парой ребят из Испании – Марией Риверо и Адрианом Эспехо. 

Мария была дочерью из графской семьи, с которой очень дружна тётя. Она красивая девушка моего возраста с осветленными волосами и карими глазами. Настолько мила и проста в общении, что мне было намного комфортнее именно с ней, чем со своими землячками. 

Что же касается Адриана, или коротко «Эйд», он не был из семьи дворян. Его отец был известным и талантливым учёным-математиком, которого чтили и уважали практически во всех кругах общества. Оттого Эйд принимал чересчур умный вид и такое же поведение. Он был высоким худощавым парнем, с копной взъерошенных волос каштанового цвета и тёмно-серыми глазами. Если бы он носил не контактные линзы, а очки, и одевался не настолько стильно, то был бы схож с нашими так называемыми «ботаниками». 

Мы втроём учились на втором курсе в «Universitat de Barcelona», коротко УБ. Мы с Марией – на филологов, ну а Эйд, разумеется, на математика. 

Возвращаясь к поиску ключевого момента в жизни, я перелистываю воспоминания, словно страницы когда-то любимой книги. Мне вспомнилась самая первая трагическая глава в моей барселонской истории, тогда ещё не имевшая ни одного намёка на драму. Наоборот, всё начиналось наивно, сказочно, романтически. Но вскоре разрушилось быстрее песочного замка, который окатила волна прилива… Летнее солнце близилось к закату, когда я остановила тётушкин «Сиат» у крыльца загородного особняка родителей Марии в элитном районе Саррия. Сегодня в честь её дня рождения были запланированы увеселительные мероприятия, растянутые на весь уикенд. 

Я вихрем взлетела на подъездное крыльцо. Я опаздывала, что бывало крайне редко и жутко меня раздражало. Тётушка страдала мигренью. Мне необходимо было дождаться доктора, дабы убедиться, что всё в порядке и нет никакой угрозы для здоровья моей любимой родственницы. 

Всё ещё переживая по этому поводу, я мимолётом вспоминала уговоры и убеждения тётки поехать на празднества. Ведь она мечтала выдать меня замуж за испанского парня, чтобы навсегда удержать в этой стране. И на это у неё было впереди ещё четыре года – пока я учусь. 

У моего отца были совершенно противоположные намерения. К тому же, он недолюбливал мою жизнерадостную тётку и неоднократно довольно прозрачно намекал: «…свяжешься с испанцем, то доучиваться будешь в кулинарном лицее на родине». 

А вот в лице Марии Тесса нашла соратника в этом деле, и уже год они всё подбирали мне «принца», каждый раз подстраивая какие-то «случайные» встречи, знакомства с достойными, по их мнению, кандидатами. 

Но я стоически всё это терпела и не шла на поводу, забавляясь их попытками. Я горячо любила свой дом, мечтала о карьере учёного-филолога, и никакие «принцы» меня не привлекали, даже если они и были бы в буквальном смысле принцами. 

Только я вошла в холл дома Риверо, как навстречу уже летела Мари со счастливой улыбкой на утончённом лице, обрамлённом светло-золотистыми локонами. Очень не свойственно для дочери графа и графини Испании! 

– Как круто, что ты всё же решила приехать! – защебетала подруга. 

После этого я искренне поздравила её с праздником и вручила свой подарок – изготовленную вручную шкатулку для украшений. Примитивно? Но чём можно удивить молодую дочь из семьи современных аристократов?! 

– Честно говоря, это тётушка меня убедила, – призналась я, когда мы под руку направились в отведённую мне комнату. – Но я всё ещё переживаю… 

– Нет, нет! Помни – все мысли воплощаются в жизнь, рано или поздно… – …поэтому, я думаю только о хорошем! – автоматически дополнила я излюбленное наставление Мари. 

– Вот-вот! – засмеялась та. – И у меня тоже есть для тебя сюрприз! 

Я так и знала! 

– Дай-ка угадаю – очередное свидание с каким-нибудь наследником графского титула? 

– Ну уж нет! После того как ты усадила на самого норовистого коня сына барона Альфредо Гальего, и тот, промчавшись на нём галопом милю, чуть не поседел в двадцать лет, мы с Тессой поставили крест на этой затее! 

– Кто же знал, что он до смерти боится лошадей?! – сдерживая улыбку, оправдывалась я. 

– Милая моя, – вздохнула Мари, останавливаясь напротив двери в мои покои. – Об этом знают все, после того как он упал в обморок, когда твой конь решил понюхать его пиджак! 

Мы вместе посмеялись и, взяв с меня обещание собраться поскорее, именинница убежала к гостям. Я вошла в комнату, которая будет принадлежать мне пару ближайших дней. Уикенд обещал быть превосходным. В тот раз интуиция подвела меня впервые. 

 

 

ГЛАВА 2 

 

 

Это не судьба 

 

Праздник, устроенный в честь дня рождения любимой и единственной дочери графа и графини Риверо, был назначен на семь часов вечера. Сначала планировались развлекательные мероприятия, такие как стрельба по мишеням из лука и револьвера, скачки на лошадях (это и был сюрприз для меня от Мари). А после – выступление очень популярной испанской поп-группы «Джо-бэнд», от которой Мария сходила с ума. 

На следующий день вечеринка должна была переместиться на пляж. И всё это под прицельным взглядом профессиональных фотографов. Некоторые фото будут доставлены сразу в несколько газетных издательств. Отчёт о подобных мероприятиях обязателен. В общем, всё в лучших традициях современной аристократии. 

Я наспех привела себя в порядок и взглянула на своё отражение в огромном зеркале перед тем, как выйти из комнаты. 

Серые глаза с накрашенными ресницами, тёмно-русые волосы чуть ниже лопаток – я редко их завивала или укладывала, тёмно-розовая помада и немного румян – всё как обычно. Вот только лёгкий загар от испанского солнца был для меня в новинку, но пришёлся очень по душе. Изменился немного и мой стиль – я стала более разборчива в нарядах, предпочитала натуральные ткани, пастельные цвета и женственный крой. 

В тот вечер я надела нежно-лиловое платье в пол и обувь на низком ходу. Довершая образ, я брызнула на себя любимый аромат от Диор «Мисс Диор Шерри». 

Мысли о том, что по нынешним меркам я скучна, одолевали в то время очень активно. Не сбегаю на свидания к парням, не показываю свой бунтарский дух по поводу отказа отца купить мне последней модели «Айфон» или розовый «BMW». 

Да, я жила в достатке и мне мало в чём отказывали. Просто, я не была шопоголиком, не любила «клубные тусы» и не гналась за последними тенденциями в мире техники, стиля и пафоса. Подруг как таковых у меня не было, все остались в детстве. Сейчас – просто одноклассники, соседи или партнёры по танцам. И все они остались в моём родном городе, а вскоре – только в моих воспоминаниях. 

Раньше мы мило общались, иногда созванивались, были моменты, когда я выслушивала очередную трагедию любви-всей-жизни моей псевдоподруги. Но както так получалось, что мне доверяли свои секреты чаще, чем я рассказывала о себе кому-либо. Наверное, меня считали эталоном надёжности и серьёзности. А на самом деле, я всего лишь не любила сплетни, не слушала их и не распространяла. 

Вот если бы у меня вдруг решили взять интервью или провести соцопрос, посвященный жизни современной молодежи, то мне совсем нечего было бы рассказать. У меня не было парня или тайной безответной влюблённости, а также страстных метаний из-за какой-то гламурной вещицы. 

В общем, я мечтала стать кем-то достойным в этой жизни, любила читать и учиться, кино и музыку, природу и верховую езду. Как-то так… 

Я спустилась во двор особняка около восьми вечера. 

Празднование только начиналось и, стоя на площадке крыльца, ведущего в сад, я огляделась в поисках своей компании. Ребята стояли недалеко от одного из шатров с угощениями и напитками. Приподняв подол своего платья, я спустилась по ступеням. 

Моё внимание привлекли возгласы молодых людей, которые болели за какое-то соревнование. Я засмотрелась в их сторону, пытаясь на ходу разглядеть, что же там происходит, пока не наткнулась на кого-то, сильно задев плечом. 

– Ой!.. Простите, я засмотрелась. Надеюсь, не сильно вас толкнула? – на автомате затараторила я, с трудом поднимая взгляд. 

Я посмотрела на парня, одетого в тёмно-бежевые джинсы и чёрную рубашку, которого чуть не сбила с ног. Но я никак не ожидала, что от увиденного забуду как дышать на несколько секунд. А продолжение извинительной речи вылетело из моей головы напрочь. 

На меня смотрел глазами цвета чёрного шоколада незнакомый молодой человек с лёгкой улыбкой на губах. Ох, как же он красив! Высокий, статный, темноволосый и с неимоверно милыми ямочками на щеках, что невероятно удачно выделялись на смуглом лице. 

Я смущённо заморгала и резко отвела взгляд, слишком поздно осознав, что буквально пялюсь на него. 

– Ты, очевидно, очень азартна? – раздался его низкий, безумно идущий ему голос с нотками соблазна. 

Я почувствовала, как щёки начинают гореть доселе невиданным смущением розового цвета, и впервые в жизни забыла все слова. 

– П-простите, меня ждут! – с трудом промямлила я и, подхватив длинную юбку, позорно сбежала, борясь с желанием обернуться. 

Я была околдована его красотой. И в тот же час мысленно дала себе обещание держаться от этого человека как можно дальше. Он был очень опасен для меня, как и для любой другой наивной и романтичной девушки. Такой тип парней оставляет памятные трофеи или пометки на своей постели о покорённых девичьих сердцах. В них влюблялись, надеясь, что смогут быть для них единственной, но они не способны на иную любовь, кроме как к себе самому. А этот человек мог бы стать их предводителем или наставником. Он хищник, заключила я, немного приходя в себя. 

Добравшись до своих друзей, я обрадовалась тому, что они ещё не знали о моем конфузе, и постаралась переключить их внимание. 

 

*** 

 

Тёплый вечерний ветер яростно рвал мою одежду и трепал волосы. Я, в чувстве невероятной эйфории, мчалась галопом верхом на своей гнедой кобыле к финишу. 

Ещё немного, и ещё… и… Ура! Я снова победила! Верховая езда для меня была словно наркотик! Останавливая невероятно резвую лошадь, я подняла её на задние ноги и победоносно обернулась к своим поверженным соперникам. 

– И-и-и победителем снова становится Злата Бронских! – копируя стиль Майкла Баффера, объявил Адриан Эспехо, исполняющий обязанности судьи в данном состязании. – Злата, зачем же так коварно лишать парней первенства? К тому же, им теперь необходимо не один час отчищаться от пыли из-под копыт твоей кобылы. А может, именно это и помешало им победить? – расхохотался он и продолжил издеваться над слегка поникшими участниками скачек, которые вяло улыбались, пытаясь скрыть свою досаду. 

Острый язык и нрав Адриана мало кто мог терпеть, а мне доставляло немало удовольствия общаться с ним. Меня забавляли его шутки и ироничные высказывания, даже в мою сторону. Умение посмеяться над своими недостатками я всегда считала достоинством. 

Идя с ним под руку к ждущей нас Марии и однокурсникам, я с наслаждением смеялась над критикой своих бывших соперников на скачках, которую изливал Эйд. Последние события почти очистили мои мысли от воспоминаний о красавценезнакомце. 

Правда, меня не покидало чувство, что если я посмотрю в толпу гостей, то обязательно встречусь с его глазами. Поэтому я старалась не глазеть по сторонам, ощущая на себе чей-то пристальный взор. Это было похоже на паранойю. 

– Латти, мне нужна твоя помощь! – заговорщически увлекла меня в сторону Мария. 

– Что я должна делать? 

Мари в порыве осторожности оглянулась и достала из кармана сложенный в несколько раз листок бумаги. 

– Можешь отнести это в библиотеку и положить в томик Вольтера, на третьей полке снизу? 

Я быстро спрятала в ладони послание. Это не первая подобная просьба подруги, поэтому я не удивилась. 

– Как же твой отец допустил приглашение Марка сюда? 

– Опять влиятельность его дяди сыграла свою роль, – закусила губу Мари. 

Ухажер её был не титулованным даже в перспективе, однако, очень обаятельным молодым человеком. Но родителям же виднее, с кем лучше общаться их детям? Именно с этой уверенностью они и окружают нас своей удушающей заботой. Один из вечных законов жизни всех времен и нравов. Исключением не были и наши с Мари отцы. 

– Значит, третий снизу? – повторила я и жестом подозвала Адриана. 

– Вольтер! – улыбаясь, подмигнула мне подруга и упорхнула. 

– Снова письменные интриги нашей искусственной блондинки? – подавая мне руку, спросил он. 

– Т-с-с! – зашипела я, когда мы с ним под руку шли в сторону особняка. – Вообще-то это тайна! 

– Ха! Да эта тайна воспета ею же в статусах «Фейсбука»! – он на ходу поставил пустой стакан на поднос официанта. 

С лёгкостью выполнив поручение подруги, я вышла из библиотеки. В особняке почти никого не было, особенно в этой его части. Книги на этой вечеринке интересовали только Марка и Мари, и то не истинным своим предназначением. 

Эйд стоял ко мне спиной, глядя в окно. 

На улице почти стемнело, но никто, очевидно из-за загруженности, не торопился освещать этот коридор. В тусклом свете я могла разглядеть только силуэт своего спутника. Как-то я раньше не замечала, что Адриан настолько высок! 

Я решила подшутить, поддавшись какому-то детскому порыву. Подкравшись к нему, я встала на цыпочки и закрыла ладонями его глаза. 

Но не успела я задать привычный вопрос: «Угадай кто?», как раздался слабо знакомый низкий баритон с раздражёнными нотками: 

– Амалия, чёрт тебя побери! Я же сказал!.. 

И в тот же миг Эйд дёрнул головой, сбрасывая мои руки. Круто повернувшись ко мне лицом, схватил меня за плечи и… и замер, поняв, что произошла ошибка. 

От неожиданности я вытаращила глаза, вглядываясь в лицо мужчины. И тут-то я узнала в нём опасного красавца, на которого налетела сегодня и старательно избегала последний час. 

– Я… простите!.. 

Румянец смущения залил мои щёки. Да что же это такое?! 

Его суженные глаза блестели в темноте. 

– Кажется, я знаю, кто ты, – голос очистился от раздражения и обрёл те самые, тревожащие меня, нотки соблазна. – Ты та лихачка-наездница, которая чуть не сбила меня с ног! 

Он все ещё сжимал мои плечи. Почему? 

 

– Я приняла вас за другого человека, – промямлила я, отчаянно пытаясь взять себя в руки. 

Его глаза ещё сильнее сузились, а руки сжались. 

– Значит, у тебя здесь свидание? – чуть угрожающе спросил он. 

– Н-нет, – мотнула я головой, постепенно приходя в себя. – Меня здесь ждал друг. 

Я что, оправдываюсь?! И почему обращаюсь к нему на «вы»?! 

– Хорошо, – он резко разжал руки, и я отшатнулась от него. – Я тоже принял тебя за другую. 

– Так это у тебя здесь свидание? – вдруг ляпнула я. 

О, зачем?! 

– Как раз наоборот, – криво ухмыльнулся он, сверкнув белыми зубами и ямочками на скулах. 

– Мне пора! – почувствовав новый прилив смущения и симпатии к этому парню, я заторопилась, абсолютно пренебрегая всеми правилами приличия. 

– Э-э-э, не так быстро! – он удержал меня за руку и коротко рассмеялся. – Как тебя зовут? 

Его голос был чересчур чувственным, он – чересчур красивым, а его рука – чересчур волнующая. 

– Злата Бронских. 

– Злата… – протянул он, будто наслаждаясь каждым звуком этого слова. – Ты не испанка? 

– Н-нет. 

– Я, кажется, о тебе слышал. 

Я не удивилась. В мире современности очень распространено такое развлечение, как сплетни. 

– Моё имя не столь красиво. 

– И все же? 

Я же должна расспросить Мари! 

– Виктор Эскалант. 

Он сжал моё запястье в приветствующем жесте. Чуть дольше, чем положено, или это моё воспалённое с некоторых пор воображение? 

– Мне правда пора. 

– На поиски друга? 

Моя рука, пульсирующая от его прикосновений, оказалась снова в моей власти. 

И, не ответив, я направилась к выходу. 

В дверях я столкнулась с Эйдом, который чуть не опрокинул на себя два бокала, очевидно, с пуншем. 

«Виктор Эскалант» – эхом звучал его голос в моей голове, когда я в сопровождении Адриана возвращалась в сад. Ещё как красиво звучит! Я всё пыталась вспомнить, где слышала о нём, но память отказывалась сотрудничать со мной. 

Абсолютно не слушая своего спутника, я стремилась разобраться в своих подозрениях: не подстроена ли эта встреча Мари и тёткой? Слишком уж большое совпадение! Но нельзя отрицать, что в этот раз они очень постарались в выборе кандидата! Нужно отдать им должное. Сходилось всё, кроме одного, – он не похож на мужчину, желавшего связать себя отношениями, длящимися больше пары дней или ночей… 

Почему-то при мысли о Викторе Эскаланте и его ночах я снова покраснела. 

Когда я оказалась в окружении друзей, то уже твёрдо решила не расспрашивать Мари, ведь эта интриганка может пойти в отступную. Я решила проверить её. И способ не заставил себя долго ждать. 

 

 

ГЛАВА 3 

 

 

Во всём виноваты часы 

 

Уже совсем стемнело, когда последние соревнования подходили к концу. Я, в компании Адриана и Мари, немного устала от всей этой суеты и просто прохаживалась недалеко от так называемой арены. Вокруг столпились остальные гости, наблюдая меткость желающих пострелять из лука и дуэльных револьверов. 

Это развлечение уже около получаса назад должно было завершиться. Но там разыгралось воистину что-то азартное и увлекательное, судя по реакции толпы. 

Не выдержав интриги, мы направились выяснить, в чем дело. 

– …а в яблоко с двадцати шагов попадешь? 

– А с двадцати пяти?.. 

– Ну, давай же, Эскалант, не слабо? 

Мне послышалось? Кто-то крикнул «Эскалант»?! 

Подойдя к месту скопления гостей, я заглянула внутрь круга. Под всеобщие возгласы с револьвером в руке и в окружении зевак стоял он. Мой недавний знакомый, который вмиг взбудоражил все моё естество. Он даже меня не заметил, а румянец вернулся на прежнее, уже привычное место – моё лицо. 

– О, ну конечно! – саркастически воскликнул Адриан. – Эскалант, ты ещё не успел сменить армейские берцы, как уже возвращаешь былую славу? 

Послышался смех в толпе, а мне захотелось упасть на землю, чтобы остаться незамеченной. Впервые я пожалела, что Эйд не умеет лишний раз промолчать. 

– А моя слава всегда со мной! – раздался голос Эскаланта. 

Он не удостоил Адриана даже взглядом, к моему облегчению. Поднял револьвер и нажал на курок. Я вздрогнула от громогласного выстрела и увидела, как яблоко разлетелось вдребезги. Раздались восхищённые женские возгласы и аплодисменты. 

– Чёртов павлин, – засмеялся Эйд. – Погодите чуточку. 

Он убрал мою руку со своего локтя и двинулся к Эскаланту, на ходу расстегивая замок наручных часов. 

– А как насчёт часов, тщеславный мой сосед? – не переставая улыбаться, с привычной иронией молвил Адриан, демонстрируя толпе предложенную мишень. – Скажем, двадцать шагов? 

– Вызов брошен! 

– Да уж! 

Невозмутимым жестом Эскалант взял часы в руку, чтобы рассмотреть. 

– Согласен, давно пора было от них избавиться, дорогой мой интеллектуал! – улыбаясь в ответ, добавил он и хлопнул Эйда по плечу. – Меня ждал? Берёг такую древность? 

Толпа снова рассеялась и Адриан, так же смеясь, хлопнул по плечу в ответ: 

– А как же! Если попадешь, отдашь мне свои, старичок! 

– Ну что ж, нужна только помощь. Ты как? – красавчик вопросительно поднял брови, протягивая Эйду часы. 

– А-а-а, нет уж! – тот поднял руки перед собой и отступил на шаг. – Готов рискнуть только часами! 

– Всё такой же смельчак лишь на словах, негодник! – покачал головой Виктор Эскалант. 

– Я помогу! – раздался мой уверенный голос, и всеобщее внимание переключилось на меня. 

Спустя много лет и ночных размышлений, я так и не смогла понять, почему сделала это. Скорее всего, мною двигало желание рассекретить Мари и тётю. Хотя способ я выбрала, мягко говоря, опасный и привлекающий лишнее ко мне внимание. 

Но делать нечего. Вызов принят. Я, дрожа от волнения внутри и стараясь не смотреть на Эскаланта, шагала к нему сквозь ряд расступающихся гостей. Из-за гула в ушах от бьющегося в груди сердца я едва слышала возмущённые возгласы толпы и попытки образумить меня, Среди голосов я узнавала слова Мари, но не прислушивалась. 

Только Эскалант молчал и, как мне казалась, неотрывно пронизывал меня взглядом. Я подошла к нему и протянула руку. Он медлил и, лишь когда я заставила себя посмотреть на него, вложил в мою ладонь часы Адриана. 

– Так, это уже не смешно, – вдруг встал между нами Адриан. – Я не позволю этому… 

– Кажется, у тебя нет на это права! – резко сказала я и направилась к мишеням, сосредоточенно считая свои шаги. 

– Что за бред?! Виктор, не смей стрелять! – возмущался Адриан. 

Куда делись его остроумие и ирония? Он явно переживал. 

– На это у тебя прав тоже нет, – сухо молвил Эскалант за моей спиной. 

Под всеобщие восклицания, которые я даже не пыталась разобрать, я досчитала двадцать шагов и повернулась лицом к стрелку. 

Мне не было страшно. Я даже не понимала, к чему вся эта паника, запреты и возмущение. Это сейчас, спустя много времени, я осознала риск. Я совсем не знала этого человека и не имела представления о его меткости. Судить по одному прицельному попаданию буквально в яблочко было безрассудно. Мало того, я вообще не задумывалась об этом. Именно так я и поступала. Глупо и безрассудно. 

Наконец Эскалант поднял руку с револьвером. Повисла гробовая тишина, как показалось мне. 

– Угомони в себе паникёра – ты мне мешаешь! – остановил он мельтешащего рядом Эйда. 

И тот замер, не видя другого выхода. Я задержала дыхание, ожидая выстрела. Эскалант прицелился. Потом ещё разок. И ещё. Я ждала и ждала вместе с застывшей толпой. Но выстрела не последовало. Уголком глаза я увидела, как с крыльца особняка быстро сбегали родители Мари. Очевидно, они торопились остановить эту затею. Ну почему же он медлит? Под всеобщий шумный выдох Эскалант вдруг опустил револьвер. Он отказывается стрелять?! 

Я, как и все, была удивлена его внезапным решением проиграть. 

– Я всё же тебе их должен. 

Он снял свои часы и вручил Адриану. 

– Что за чепуха? – тот утратил способность саркастично отвечать. 

– Поверь, я уже победил. 

Он насильно вложил ему в ладонь часы, собираясь уйти, но тут его настигли граф и графиня Риверо с гневной тирадой. Пока они распекали ребят, что допустили такую опасную ситуацию, я решила убраться с глаз долой. 

На полпути к особняку меня догнала Мари. Взяв меня под руку, она отдышалась. Настало время раскрывать карты. 

– Латти, не вздумай увлечься Эскалантом! – приказала она, нахмурив брови и сразу же разрушив все мои подозрения. 

– Значит, вы с тётей действительно ничего не задумали? – проговорила я вслух свои мысли, сбитая с толку и огорченная реакцией подруги. 

– О, нет! Что ты! – Мари была обеспокоена. – Я вообще очень удивилась, увидев его на своём празднике! 

– Мари, – перебила я её, остановившись на освещённом крыльце. – Кто он такой? 

Подруга облизала пересохшие губы и, вздохнув, заговорила: 

– Виктор Эскалант – непутёвый младший сын герцогов гранде. Молод, кажется, ему что-то около двадцати четырёх лет. И он жуткий бабник! Абсолютно бесстыжий и аморальный плейбой. Его знают все, но он – лишь тех, кто ему интересен. 

Поэтому я и удивилась, увидев его здесь, – уверена, он даже не в курсе, как меня зовут! 

Так и знала! Моё первое впечатление оказалось правильным. 

Я разочарованно посмотрела в сторону гостей, продолжая слушать Мари. И сразу нашла его взглядом среди молодых ребят. Он как ни в чём не бывало мило беседовал с местной тёмноволосой красоткой Амалией Ривас. 

– …говорят, он вёл список девушек, с которыми… ну ты понимаешь, да? Два года назад герцог случайно нашёл его. Был жуткий скандал, и Эскаланта отправили в армию, чтобы хоть как-то отвлечь от клубной жизни. Видишь, с ним два парня? 

Я кивнула, когда заметила двух ребят, примерно одного возраста с Эскалантом. Они были красиво одеты и не на много уступали во внешней идеальности Виктору. Вели себя так же самоуверенно и развязно. Вот она – угроза девичьей наивности. 

– Это его несменные друзья, – продолжала тем временем Мари. – Тот, который кудрявый, – Ксавьер Варгос, будущий граф. А тот, светленький в зелёном, – Хоакин Риос, редкостный пикапер и сын кинорежиссеров. Работает, кстати, моделью. Но их компания навела шороху на моей вечеринке!.. 

– Почему я их раньше не видела? – удивилась я. 

– Они только что вернулись. Хоакин был на съёмках с отцом где-то в Азии, а Ксавьер – в кругосветном путешествии. 

– Понятно… – протянула я. – Золотая молодежь. 

– Что? – переспросила Мария. 

Я усмехнулась, осознав, что произнесла эту фразу на родном языке. 

– Не обращай внимания! Так, мысли вслух! – отмахнулась я. 

Эскалант тем временем простился с Амалией и шёл в нашу сторону. Чтобы избежать встречи с ним, мы поспешили внутрь дома. 

Амалия… 

Где-то я слышала это имя. Ах, да! Ну конечно! Ведь это он меня с ней спутал! Я горько усмехнулась. 

– Он, конечно, очень красивый и думаю, каждая имела грешок влюбиться в него! Но Эскалант ясно даёт понять, что ему нужно, хотя большинство девушек это не останавливает, – смущённо продолжала Мари. 

– Я совершила глупый поступок! – дошло до меня, наконец. – Теперь он, да что он.… Все думают, что я такая же! 

– Кстати, да, – сочувственно поджала губы подруга. – Но почему ты на это решилась? Ты же не…? 

– Нет, конечно! У нас с ним было неловкое знакомство, вот я и подумала, что это ваши происки. Решила, если спрошу в лоб – ты отнекиваться начнёшь. В общем, уже неважно. 

– Что?! – Мари расхохоталась. – Ты решила, что мы с Тессой выбрали тебе в женихи Эскаланта?! 

Моё настроение становилось мрачнее с каждым словом и секундой смеха подруги. 

– Ой, прости! – спохватилась та, увидев, что я не поддерживаю её веселье. – Просто ты его плохо знаешь и не понимаешь, как это фантастически смешно! 

Мы помолчали, идя в сторону лестницы, ведущей на верхние этажи. 

– Я, между прочим, очень удивилась, почему он не выстрелил, – нарушила молчание Мари, все ещё тяжело дыша от приступа смеха. 

– Я тоже. 

– Но нужно отдать ему должное – он никогда не связывается… с девственницами. 

– Почему это? – удивилась я. 

– Он считает их лёгкой добычей. Он сам говорил это ребятам, Эйд рассказывал. 

Я вспыхнула негодованием, ведь я тоже отношусь к числу этих девушек. 

– Не слишком ли много он на себя берет? И что значит «лёгкая добыча»? Мы что, на охоте? 

Мари почему-то вдруг вытаращила глаза, глядя в сторону. 

– И на кого же «охотится» этот ворон Эскалант?! – вошла в кураж я. – На старых и замужних куропаток? 

– А мне по вкусу более молодое мясо, – раздался голос за моей спиной. – Или вы имеете в виду какого-то другого Эскаланта? 

Я замерла, прочитав в глазах Мари ужас, с которым она смотрел за мою спину. Вот проклятье! Мои щёки, так давно не знавшие смущённого румянца, покраснели уже в третий раз за сегодняшний вечер, когда я медленно обернулась на звук голоса Эскаланта. 

– А мы тут как раз обсуждаем предстоящую охоту в вашем лесу! – чересчур весело пришла мне на помощь Мария. 

– Да-да,я так и понял, –не скрывая иронию,молвил тот,глядя только на меня. 

– До встречи, Злата. 

И ушёл, оставив нас ошеломлённо смотреть ему вслед. 

– Берегись, Латти. Он явно что-то задумал! – заключила Мари. 

 

 

ГЛАВА 4 

 

Вдох соблазна 

 

Итак, вечер… нет… уикэнд был испорчен. Все мои мысли и чувства смешались. Как бы ни старалась, я не могла выкинуть из головы порочного Виктора Эскаланта. Мне было стыдно за свои чувства, внезапно возникшие к нему за столь короткий период знакомства. А ещё обидно, ведь я оказалось ничем не лучше тех наивных и глупеньких барышень, которых привлёк этот человек своей внешностью и опасным магнетизмом. 

Помимо этого, я поняла, что заинтересовала его не я, а моя репутация. Он сам признался, что слышал обо мне. Я новенькая в этом окружении. А законы каменных джунглей таковы, что к таким как я внимание общественности повышенное. И не так уж и важно, где: в детском саду, в школе, в Испании или ЮАР. Не скрою, меня это очень волновало. И пугало. А если быть до конца откровенной – я испытывала какое-то непонятное мне до сих пор волнительное предвкушение. 

Нужно было взять себя в руки и не позволить одурачить себя. Утешало и в то же время огорчало, чёрт возьми, только одно – я не принадлежала к той категории девушек, с которыми затевает связь Эскалант. Я наивная, незамужняя и слишком молода. Я для него «лёгкая добыча», выражаясь его же словами. 

Мария отправилась в очередной раз переодеваться перед выносом огромного торта с девятнадцатью свечами. Я стояла в углу огромного зала, в центре которого танцевала толпа молодых людей под выступления «Джо-бэнда». 

Пританцовывая, ко мне подошёл Адриан: 

– Чего не танцуешь? 

В ответ я состроила гримасу и отпила из своего бокала с шампанским. 

– Ты сегодня особенно выделилась, дорогуша, – понимающе кивнул Эйд 

– Знаю, – вздохнула я. – Меня ввели в заблуждения интриги тётки с Мари. 

– Теперь всё внимание обращено к тебе и Эскаланту. 

– Ты же понимаешь, как мимолетна память публики. Особенно, если не давать поводов для сплетен. 

Я выдержала проницательный взгляд тёмно-серых глаз Эйда. Он взял мой бокал и сделал глоток из него. 

– Мы с Эскалантом знакомы с детства, – заговорил он. – Нет, мы не друзья, общих интересов у нас мало, в отличие он наших родителей. Поэтому мы были вынуждены терпеть общество друг друга. Я процитирую тебе его фразу: «Скучно встречаться с одногодками и свободными девушками – они почти сразу влюбляются и строят надежды на совместное будущее». В этом весь его принцип жизни. 

Выслушав Эйда, я забрала у него свой бокал: 

– Зачем ты мне это рассказываешь? 

Он пожал плечами: 

– Ты новенькая, можешь увлечься им. А ещё, ты мой друг, и я желаю тебе лучшего. И это не Эскалант. 

– Не хочешь выйти на воздух? – перевела я тему. 

Он кивнул, и мы двинулись к выходу. На ходу поменяв пустой бокал на полный, я сделала глоток прохладного шампанского. 

– Не переусердствуй с этим, – стоя на террасе, сказал мне Адриан и кивнул в сторону моего бокала. 

– Я знаю меру, не волнуйся. 

Меня вдруг стали раздражать его внезапные поучения. 

– Эскалант расспрашивал у меня про тебя. 

Я поперхнулась шампанским и закашлялась. 

– И… что он хотел знать? – отдышавшись, спросила я. 

– В основном, его интересовали наши с тобой отношения. Он видел нас вдвоём и спрашивал, вместе мы или нет. 

Ого! 

– Ты сказал правду? 

Адриан был непривычно серьезен: 

– Конечно. Хотя нужно было соврать. Слишком уж он был доволен, услышав мой ответ. 

Значит, он наблюдал за мной. 

– Ты не мог бы принести мне обычной воды. Не хочу больше этой шипучки. 

– Разумеется. 

Адриан забрал мой полупустой бокал и ушёл в зал. 

Я повернулась лицом к саду и вдохнула прохладный ночной воздух. Я пыталась привести свои мысли и чувства в порядок. 

– Ловко ты помыкаешь им! 

От неожиданности я подпрыгнула и круто развернулась. Рядом стоял Виктор Эскалант. 

– Прости, не хотел тебя испугать, – красивым голосом сказал он и усмехнулся. 

Мои щёки снова залил румянец смущения. Надо что-то делать с собой, чёрт возьми! 

– Я не ожидала тебя увидеть, – стараясь говорить максимально ровно, проговорила я. 

Но меня очень смущал его взгляд, голос, аромат, исходящий от него… Да он весь целиком влиял на меня очень и очень странно и опасно. Я лихорадочно обдумывала план трусливого побега. 

– Знаешь, – тем временем начал он, вынув руки из карманов и скрестив их на груди, – я довольно давно знаю эту занозу Адриана Эспехо. Наши с ним отцы очень дружны, в отличие от нас. Иногда он меня жутко бесит своими заносчивыми высказываниями. Но ты нашла к нему подход, что достойно восхищёния. 

– Я ни кому подхода не искала. Просто так совпало, а его заносчивые высказывания мне по душе! – в моём голосе прозвучали ноты защиты своего товарища. 

Он слегка склонил голову набок: 

– Как тема вашего разговора с Марией Риверо совпала со мной? 

Я потупила глаза. Глупо было надеяться, что он ни о чём не догадался. 

– Судя по твоей реакции, вы действительно обсуждали охоту, – раздался его голос с нотками издёвки у меня над головой. 

И что же мне ответить?!.. 

– Я вообще не сторонник сплетен. Не знаю, что на меня нашло… – бормочу я. 

– Заинтригован. И что же именно тебя так возмутило? – в его голосе звучал неподдельный интерес. 

Наконец, я подняла на него взгляд, чувствуя смущение и неловкость. О, как не свойственно это было мне! 

– То, что ты не заводишь знакомства с девушками… моих лет. 

Его тёмные брови удивлённо взметнулись вверх, а в глазах светилось веселье – его явно забавляла эта ситуация. 

– Интересно, – протянул он, и на его красивом лице появилась лукавая улыбка, – слышать правдивые сплетни о себе. 

Чуть поддавшись вперёд, он тихо добавил: 

– До недавнего времени мне действительно было неинтересно общаться с девушками… твоих лет. 

Мои опасения и… надежды оправдались. 

– Ты прав. Правдивые сплетни – это редкость. 

Я чувствовала на себе его взгляд, но не решалась ответить на него. Этот мужчина имел какую-то гипнотическую власть надо мной. Он меня притягивал и завораживал. Он, несомненно, был небезопасен для меня. Но каков соблазн! 

Так, теперь необходимо ретироваться отсюда как можно быстрее. Где же этот Адриан?! 

– Почему ты вызвалась сегодня держать мою мишень? – неожиданно спросил он. 

Я немного растерялась, ведь это и для меня было загадкой. Можно было выбрать и другой способ выяснить всё у Мари. 

– Наверное… это было любопытство. 

– Чем оно было вызвано? 

Я снова задумалась. 

– Остротою ощущений, – я, наконец, посмотрела на него. 

Дух захватывало от совершенства его лица. 

– Признаю, – он не отводил взгляд. – Ты меня вконец заинтриговала. 

Молчание повисло между нами. Я не знала, куда деть глаза, а он свои словно пригвоздил ко мне. 

– Почему ты не выстрелил? – внезапно вырвалось у меня, хотя я уже собралась попрощаться. 

Услышав его вздох, я решилась поднять на него взгляд. 

– Я боялся промазать, – он опёрся спиной о колонну. 

– Я слышала, что ты очень меткий стрелок. 

– Так и есть, – он смотрел на меня немного из-под сдвинутых бровей и задумчиво проводил большим пальцем по нижней губе. 

Это простое движение несколько отвлекало от сути разговора. 

– Но в этот раз я не смог сосредоточиться на мишени. 

– Почему? 

Он отстранился от колонны и встал передо мной, всё так же не отводя глаз. 

– Ты чертовски крепко завладела моим вниманием. 

Этот немного грубоватый комплемент заставил моё дыхание сбиться, а сердце ещё сильнее стучать в груди. Этого я и побаивалась. Он чересчур сильно на меня действует. 

– Приятно слышать, – слегка дрожа, ответила я. – Но мне уже пора. 

Его бровь снова поднялась вверх. 

– Опять покидаешь меня? 

– Мне приходится. 

– Отчего же? 

Я, подобрав юбку, сделала шаг назад: 

– Ты слишком опасный собеседник. 

– Я тебя чем-то испугал? 

Он считаем меня совсем наивной дурочкой. Горькая обида придала мне сил. 

– Нет, ты не посмел бы. Но твои сладкие речи слишком опасны для такой девушки, как я. 

На его красиво очерченных губах появилась ленивая улыбка, соблазняющая ямочками на щеках. 

– А как же острота ощущений? 

– Это не совсем то, что я так называю. 

– Ты боишься меня. 

Гордость взыграла во мне. Я вызывающе смотрела в его манящие глаза: 

– Ты чересчур самонадеян. 

Он склонил голову набок: 

– А разве тобой не движет любопытство? 

– Любопытство? – тупо повторила я. 

– Разве тебе не интересно понять из-за чего весь этот шум вокруг меня? 

Я недоумённо уставилась на него: 

– Я не совсем понимаю тебя… 

Он усмехнулся и протянул мне руку: 

– У тебя будет время подумать над моим предложением, – он посмотрел за мою спину, – а вот и наш будущий гений… на кого ты там учишься? 

Я, совсем сбитая с толку, перевела взгляд с его лица на дверной проём, в котором уже показался Адриан с напитками в руках. 

Эскалант, не попрощавшись, уже проходил мимо него, лишь коротко кивнув. 

 

 

ГЛАВА 5 

 

 

Гипноз 

 

Он больше не подходил ко мне и не попадался мне на глаза. Целиком обескураженная его словами, я не могла не думать о них, как ни старалась. Танцуя, постоянно сбивалась с ритма, стоя в компании своих друзей, теряла нить разговора. Окидывала взглядом толпу, непроизвольно желая найти гипнотизирующий взгляд цвета чёрного шоколада. 

Что же этот человек сделал со мной? Словно змей-искуситель он посеял в моё спокойное и уверенное сознание семя незнакомых желаний, вопросов и мыслей. Он будоражил всё моё существо, и я то и дело прокручивала воспоминания о наших сегодняшних встречах, ощущая, как меня бросает в жар. 

Спустя какое-то время я стояла в привычной для меня компании, все ещё огорчаясь, что мимолетное наваждение опасным красавцем не прошло. Машинально что-то ответив Адриану, я поднесла бокал прохладного шампанского к губам, как вдруг мой взгляд замер на паре тёмных глаз. 

Будто зачарованная, я опустила бокал, не в силах отвернуться. 

Эскалант стоял напротив меня. Он, словно злодей из фильма, завораживал своей хищной красотой, освещённой мигающей в такт светомузыкой. Нас разделяли несколько десятков метров и толпа танцующих. Но, несмотря на это, я чуть не задохнулась от чувственности и искушения, что исходили от него. На его губах появилась полуулыбка, коснувшаяся только уголков красивого рта. Моё сердцебиение заглушило живую музыку. 

– Потанцуем?.. – раздался возле меня голос какого-то парня. 

Это было моим спасением. Смутно знакомый мне друг Марии возник между нашими скрещенными взглядами и тем самым разрушил магию. Я недоумённо перевела взгляд на протянутую ко мне руку и смутно осознала, что меня приглашают на очередной медленный танец. 

– Прости, пожалуйста, – чересчур любезно заговорила я, ослепительно улыбаясь. – Но мне просто необходимо посетить одну милую комнатку для девочек. И чтобы не дать тому разубедить меня или предложить сопровождение, я быстро продолжила: 

– Обещаю, когда вернусь, обязательно потанцуем! 

И я зашагала через зал, не осознавая, что делаю. Мне было жарко и душно. 

Может, я и вправду перебрала с шампанским? Голова слегка кружилась. 

Я вышла на террасу. С наслаждением ощутила, как ночной воздух освежает мою разгоряченную кожу. 

О, чёрт!.. 

Я застыла, увидев широкую спину Эскаланта, стоящего в самом тёмном и абсолютно безлюдном участке. 

Он обернулся и окинул меня взглядом, от которого мурашки побежали по телу. 

Что же он со мной делает? Почему я не разворачиваюсь и не бегу как можно дальше от него?! 

– Я… мне стоит уйти, – с дрожью в голосе молвила я. 

– Ты уверена? 

Эскалант обжигал меня взглядом и зачаровывал низким голосом, достойным озвучивать красавцев киногероев. 

Сил сопротивляться становилось всё меньше. 

– Не знаю… 

– Так я подскажу? – Эскалант продолжая гипнотизировать меня, протянул мне руку. – Я знаю, о чём ты думаешь, чего хочешь. 

Я с трудом перевела взгляд на его ладонь лишь на миг и снова посмотрела ему в глаза. 

До сих пор помню это чувство. Будто я балансирую над пропастью и устаю бороться. И вот уже очень хочется сорваться вниз… 

Как во сне я увидела своё робкое движение руки и его пальцы – тёплые и крепкие – властно обхватили мою ладонь. Лёгкий рывок и я уже в его объятиях, наслаждаюсь запахом его парфюма. 

– А ты смелая, крошка! – хрипнул он мне в ухо, обдав горячим и тяжёлым дыханием. 

Зарывшись руками в мои распущенные волосы, он поднял моё лицо. Этот взгляд чёрных глаз привёл меня сюда. Он превращал мою кровь в тягучую горячую смесь, медленно стекающую по моим венам. 

Эскалант поцеловал меня. 

Спустя много времени я помнила эти ощущения, будто всё это произошло час назад. Тогда я впервые поняла, что такое возбуждение. Он показал мне, что есть страсть. 

Так меня ещё никто не целовал! Его губы властно ласкали меня, буквально заставляя млеть от желания ответить ему. 

И я поцеловала в ответ, соприкасаясь с ним языком. Я утратила слух, дар речи и способность мыслить. Для меня ничего не имело значения, кроме этого поцелуя. Разве такое возможно? 

Помню, как я обхватила Эскаланта за шею, притягивала его к себе, ещё и ещё требовала продолжения. Я чувствовала, как его грудь часто вздымалась под моими скользящими ладонями. Слышала свой стон, когда он мастерски посвящал меня в науку французского поцелуя. 

Я не знаю, сколько времени длилось это наваждение, и кто первый из нас нажал на кнопку «стоп». 

– Колдунья… – ласково прошептал Эскалант и улыбнулся. 

Он прикоснулся лбом к моему лбу, продолжая одной рукой гладить меня по волосам, а другой прижимать к себе. Я ощущала его возбуждение буквально. 

– Мечтал об этом с того момента, как ты споткнулась об меня. 

Я слушала его медовые признания, отчаянно желая им верить. Но разум стал набираться сил, постепенно возвращая меня в реальность. 

– Я не должна была приходить. 

– Жалеешь? – он перехватил мой растерянный взгляд. 

– Нет. 

Это была правда. Меня не покидало ощущение, что я не содеяла ничего ужасного. Да, моё поведение хорошей девочки было сожжено на костре искушения и порока, но я не жалела о своём поступке, как бы сильно ни пыталась вызвать в себе это чувства. В жизни каждой женщины рано или поздно должен случиться хоть один идеальный поцелуй. Кажется, мой вот этот. 

Я попыталась освободиться от его рук. Не сразу, но он все же отпустил меня. 

– Дайте-ка угадаю – тебе пора? – немного сузив глаза, усмехнулся он. 

– Верно. 

Я с трудом оторвала взгляд от его губ и повернулась, чтобы уйти. 

Войдя в зал, я мимолетно посмотрела на своё отражение в стеклянной двери. Щёки красные, им под цвет и губы, волосы немного растрёпанные. Пора уходить отсюда. Я направилась в свою комнату, стараясь не попадаться на глаза ни Мари, ни Адриану. Их расспросов я бы сейчас не выдержала. 

Поднимаясь по лестнице, я вдруг испытала тщеславие. Приятно осознавать, что тобою заинтересовался такой мужчина! 

М-да, какой же наивной дурочкой я была!.. 

 

 

ГЛАВА 6 

 

 

Пляжные секреты 

 

Я не могла уснуть на протяжении всей ночи. Лишь на короткое время мне удалось сомкнуть глаза в предрассветный час. Чувства были чересчур взбудоражены, чтобы спать. Во мне боролись разносторонние эмоции – от возвышенновоодушевлённых до мрачно-устрашающих. Моё сердце непривычно трепетало, а голос разума был непреклонно хладнокровен. Я знала наверняка только одно – ни один парень в моей жизни не вызывал во мне подобных эмоций. Это-то и пугало. 

Проснувшись довольно поздно, я всё же не выспалась. Надела красно-белый купальник и короткое пляжное платье в цвет. Скрыла тоном тёмные круги под глазами, подкрасила ресницы, яркой помадой провела по губам и собрала волосы в высокий хвост. Оценив свой образ целиком, я осталась довольна. 

На пляжную вечеринку мы приехали на моём, вернее, тётушкином, автомобиле, около трёх часов дня. Солнце палило беспощадно, хотя по прогнозам сегодня обещали ливень. Мари, пританцовывая, выпрыгнула из машины, и побежала к морю, по пути приветствуя своих друзей. 

Мы с Эйдом поплелись за ней. Я слушала, как он жалобно скулил по поводу забытого крема для загара с необходимой степенью защиты и обязательно гипоаллергенного. Наши крема он использовать не хотел, дабы не рисковать. А вдруг именно в них его ждал коварный аллерген?! 

На продолжение вечеринки пришли далеко не все из вчерашних гостей. Но, по словам Марии, остальные подтянутся позже. И теперь я неустанно осматривалась по сторонам. 

На берегу моря были бунгало, лежаки с зонтами и несколько баров с напитками и закусками. Это был частный пляж с элитной репутацией. Здесь даже были отдельные пляжные домики для желающих романтичного уединения или сна трезвости. Громко играла музыка, ди-джей заводил народ. 

Расположившись на лежаке, я постоянно зевала, а друзья подшучивали надо мной из-за этого. Но я особо не сопротивлялась, так как жутко нервничала, ожидая прибытия самоуверенной троицы плейбоев. 

– Куда ты вчера пропала? – как бы между прочим спросила меня Мари, пока Адриан пошёл за напитками. 

– Никуда. Потанцевала, а потом пошла к себе, – мой ответ прозвучал уверенно, недаром же я готовилась! 

Взгляд подруги сфокусировался на моём лице: 

– А что Эскалант? Больше не подходил к тебе? 

Я сделал вид, что с интересом наблюдаю, как ребята играют в волейбол. 

– Нет, Мари. 

Она ещё что-то хотела спросить, но мяч угодил в нашу сторону и подбежавший симпатичный парень спас меня. Он извинился и утащил мою кокетливую подругу с собой, под предлогом поболеть за него. 

– А куда делась блонди? 

Я уставилась невидящим взглядом на подошедшего только что Эйда, соображая, что он от меня хочет. 

Я кивнула в сторону хохочущей Мари и взяла из его рук холодный безалкогольный мохито. 

– Когда-нибудь она узнает, как ты её называешь за спиной! – пробурчала я. 

– Дорогуша, она знает. 

Адриан наблюдал за Марией и молчал. Это было как-то непривычно. Но не успела я спросить его об этом, как наше внимание переключилось на только что прибывших ребят. 

Троица парней, в которой явно чувствовалось лидерство Виктора Эскаланта, подъехали на блестящем жёлтом внедорожнике, специально созданном для пляжа. Музыка, с которой они приближались, привлекала внимание, как и сами парни – обнажённые по пояс, загорелые, будто с обложки журнала «МенсХелс». Один Виктор был одет в белые шорты и такую же лёгкую сорочку, которая свободно свисала на нём. На его шее красовались два каких-то плетёных украшения. 

Стараясь сохранять достоинство и уравновесить своё душевное состояние, я встретилась с ним взглядом и ответила величественным кивком на его жест приветствия. С одной стороны я радовалась, что он не приблизился, чтобы поздороваться, а с другой – расстроилась. 

Но мой взгляд был перехвачен Амалией. Кажется, она наблюдала за нашим приветствием. А теперь прищуренными глазами оглядела меня с ног до головы. И, будто не увидев во мне достойной соперницы, отвернулась. 

Я поняла, что с ней общего языка не найду, да и пытаться не буду. Она, скорее всего, предпоследняя, так сказать, «жертва» Эскаланта. А я должна, по его мнению, стать следующей. Или уже стала? После вчерашнего поцелуя он в этом уверен, небось. И не удивительно. 

Нужно держаться от этого человека подальше. В него очень быстро можно влюбиться и ещё быстрее разочароваться. 

 

*** 

Солнце стало клониться к закату, когда на небе появились первые подозрительные тучки. Поднялся ветер, с каждым порывом становясь всё сильнее. Я бродила в хмуром одиночестве по берегу моря, избегая общества весёлых друзей и, конечно же, Виктора Эскаланта. На таком расстоянии я могла увидеть его приближение и заранее улизнуть. Мои мысли вернулись на земную поверхность, когда мой телефон зазвонил знакомой и угнетающей мелодией группы «Venus» «Beautiful days». Эта песня наводила тревогу, как и человек, желавший меня услышать. 

– Да, папа! – чувство внутренней сжатости охватывало меня, когда я отвечала на его звонки. 

– Здравствуй, дочь. Что нового? – отец говорил вежливым и уставшим голосом. 

– Пока ничего. 

Привычный вопрос, требует такого же ответа. 

– Отчёт твой получил. Всё в порядке. 

– Я старалась. Как дома? 

Неожиданная пауза изменила скучно-стабильный разговор, повторяющийся каждую неделю в одно и то же время, уже полтора года. 

– Пока нормально, дочь. Ну всё, у меня дела. Тессе – привет. 

– Спасибо. Пока, папа. 

Послушались гудки. 

Это самое добродушное наше общение. С тех пор как я уехала, мы стали реже конфликтовать. Теперь наше семейное общение сводилось к еженедельному отчёту о трате его денег, который я скидывала ему на электронную почту. А он, в свою очередь, звонил мне с такой же частотой. 

Погода резко стала портиться, и я направилась к месту нашей вечеринки. На ходу набирала номер Мари. 

– Латти, меня ждёт казнь! – затараторила мне в ухо напуганная подруга. – Я уехала с Марком домой – отец нашёл мою записку в Вольтере, а сейчас меня ждёт казнь. Нужна твоя помощь! Моя сумка осталась в пляжном домике под номером семнадцать. Там Адриан пережидает ливень. Привези мне её, но прежде выбрось всё подозрительное – папа будет обыскивать! 

– Хорошо! – буркнула я, почувствовав, как первые тяжёлые капли дождя настигли меня. 

Промокшая до кости, стуча от холода зубами, я чуть не крикнула от радости, завидев впереди череду пляжных домиков. 

Сквозь пелену дождя, погрязая в мокром песке, я плелась к домикам, пряча в руках мобильный. С горем пополам я взобралась на крыльцо под навесом и прошлепала в поисках нужного номера. 

Чёрт, какую же цифру она называла? Мне не вспомнить, кажется, шестнадцать? Тут и свет горит, в отличие от остальных, явно пустынных домиков. 

Я попыталась дозвониться Мари и одновременно заглянуть в зашторенное окошко. Но безрезультатно в обоих случаях. 

Быстро заколотив кулаком в дверь в такт стучащим зубам, я прислушалась к звукам внутри. В какой-то момент я с облегчением услышала приближающиеся шаги. 

Если что, просто извинюсь за беспокойство! 

Потирая руки, чтобы хоть как-то согреться, я дрожала, но всё же умудрилась натянуть приветливую улыбку, которая тот час замерзла на моих губах, когда дверь мне открыл Эскалант. 

– Злата? – удивился в свою очередь он. 

Обескураженная нежелательной встречей, я даже забыла, что продрогла. 

– Мне нужен Адриан, он … – начала было я, машинально заглядывая ему через его плечо. 

Мой вопрос так и не был озвучен до конца, когда я увидела недвусмысленную обстановку в комнате. Красиво сервированный журнальный столик со свечами, на котором уютно поблескивали два хрустальных бокала, с пригубленным вином. 

– Кажется, я помешала… 

Эскалант словно прочитав мои мысли, стал выкладывать оправдание: 

– Ты всё не так поняла!.. 

– Да неужто!? – мне было обидно и больно, словно меня предали. 

Особенно когда я увидела женское платье фиолетового цвета, бережно лежащее на маленьком диване. Я узнала этот наряд. Амалия. 

Не слушая лепет негодяя, я попятилась назад, уворачиваясь от его попытки схватить меня за руку 

– Не трогай меня! – брезгливо выкрикнула я 

– Постой! Куда ты?! 

Не останавливаясь ни на мгновение, я рванула к парковке. Эскалант настиг меня и схватил за руки. 

– Злата! Всё не так!.. 

– Не смей трогать меня! – гневно выкрикнула я, пытаясь высвободиться из его хватки. 

– Я не отпущу тебя, пока не выслушаешь! – он словно угрожал мне. 

За мои действия отвечали эмоции, поэтому я, вспомнив примитивные приемы самообороны, пнула его коленкой в пах. 

Эскалант был ошеломлен моим поступком. Кажется, он не верил в то, что я ударила его, даже когда согнулся от боли. 

Пользуясь этим, я вскочила в свой автомобиль и уехала прочь, вглядываясь в дорогу сквозь пелену дождя. Я чувствовала себя осквернённой. Только вчера он пылко держал меня в объятиях, а сегодня уже очаровывал другую дурочку! Меня передернуло от мерзости. Но я же знала, что так и будет! Почему же тогда позволила этому мерзавцу прикоснуться к себе?! 

Вконец измотанная, промокшая и грязная в обоих смыслах, я вошла в дом. Радовало меня лишь одно – празднование подошло к завершению, и я могу уехать отсюда. Подлец осквернил событие и место. Теперь эта ассоциация будет преследовать меня вечно. Он всё испортил! Да что там, я тоже хороша. 

 

 

ГЛАВА 7 

 

 

Неприятные встречи 

 

О тех событиях я не рассказывала никому. Мне было невыносимо мерзко и стыдно. Я избегала разговоров и расспросов на эту тему, ловко переводя разговор в другое русло. Теперь дни пребывания в Барселоне стали не так хороши. Меня практически всюду могла ожидать встреча с этим преследователем женских юбок. А так всё осталось по-прежнему: встречи с друзьями в любимой кофейне, прогулки по городу с тётушкой, любимая книга по утрам и кино по вечерам. 

На второй день после тех неприятных событий мы сидели с Эйдом и Мари в «Старбаксе» и обсуждали планы на вечер. 

Нашу беседу прервал мой мобильный. На экране высветился незнакомый, но чрезвычайно настойчивый номер. 

Я ответила, особо не раздумывая: 

– Алло? 

– Злата? – раздался знакомый голос, и я чуть не подпрыгнула. 

– Откуда у тебя мой номер?! – прорычала я Виктору Эскаланту. 

Эйд и Мари вмиг обратили внимание в мою сторону. 

– Нам нужно поговорить!.. 

Я нажала сенсорную кнопку сброса звонка. От негодования меня трясло. На миг даже забыла, что нахожусь под пристальным вниманием друзей. 

– Ну?! – в один голос протянули они. 

– Да придурок один, – отмахнулась я и сделала глоток карамельного латте. 

Эйд с Мари многозначительно переглянулись. Эйд покачал головой. 

– Ничего особенного, правда! – беззаботно усмехнулась я, старая выглядеть непринуждённо. – Ну и куда мы идём вечером всё-таки? 

Мы снова вернулись к нашей теме, и я старалась принимать активное участие в обсуждении. Хотя внутри я все кипела от злости на этого нахала! 

Вечером мы отправились в клуб «Up&Down». И там, впервые за два дня, мне пришлось заговорить на запрещённую для моего разума и сердца тему. 

Мы расположились за одним из круглых, белых столиков под цвет оформления всего зала. Я откинулась на спинку мягкого дивана и стала осматриваться. 

Несмотря на весьма ранний час для ночного клуба, на танцполе уже было довольно много желающих потанцевать под треки ди-джея. Моё внимание привлекла влюблённая парочка, нежно обнимавшая друг друга в танце. Ничего особенного, дело привычное, но вот девушка мне была знакома с недавних пор. Это была Амалия Ривас в компании незнакомого мне парня. Длинные чёрные волосы с осветленными концами, белое платье – очень короткое, но роскошное – и высоченные каблуки – она выглядела красиво. 

– С кем это зажигает Амалия? – на ухо спросила я у Мари. 

– А это её жених Эктор Массиас. Гранде, кстати. Любит её безумно, балует дорогими подарками. Вернулся недавно из США, практику проходил от УБ. Он вместе уже около трёх лет! Правда, она давно уже бегает за Эскалантом. Но, как видишь… 

Моё омерзение к этой девице зашкалило. Как и к Эскаланту. Что за аморальные личности! Бедный её жених. Я от всей души захотела, чтобы он узнал правду. 

После пары лёгких коктейлей и долгих танцев, я вырвалась в туалет. Это было довольно высокого уровня заведение, поэтому очереди и толкучки возле дамской комнаты не было. 

Справив свою нужду, я подошла к череде умывальников с подсвеченными большими зеркалами над ними. Сполоснув руки и роясь в своём клатче в поисках губной помады, я услышала цокающий звук приближающихся каблучков. Машинально я посмотрела в зеркало на девушку, которая остановилась подле меня. 

Это была Амалия в своём шикарном платье, изящно облегавшем её идеальную фигуру. Наши глаза встретились. 

– Привет! – огромные голубые глаза нервно бегали по моему лицу. 

– Привет. – Холодно ответила я, и достала из сумочки блеск для губ. 

– Кажется, сегодня хороший вечер, не правда ли? – её лицо не покидала любезная улыбка. 

Мне было мерзко и неприятно общаться с этой девушкой. Она стояла передо мной, разодетая в дорогущие шмотки, непременно купленные за деньги её жениха. 

За что она, ему в благодарность, наставляла рога с мерзавцем Эскалантом. 

– Да, был отличный, – так же холодно ответила я и, открыв баночку с блеском, придвинулась ближе к зеркалу. 

– Мы с тобой почти совсем не общались. А ведь у нас есть общие друзья, – залепетала она. 

Я знала, к чему она клонит, и хотела как можно скорее завершить этот словесную пытку для нас обоих. 

– Я бы хотела поближе познакомиться с тобой, чтобы… 

– Не думаю, что это удачная мысль, Амалия, – не церемонясь, оборвала я её. 

Я проверила точность нанесения помады и кинула обратно блеск в клатч. 

Окинув её презрительным взглядом, я продолжила: 

– Боюсь у нас с тобой слишком разные взгляды на жизнь и моральные ценности. И что немаловажно, у нас абсолютно разные вкусы. 

Амалия уставилась на меня изумлённо и испуганно одновременно. 

– Я бы на твоем месте, имея такой цветовой типаж, про сиреневый цвет забыла бы напрочь! – собираясь уходить, добавила я. – Но об этом я никому не скажу. Это и в моих интересах… Ах, да! Поздравляю с помолвкой! 

И ушла, оставив её ошарашенно глядеть мне вслед. Я чувствовала себя такой стервой, но мне было приятны эти ощущения. 

Я отправилась на поиски своих друзей, ощущая омерзение к этой парочке любовников и жалость к жениху Амалии. Но в глубине души я ловила себя на мысли, что отчасти понимаю эту изменницу. Ведь я тоже предательски не устояла перед чарами этого развратника. И что самое ужасное – мне понравился его поцелуй. Разница между нами в главном – я никого не предавала этим постыдным поступком и больше такого ему не позволю. Никогда. 

С этими мыслями я вернулась в зал и направилась к нашему столику, где отдыхали Эйд и Мари. 

– Эй! – возмутилась я, когда меня кто-то остановил, схватив за плечо. – Что за…?! Ты?! 

– Добрый вечер, Злата! 

Виктор Эскалант удерживал меня за руку и обжигал взглядом своих чёрных глаз. 

– Пусти меня! – я пыталась вырваться, не привлекая внимания. 

И почему ни Мария, ни Адриан не смотрят в нашу сторону?! 

– Нам есть что обсудить. А так как ты оказываешься отвечать на мои звонки, мне пришлось выследить тебя. – И с этими словами он поволок меня в сторону перехода в другой зал. 

Это было место, похожее на коридор, и там меньше всего была слышна музыка. 

Он сжал сильнее моё плечо, как будто предполагал, что я попытаюсь сбежать. Но со стороны это выглядело как милый дружеский жест. Я понимала, что попала в безвыходное положение. Можно было только устроить скандал и привлечь очень нежелательное внимание. Понимая это, я только разозлилась от бессилия. 

И почему этот негодяй так сногсшибательно выглядит?! Чёрная рубашка и костюм песочного цвета сидели на нём словно сшитые под заказ. А этот его парфюм… 

Было бы намного легче, если бы от него несло чесноком или пoтом! 

– Ты ошибаешься, мне с тобой нe о чём говорить! И оставь меня наконец в покое! – я попыталась вырвать руку, но бесполезно. – Чего ты хочешь от меня?! 

Эскалант резко дёрнул меня, заставив посмотреть ему в глаза. 

– Чего я хочу больше всего – покажу тебе не много позже! – пообещал он таким тоном, что я почувствовала пробежку предательских мурашек по телу. – А сейчас я хочу рассказать тебе правду! 

Он оглянулся на внезапно появившуюся компанию и загородил меня собой. 

Прижался чересчур близко, якобы пропуская их. 

– Да что ты?! – я со злостью оттолкнула его от себя. 

Эскалант сам напомнил мне, какой он лживый и подлый бабник. Мимолётная слабость вмиг растворилась. 

– Амалия Ривас преследует меня уже давно, – горячо начал он. – Она обманом затащила меня в тот домик, сказала, что подвернула ногу… 

– О, боже! Прекрати! – я вырвала наконец руку. – Не унижай меня и себя этим враньём! Мы ведь никто друг другу! 

– Да ничего не было, чёрт возьми! 

Я зло усмехнулась и посмотрела в глаза негодяю, желая испепелить его взглядом и чеканя каждое слово, убийственно добавила: 

– Амалия сама мне лично всё рассказала и умоляла сохранить вашу с ней тайну! 

– Что?!.. 

– Но так как ты непосредственный участник, думаю, она не огорчится, узнав, что я тебя просветила! 

Пользуясь его абсолютным замешательством, я откинула волосы с лица, расправила плечи и гордо молвила напоследок: 

– Не смей меня больше донимать! С тебе подобными я не вожу знакомства! Ибо мерзко. 

И с чувством абсолютной победы направилась в зал. 

Только вот на душе было очень тяжело. Я раскрыла его обман, и он не отрицал его. Значит, последние робкие надежды, оправдывающие Эскаланта, были уничтожены. 

ПРОЛОГ

Испания, Барселона, наши дни.

 

Чёрный «Мерседес», с развевающимся на капоте маленьким флагом С Ш А, мчал

по дорогам столицы Каталонии. Он непреклонно приближался к дому, который в

пользование американскому атташе Гаспару Али-Капуру предоставил король

Испании Фердинанд IV.

Мягкое покачивание автомобиля немного успокаивало меня, как и уютный

зимний пейзаж за окном. Ну вот, я снова в этом городе. С каждым переулком,

домом или парком меня связывали какие-то воспоминания и переживания. Вернее,

не меня. А девушку, совершенно другую – жизнерадостную, беззаботную,

невинную. С ней у меня было общее лишь одно – имя. Меня, прошлую и настоящую, зовут по прежнему – Злата Бронских…

Как ты, милая? – спросил Гаспар и взял меня за руку. – Да ты совсем

замёрзла!..

Я благодарно улыбнулась своему жениху, когда он стал греть мои околевшие

руки тёплым дыханием.

Не только за тепло благодарила я его, а за всю ту доброту и терпение, которое

он так беззаветно дарит мне. Он единственный достойный мужчина в моей жизни.

Никто и никогда не сравнится с ним! Даже отец…

Страшишься? – снова увёл меня от одиноких мыслей Гаспар.

Я встретилась с пытливым взглядом тёмно-зелёных глаз и попыталась скрыть

от его проницательности свои мысли:

Просто не особо рада снова быть здесь. Эта страна меня угнетает… прошлым.

Золотце моё, но я же пообещал тебе – пробудем здесь совсем чуть-чуть и сразу

уедем домой! – он погладил меня по бледной щеке. – К тому же, здесь тебя ждут не

только плохие воспоминания! Ты, наконец, встретишься с тётей, побываешь на свадьбе друзей! И я обещаю тебе море, нет… океан новых впечатлений, ярких и хороших! Один только мой друг чего стоит!

Я вяло улыбнулась:

Хорошо, постараюсь не думать о прошлом.

Только в этот раз сильно постарайся. Договорились?

Да.

 

Гаспар прислонился губами к моей руке, и я отвернулась к окну автомобиля, мчавшегося по улицам декабрьской Барселоны.

Начало зимы, но, на удивление, было довольно холодно. Шёл снег. На улицах,

как всегда, многолюдно. Жизнь бурлила. За это Испанию я и полюбила – ведь как бы плохо ни было, испанцы всегда умели веселиться и радоваться жизни. Надо брать с них пример. Правда, мне сначала нужно лишиться памяти…

Ты сообщила тёте о нашем раннем прибытии? – снова спас меня от горьких

мыслей Гаспар.

Да, сегодня она нас ждёт с визитом.

Я вспомнила улыбающееся лицо своей единственной родственницы, и моё

сердце наполнилось теплом. Ах, любимая тётушка!

У нас очень много дел! Нужно обязательно поспеть на благотворительный бал.

Там мы, кстати, и встретимся с Алексом! – Гаспар ободряюще подмигнул мне.

С тех пор как он связал свою судьбу со мной, он то и делает, что ободряет,

поддерживает, веселит и любит меня. Я его обуза, ярмо у него на плечах! За что он

любит меня?!

Я очень хочу, чтобы два моих самых близких человека познакомились и были

рядом со мной, – мечтательно продолжал Гаспар, – ну и ещё, чтобы этот самовлюблённый задира лопнул от зависти, увидев какая красотка согласилась стать

моей женой!

О, Гаспар! – я улыбнулась. – Хвастать и льстить тебе точно не к лицу!

Конечно, ведь я никогда этим не занимаюсь! – он лучезарно улыбнулся и,

притянув меня к себе, поцеловал в лоб.

Я, немного смутившись, втянула шею и уткнулась подбородком в меховой воротник, что оторачивал моё зимнее пальто тёмно-красного цвета.

Внезапно машину резко тряхнуло. Послышался крик, скрежет. Через несколько

мгновений и пару заносов в сторону, которые не на шутку меня напугали, автó с

грохотом остановилось и накренилось вправо.

Злата, ты в порядке? – взволнованно спросил Гаспар.

Да, – ответила я, приходя в себя и пытаясь выглянуть в окно. – Что это было?!

Думаю, авария…

Его охранник махнул рукой, давая понять, что можно выходить.

Посиди здесь, я сейчас! – и Гаспар вышел.

Несколько минут я слушала гневный тихий голос атташе и виновато-

извиняющийся водителя. Изредка звучал незнакомый встревоженный голос,

возможно, принадлежащий основному виновнику этой несвоевременной остановки.

Дверь «Мерседеса» открылась, и в проёме показалось лицо Гаспара с коротко подстриженной чёрной бородой:

Милая, нужно выходить. Поломка серьёзная, придётся пересаживаться.

Холодный воздух слегка обжёг мне лицо, когда я, опираясь на руку жениха,

вышла на улицу.

Ласковый снежок стал укрывать нас своим белым покрывалом. Он, как и я,

радовался нашей встрече.

Скучала по этой погоде, – проговорила я свои мысли и подняла лицо к небу,

желая почувствовать холодное прикосновение снежинок.

Мне немного стало легче на душе. Будто я приехала в свой родной город.

Рад, что ты нашла в этом что-то приятное! – начал было Гаспар, немного

смягчаясь, когда вокруг метались виновники происшествия, безрезультатно

пытаясь исправить ситуацию. – В отличие от меня!..

Его многозначительный намёк, адресованный водителю и владельцу продуктового фургона, был перебит громким возгласом, от которого вздрогнули

все: я, Гаспар, виновники аварии и мимо проходящие люди.

Гас?! Ты, что ли?!

Рядом с нами резко затормозил чёрный лимузин со значком на капоте «Лексус».

Глаза Гаспара в одно мгновение удивлённо расширились и радостно заблестели:

Не может этого быть…

Все вместе мы повернулись в сторону почти боевого клича. Далее разворачивалось что-то неописуемо-восторженное. Мужчина в солидном чёрном костюме выскочил из машины, а Гаспар рванул к нему на встречу с криком: «Ах ты, негодник! Алекс!»

Я невольно заулыбалась, радуясь такому искреннему проявлению чувств. Я была рада за Гаспара, ведь сама не могу сделать его настолько счастливым. Хорошо,

что есть люди, которые способны на это…

Наслаждаясь зрелищем, я слушала разговор давних друзей и ловила себя на

мысли, что низкий тембр голоса Алекса казался мне знакомым.

Меня отвлёк звук пришедшего сообщения на мой мобильный телефон. Это была

Мари, моя близкая подруга. Она спрашивала, как я отношусь к перчаткам для платья подружки невесты. Улыбнувшись, я быстро написала ответ, что доверяю её

вкусу полностью и вскользь упомянула, что подругу ждёт сюрприз.

Слушай, какими судьбами?! Ты должен был прилететь неделей позже! – радостно восклицал Алекс.

В последний момент отложилась поездка в Алжир. А ты не рад?

Конечно, не рад! Видишь, грустный какой? – шутливо поддел Гаспара незнакомец.

На что в ответ тот замахнулся. Алекс увернулся, и они, рассмеявшись, снова обнялись, похлопав друг друга по спине.

Что-то знакомое было в этом человеке. Я видела его со спины и не могла понять, кого он мне напоминает.

Я прожила здесь много лет – не мудрено, что мы могли с ним как-то встретиться, тем более что он бывший студент университета Барселоны, где когда-то училась и я. Правда, всего лишь полтора курса. Хотя, судя по его одежде и

автомобилю, он вращался в наивысшем свете.

Кстати, позволь, наконец, представить тебя своей невесте! – горделиво сказал

Гаспар и указал в мою сторону.

Ну, пойдём, пойдём! – и тот шагнул в мою сторону, потирая руки.

Но Гаспар остановил его, хлопнув по плечу:

Э -э-э, а ты нас ни с кем познакомить не хочешь?!.. – он кивком головы указал

на красивую блондинку, которая только что вышла из авто друга.

О, как мило! Кажется, он совсем забыл о своей спутнице. Исходя из этого, я

сделала вывод: Алекс – тот ещё бабник. Для него эта девушка – очередная забава!

Мне он не понравился уже сейчас.

Втроём они направились в мою сторону.

Я незаметно опустила взгляд на своё одеяние, проверяя всё ли в порядке.

Гаспар подошёл первый и, радостно улыбаясь, по-хозяйски обнял меня за талию.

Позвольте вам отрекомендовать, дон Эскалант, мою возлюбленную невесту –

сеньориту Злату Бронских! – торжественно произнёс он.

В этот момент мой слух обжёг адский огонь. О нет! Не может быть!.. Я

вздрогнула и даже немного пошатнулась, чуть не упав.

Только не вздумай снова пускать в ход свои замашки Дон Жуана! – продолжал

шутить ничего не подозревающий Гаспар.

Мой резко вскинутый взгляд впился в лицо, которое всплывало в моих снах на протяжении трёх лет.

Да. Несомненно, это он. Человек, который собственноручно построил первую

ступень моей лестницы бедствий и боли. И он оказался другом моего спасителя. Он

Виктор Александр Эскалант. Алекс…

Он смотрел на меня, медленно проводя по лицу сощуренными чёрными

глазами.

Мне стало дурно, но я не подавала виду. Всего лишь пару секунд он изучал

изменения в моей внешности, потом снова посмотрел в глаза и обжёг презрением.

Но прошло ещё мгновение, и его лицо выражало абсолютное безразличие.

Я опустила взгляд.

Гаспар тем временем продолжал упражняться в подшучиваниях, адресованных

своему другу. Да так вошёл во вкус, что даже не заметил, что его «самые близкие

люди» не придерживались простой формальности при знакомстве: ни я, ни он не

подали руку друг другу. Хоть в чём-то же мне должно было повезти?!

Зато блондинка, которую Виктор представил как Эллис Мартин, всё подметила и

с нескрываемым любопытством глазела на меня. Конечно же, она прекрасно

помнила тот жуткий скандал. Тогда жёлтая пресса сорвала джек-пот, перемывая мне

косточки! В этой стране мне бы не помогло изменение фамилии. Разве только

пластическая хирургия…

– …да вот, как видишь, колесо повреждено… – где-то вдалеке звучал радостный

голос Гаспара.

Они о чём-то говорили, но я не могла разобрать слов. Мне было очень плохо.

Тошнота подступала к горлу. Хотелось плакать. Но я не могла позволить себе такую

роскошь. В голове только одна мысль выстукивала ритм отчаянья: «Почему?!».

Будучи словно в тумане, я начала осознавать, что Гаспар, беря меня за руку,

усаживает в автомобиль Эскаланта.

Постепенно до меня начало доходить, что он предложил Гаспару отвезти нас домой.

Он его друг. Его близкий друг. Человек, очернивший мою жизнь, – верный друг

того, кто пытается её хоть как-то вернуть в цвет.

Я украдкой посмотрела на своего жениха.

Он был искренне счастлив, просто светился от удовольствия общаться со своим

старым товарищем. Нежно сжимая мою ледяную руку, он и не подозревал, что его

друг – это тот мужчина, имя которого он пытается выведать у меня кучу времени.

Стоит ли называть его теперь?

С трудом и неимоверным усилием я решилась посмотреть на одного их своих

мучителей. Он уверенно восседал в своих апартаментах на колёсах, умилённо

улыбаясь и полностью игнорируя мой взгляд и меня в целом.

Нет, говорить я не буду. Ведь это поставит Гаспара перед тяжким выбором. Он

очень ждал встречи с ним, радовался, надеялся, и вдруг… нет! Ни за что не сделаю

этого! Пусть всё сохранится в тайне.

Я отвернулась к пейзажу улиц Барселоны, проплывающих мимо. Блондинка продолжала сверлить меня взглядом, и это раздражало. Прежняя Злата не стала бы терпеть подобное, но теперь я равнодушна к таким выходкам.

Жизнь научила.

Да, конечно! Мы также собираемся быть там! – радостно воскликнул Гаспар и

вернул меня на землю. – После визита к тёте Златы мы сразу направимся на бал.

Превосходно, друг! Думаю, там мы и договорим! – блондинка самодовольно

захихикала, когда Эскалант притянул её к себе и поцеловал в губы.

Какая пошлость!

Я непроизвольно снова посмотрела на него. На этот раз он смотрел прямо на

меня. Мои глаза выражали лишь отвращение и презрение. Не знаю, чего больше.

Взгляд мерзавца сверкал злостью. Он ненавидел меня.

Как бы сильно я ни старалась, но мысли всё так же слишком лёгко возвращались

к прошлым событиям моей жизни. Сердце в груди сжималось от боли.

Когда же всё началось? Интересно, каким именно утром я проснулась, даже не

подозревая, насколько моя жизнь вскоре изменится?

Я прикрыла глаза и нехотя отдалась воспоминаниям, пытаясь вспомнить или, скорее, определить, какой день стал переломным в моей жизни…

 

ГЛАВА 1

Дочь политика

 

Дом. Восточная Европа. Пять лет назад.

 

С момента моего рождения и по сей день мне дарят материнскую любовь два

сердца. Каждое в своём мире. Одно принадлежит моей маме, а второе – её родной

сестре.

Двадцать пять лет назад две юные испанки приехали в чужую страну студентками по обмену. Одна из них встретила молодого аспиранта, влюбилась и больше не вернулась на родину. Так образовался крепкий семейный союз моих родителей, продлившийся восемнадцать лет.

Мамино сердце перестало биться, когда мне было четырнадцать. Рак никого не

жалеет, забирая жизни самых близких и родных нам людей. Для нашей семьи это

стало тяжелейшей потерей. С отцом мы остались одни.

Он играл довольно весомую роль в политической жизни страны, поэтому

пропадал на работе или у себя в кабинете. При маме он чаще появлялся дома, но

после её смерти от горя ушёл в работу с головой. Лишь иногда «выныривал», чтобы

попытаться внести свою лепту в моё воспитание. Но чем больше он старался, тем

сильнее я упиралась, и в итоге случался конфликт. Мама всегда говорила, что

характер у меня в отца. Теперь я это понимаю, как и то, что мы не могли прийти к

единому мнению, так как были одинаково упрямы и горды.

Моя любимая тётя, младшая сестра моей покойной матушки, Тесса Торесс –

вдовствующая баронесса Вальверде. Удивительно, не правда ли? Дело в том, что

тётушка полюбила молодого барона, а он ответил ей взаимностью. Они поженились,

и вскоре мы породнились с современными аристократами из Испании. Наша семья

часто гостила в доме тёти, а она с мужем приезжала к нам. К огромному сожалению,

детей у них не было. Вся её материнская любовь и забота отдавались мне.

Когда я осталась без матери, было принято решение о моём дальнейшем обучении в одном из лучших университете Испании, в Барселоне. Испанский для меня – второй родной язык со времен сказанного первого слова. А получать образование в таком ВУЗе и жить в доме любимой и любящей тёти на тот момент было настоящей сказкой.

Хорошо помню то утро, когда отец пригласил меня к себе в кабинет, чтобы сообщить неожиданную новость. Вернее, его очередной приказ.

Я как раз вернулась с конной прогулки к берегу речушки, что протекала рядом с

нашим домом. Пришлось встать чуть ли не с рассветом, что было для меня

чрезвычайной трагедией. Днём должен быть выпускной экзамен в танцевальной

школе, а я к нему абсолютно не готова. Что отвлекло меня от подготовки, честно

говоря, уже не помню. У меня была масса дел намного интересней, чем изучение

ненавистных мною танцевальных па.

О, какими же глобальными казались мне на тот момент проблемы, донимавшие

меня!

Я горько улыбнулась, вспоминая, как входила в кабинет отца, нахмурившись и

всем своим видом выражая упрямый несломленный дух.

Если бы я знала, что в этот день вижу отца в последний раз! Если бы можно

было вернуть время назад, пережить этот момент заново! Я бы обняла его,

погладила тёмные волосы, тронутые серебряной сединой, поцеловала нахмуренный

лоб и, положив голову на отцовское плечо, просидела бы так до самого отъезда.

Тысячи раз я проматывала в памяти моменты нашей последней встречи. Мне

казалось, я помню всё: его тяжёлые вздохи, угрюмый взгляд, скрип ручки о бумагу,

когда он размашисто что-то пишет, солнечных зайчиков на его столе…

Тогда мы говорили в последний раз. Мы поссорились, что было привычно для

нашей семьи. Отец повелительным тоном сообщил о моём незапланированном и

срочном отъезде в Испанию, даже и не объяснив причин такой спешки. Ведь мы

планировали моё поступление в Университет Барселоны только через полгода. На

все мои вопросы отвечал нехотя или просто игнорировал их. Не сказал он мне и о

сроках пребывания вне дома.

Я ушла, хлопнув дверью. Проплакав несколько часов, всё же собрала вещи и

уехала, даже не обняв на прощание отца.

Как и для каждой семьи, потеря близкого человека – это тяжелейшее испытание. Но мы его, очевидно, не прошли.

 

***

В то время я была совершенно беззаботной и оттого неосознанно счастливой

семнадцатилетней девушкой. Теперь я это ясно понимаю. Моя жизнь была такая же,

как и у всех. Состояла она в основном из учёбы, каких-то увлечений и посиделок с

друзьями. Хотя нет, скорее со знакомыми. Ведь друг – это очень важное звание,

которое заслуживается годами.

За свои семнадцать лет впервые мне захотелось по-настоящему эмоционально сблизиться лишь с парой ребят из Испании – Марией Риверо и Адрианом Эспехо.

Мария была дочерью из графской семьи, с которой очень дружна тётя. Она красивая девушка моего возраста с осветленными волосами и карими глазами. Настолько мила и проста в общении, что мне было намного комфортнее именно с ней, чем со своими землячками.

Что же касается Адриана, или коротко «Эйд», он не был из семьи дворян. Его отец был известным и талантливым учёным-математиком, которого чтили и уважали практически во всех кругах общества. Оттого Эйд принимал чересчур умный вид и такое же поведение. Он был высоким худощавым парнем, с копной взъерошенных волос каштанового цвета и тёмно-серыми глазами. Если бы он носил не контактные линзы, а очки, и одевался не настолько стильно, то был бы схож с нашими так называемыми «ботаниками».

Мы втроём учились на втором курсе в «Universitat de Barcelona», коротко УБ. Мы

с Марией – на филологов, ну а Эйд, разумеется, на математика.

Возвращаясь к поиску ключевого момента в жизни, я перелистываю воспоминания, словно страницы когда-то любимой книги. Мне вспомнилась самая первая трагическая глава в моей барселонской истории, тогда ещё не имевшая ни одного намёка на драму. Наоборот, всё начиналось наивно, сказочно, романтически.

Но вскоре разрушилось быстрее песочного замка, который окатила волна прилива…

Летнее солнце близилось к закату, когда я остановила тётушкин «Сиат» у крыльца загородного особняка родителей Марии в элитном районе Саррия. Сегодня в честь её дня рождения были запланированы увеселительные мероприятия, растянутые на весь уикенд.

Я вихрем взлетела на подъездное крыльцо. Я опаздывала, что бывало крайне

редко и жутко меня раздражало. Тётушка страдала мигренью. Мне необходимо было дождаться доктора, дабы убедиться, что всё в порядке и нет никакой угрозы для здоровья моей любимой родственницы.

Всё ещё переживая по этому поводу, я мимолётом вспоминала уговоры и убеждения тётки поехать на празднества. Ведь она мечтала выдать меня замуж за испанского парня, чтобы навсегда удержать в этой стране. И на это у неё было впереди ещё четыре года – пока я учусь.

У моего отца были совершенно противоположные намерения. К тому же, он

недолюбливал мою жизнерадостную тётку и неоднократно довольно прозрачно

намекал: «…свяжешься с испанцем, то доучиваться будешь в кулинарном лицее на

родине».

А вот в лице Марии Тесса нашла соратника в этом деле, и уже год они всё

подбирали мне «принца», каждый раз подстраивая какие-то «случайные» встречи,

знакомства с достойными, по их мнению, кандидатами.

Но я стоически всё это терпела и не шла на поводу, забавляясь их попытками. Я

горячо любила свой дом, мечтала о карьере учёного-филолога, и никакие «принцы»

меня не привлекали, даже если они и были бы в буквальном смысле принцами.

Только я вошла в холл дома Риверо, как навстречу уже летела Мари со

счастливой улыбкой на утончённом лице, обрамлённом светло-золотистыми

локонами. Очень не свойственно для дочери графа и графини Испании!

Как круто, что ты всё же решила приехать! – защебетала подруга.

После этого я искренне поздравила её с праздником и вручила свой подарок –

изготовленную вручную шкатулку для украшений. Примитивно? Но чём можно

удивить молодую дочь из семьи современных аристократов?!

Честно говоря, это тётушка меня убедила, – призналась я, когда мы под руку

направились в отведённую мне комнату. – Но я всё ещё переживаю…

Нет, нет! Помни – все мысли воплощаются в жизнь, рано или поздно… – …поэтому, я думаю только о хорошем! – автоматически дополнила я излюбленное наставление Мари.

Вот-вот! – засмеялась та. – И у меня тоже есть для тебя сюрприз!

Я так и знала!

Дай-ка угадаю – очередное свидание с каким-нибудь наследником графского

титула?

Ну уж нет! После того как ты усадила на самого норовистого коня сына барона

Альфредо Гальего, и тот, промчавшись на нём галопом милю, чуть не поседел в

двадцать лет, мы с Тессой поставили крест на этой затее!

Кто же знал, что он до смерти боится лошадей?! – сдерживая улыбку,

оправдывалась я.

Милая моя, – вздохнула Мари, останавливаясь напротив двери в мои покои. –

Об этом знают все, после того как он упал в обморок, когда твой конь решил

понюхать его пиджак!

Мы вместе посмеялись и, взяв с меня обещание собраться поскорее,

именинница убежала к гостям. Я вошла в комнату, которая будет принадлежать мне

пару ближайших дней. Уикенд обещал быть превосходным. В тот раз интуиция

подвела меня впервые.

 

ГЛАВА 2

Это не судьба

 

Праздник, устроенный в честь дня рождения любимой и единственной дочери

графа и графини Риверо, был назначен на семь часов вечера. Сначала планировались

развлекательные мероприятия, такие как стрельба по мишеням из лука и

револьвера, скачки на лошадях (это и был сюрприз для меня от Мари). А после –

выступление очень популярной испанской поп-группы «Джо-бэнд», от которой

Мария сходила с ума.

На следующий день вечеринка должна была переместиться на пляж. И всё это

под прицельным взглядом профессиональных фотографов. Некоторые фото будут

доставлены сразу в несколько газетных издательств. Отчёт о подобных

мероприятиях обязателен. В общем, всё в лучших традициях современной

аристократии.

Я наспех привела себя в порядок и взглянула на своё отражение в огромном зеркале перед тем, как выйти из комнаты.

Серые глаза с накрашенными ресницами, тёмно-русые волосы чуть ниже

лопаток – я редко их завивала или укладывала, тёмно-розовая помада и немного

румян – всё как обычно. Вот только лёгкий загар от испанского солнца был для меня

в новинку, но пришёлся очень по душе. Изменился немного и мой стиль – я стала

более разборчива в нарядах, предпочитала натуральные ткани, пастельные цвета и

женственный крой.

В тот вечер я надела нежно-лиловое платье в пол и обувь на низком ходу.

Довершая образ, я брызнула на себя любимый аромат от Диор «Мисс Диор Шерри».

Мысли о том, что по нынешним меркам я скучна, одолевали в то время очень

активно. Не сбегаю на свидания к парням, не показываю свой бунтарский дух по

поводу отказа отца купить мне последней модели «Айфон» или розовый «BMW».

Да, я жила в достатке и мне мало в чём отказывали. Просто, я не была шопоголиком, не любила «клубные тусы» и не гналась за последними тенденциями в мире техники, стиля и пафоса. Подруг как таковых у меня не было, все остались в детстве. Сейчас – просто одноклассники, соседи или партнёры по танцам. И все они

остались в моём родном городе, а вскоре – только в моих воспоминаниях.

Раньше мы мило общались, иногда созванивались, были моменты, когда я

выслушивала очередную трагедию любви-всей-жизни моей псевдоподруги. Но как-

то так получалось, что мне доверяли свои секреты чаще, чем я рассказывала о себе

кому-либо. Наверное, меня считали эталоном надёжности и серьёзности. А на

самом деле, я всего лишь не любила сплетни, не слушала их и не распространяла.

Вот если бы у меня вдруг решили взять интервью или провести соцопрос,

посвященный жизни современной молодежи, то мне совсем нечего было бы

рассказать. У меня не было парня или тайной безответной влюблённости, а также

страстных метаний из-за какой-то гламурной вещицы.

В общем, я мечтала стать кем-то достойным в этой жизни, любила читать и

учиться, кино и музыку, природу и верховую езду. Как-то так…

Я спустилась во двор особняка около восьми вечера.

Празднование только начиналось и, стоя на площадке крыльца, ведущего в сад,

я огляделась в поисках своей компании. Ребята стояли недалеко от одного из

шатров с угощениями и напитками. Приподняв подол своего платья, я спустилась по

ступеням.

Моё внимание привлекли возгласы молодых людей, которые болели за какое-то

соревнование. Я засмотрелась в их сторону, пытаясь на ходу разглядеть, что же там

происходит, пока не наткнулась на кого-то, сильно задев плечом.

Ой!.. Простите, я засмотрелась. Надеюсь, не сильно вас толкнула? – на

автомате затараторила я, с трудом поднимая взгляд.

Я посмотрела на парня, одетого в тёмно-бежевые джинсы и чёрную рубашку,

которого чуть не сбила с ног.

Но я никак не ожидала, что от увиденного забуду как дышать на несколько

секунд. А продолжение извинительной речи вылетело из моей головы напрочь.

На меня смотрел глазами цвета чёрного шоколада незнакомый молодой

человек с лёгкой улыбкой на губах. Ох, как же он красив! Высокий, статный,

темноволосый и с неимоверно милыми ямочками на щеках, что невероятно удачно

выделялись на смуглом лице.

Я смущённо заморгала и резко отвела взгляд, слишком поздно осознав, что

буквально пялюсь на него.

Ты, очевидно, очень азартна? – раздался его низкий, безумно идущий ему

голос с нотками соблазна.

Я почувствовала, как щёки начинают гореть доселе невиданным смущением

розового цвета, и впервые в жизни забыла все слова.

П -простите, меня ждут! – с трудом промямлила я и, подхватив длинную юбку,

позорно сбежала, борясь с желанием обернуться.

Я была околдована его красотой. И в тот же час мысленно дала себе обещание

держаться от этого человека как можно дальше. Он был очень опасен для меня, как

и для любой другой наивной и романтичной девушки. Такой тип парней оставляет

памятные трофеи или пометки на своей постели о покорённых девичьих сердцах. В

них влюблялись, надеясь, что смогут быть для них единственной, но они не

способны на иную любовь, кроме как к себе самому. А этот человек мог бы стать их

предводителем или наставником. Он хищник, заключила я, немного приходя в себя.

Добравшись до своих друзей, я обрадовалась тому, что они ещё не знали о моем

конфузе, и постаралась переключить их внимание.

 

***

 

Тёплый вечерний ветер яростно рвал мою одежду и трепал волосы. Я, в чувстве

невероятной эйфории, мчалась галопом верхом на своей гнедой кобыле к финишу.

Ещё немного, и ещё… и… Ура! Я снова победила! Верховая езда для меня была

словно наркотик!

Останавливая невероятно резвую лошадь, я подняла её на задние ноги и

победоносно обернулась к своим поверженным соперникам.

И -и-и победителем снова становится Злата Бронских! – копируя стиль Майкла

Баффера, объявил Адриан Эспехо, исполняющий обязанности судьи в данном

состязании. – Злата, зачем же так коварно лишать парней первенства? К тому же, им

теперь необходимо не один час отчищаться от пыли из-под копыт твоей кобылы. А

может, именно это и помешало им победить? – расхохотался он и продолжил

издеваться над слегка поникшими участниками скачек, которые вяло улыбались,

пытаясь скрыть свою досаду.

Острый язык и нрав Адриана мало кто мог терпеть, а мне доставляло немало

удовольствия общаться с ним. Меня забавляли его шутки и ироничные

высказывания, даже в мою сторону. Умение посмеяться над своими недостатками я

всегда считала достоинством.

Идя с ним под руку к ждущей нас Марии и однокурсникам, я с наслаждением

смеялась над критикой своих бывших соперников на скачках, которую изливал Эйд.

Последние события почти очистили мои мысли от воспоминаний о красавце-

незнакомце.

Правда, меня не покидало чувство, что если я посмотрю в толпу гостей, то

обязательно встречусь с его глазами. Поэтому я старалась не глазеть по сторонам,

ощущая на себе чей-то пристальный взор. Это было похоже на паранойю.

Латти, мне нужна твоя помощь! – заговорщически увлекла меня в сторону Мария.

Что я должна делать?

Мари в порыве осторожности оглянулась и достала из кармана сложенный в

несколько раз листок бумаги.

Можешь отнести это в библиотеку и положить в томик Вольтера, на третьей

полке снизу?

Я быстро спрятала в ладони послание. Это не первая подобная просьба подруги,

поэтому я не удивилась.

Как же твой отец допустил приглашение Марка сюда?

Опять влиятельность его дяди сыграла свою роль, – закусила губу Мари.

Ухажер её был не титулованным даже в перспективе, однако, очень

обаятельным молодым человеком. Но родителям же виднее, с кем лучше общаться

их детям? Именно с этой уверенностью они и окружают нас своей удушающей

заботой. Один из вечных законов жизни всех времен и нравов. Исключением не

были и наши с Мари отцы.

Значит, третий снизу? – повторила я и жестом подозвала Адриана.

Вольтер! – улыбаясь, подмигнула мне подруга и упорхнула.

Снова письменные интриги нашей искусственной блондинки? – подавая мне

руку, спросил он.

Т -с-с! – зашипела я, когда мы с ним под руку шли в сторону особняка. –

Вообще-то это тайна!

Ха! Да эта тайна воспета ею же в статусах «Фейсбука»! – он на ходу поставил

пустой стакан на поднос официанта.

С лёгкостью выполнив поручение подруги, я вышла из библиотеки. В особняке

почти никого не было, особенно в этой его части. Книги на этой вечеринке

интересовали только Марка и Мари, и то не истинным своим предназначением.

Эйд стоял ко мне спиной, глядя в окно.

На улице почти стемнело, но никто, очевидно из-за загруженности, не

торопился освещать этот коридор.

В тусклом свете я могла разглядеть только силуэт своего спутника. Как-то я

раньше не замечала, что Адриан настолько высок!

Я решила подшутить, поддавшись какому-то детскому порыву. Подкравшись к

нему, я встала на цыпочки и закрыла ладонями его глаза.

Но не успела я задать привычный вопрос: «Угадай кто?», как раздался слабо

знакомый низкий баритон с раздражёнными нотками:

Амалия, чёрт тебя побери! Я же сказал!..

И в тот же миг Эйд дёрнул головой, сбрасывая мои руки. Круто повернувшись ко

мне лицом, схватил меня за плечи и… и замер, поняв, что произошла ошибка.

От неожиданности я вытаращила глаза, вглядываясь в лицо мужчины. И тут-то

я узнала в нём опасного красавца, на которого налетела сегодня и старательно

избегала последний час.

Я… простите!..

Румянец смущения залил мои щёки. Да что же это такое?!

Его суженные глаза блестели в темноте.

Кажется, я знаю, кто ты, – голос очистился от раздражения и обрёл те самые,

тревожащие меня, нотки соблазна. – Ты та лихачка-наездница, которая чуть не

сбила меня с ног!

Он все ещё сжимал мои плечи. Почему?

Я приняла вас за другого человека, – промямлила я, отчаянно пытаясь взять

себя в руки.

Его глаза ещё сильнее сузились, а руки сжались.

Значит, у тебя здесь свидание? – чуть угрожающе спросил он.

Н -нет, – мотнула я головой, постепенно приходя в себя. – Меня здесь ждал

друг.

Я что, оправдываюсь?! И почему обращаюсь к нему на «вы»?!

Хорошо, – он резко разжал руки, и я отшатнулась от него. – Я тоже принял

тебя за другую.

Так это у тебя здесь свидание? – вдруг ляпнула я.

О, зачем?!

Как раз наоборот, – криво ухмыльнулся он, сверкнув белыми зубами и

ямочками на скулах.

Мне пора! – почувствовав новый прилив смущения и симпатии к этому

парню, я заторопилась, абсолютно пренебрегая всеми правилами приличия.

Э -э-э, не так быстро! – он удержал меня за руку и коротко рассмеялся. – Как

тебя зовут?

Его голос был чересчур чувственным, он – чересчур красивым, а его рука –

чересчур волнующая.

Злата Бронских.

Злата… – протянул он, будто наслаждаясь каждым звуком этого слова. – Ты не

испанка?

Н-нет.

Я, кажется, о тебе слышал.

Я не удивилась. В мире современности очень распространено такое развлечение,

как сплетни.

Моё имя не столь красиво.

И все же?

Я же должна расспросить Мари!

Виктор Эскалант.

Он сжал моё запястье в приветствующем жесте. Чуть дольше, чем положено,

или это моё воспалённое с некоторых пор воображение?

Мне правда пора.

На поиски друга?

Моя рука, пульсирующая от его прикосновений, оказалась снова в моей власти.

И, не ответив, я направилась к выходу.

В дверях я столкнулась с Эйдом, который чуть не опрокинул на себя два бокала,

очевидно, с пуншем.

«Виктор Эскалант» – эхом звучал его голос в моей голове, когда я в

сопровождении Адриана возвращалась в сад. Ещё как красиво звучит! Я всё

пыталась вспомнить, где слышала о нём, но память отказывалась сотрудничать со

мной.

Абсолютно не слушая своего спутника, я стремилась разобраться в своих

подозрениях: не подстроена ли эта встреча Мари и тёткой? Слишком уж большое

совпадение! Но нельзя отрицать, что в этот раз они очень постарались в выборе

кандидата! Нужно отдать им должное. Сходилось всё, кроме одного, – он не похож

на мужчину, желавшего связать себя отношениями, длящимися больше пары дней

или ночей…

Почему-то при мысли о Викторе Эскаланте и его ночах я снова покраснела.

Когда я оказалась в окружении друзей, то уже твёрдо решила не расспрашивать

Мари, ведь эта интриганка может пойти в отступную. Я решила проверить её. И

способ не заставил себя долго ждать.

 

ГЛАВА 3

Во всём виноваты часы

 

Уже совсем стемнело, когда последние соревнования подходили к концу. Я, в

компании Адриана и Мари, немного устала от всей этой суеты и просто

прохаживалась недалеко от так называемой арены. Вокруг столпились остальные

гости, наблюдая меткость желающих пострелять из лука и дуэльных револьверов.

Это развлечение уже около получаса назад должно было завершиться. Но там

разыгралось воистину что-то азартное и увлекательное, судя по реакции толпы.

Не выдержав интриги, мы направились выяснить, в чем дело.

– …а в яблоко с двадцати шагов попадешь?

А с двадцати пяти?..

Ну, давай же, Эскалант, не слабо?

Мне послышалось? Кто-то крикнул «Эскалант»?!

Подойдя к месту скопления гостей, я заглянула внутрь круга. Под всеобщие

возгласы с револьвером в руке и в окружении зевак стоял он. Мой недавний

знакомый, который вмиг взбудоражил все моё естество. Он даже меня не заметил, а

румянец вернулся на прежнее, уже привычное место – моё лицо.

О, ну конечно! – саркастически воскликнул Адриан. – Эскалант, ты ещё не

успел сменить армейские берцы, как уже возвращаешь былую славу?

Послышался смех в толпе, а мне захотелось упасть на землю, чтобы остаться

незамеченной. Впервые я пожалела, что Эйд не умеет лишний раз промолчать.

А моя слава всегда со мной! – раздался голос Эскаланта.

Он не удостоил Адриана даже взглядом, к моему облегчению. Поднял револьвер

и нажал на курок. Я вздрогнула от громогласного выстрела и увидела, как яблоко

разлетелось вдребезги. Раздались восхищённые женские возгласы и аплодисменты.

Чёртов павлин, – засмеялся Эйд. – Погодите чуточку.

Он убрал мою руку со своего локтя и двинулся к Эскаланту, на ходу расстегивая

замок наручных часов.

А как насчёт часов, тщеславный мой сосед? – не переставая улыбаться, с

привычной иронией молвил Адриан, демонстрируя толпе предложенную мишень. –

Скажем, двадцать шагов?

Вызов брошен!

Да уж!

Невозмутимым жестом Эскалант взял часы в руку, чтобы рассмотреть.

Согласен, давно пора было от них избавиться, дорогой мой интеллектуал! –

улыбаясь в ответ, добавил он и хлопнул Эйда по плечу. – Меня ждал? Берёг такую

древность?

Толпа снова рассеялась и Адриан, так же смеясь, хлопнул по плечу в ответ:

А как же! Если попадешь, отдашь мне свои, старичок!

Ну что ж, нужна только помощь. Ты как? – красавчик вопросительно поднял

брови, протягивая Эйду часы.

А -а-а, нет уж! – тот поднял руки перед собой и отступил на шаг. – Готов

рискнуть только часами!

Всё такой же смельчак лишь на словах, негодник! – покачал головой Виктор

Эскалант.

Я помогу! – раздался мой уверенный голос, и всеобщее внимание

переключилось на меня.

Спустя много лет и ночных размышлений, я так и не смогла понять, почему

сделала это. Скорее всего, мною двигало желание рассекретить Мари и тётю. Хотя

способ я выбрала, мягко говоря, опасный и привлекающий лишнее ко мне

внимание.

Но делать нечего. Вызов принят. Я, дрожа от волнения внутри и стараясь не

смотреть на Эскаланта, шагала к нему сквозь ряд расступающихся гостей. Из-за гула

в ушах от бьющегося в груди сердца я едва слышала возмущённые возгласы толпы и

попытки образумить меня, Среди голосов я узнавала слова Мари, но не

прислушивалась.

Только Эскалант молчал и, как мне казалась, неотрывно пронизывал меня

взглядом. Я подошла к нему и протянула руку. Он медлил и, лишь когда я заставила

себя посмотреть на него, вложил в мою ладонь часы Адриана.

Так, это уже не смешно, – вдруг встал между нами Адриан. – Я не позволю

этому…

Кажется, у тебя нет на это права! – резко сказала я и направилась к мишеням,

сосредоточенно считая свои шаги.

Что за бред?! Виктор, не смей стрелять! – возмущался Адриан.

Куда делись его остроумие и ирония? Он явно переживал.

На это у тебя прав тоже нет, – сухо молвил Эскалант за моей спиной.

Под всеобщие восклицания, которые я даже не пыталась разобрать, я досчитала

двадцать шагов и повернулась лицом к стрелку.

Мне не было страшно. Я даже не понимала, к чему вся эта паника, запреты и

возмущение. Это сейчас, спустя много времени, я осознала риск. Я совсем не знала

этого человека и не имела представления о его меткости. Судить по одному

прицельному попаданию буквально в яблочко было безрассудно. Мало того, я

вообще не задумывалась об этом. Именно так я и поступала. Глупо и безрассудно.

Наконец Эскалант поднял руку с револьвером. Повисла гробовая тишина, как

показалось мне.

Угомони в себе паникёра – ты мне мешаешь! – остановил он мельтешащего

рядом Эйда.

И тот замер, не видя другого выхода.

Я задержала дыхание, ожидая выстрела.

Эскалант прицелился. Потом ещё разок. И ещё. Я ждала и ждала вместе с застывшей толпой. Но выстрела не последовало.

Уголком глаза я увидела, как с крыльца особняка быстро сбегали родители

Мари. Очевидно, они торопились остановить эту затею. Ну почему же он медлит?

Под всеобщий шумный выдох Эскалант вдруг опустил револьвер. Он отказывается стрелять?!

Я, как и все, была удивлена его внезапным решением проиграть.

Я всё же тебе их должен.

Он снял свои часы и вручил Адриану.

Что за чепуха? – тот утратил способность саркастично отвечать.

Поверь, я уже победил.

Он насильно вложил ему в ладонь часы, собираясь уйти, но тут его настигли

граф и графиня Риверо с гневной тирадой. Пока они распекали ребят, что допустили

такую опасную ситуацию, я решила убраться с глаз долой.

На полпути к особняку меня догнала Мари. Взяв меня под руку, она

отдышалась. Настало время раскрывать карты.

Латти, не вздумай увлечься Эскалантом! – приказала она, нахмурив брови и

сразу же разрушив все мои подозрения.

Значит, вы с тётей действительно ничего не задумали? – проговорила я вслух

свои мысли, сбитая с толку и огорченная реакцией подруги.

О, нет! Что ты! – Мари была обеспокоена. – Я вообще очень удивилась, увидев

его на своём празднике!

Мари, – перебила я её, остановившись на освещённом крыльце. – Кто он

такой?

Подруга облизала пересохшие губы и, вздохнув, заговорила:

Виктор Эскалант – непутёвый младший сын герцогов гранде. Молод, кажется,

ему что-то около двадцати четырёх лет. И он жуткий бабник! Абсолютно бесстыжий

и аморальный плейбой. Его знают все, но он – лишь тех, кто ему интересен.

Поэтому я и удивилась, увидев его здесь, – уверена, он даже не в курсе, как меня

зовут!

Так и знала! Моё первое впечатление оказалось правильным.

Я разочарованно посмотрела в сторону гостей, продолжая слушать Мари. И

сразу нашла его взглядом среди молодых ребят. Он как ни в чём не бывало мило

беседовал с местной тёмноволосой красоткой Амалией Ривас.

– …говорят, он вёл список девушек, с которыми… ну ты понимаешь, да? Два

года назад герцог случайно нашёл его. Был жуткий скандал, и Эскаланта отправили в армию, чтобы хоть как-то отвлечь от клубной жизни. Видишь, с ним два парня?

Я кивнула, когда заметила двух ребят, примерно одного возраста с Эскалантом.

Они были красиво одеты и не на много уступали во внешней идеальности Виктору.

Вели себя так же самоуверенно и развязно. Вот она – угроза девичьей наивности.

Это его несменные друзья, – продолжала тем временем Мари. – Тот, который

кудрявый, – Ксавьер Варгос, будущий граф. А тот, светленький в зелёном, – Хоакин

Риос, редкостный пикапер и сын кинорежиссеров. Работает, кстати, моделью. Но их

компания навела шороху на моей вечеринке!..

Почему я их раньше не видела? – удивилась я.

Они только что вернулись. Хоакин был на съёмках с отцом где-то в Азии, а

Ксавьер – в кругосветном путешествии.

Понятно… – протянула я. – Золотая молодежь.

Что? – переспросила Мария.

Я усмехнулась, осознав, что произнесла эту фразу на родном языке.

Не обращай внимания! Так, мысли вслух! – отмахнулась я.

Эскалант тем временем простился с Амалией и шёл в нашу сторону. Чтобы

избежать встречи с ним, мы поспешили внутрь дома.

Амалия…

Где-то я слышала это имя. Ах, да! Ну конечно! Ведь это он меня с ней спутал! Я

горько усмехнулась.

Он, конечно, очень красивый и думаю, каждая имела грешок влюбиться в

него! Но Эскалант ясно даёт понять, что ему нужно, хотя большинство девушек это

не останавливает, – смущённо продолжала Мари.

Я совершила глупый поступок! – дошло до меня, наконец. – Теперь он, да что

он.… Все думают, что я такая же!

Кстати, да, – сочувственно поджала губы подруга. – Но почему ты на это решилась? Ты же не…?

Нет, конечно! У нас с ним было неловкое знакомство, вот я и подумала, что

это ваши происки. Решила, если спрошу в лоб – ты отнекиваться начнёшь. В общем,

уже неважно.

Что?! – Мари расхохоталась. – Ты решила, что мы с Тессой выбрали тебе в

женихи Эскаланта?!

Моё настроение становилось мрачнее с каждым словом и секундой смеха

подруги.

Ой, прости! – спохватилась та, увидев, что я не поддерживаю её веселье. –

Просто ты его плохо знаешь и не понимаешь, как это фантастически смешно!

Мы помолчали, идя в сторону лестницы, ведущей на верхние этажи.

Я, между прочим, очень удивилась, почему он не выстрелил, – нарушила

молчание Мари, все ещё тяжело дыша от приступа смеха.

Я тоже.

Но нужно отдать ему должное – он никогда не связывается… с

девственницами.

Почему это? – удивилась я.

Он считает их лёгкой добычей. Он сам говорил это ребятам, Эйд рассказывал.

Я вспыхнула негодованием, ведь я тоже отношусь к числу этих девушек.

Не слишком ли много он на себя берет? И что значит «лёгкая добыча»? Мы

что, на охоте?

Мари почему-то вдруг вытаращила глаза, глядя в сторону.

И на кого же «охотится» этот ворон Эскалант?! – вошла в кураж я. – На старых

и замужних куропаток?

А мне по вкусу более молодое мясо, – раздался голос за моей спиной. – Или

вы имеете в виду какого-то другого Эскаланта?

Я замерла, прочитав в глазах Мари ужас, с которым она смотрел за мою спину.

Вот проклятье! Мои щёки, так давно не знавшие смущённого румянца, покраснели

уже в третий раз за сегодняшний вечер, когда я медленно обернулась на звук голоса

Эскаланта.

А мы тут как раз обсуждаем предстоящую охоту в вашем лесу! – чересчур

весело пришла мне на помощь Мария.

Да-да, я так и понял, – не скрывая иронию, молвил тот, глядя только на меня.

До встречи, Злата.

И ушёл, оставив нас ошеломлённо смотреть ему вслед.

Берегись, Латти. Он явно что-то задумал! – заключила Мари.

 

ГЛАВА 4

Вдох соблазна

 

Итак, вечер… нет уикэнд был испорчен. Все мои мысли и чувства смешались.

Как бы ни старалась, я не могла выкинуть из головы порочного Виктора Эскаланта.

Мне было стыдно за свои чувства, внезапно возникшие к нему за столь короткий

период знакомства. А ещё обидно, ведь я оказалось ничем не лучше тех наивных и

глупеньких барышень, которых привлёк этот человек своей внешностью и опасным

магнетизмом.

Помимо этого, я поняла, что заинтересовала его не я, а моя репутация. Он сам

признался, что слышал обо мне. Я новенькая в этом окружении. А законы каменных

джунглей таковы, что к таким как я внимание общественности повышенное. И не

так уж и важно, где: в детском саду, в школе, в Испании или ЮА Р. Не скрою, меня

это очень волновало. И пугало. А если быть до конца откровенной – я испытывала

какое-то непонятное мне до сих пор волнительное предвкушение.

Нужно было взять себя в руки и не позволить одурачить себя. Утешало и в то же

время огорчало, чёрт возьми, только одно – я не принадлежала к той категории

девушек, с которыми затевает связь Эскалант. Я наивная, незамужняя и слишком

молода. Я для него «лёгкая добыча», выражаясь его же словами.

Мария отправилась в очередной раз переодеваться перед выносом огромного

торта с девятнадцатью свечами. Я стояла в углу огромного зала, в центре которого

танцевала толпа молодых людей под выступления «Джо-бэнда».

Пританцовывая, ко мне подошёл Адриан:

Чего не танцуешь?

В ответ я состроила гримасу и отпила из своего бокала с шампанским.

Ты сегодня особенно выделилась, дорогуша, – понимающе кивнул Эйд

Знаю, – вздохнула я. – Меня ввели в заблуждения интриги тётки с Мари.

Теперь всё внимание обращено к тебе и Эскаланту.

Ты же понимаешь, как мимолетна память публики. Особенно, если не давать

поводов для сплетен.

Я выдержала проницательный взгляд тёмно-серых глаз Эйда. Он взял мой бокал

и сделал глоток из него.

Мы с Эскалантом знакомы с детства, – заговорил он. – Нет, мы не друзья,

общих интересов у нас мало, в отличие он наших родителей. Поэтому мы были

вынуждены терпеть общество друг друга. Я процитирую тебе его фразу: «Скучно

встречаться с одногодками и свободными девушками – они почти сразу влюбляются

и строят надежды на совместное будущее». В этом весь его принцип жизни.

Выслушав Эйда, я забрала у него свой бокал:

Зачем ты мне это рассказываешь?

Он пожал плечами:

Ты новенькая, можешь увлечься им. А ещё, ты мой друг, и я желаю тебе

лучшего. И это не Эскалант.

Не хочешь выйти на воздух? – перевела я тему.

Он кивнул, и мы двинулись к выходу. На ходу поменяв пустой бокал на полный,

я сделала глоток прохладного шампанского.

Не переусердствуй с этим, – стоя на террасе, сказал мне Адриан и кивнул в

сторону моего бокала.

Я знаю меру, не волнуйся.

Меня вдруг стали раздражать его внезапные поучения.

Эскалант расспрашивал у меня про тебя.

Я поперхнулась шампанским и закашлялась.

И… что он хотел знать? – отдышавшись, спросила я.

В основном, его интересовали наши с тобой отношения. Он видел нас вдвоём

и спрашивал, вместе мы или нет.

Ого!

Ты сказал правду?

Адриан был непривычно серьезен:

Конечно. Хотя нужно было соврать. Слишком уж он был доволен, услышав

мой ответ.

Значит, он наблюдал за мной.

Ты не мог бы принести мне обычной воды. Не хочу больше этой шипучки.

Разумеется.

Адриан забрал мой полупустой бокал и ушёл в зал.

Я повернулась лицом к саду и вдохнула прохладный ночной воздух. Я пыталась

привести свои мысли и чувства в порядок.

Ловко ты помыкаешь им!

От неожиданности я подпрыгнула и круто развернулась. Рядом стоял Виктор Эскалант.

Прости, не хотел тебя испугать, – красивым голосом сказал он и усмехнулся.

Мои щёки снова залил румянец смущения. Надо что-то делать с собой, чёрт

возьми!

Я не ожидала тебя увидеть, – стараясь говорить максимально ровно,

проговорила я.

Но меня очень смущал его взгляд, голос, аромат, исходящий от него… Да он

весь целиком влиял на меня очень и очень странно и опасно. Я лихорадочно

обдумывала план трусливого побега.

Знаешь, – тем временем начал он, вынув руки из карманов и скрестив их на

груди, – я довольно давно знаю эту занозу Адриана Эспехо. Наши с ним отцы очень

дружны, в отличие от нас. Иногда он меня жутко бесит своими заносчивыми

высказываниями. Но ты нашла к нему подход, что достойно восхищёния.

Я ни кому подхода не искала. Просто так совпало, а его заносчивые

высказывания мне по душе! – в моём голосе прозвучали ноты защиты своего

товарища.

Он слегка склонил голову набок:

Как тема вашего разговора с Марией Риверо совпала со мной?

Я потупила глаза. Глупо было надеяться, что он ни о чём не догадался.

Судя по твоей реакции, вы действительно обсуждали охоту, – раздался его

голос с нотками издёвки у меня над головой.

И что же мне ответить?!..

Я вообще не сторонник сплетен. Не знаю, что на меня нашло… – бормочу я.

Заинтригован. И что же именно тебя так возмутило? – в его голосе звучал

неподдельный интерес.

Наконец, я подняла на него взгляд, чувствуя смущение и неловкость. О, как не

свойственно это было мне!

То, что ты не заводишь знакомства с девушками… моих лет.

Его тёмные брови удивлённо взметнулись вверх, а в глазах светилось веселье –

его явно забавляла эта ситуация.

Интересно, – протянул он, и на его красивом лице появилась лукавая улыбка,

слышать правдивые сплетни о себе.

Чуть поддавшись вперёд, он тихо добавил:

До недавнего времени мне действительно было неинтересно общаться с

девушками… твоих лет.

Мои опасения и… надежды оправдались.

Ты прав. Правдивые сплетни – это редкость.

Я чувствовала на себе его взгляд, но не решалась ответить на него. Этот

мужчина имел какую-то гипнотическую власть надо мной. Он меня притягивал и

завораживал. Он, несомненно, был небезопасен для меня. Но каков соблазн!

Так, теперь необходимо ретироваться отсюда как можно быстрее. Где же этот

Адриан?!

Почему ты вызвалась сегодня держать мою мишень? – неожиданно спросил

он.

Я немного растерялась, ведь это и для меня было загадкой. Можно было

выбрать и другой способ выяснить всё у Мари.

Наверное… это было любопытство.

Чем оно было вызвано?

Я снова задумалась.

Остротою ощущений, – я, наконец, посмотрела на него.

Дух захватывало от совершенства его лица.

Признаю, – он не отводил взгляд. – Ты меня вконец заинтриговала.

Молчание повисло между нами. Я не знала, куда деть глаза, а он свои словно

пригвоздил ко мне.

Почему ты не выстрелил? – внезапно вырвалось у меня, хотя я уже собралась

попрощаться.

Услышав его вздох, я решилась поднять на него взгляд.

Я боялся промазать, – он опёрся спиной о колонну.

Я слышала, что ты очень меткий стрелок.

Так и есть, – он смотрел на меня немного из-под сдвинутых бровей и

задумчиво проводил большим пальцем по нижней губе.

Это простое движение несколько отвлекало от сути разговора.

Но в этот раз я не смог сосредоточиться на мишени.

Почему?

Он отстранился от колонны и встал передо мной, всё так же не отводя глаз.

Ты чертовски крепко завладела моим вниманием.

Этот немного грубоватый комплемент заставил моё дыхание сбиться, а сердце

ещё сильнее стучать в груди. Этого я и побаивалась. Он чересчур сильно на меня

действует.

Приятно слышать, – слегка дрожа, ответила я. – Но мне уже пора.

Его бровь снова поднялась вверх.

Опять покидаешь меня?

Мне приходится.

Отчего же?

Я, подобрав юбку, сделала шаг назад:

Ты слишком опасный собеседник.

Я тебя чем-то испугал?

Он считаем меня совсем наивной дурочкой. Горькая обида придала мне сил.

Нет, ты не посмел бы. Но твои сладкие речи слишком опасны для такой

девушки, как я.

На его красиво очерченных губах появилась ленивая улыбка, соблазняющая

ямочками на щеках.

А как же острота ощущений?

Это не совсем то, что я так называю.

Ты боишься меня.

Гордость взыграла во мне. Я вызывающе смотрела в его манящие глаза:

Ты чересчур самонадеян.

Он склонил голову набок:

А разве тобой не движет любопытство?

Любопытство? – тупо повторила я.

Разве тебе не интересно понять из-за чего весь этот шум вокруг меня?

Я недоумённо уставилась на него:

Я не совсем понимаю тебя…

Он усмехнулся и протянул мне руку:

У тебя будет время подумать над моим предложением, – он посмотрел за мою

спину, – а вот и наш будущий гений… на кого ты там учишься?

Я, совсем сбитая с толку, перевела взгляд с его лица на дверной проём, в

котором уже показался Адриан с напитками в руках.

Эскалант, не попрощавшись, уже проходил мимо него, лишь коротко кивнув.

 

ГЛАВА 5

Гипноз

 

Он больше не подходил ко мне и не попадался мне на глаза. Целиком

обескураженная его словами, я не могла не думать о них, как ни старалась. Танцуя,

постоянно сбивалась с ритма, стоя в компании своих друзей, теряла нить разговора.

Окидывала взглядом толпу, непроизвольно желая найти гипнотизирующий взгляд

цвета чёрного шоколада.

Что же этот человек сделал со мной? Словно змей-искуситель он посеял в моё

спокойное и уверенное сознание семя незнакомых желаний, вопросов и мыслей. Он

будоражил всё моё существо, и я то и дело прокручивала воспоминания о наших

сегодняшних встречах, ощущая, как меня бросает в жар.

Спустя какое-то время я стояла в привычной для меня компании, все ещё

огорчаясь, что мимолетное наваждение опасным красавцем не прошло.

Машинально что-то ответив Адриану, я поднесла бокал прохладного шампанского к

губам, как вдруг мой взгляд замер на паре тёмных глаз.

Будто зачарованная, я опустила бокал, не в силах отвернуться.

Эскалант стоял напротив меня. Он, словно злодей из фильма, завораживал

своей хищной красотой, освещённой мигающей в такт светомузыкой. Нас разделяли

несколько десятков метров и толпа танцующих. Но, несмотря на это, я чуть не

задохнулась от чувственности и искушения, что исходили от него. На его губах

появилась полуулыбка, коснувшаяся только уголков красивого рта. Моё

сердцебиение заглушило живую музыку.

Потанцуем?.. – раздался возле меня голос какого-то парня.

Это было моим спасением. Смутно знакомый мне друг Марии возник между

нашими скрещенными взглядами и тем самым разрушил магию.

Я недоумённо перевела взгляд на протянутую ко мне руку и смутно осознала,

что меня приглашают на очередной медленный танец.

Прости, пожалуйста, – чересчур любезно заговорила я, ослепительно

улыбаясь. – Но мне просто необходимо посетить одну милую комнатку для девочек.

И чтобы не дать тому разубедить меня или предложить сопровождение, я быстро продолжила:

Обещаю, когда вернусь, обязательно потанцуем!

И я зашагала через зал, не осознавая, что делаю. Мне было жарко и душно.

Может, я и вправду перебрала с шампанским? Голова слегка кружилась.

Я вышла на террасу. С наслаждением ощутила, как ночной воздух освежает мою

разгоряченную кожу.

О, чёрт!..

Я застыла, увидев широкую спину Эскаланта, стоящего в самом тёмном и

абсолютно безлюдном участке.

Он обернулся и окинул меня взглядом, от которого мурашки побежали по телу.

Что же он со мной делает? Почему я не разворачиваюсь и не бегу как можно

дальше от него?!

Я… мне стоит уйти, – с дрожью в голосе молвила я.

Ты уверена?

Эскалант обжигал меня взглядом и зачаровывал низким голосом, достойным

озвучивать красавцев киногероев.

Сил сопротивляться становилось всё меньше.

Не знаю…

Так я подскажу? – Эскалант продолжая гипнотизировать меня, протянул мне

руку. – Я знаю, о чём ты думаешь, чего хочешь.

Я с трудом перевела взгляд на его ладонь лишь на миг и снова посмотрела ему в

глаза.

До сих пор помню это чувство. Будто я балансирую над пропастью и устаю

бороться. И вот уже очень хочется сорваться вниз…

Как во сне я увидела своё робкое движение руки и его пальцы – тёплые и

крепкие – властно обхватили мою ладонь. Лёгкий рывок и я уже в его объятиях,

наслаждаюсь запахом его парфюма.

А ты смелая, крошка! – хрипнул он мне в ухо, обдав горячим и тяжёлым

дыханием.

Зарывшись руками в мои распущенные волосы, он поднял моё лицо. Этот

взгляд чёрных глаз привёл меня сюда. Он превращал мою кровь в тягучую горячую

смесь, медленно стекающую по моим венам.

Эскалант поцеловал меня.

Спустя много времени я помнила эти ощущения, будто всё это произошло час

назад. Тогда я впервые поняла, что такое возбуждение. Он показал мне, что есть

страсть.

Так меня ещё никто не целовал! Его губы властно ласкали меня, буквально заставляя млеть от желания ответить ему.

И я поцеловала в ответ, соприкасаясь с ним языком. Я утратила слух, дар речи и

способность мыслить. Для меня ничего не имело значения, кроме этого поцелуя.

Разве такое возможно?

Помню, как я обхватила Эскаланта за шею, притягивала его к себе, ещё и ещё

требовала продолжения. Я чувствовала, как его грудь часто вздымалась под моими

скользящими ладонями. Слышала свой стон, когда он мастерски посвящал меня в

науку французского поцелуя.

Я не знаю, сколько времени длилось это наваждение, и кто первый из нас нажал

на кнопку «стоп».

Колдунья… – ласково прошептал Эскалант и улыбнулся.

Он прикоснулся лбом к моему лбу, продолжая одной рукой гладить меня по

волосам, а другой прижимать к себе. Я ощущала его возбуждение буквально.

Мечтал об этом с того момента, как ты споткнулась об меня.

Я слушала его медовые признания, отчаянно желая им верить. Но разум стал

набираться сил, постепенно возвращая меня в реальность.

Я не должна была приходить.

Жалеешь? – он перехватил мой растерянный взгляд.

Нет.

Это была правда. Меня не покидало ощущение, что я не содеяла ничего

ужасного. Да, моё поведение хорошей девочки было сожжено на костре искушения и порока, но я не жалела о своём поступке, как бы сильно ни пыталась вызвать в себе это чувства. В жизни каждой женщины рано или поздно должен случиться хоть один идеальный поцелуй. Кажется, мой вот этот.

Я попыталась освободиться от его рук. Не сразу, но он все же отпустил меня.

Дайте-ка угадаю – тебе пора? – немного сузив глаза, усмехнулся он.

Верно.

Я с трудом оторвала взгляд от его губ и повернулась, чтобы уйти.

Войдя в зал, я мимолетно посмотрела на своё отражение в стеклянной двери.

Щёки красные, им под цвет и губы, волосы немного растрёпанные. Пора уходить

отсюда. Я направилась в свою комнату, стараясь не попадаться на глаза ни Мари, ни

Адриану. Их расспросов я бы сейчас не выдержала.

Поднимаясь по лестнице, я вдруг испытала тщеславие. Приятно осознавать, что тобою заинтересовался такой мужчина!

М-да, какой же наивной дурочкой я была!..

 

ГЛАВА 6

Пляжные секреты

 

Я не могла уснуть на протяжении всей ночи. Лишь на короткое время мне

удалось сомкнуть глаза в предрассветный час. Чувства были чересчур взбудоражены, чтобы спать. Во мне боролись разносторонние эмоции – от возвышенно-воодушевлённых до мрачно-устрашающих. Моё сердце непривычно трепетало, а голос разума был непреклонно хладнокровен. Я знала наверняка только одно – ни один парень в моей жизни не вызывал во мне подобных эмоций. Это-то и пугало.

Проснувшись довольно поздно, я всё же не выспалась. Надела красно-белый

купальник и короткое пляжное платье в цвет. Скрыла тоном тёмные круги под

глазами, подкрасила ресницы, яркой помадой провела по губам и собрала волосы в

высокий хвост. Оценив свой образ целиком, я осталась довольна.

На пляжную вечеринку мы приехали на моём, вернее, тётушкином, автомобиле,

около трёх часов дня. Солнце палило беспощадно, хотя по прогнозам сегодня

обещали ливень. Мари, пританцовывая, выпрыгнула из машины, и побежала к

морю, по пути приветствуя своих друзей.

Мы с Эйдом поплелись за ней. Я слушала, как он жалобно скулил по поводу

забытого крема для загара с необходимой степенью защиты и обязательно

гипоаллергенного. Наши крема он использовать не хотел, дабы не рисковать. А

вдруг именно в них его ждал коварный аллерген?!

На продолжение вечеринки пришли далеко не все из вчерашних гостей. Но, по

словам Марии, остальные подтянутся позже. И теперь я неустанно осматривалась по

сторонам.

На берегу моря были бунгало, лежаки с зонтами и несколько баров с напитками

и закусками. Это был частный пляж с элитной репутацией. Здесь даже были

отдельные пляжные домики для желающих романтичного уединения или сна

трезвости. Громко играла музыка, ди-джей заводил народ.

Расположившись на лежаке, я постоянно зевала, а друзья подшучивали надо

мной из-за этого. Но я особо не сопротивлялась, так как жутко нервничала, ожидая

прибытия самоуверенной троицы плейбоев.

Куда ты вчера пропала? – как бы между прочим спросила меня Мари, пока

Адриан пошёл за напитками.

Никуда. Потанцевала, а потом пошла к себе, – мой ответ прозвучал уверенно,

недаром же я готовилась!

Взгляд подруги сфокусировался на моём лице:

А что Эскалант? Больше не подходил к тебе?

Я сделал вид, что с интересом наблюдаю, как ребята играют в волейбол.

Нет, Мари.

Она ещё что-то хотела спросить, но мяч угодил в нашу сторону и подбежавший

симпатичный парень спас меня. Он извинился и утащил мою кокетливую подругу с

собой, под предлогом поболеть за него.

А куда делась блонди?

Я уставилась невидящим взглядом на подошедшего только что Эйда, соображая,

что он от меня хочет.

Я кивнула в сторону хохочущей Мари и взяла из его рук холодный

безалкогольный мохито.

Когда-нибудь она узнает, как ты её называешь за спиной! – пробурчала я.

Дорогуша, она знает.

Адриан наблюдал за Марией и молчал. Это было как-то непривычно. Но не

успела я спросить его об этом, как наше внимание переключилось на только что

прибывших ребят.

Троица парней, в которой явно чувствовалось лидерство Виктора Эскаланта,

подъехали на блестящем жёлтом внедорожнике, специально созданном для пляжа.

Музыка, с которой они приближались, привлекала внимание, как и сами парни –

обнажённые по пояс, загорелые, будто с обложки журнала «МенсХелс». Один Виктор был одет в белые шорты и такую же лёгкую сорочку, которая свободно свисала на нём. На его шее красовались два каких-то плетёных украшения.

Стараясь сохранять достоинство и уравновесить своё душевное состояние, я

встретилась с ним взглядом и ответила величественным кивком на его жест

приветствия. С одной стороны я радовалась, что он не приблизился, чтобы

поздороваться, а с другой – расстроилась.

Но мой взгляд был перехвачен Амалией. Кажется, она наблюдала за нашим

приветствием. А теперь прищуренными глазами оглядела меня с ног до головы. И,

будто не увидев во мне достойной соперницы, отвернулась.

Я поняла, что с ней общего языка не найду, да и пытаться не буду. Она, скорее

всего, предпоследняя, так сказать, «жертва» Эскаланта. А я должна, по его мнению,

стать следующей. Или уже стала? После вчерашнего поцелуя он в этом уверен,

небось. И не удивительно.

Нужно держаться от этого человека подальше. В него очень быстро можно

влюбиться и ещё быстрее разочароваться.

 

***

 

Солнце стало клониться к закату, когда на небе появились первые

подозрительные тучки. Поднялся ветер, с каждым порывом становясь всё сильнее. Я

бродила в хмуром одиночестве по берегу моря, избегая общества весёлых друзей и,

конечно же, Виктора Эскаланта. На таком расстоянии я могла увидеть его

приближение и заранее улизнуть.

Мои мысли вернулись на земную поверхность, когда мой телефон зазвонил

знакомой и угнетающей мелодией группы «Venus» «Beautiful days». Эта песня

наводила тревогу, как и человек, желавший меня услышать.

Да, папа! – чувство внутренней сжатости охватывало меня, когда я отвечала

на его звонки.

Здравствуй, дочь. Что нового? – отец говорил вежливым и уставшим голосом.

Пока ничего.

Привычный вопрос, требует такого же ответа.

Отчёт твой получил. Всё в порядке.

Я старалась. Как дома?

Неожиданная пауза изменила скучно-стабильный разговор, повторяющийся

каждую неделю в одно и то же время, уже полтора года.

Пока нормально, дочь. Ну всё, у меня дела. Тессе – привет.

Спасибо. Пока, папа.

Послушались гудки.

Это самое добродушное наше общение. С тех пор как я уехала, мы стали реже

конфликтовать. Теперь наше семейное общение сводилось к еженедельному отчёту

о трате его денег, который я скидывала ему на электронную почту. А он, в свою

очередь, звонил мне с такой же частотой.

Погода резко стала портиться, и я направилась к месту нашей вечеринки. На

ходу набирала номер Мари.

Латти, меня ждёт казнь! – затараторила мне в ухо напуганная подруга. – Я

уехала с Марком домой – отец нашёл мою записку в Вольтере, а сейчас меня ждёт

казнь. Нужна твоя помощь! Моя сумка осталась в пляжном домике под номером

семнадцать. Там Адриан пережидает ливень. Привези мне её, но прежде выбрось всё

подозрительное – папа будет обыскивать!

Хорошо! – буркнула я, почувствовав, как первые тяжёлые капли дождя настигли меня.

Промокшая до кости, стуча от холода зубами, я чуть не крикнула от радости,

завидев впереди череду пляжных домиков.

Сквозь пелену дождя, погрязая в мокром песке, я плелась к домикам, пряча в

руках мобильный. С горем пополам я взобралась на крыльцо под навесом и

прошлепала в поисках нужного номера.

Чёрт, какую же цифру она называла? Мне не вспомнить, кажется, шестнадцать?

Тут и свет горит, в отличие от остальных, явно пустынных домиков.

Я попыталась дозвониться Мари и одновременно заглянуть в зашторенное

окошко. Но безрезультатно в обоих случаях.

Быстро заколотив кулаком в дверь в такт стучащим зубам, я прислушалась к

звукам внутри. В какой-то момент я с облегчением услышала приближающиеся

шаги.

Если что, просто извинюсь за беспокойство!

Потирая руки, чтобы хоть как-то согреться, я дрожала, но всё же умудрилась

натянуть приветливую улыбку, которая тот час замерзла на моих губах, когда дверь

мне открыл Эскалант.

Злата? – удивился в свою очередь он.

Обескураженная нежелательной встречей, я даже забыла, что продрогла.

Мне нужен Адриан, он … – начала было я, машинально заглядывая ему через

его плечо.

Мой вопрос так и не был озвучен до конца, когда я увидела недвусмысленную

обстановку в комнате. Красиво сервированный журнальный столик со свечами, на

котором уютно поблескивали два хрустальных бокала, с пригубленным вином.

Кажется, я помешала…

Эскалант словно прочитав мои мысли, стал выкладывать оправдание:

Ты всё не так поняла!..

Да неужто!? – мне было обидно и больно, словно меня предали.

Особенно когда я увидела женское платье фиолетового цвета, бережно лежащее

на маленьком диване. Я узнала этот наряд. Амалия.

Не слушая лепет негодяя, я попятилась назад, уворачиваясь от его попытки

схватить меня за руку

Не трогай меня! – брезгливо выкрикнула я

Постой! Куда ты?!

Не останавливаясь ни на мгновение, я рванула к парковке. Эскалант настиг

меня и схватил за руки.

Злата! Всё не так!..

Не смей трогать меня! – гневно выкрикнула я, пытаясь высвободиться из его

хватки.

Я не отпущу тебя, пока не выслушаешь! – он словно угрожал мне.

За мои действия отвечали эмоции, поэтому я, вспомнив примитивные приемы

самообороны, пнула его коленкой в пах.

Эскалант был ошеломлен моим поступком. Кажется, он не верил в то, что я

ударила его, даже когда согнулся от боли.

Пользуясь этим, я вскочила в свой автомобиль и уехала прочь, вглядываясь в

дорогу сквозь пелену дождя.

Я чувствовала себя осквернённой. Только вчера он пылко держал меня в

объятиях, а сегодня уже очаровывал другую дурочку! Меня передернуло от

мерзости. Но я же знала, что так и будет! Почему же тогда позволила этому

мерзавцу прикоснуться к себе?!

Вконец измотанная, промокшая и грязная в обоих смыслах, я вошла в дом.

Радовало меня лишь одно – празднование подошло к завершению, и я могу уехать

отсюда. Подлец осквернил событие и место. Теперь эта ассоциация будет

преследовать меня вечно. Он всё испортил! Да что там, я тоже хороша.

 

ГЛАВА 7

Неприятные встречи

 

О тех событиях я не рассказывала никому. Мне было невыносимо мерзко и

стыдно. Я избегала разговоров и расспросов на эту тему, ловко переводя разговор в

другое русло. Теперь дни пребывания в Барселоне стали не так хороши. Меня

практически всюду могла ожидать встреча с этим преследователем женских юбок. А

так всё осталось по-прежнему: встречи с друзьями в любимой кофейне, прогулки по

городу с тётушкой, любимая книга по утрам и кино по вечерам.

На второй день после тех неприятных событий мы сидели с Эйдом и Мари в

«Старбаксе» и обсуждали планы на вечер.

Нашу беседу прервал мой мобильный. На экране высветился незнакомый, но

чрезвычайно настойчивый номер.

Я ответила, особо не раздумывая:

Алло?

Злата? – раздался знакомый голос, и я чуть не подпрыгнула.

Откуда у тебя мой номер?! – прорычала я Виктору Эскаланту.

Эйд и Мари вмиг обратили внимание в мою сторону.

Нам нужно поговорить!..

Я нажала сенсорную кнопку сброса звонка. От негодования меня трясло. На миг

даже забыла, что нахожусь под пристальным вниманием друзей.

Ну?! – в один голос протянули они.

Да придурок один, – отмахнулась я и сделала глоток карамельного латте.

Эйд с Мари многозначительно переглянулись. Эйд покачал головой.

Ничего особенного, правда! – беззаботно усмехнулась я, старая выглядеть

непринуждённо. – Ну и куда мы идём вечером всё-таки?

Мы снова вернулись к нашей теме, и я старалась принимать активное участие в

обсуждении. Хотя внутри я все кипела от злости на этого нахала!

Вечером мы отправились в клуб «Up&Down». И там, впервые за два дня, мне

пришлось заговорить на запрещённую для моего разума и сердца тему.

Мы расположились за одним из круглых, белых столиков под цвет оформления

всего зала. Я откинулась на спинку мягкого дивана и стала осматриваться.

Несмотря на весьма ранний час для ночного клуба, на танцполе уже было

довольно много желающих потанцевать под треки ди-джея. Моё внимание

привлекла влюблённая парочка, нежно обнимавшая друг друга в танце. Ничего

особенного, дело привычное, но вот девушка мне была знакома с недавних пор. Это

была Амалия Ривас в компании незнакомого мне парня. Длинные чёрные волосы с

осветленными концами, белое платье – очень короткое, но роскошное – и

высоченные каблуки – она выглядела красиво.

С кем это зажигает Амалия? – на ухо спросила я у Мари.

А это её жених Эктор Массиас. Гранде, кстати. Любит её безумно, балует

дорогими подарками. Вернулся недавно из С Ш А, практику проходил от УБ. Они

вместе уже около трёх лет! Правда, она давно уже бегает за Эскалантом. Но, как

видишь…

Моё омерзение к этой девице зашкалило. Как и к Эскаланту. Что за аморальные

личности! Бедный её жених. Я от всей души захотела, чтобы он узнал правду.

После пары лёгких коктейлей и долгих танцев, я вырвалась в туалет. Это было

довольно высокого уровня заведение, поэтому очереди и толкучки возле дамской

комнаты не было.

Справив свою нужду, я подошла к череде умывальников с подсвеченными

большими зеркалами над ними. Сполоснув руки и роясь в своём клатче в поисках

губной помады, я услышала цокающий звук приближающихся каблучков.

Машинально я посмотрела в зеркало на девушку, которая остановилась подле меня.

Это была Амалия в своём шикарном платье, изящно облегавшем её идеальную

фигуру. Наши глаза встретились.

Привет! – огромные голубые глаза нервно бегали по моему лицу.

Привет. – Холодно ответила я, и достала из сумочки блеск для губ.

Кажется, сегодня хороший вечер, не правда ли? – её лицо не покидала

любезная улыбка.

Мне было мерзко и неприятно общаться с этой девушкой. Она стояла передо

мной, разодетая в дорогущие шмотки, непременно купленные за деньги её жениха.

За что она, ему в благодарность, наставляла рога с мерзавцем Эскалантом.

Да, был отличный, – так же холодно ответила я и, открыв баночку с блеском,

придвинулась ближе к зеркалу.

Мы с тобой почти совсем не общались. А ведь у нас есть общие друзья, –

залепетала она.

Я знала, к чему она клонит, и хотела как можно скорее завершить этот

словесную пытку для нас обоих.

Я бы хотела поближе познакомиться с тобой, чтобы…

Не думаю, что это удачная мысль, Амалия, – не церемонясь, оборвала я её.

Я проверила точность нанесения помады и кинула обратно блеск в клатч.

Окинув её презрительным взглядом, я продолжила:

Боюсь у нас с тобой слишком разные взгляды на жизнь и моральные ценности.

И что немаловажно, у нас абсолютно разные вкусы.

Амалия уставилась на меня изумлённо и испуганно одновременно.

Я бы на твоем месте, имея такой цветовой типаж, про сиреневый цвет забыла

бы напрочь! – собираясь уходить, добавила я. – Но об этом я никому не скажу. Это и

в моих интересах… Ах, да! Поздравляю с помолвкой!

И ушла, оставив её ошарашенно глядеть мне вслед. Я чувствовала себя такой

стервой, но мне было приятны эти ощущения.

Я отправилась на поиски своих друзей, ощущая омерзение к этой парочке

любовников и жалость к жениху Амалии. Но в глубине души я ловила себя на мысли, что отчасти понимаю эту изменницу. Ведь я тоже предательски не устояла перед чарами этого развратника. И что самое ужасное – мне понравился его поцелуй. Разница между нами в главном – я никого не предавала этим постыдным поступком и больше такого ему не позволю. Никогда.

С этими мыслями я вернулась в зал и направилась к нашему столику, где

отдыхали Эйд и Мари.

Эй! – возмутилась я, когда меня кто-то остановил, схватив за плечо. – Что за…?! Ты?!

Добрый вечер, Злата!

Виктор Эскалант удерживал меня за руку и обжигал взглядом своих чёрных глаз.

Пусти меня! – я пыталась вырваться, не привлекая внимания.

И почему ни Мария, ни Адриан не смотрят в нашу сторону?!

Нам есть что обсудить. А так как ты оказываешься отвечать на мои звонки,

мне пришлось выследить тебя. – И с этими словами он поволок меня в сторону

перехода в другой зал.

Это было место, похожее на коридор, и там меньше всего была слышна музыка.

Он сжал сильнее моё плечо, как будто предполагал, что я попытаюсь сбежать.

Но со стороны это выглядело как милый дружеский жест. Я понимала, что попала в

безвыходное положение. Можно было только устроить скандал и привлечь очень

нежелательное внимание. Понимая это, я только разозлилась от бессилия.

И почему этот негодяй так сногсшибательно выглядит?! Чёрная рубашка и

костюм песочного цвета сидели на нём словно сшитые под заказ. А этот его

парфюм…

Было бы намного легче, если бы от него несло чесноком или пóтом!

Ты ошибаешься, мне с тобой нé о чём говорить! И оставь меня наконец в

покое! – я попыталась вырвать руку, но бесполезно. – Чего ты хочешь от меня?!

Эскалант резко дёрнул меня, заставив посмотреть ему в глаза.

Чего я хочу больше всего – покажу тебе не много позже! – пообещал он таким

тоном, что я почувствовала пробежку предательских мурашек по телу. – А сейчас я

хочу рассказать тебе правду!

Он оглянулся на внезапно появившуюся компанию и загородил меня собой.

Прижался чересчур близко, якобы пропуская их.

Да что ты?! – я со злостью оттолкнула его от себя.

Эскалант сам напомнил мне, какой он лживый и подлый бабник. Мимолётная

слабость вмиг растворилась.

Амалия Ривас преследует меня уже давно, – горячо начал он. – Она обманом

затащила меня в тот домик, сказала, что подвернула ногу…

О, боже! Прекрати! – я вырвала наконец руку. – Не унижай меня и себя этим

враньём! Мы ведь никто друг другу!

Да ничего не было, чёрт возьми!

Я зло усмехнулась и посмотрела в глаза негодяю, желая испепелить его

взглядом и чеканя каждое слово, убийственно добавила:

Амалия сама мне лично всё рассказала и умоляла сохранить вашу с ней тайну!

Что?!..

Но так как ты непосредственный участник, думаю, она не огорчится, узнав,

что я тебя просветила!

Пользуясь его абсолютным замешательством, я откинула волосы с лица,

расправила плечи и гордо молвила напоследок:

Не смей меня больше донимать! С тебе подобными я не вожу знакомства! Ибо

мерзко.

И с чувством абсолютной победы направилась в зал.

Только вот на душе было очень тяжело. Я раскрыла его обман, и он не отрицал

его. Значит, последние робкие надежды, оправдывающие Эскаланта, были

уничтожены.

 

ГЛАВА 8

Предательство подруги

 

Я опустила глаза себе по ноги, когда шла рядом с Мари по дневной и

суматошной Барселоне. Мы были в поисках её идеального платья к

благотворительному аукциону и не пропускали ни одного бутика по проспекту

Диагональ. Мои мысли были далеко, и я почти не слушала словесных метаний

Марии о выборе одного из двух платьев.

Слишком активно стали развиваться события моей жизни. Было тяжело

справляться с ними и оценивать свои поступки. Немного времени назад я открыла в

себе способность делиться своими мыслями с кем-то ещё, кроме самой себя. И пока

этим человеком была тётка. Но о своих недавних и глупых приключениях мне

вообще не хотелось говорить.

Давай зайдём перекусим? – кивнула Мария в сторону маленького кафе на

открытом воздухе.

Вот уже сидим с ней за столиком у живого лиственного ограждения.

Разместившись в уютных сиреневых диванчиках, мы наслаждались прохладной

тенью и ожидали наш заказ.

Ты какая-то другая, – заметила подруга, непривычно проницательно глядя на меня.

Я смутилась.

С чего бы это?

А может, правильнеё сказать: «С кого»? – она наклонилась вперёд, сложив

руки на столе перед собой. – Ты что, запала на Виктора Эскаланта?

Что?! Нет конечно! – но предательский румянец, выдал моё небезразличие к

этому словосочетанию.

Но межу вами что-то происходит? – давила на меня Мари.

Её мобильный запел голосом Дэвида Гетты. Я была спасена телефонным

звонком.

Алле? – ответила подруга.

Её нахмуренные брови вмиг взлетели вверх. Она удивлённо расширила и без

того огромные глаза.

– …Да, привет!.. Хм… Не думаю, что это возможно… Тоже, нет… Прости, но это

не честно!.. Нет, не буду… Хорошо, я передам!.. Окей, пока!

Она положила телефон на стол и отклонилась, давая возможность официанту

расставлять нашу еду.

Взгляд Мари был чересчур многозначительным, а губы растягивала загадочная

улыбка.

Ты мне, значит, совсем не доверяешь? – сузила глаза она, когда мы остались

одни за столом.

Нехорошее предчувствие того, что я попалась, настигло меня.

Э-э-э… Почему?

Латти, знаешь, кто мне только что звонил? – она склонила голову набок.

Я слышала в её голосе мало прикрытую обиду. Мои догадки сводились только к

одной личности, которая могла всё испортить. Эта была та самая тёмная, наглая

личность, которая себя называет «Виктор Эскалант».

Догадываюсь… – я закусила губу, чувствуя себя виноватой.

И? – протянула та.

Мы целовались.

Мария удивила меня своей сдержанной реакцией и лишь кивнула головой. Это

было больше похоже на деловые переговоры, чем на беседу подруг.

Он просил меня сказать, где мы, чтобы встретиться с тобой. Я дала понять,

что пока не получу твоего согласия – не буду исполнять его просьбу.

Я была польщена её ответом.

Спасибо.

Не-а, рассказывай, давай!

Я вздохнула и принялась делиться с подругой своими промахами.

 

***

 

Только тётя оставалась в неведении почти обо всём. Я поведала ей только

малую долю моих приключений, тщательно избегая имён. Так как в последнее

время её здоровье немного прихрамывало, я берегла её душевное равновесие.

Отчасти по этой причине я уговорила Тессу провести некоторое время в

загородном доме вдали от городской суеты. Да и мне было безопасней переждать

вне города, пока Эскалант перебесится.

На второй день нашего добровольного изгнания за город тётя сообщила, что на

ужин к нам придут гости. Я отнеслась к этой новости безразлично. К тому же, ко мне уже приехала Мари и скучно мне точно не будет.

Я немного опаздывала на приготовления к ужину и погнала Рейну в быстрый

галоп. Подъезжая к дому, я увидела, что на балконе меня уже ждут тётя и какой-то

незнакомый, статный мужчина. Было заметно, что ему уже далеко за пятьдесят, и он

отдалённо мне кого-то напоминает.Тревожные чувства непонятного

происхождения донимали меня.

Тётя с незнакомцем мило беседовали. Я с тяжёлым предчувствием слезла с

лошади и, отдав поводья конюху, пошагала к ним навстречу.

А вот и моя Злата! – радостно воскликнула тётка и, подхватив меня под руку,

подтянула к себе поближе. – Это моя любимая племянница, герцог.

Добрый вечер! – неловко молвила, оглядывая свой растрёпанный внешний

вид.

Чёрные лосины, высокие сапоги для верховой езды и белая майка – не совсем

подобающий вид для знакомства с герцогом, который разительно выделялся на

моём фоне костюмом цвета кофе.

Хоть он и не был молод, но выглядел весьма хорошо. И всё же кого-то мне

напоминал…

Молва о вашей красоте не приукрашена! – улыбнулся мне учтивый

аристократ.

Голос низкий и красивый, тёмные волосы, тронутые лёгкой сединой, и тёмные

глаза.

Я ответила робкой полуулыбкой:

Благодарю вас, э… – я выжидающе посмотрела на тётю, и та недоумённо

переводила взгляд с меня на пока ещё безымянного герцога и обратно.

А сообразив наконец, что так и не назвала его имени, рассмеялась

О, что это я? Милая, это Давид Эскалант, герцог Торрегросса. Давний и очень

хороший друг нашей семьи! – жизнерадостно провозгласила она, и я резко вскинула

голову.

Что?! Вот кого он мне напоминал! Я недоумённо вытаращила глаза на… отца

Виктора?! Так вот откуда мне знаком этот цвет глаз!

Ну не такой уж и давний! – шутливо запротестовал герцог, пока я вяло

улыбалась.

А вот и младший Эскалант! – радостно воскликнула ничего не подозревающая

тётя и замахала Виктору, показавшемуся в дверном проёме французского окна. –

Поди-ка сюда, дорогой мой!

Если бы взглядом можно было убивать, то этот лживый интриган валялся бы

уже бездыханным телом у моих ног. Вложив всё своё негодование и презрение в

выражение своего лица, я сверлила его глазами.

Виктор Эскалант одет под стать своему элегантному отцу в костюм серого цвета

и белую рубашку. Он, якобы ничего не замечающий, обворожительно улыбнулся и

поприветствовал сначала весело щебечущую баронессу Вальверде. А после,

повернулся ко мне, ожидая, когда я подам ему руку для приветственного поцелуя.

Его наглый взгляд прошелся по мне с головы до ног, и я вдруг остро ощутила, что

моя одежда чересчур меня облегает. Глаза подлеца довольно сощурились, а губы

чуть изогнулись в полуулыбке.

Но не тут-то было. Я воспользовалась прекрасным расположением духа тёти,

широко улыбнулась и попятилась назад:

С вашего позволения, я пойду, переоденусь к ужину.

Не торопись, дорогая, – остановила меня тётя. – Я знаю, что Виктор также

обожает лошадей, и уже пообещала ему демонстрацию нашего с тобой богатства.

Моя улыбка сошла с лица, а у младшего Эскаланта, наоборот, стала только

шире. Тётушка продолжала щебетать, и только герцог с любопытством наблюдал за

нами.

С удовольствием, тётя! – сквозь напускную улыбку, процедила я.

Зачем этот спектакль?! – прошипела я, пренебрегая его предложением руки,

когда мы отдалились от родственников.

Разве не понятно? – растягивал слова он.

Ой, только не надо меня убеждать, что решил завязать со своими

похождениями и стать хорошим мальчиком! – от негодования я шагала быстро, но

негодяй поспевал за мной, особо не утруждаясь.

Почему нет?

Я резко остановилась, так что он чуть не налетел на меня, и круто повернулась:

То есть, по-твоему, я совсем наивная идиотка?!

По-моему, ты – прелесть, даже когда пытаешься мысленно убить меня, –

непринуждённо сказал Эскалант, обворожительно улыбаясь.

Но живущая во мне обида на него не позволяла впасть в обожание этого

обманщика.

Амалия купилась на нечто подобное? – сузив глаза, спросила я. – Или были

ещё пара контрольно-заезженных фразочек?

Он слегка наклонил голову к плечу:

Ты действительно считаешь, что мне нужно было её уговаривать?

Я раздражённо продолжила путь.

Какой же ты… самовлюблённый индюк! – бросила на ходу я, хотя мысль о

том, что ему убеждать никого не нужно, мелькнула у меня в голове и не раз.

Согласен! – усмехнулся тот.

Мы остановились у загона, где грациозно прохаживалась моя Рейна.

Скромность – это украшение! – гордо ответила я, хотя понимала, что он

чёртов идеал во всём.

Женщин – да, но не мужчин! – фыркнул Эскалант и обратил свой взор на

лошадь, положив руки на оградку. – Великолепный конь!

Я проследила за его взглядом и, довольно улыбнувшись, исправила его:

Эта кобыла. Рейна. Моя.

Он одобрительно закивал и облизал губы.

Чёрт! Я почувствовала, что опять краснею!

Хочу прокатиться на ней.

Ха! Это невозможно! – горделиво продолжила я. – Она не признаёт другого

наездника, кроме меня. Тебе её не оседлать!

Это прозвучало как вызов. И Эскалант его принял. В предвкушении он

улыбнулся, переводя на меня взгляд:

Поспорим?

Но стоит ли так рисковать?

Что на кону?

Скажем, – протянул он, сложив руки на груди. – Свидание?

Нет! – чересчур резко вскрикнула я.

То есть ты совсем не уверена в своей кобыле? – самодовольно ухмыльнулся

тот. – Или боишься меня? Или не уверена в своей кобыле и боишься меня?

Ну и наглец! Я приняла вызов:

Тогда моя ставка: это свобода от твоего навязчивого приставания, то есть

свобода от тебя. По рукам? – я протянула ему руку.

Он коротко засмеялся.

Я был прав – ты слишком азартна!

Он как-то чересчур интимно сжал мою руку, поглаживая большим пальцем мою

ладонь. И внезапно дернув меня к себе, добавил:

И чертовски сексуальна!

Сердце забилось ещё быстрее, и я выдернула запястье, почувствовав, что

краснею. Моя реакция вызвала его пошлую улыбку.

Он снял пиджак и повесил его на заграждение. Одним движением негодяй

перепрыгнул через деревянные брусья и направился к лошади, на ходу

подворачивая рукава своей белоснежной рубашки.

Что он удумал? – воскликнула тётушка, приближающая к загону в компании

герцога и Мари.

Решил, что способен оседлать Рейну! – невинно улыбнулась я, лишь только

глаза светились предвкушением поражения Эскаланта.

Я была уверена в своей лошади и ни на миг не предполагала свой проигрыш. Я

представила свою свободу от навязчивости Виктора. И мне немного стало жаль. Но я быстро прогнала это чувство из своего сознания.

Она же покалечит его! – ахнула тётка. – Остановите его немедля!

Не стоит, – добродушно вмешался Давид Эскалант. – Мой сын очень хороший

наездник. Нет повода для волнения, уверяю вас.

К тому же ему не помешает чуть примять павлиний хвост, – не оборачиваясь,

ляпнула я.

Мари охнула, и я поняла, что сказала лишнее. Я, повернулась к отцу Виктора,

смутившись:

Прошу прощения, я не хотела…

А у вас острый язычок, дорогая! – не улыбаясь, молвил тот, хотя его глаза

искрили озорством. – И вы правы, моему сыну это не навредит, а даже наоборот.

Он мне подмигнул.

Обескураженная поддержкой с нежданной стороны, я неуверенно улыбнулась в

ответ и обратила внимание на уже приближающегося к Рейне Виктора.

Ужасная затея! – бормотала тётка, ещё больше побледнев.

Тем временем Эскалант медленно подходил к лошади, потирая руки, очевидно,

чтобы согреть. Его губы шевелись, но слов было не разобрать. Он неотрывно

смотрел на уже настороженную Рейну, нервно подрывающую землю копытами и

нежно улыбался.

Он решил отыскать путь к твоему сердцу через кобылу? – шепнула мне Мари.

Не думаю, что он ищет путь к моему сердцу! – ответила ей я.

К тому времени зрителей собралось уже довольно много. Помимо гостей тётки,

к загону пришли служащие. Я была довольна этим – проигрыш Эскаланта увидит

больше народу.

Горе-наездник подошёл совсем близко к Рейне и медленно протянул руку к её

голове.

Я, как и все остальные, задержала дыхание, когда лошадь встала на дыбы и

угрожающе заржала.

Осторожно, сеньор! – выкрикнул конюх, потирая недавно укушенный

кобылой правый бок.

Моя улыбка стала ещё шире. Хоть мне и не понравилось, что сеньор совсем не

испугался и не отступил перед опасной мощью лошади, которая теперь возмущённо

взирала на него и трясла головой.

Эскалант всё время что-то наговаривал, не переставая улыбаться, и опять стал

приближаться.

Вконец разбушевавшаяся кобыла снова встала на дыбы, намереваясь затоптать

его. Зрители охнули, в том числе и я. Непроизвольно.

Эскалант был вынужден отступить в сторону. Правда, недалеко. Рейна громко и

продолжительно ржала, гарцуя на одном месте и демонстрируя отличные былые

зубы.

Но тот лишь восхищённо засмеялся, продолжая что-то тихо ей говорить.

Рейна пятилась, будто сопротивляясь какому-то гипнозу, трясла гривой.

Эскалант преследовал её, пытаясь дотронуться.

Не верь ему, милая! – шептала я, понимая её чувства как ни кто другой из

присутствующих.

Негодник снова подошёл к лошади на небезопасное расстояние. Та было опять

хотела встать на дыбы, но (о чудо!) он, будто отговаривая её, покачал головой и

ухватил за поводья, не дав подняться.

Рейна стала дико вырваться, бить копытами и громогласно ржать. Но Эскалант

всё же удержал поводья и, к всеобщему восхищёнию, коснулся её морды.

Я в полнейшем шоке наблюдала, как предательница стала утихомириваться от

его прикосновений, слов, голоса или ласковой улыбки, что дарил он норовистому

животному.

Глазам не верю! – ошарашено прошептала я под всеобщие возгласы

восхищёния.

Рейна, всё ещё фыркая, кажется, стала прислушиваться к его словам.

Интересно, что он ей говорит? – не отрывая от этой сцены глаз, спросила

Мари.

Я бросила на неё рассерженный взгляд с немым вопросом: «И ты туда же?!». В

ответ подруга виновато пожала плечами.

Честно говоря, я сама не знала, какое чувство из тех, что испытывала, было

сильнее: досада поражения или невольное восхищёние мастерством негодяя.

Тем временем Эскалант, неожиданно обнаглев, поцеловал мою уже не

сопротивляющуюся Рейну. После достал из кармана брюк маленькую морковь и

протянул лошади.

Кто дал ему морковку?! – ахнула я.

Это было её любимое лакомство!

Одни изменники окружают меня! – негодующе ворчала я.

Когда предательница слопала морковь, Виктор отошёл в сторону, за её спину.

Рейна потопталась-потопталась и… подошла к нему, мило ткнув носом в его плечо!

Рядом охали и ахали тётушка, Мари и другие зрители.

Эскалант снова наградил лошадь морковкой и погладил по морде, шее, спине.

Не прекращая ей что-то говорить, ухватился за поводья и, не дождавшись

возмущения или агрессии со стороны кобылы, умело оседлал её.

Раздались аплодисменты. Вяло поддержала и я, отчаянно борясь с желанием

откровенно восхититься его мастерством и расспросить, как он нашёл к ней подход.

Хвастливый негодяй сделал круг почёта под восторженное ликование

окружающих. Громче всех восхищались когда-то укушенные кобылой служащие на

конюшни. До этого момента они предполагали, что она по дороге в этот мир где-то

сбросила одного из всадников Апокалипсиса.

Эскалант подъехал ко мне на моей непривычно покорной кобыле и, не

сдерживая самодовольную улыбку, посмотрел на меня сверху вниз:

Ты – следующая!

Я горделиво вскинула подбородок, понимая его слова на угрозу попыток

приручить меня:

Ты нечестный игрок!

А получить свободу от меня ценою моего же здоровья или даже жизни – это,

по-твоему, верх благородства? – он слез с лошади и перепрыгнул через ограждение.

Я невинно захлопала ресницами:

Я тебя умоляю, какая угроза?! Ну, были пару случаев травм конюхов – совсем

мелочные! – соврала я.

Это было на самом деле очень безрассудно и опасно! – вмешалась тётка. – Но

вы великолепный наездник, дорогой мой.

Благодарю вас, баронесса.

Я фыркнула, оценив слащавый тон Эскаланта.

Ну, а теперь прошу всех в дом! – объявила тётя, приняв приглашение пойти

под руку от Виктора.

И, кстати, так называемые моей племянницей мелочные травмы конюхов –

это сломанные запястья, плечи, руки и ключица, кажется.

Две, – буркнула я.

Герцог засмеялся и предложил пойти под руку мне.

Вы само очарование, милочка!

 

***

 

Что можно было сказать об этом ужине? А как чувствует себя мышонок, на

которого смотрит огромный ленивый котяра и облизывается? Вот и мне было как-

то не уютно. К тому же я злилась на тётку, которая опять записалась в свахи и всё

это устроила. Конечно, здесь есть и моя вина, ведь я не рассказала ей о знакомстве с

Виктором Эскалантом.

С каждой минутой вечера злости у меня становилось больше, а терпения всё

меньше. Лишь Мари была в курсе всей ситуации и с опаской смотрела на пунцовую

от гнева меня под похотливо-пристальным взглядом негодника.

Герцог не сводит с вас глаз! – шепнула мне на ухо подруга, и я проследила за

её взглядом.

Мои глаза встретились с лукавым взором пожилого Эскаланта. Очевидно, его

забавляло всё происходящее, и он подмигнул мне.

Я вяло улыбнулась, чисто из вежливости. Что за семейка?! Теперь понятно, в

кого этот наглый тип.

Дорогая, ты непременно должна спеть для нас! – защебетала довольная тётка.

О, да! – воодушевился герцог, довольно ёрзая на стуле. – Я наслышан о вашем

чудесном пении!

Я бы с радостью, – дельно улыбнулась я. – Но сегодня – абсолютно не в

голосе.

Из-за своёго проигрыша в споре? – привлекая к себе мой взгляд, поддел сын

герцога.

Скорее из-за твоей страсти к обманам.

Я быстро отвела взгляд от него. Он путал мне все мысли, чёртов гипнотизер.

На мою язвительную реплику реакция присутствующих была неоднозначной.

Тётка поперхнулась, Мари замерла, князь прыснул от смеха, а сеньора Этьер,

споткнувшись, чуть не обронила разнос с десертом. Только адресат моих

высказываний усмехнулся и промолчал.

Я понимала, что перехожу границу и тем самым показываю, что меня задел его

обман. Но уж очень трудно удержаться. Всю свою зарождающуюся к этому человеку

симпатию я обратила в гнев и злость на него же. «Он – подлый обманщик», твердила

я себе. Целовал меня вечером, а утром развлекался с другой. К тому же с почти

замужней девицей!

Я наслышан о твоей дерзости, может, поэтому и не удивлён? – надавливая на

меня своими горящими глазами, сказал мне Виктор по окончании ужина.

Он подошёл ко мне, после того как все вышли из-за стола и направились в

гостиную. Я окинула его презрительным взглядом. Всё оставшееся время ужина я

поднимала в себе чувства, которые способны затмить притягательность негодяя.

А твой отец знает об интрижке с Амалией?

Улыбка сошла с его лица:

Я же говорил тебе – нет никакой интрижки.

Хватит врать! – оттолкнув его предложенную мне руку, я двинулась в сторону

гостей, которые уже почти скрылись из виду.

Догнав меня, он перегородил дорогу:

Я понимаю, что моя репутация далека от идеала. У тебя есть абсолютно все

поводы не верить мне. Но я готов сделать что угодно, лишь бы доказать свою

невиновность!

Я иронично подняла брови.

Для начала не попадай в такие ситуации, в которых невозможно оправдаться.

Это доверие, понимаешь? Если однажды его предать, второго шанса уже не будет. –

И обойдя его, я продолжила путь.

Этот вечер был для меня завершён. Я отпросилась у тётушки и извинилась

перед гостями, убедив всех, что у меня разболелась голова. Комнату я покидала под

нахмуренным взглядом Виктора Эскаланта.

Я лишила себя удовольствия смотреть на него. Мои предательские чувства

могли снова овладеть мной, поэтому я мысленно установила для себя рамки,

абсолютно исключающие общение с этим человеком. Я злилась на себя. Как можно

желать встречи с этим низким и подлым мужчиной?! О, позор мне!

 

ГЛАВА 9

Аукцион

 

Чтобы держаться от Виктора Эскаланта подальше, необходимо как минимум

переехать в другой город. Так как это было пока невозможно, я была вынуждена

всячески избегать его.

После того ужина я поговорила с тётушкой и объяснила ей истинные причины

своего поведения, естественно умолчав о самом интимном и глупом с моей стороны

поступке. Как всегда тётка встала на мою сторону и пообещала (в очередной раз) не

устраивать мне никаких смотрин. Не скрою, мне было приятно слышать, как она

словесно пинает Эскаланта.

Но не об этом речь…

На следующий день я отправилась на давно запланированное мероприятие. Это

был благотворительный аукцион, где лотом выступали девушки. Вернее, их время и

общество. Желающие поужинать в том же ресторане, в котором проходил данный

аукцион, должны были заплатить за компанию понравившейся сеньориты. А все

вырученные деньги пойдут на благоустройство детской больницы. Интригующим

моментом был обязательный дресс-код: женщины в вечерних платьях, а мужчины в

смокингах и масках.

Мы с Мари принимали участие в этом мероприятии. Меня удалось уговорить

только благой целью данного аукциона, а моя подруга… В общем, уговаривала меня

в основном она. Адриан также собирался присутствовать, его мать и моя тётя были

одними из организаторов.

Приглашены были только, так сказать, «свои», и многие уже договорились о

том, кто кого «купит», чтобы не остаться в нежелательной компании на вечер. Меня,

кстати, должен был выкупить Эйд. А Мари, предвкушала огромные торги за своё

общество.

Подруга была в фиолетовом платье с двойной юбкой: сверху длинная, а в

разрезах видна короткая почти до неприличия. Я выбрала молочного цвета

облегающее платье до колен. Волосы пришлось уложить в лёгкие локоны – всё-таки

не простой же выход в свет.

На аукционе было много вкусных напитков и лёгкой закуски. Приглашенные в

ожидании начала, расположились на первом этаже ресторана. Здесь же были

выставлены фото участниц. Так, словно мы находились на картинной выставке.

Сцена, где выступали музыкальные исполнители, была подготовлена к проведению

торгов.

Очень много журналистов с фото и видео съёмками сновали в поисках

очередной жертвы интервью. Я с удивлением отметила, что среди присутствующих

много знакомых лиц из университета. Разумеется, те, чьи доходы позволяли здесь

находиться.

Амалия Ривас также присутствовала. Я с отвращением смотрела, как она

позирует фотографам в своём блестящем мини-платье под цвет золота. Как же

вульгарно и безвкусно!

Мы стояли в компании университетских знакомых и обсуждали появление

нашего местного плейбоя – Маркуса Торо. В УБ он был очень популярным парнем.

«Золотой» мальчик, по которому вздыхало большинство девушек из университета.

Лично я считала его занудой, обладающим на редкость дурным и женственным

стилем. Я готова была поспорить, что полочка в его ванной комнате заполнена

косметикой больше, чем моя. Разве парню это к лицу?

Но тут на арену вышла троица ребят, которая, особо не напрягаясь, подрывала

уверенность и авторитет мужчин, подобных Маркусу. Ксавьер, Хоакин, ну и, конечно же, Виктор Эскалант, вальяжно входили в зал. Трое красавцев в чёрных костюмах и атласных масках на лицах.

И как ему это удавалось? Стоит Эскаланту появиться в зале, как почти всё

внимание было обращено к его персоне. «Он – аморальный бабник и лжец!» –

твердила я постоянно себе как заклинание против его чар. Но это слабо помогало. Я

неотрывно смотрела, как он ленивой медленной походкой спускается в зал,

облачённый в чёрный смокинг с тонким галстуком. Его безупречные черты лица

маска только украсила. Не узнать Эскаланта было невозможно.

Он взял бокал с разноса возникшего рядом официанта. Пригубив напиток,

негодяй обвёл взглядом зал. Моё дыхание предательски участилось, когда

вспомнила о том, как этими губами он целовал меня. Я не успела отвести глаза. И

снова попалась за бесстыдным занятием! Его рот растянулся в красивую улыбку, и

он сделал жест рукой с бокалом, давая понять, что мысленно провозглашает тост за

меня.

Я коротко кивнула и поспешно отвела взгляд, чувствуя, что краснею и часто

дышу. И тут я заметила стоящую неподалеку Амалию, которая наблюдала за нашим

безмолвным приветствием. По её ненавистной гримасе, изрядно испортившей её

красивое лицо, она дала понять, что ревнует меня к своему любовнику.

 

Мне стало не по себе. Я словно проглотила горькую микстуру. Чувство вины

посетило меня. Она безусловно любит его. А я флиртовала и бесстыдно целовалась с

ним! Она жертвует всем ради него: честью, семьёй, благополучием… Мне было жаль её, а его – ещё сильнее возненавидела. Мысли об Амалии предали мне сил в

сражении со своим сердцем. Разум победил. И я больше не глядела в толпу, дабы не

словить взгляд негодяя и его жертвы.

Так, в неприятных раздумьях, которые изрядно подпортили мне вечер, я стояла

в окружении привычной компании и совсем не участвовала в беседе. Прошло всего

несколько минут после обмена взглядами с Эскалантом и Амалией, как объявили о

начале аукциона.

У меня было нехорошее предчувствие, пока я стояла среди девушек, ожидая

своей очереди. Начальной ставкой были пятьсот евро. Те, которые уже купили себе

компанию, отправлялись на второй этаж ресторана, чтобы поужинать со своей

«покупкой».

Пока максимальную сумму в пять тысяч евро было продано общество Марии,

парню, которого я не узнала. Амалия также принимала участие. Её купил рогоносец-

жених за полторы тысячи. Она явно ожидала борьбы за свою компанию. Эскалант

огорчил её, очевидно.

Дошла очередь до меня, и я сжала в руке свой мобильный с номером Эйда

наготове. Я предчувствовала, что Эскалант будет пытаться купить меня, но готова

была влезть в долги, лишь бы это ему не удалось, тем более что деньги я потрачу не

зря – деткам они нужнее.

Очаровательная Злата Бронских подарит вам своё общество. Порадует не

только своей изумительной внешностью, но и увлекательной беседой! Ведь девушка

перспективная студентка одного из лучших университетов Европы! – распекался

ведущий аукциона, пока я шла в центр сцены, с вялой улыбкой на губах.

Итак, начальная ставка неизменна – пятьсот евро! О, есть молодой человек

под номером пять! Кто больше?

Я нашла свой счастливый пятый номер – Адриан подмигнул мне, держа

табличку с этой цифрой.

Пять тысяч! – лениво протянул Эскалант, подняв табличку с номером

тринадцать.

«О, как неожиданно!» – подумала я, решив, что номер с тремя шестерками для

него был бы уместнее.

Итак! – воодушевился аукционист. – Пять тысяч раз!.. Есть! Пять с половиной

тысяч евро! Номер пять!

Семь тысяч! – выкрикнул Эскалант.

Вот негодяй! Я скинула гудок Эйду, давая понять, что занимаю у него. Ведь

договор был о семи тысячах, которые он может потратить. Теперь всё, что сверху,

моя забота!

Тут же Адриан поднял табличку.

Семь с половиной раз! – азартно кричал ведущий.

Пятнадцать тысяч!

Чёрт! – не сдержалась я, и на меня осуждающе глянул владыка молотка.

Я виновато улыбнулась:

Извините.

Пятнадцать тысяч раз! – продолжил тот.

Я посмотрела на Эйда, тот развёл руками.

Пятнадцать тысяч – два! Пятнадцать с половиной номер шестнадцать!

Я дёрнула головой в сторону поднятой таблички! Что за бред?! Это Маркус-

метросексуал?

Не могла поверить своим глазам…

Тридцать тысяч! – невозмутимо провозгласил Виктор Эскалант, и по залу

пронёсся изумлённый возглас.

Аукционист вытер пот со лба белоснежным платком. И продолжал размахивать

своим молотком, пока я в уме пыталась перевести эти деньги в те, что в ходу на

моей родине.

Тридцать тысяч… три! – выдохнул тот и стукнул молотком. – Ужин в

компании изящной сеньориты Бронских достаётся молодому человеку под номером

тринадцать всего за тридцать тысяч евро!

В зале раздались аплодисменты и я, сбитая столку цифрой, которая сложилась у

меня в голове, пошла на встречу к Виктору Эскаланту.

Он уже ждал меня у ступенек сцены с довольной улыбкой на лице. Его глаза

откровенно шарили по мне.

Я испытывала бурю эмоций: злость, изумление и негодование, оттого что

придётся терпеть его фамильярные выходки в течение всего вечера. Но это ради

детей. И я должна гордиться тем, что он потратил такую сумму отцовских денег не

на предмет бесполезной роскоши или примитивно на прожигание жизни. Пусть он и

преследовал похабные цели.

Я отказалась от поданной им руки и отшатнулась, когда он попытался

поцеловать меня в щёку.

Эй! Ты купил только моё общество! А с этим тебе придётся обращаться к

девушкам иной категории.

Его глаза сузились, поблескивая чёрным огнём сквозь прорези в маске:

Ты что такая дерзкая?!

Ещё не поздно вернуть деньги! – съязвила я, отходя на безопасное расстояние

от него.

Этот аромат… Что за духи он использует?

Вы позволите вас сфотографировать? – налетели репортёры, словно коршуны.

Я улыбнулась без особого энтузиазма, в отличие от Эскаланта. Тот не только

разрешил щёлкать фотокамерами, обняв меня за талию, но и дал короткое

интервью.

Что вы чувствуете, добыв самую крупную сумму для детской больницы? –

любезно улыбаясь, спросила тележурналист в деловом костюме и ярко-красной

помадой.

Счастье. – Не уверенно пожала плечами я, остро ощущая руку Виктора на

своём теле.

О, ну конечно же, ведь вам повезло вдвойне: благое дело и компания одного

из завидных женихов Испании! – защебетала ведущая, чрезмерно порхая

ресницами, из-под которых она бросала тоскливый взгляд на Эскаланта.

Я разозлилась.

Думаю, ему повезло больше, – я ткнула большим пальцем вверх. – Когда там

будут подсчитывать, этот благой поступок зачтут вместо двух проступков завидного

жениха!..

Я не договорила всю мысль, так как Эскалант дёрнул меня к себе, отстраняя от

микрофона, а в толпе репортёров послышались смешки.

Э?.. – протянула все ещё улыбающаяся журналистка,

Извините, нам пора. Время ограничено! – сухо молвил тот и представители

прессы стали расходиться.

Я в туалет, – буркнула я, когда он посмотрел на меня.

Не дожидаясь ответа Эскаланта, я обошла его. Он похотливо облизал губы,

провожая меня взглядом и чуть обернувшись.

Поменьше азарта в глазах, малыш! – раздался голос баронессы Торрес.

Эскалант чуть вздрогнул, увидев на моём месте возникшую Тессу.

Баронесса! – Эскалант почтенно склонил голову.

Значит так, красавчик! Эта девочка для меня, как дочь – единственная и

горячо любимая. И если с её глаз прольётся хоть одна слезинка из-за тебя, молодой

человек, мне придётся пустить в ход тяжёлую артиллерию. Ты ведь военный и

знаешь о силе действия этого оружия, так ведь?

Э… вы угрожаете мне? – вскинул брови Эскалант.

Тесса Торрес рассмеялась:

Мальчик мой, мы в разных весовых категориях. Тебе нужно ещё подрасти, что

бы добиться от меня угроз.

При всём уважении…

Я ещё не закончила, – Тесса жестом руки, достойным королевы, остановила

его на полуслове. – Учти, я очень хорошо знаю твою мать, женщину классических

нравов. Я думаю, вы в курсе, какие методы наказания она использует?

Неоднократно участвовал, – кивнул тот.

И уже уходя, добавила:

Хоть ты и вымахал таким красавцем, в моих глазах ты всё тот же мальчуган,

бегающий по гостиной в одних подгузниках! – хлопнув его по плечу, Тесса

удалилась.

Тем временем я вошла в одну из пустынных кабинок дамкой комнаты, не

переставая бурчать себе под нос ругательства на родном языке. Испанский был не

настолько богат подобного рода лексикой.

Послышались звуки быстрых шагов, которые приближались к туалету. Потом

резко открылась дверь и в комнату ворвались, судя по голосам и цокающим звуком

шпилек, две девушки. Одна из них рыдала, и я, кажется, стала узнавать её голос.

Он не любит меня, понимаешь?! – истерила Амалия.

Я поддалась порыву и совершила ещё один бесстыдный поступок. Встав на

унитаз, я прильнула к двери кабинки, чтобы лучше слышать.

Как же так, милая? – второй голос звучал успокаивающе и сквозил

сочувствующими нотками.

Он с-сам мне это сказал!

Но ты же говорила, что вы помирились после того свидания в пляжном

домике!

Я так думала! Хотела в это верить! Даже когда он отказался от меня…

Как отказался?! – ахнула незнакомка.

Так, Китти! Между нами ничего не было! Он впервые пренебрёг мною!

Значит, он говорил мне правду. Она его преследовала… Эскалант не врал, чёрт

побери!

Но эта девчонка… Я не верила, что она ему настолько не безразлична! Не

верила ему!

Ну ведь это ненадолго, милая! – пыталась утешить её подруга.

Я придвинулась ближе и затаила дыхание.

Нет! – истерика Амалии набирала опасные обороты. – Ты же видела его

сегодня! Она действительно привлекает его! Он сам на себя не похож! Он…

влюбился в эту чёртову уродину! В эту малолетнюю дурочку!

И снова рыдания.

Тише, родная! Пойдём, здесь нас могут увидеть!

Голоса стихли за дверью.

Теперь я знала больше, чем того хотела. Её слова звучали у меня в ушах. Я даже

забыла, что пришла в туалет. Какое-то воодушевление охватило меня. Все мои

чувства и эмоции вмиг возбудились. Я трепетала внутри. Что кривить душой, я была

счастлива, услышав то, что втайне от себя желала. Фундамент моих чувств к

Виктору был заложен тем вечером.

ГЛАВА 10

Удачливый таксист

 

Когда я вернулась, Эскалант уже ждал меня за столиком.

По пути в зал я позвонила Мари и вкратце всё рассказала. Подруга отрезвила

меня, и я ей была благодарна. В этой ситуации он оказался невиновным. Но всё же

это не мешает ему начать новый список похождений современного Казановы

именно с меня. Я не могла ему доверять. Этот человек слишком сроднился с

репутацией плейбоя.

Итак! – с помощью любезного официанта я расположилась на высоком стуле и

откинулась на его спинку. – Как часто тебе приходилось покупать внимание

женщин, которые не соблазнялись на твои природные достоинства?

Эскалант сидел напротив меня, положив руки на подлокотники. Маску он уже

снял, позволяя всем любоваться идеальностью его внешности. Слушая мои слова,

он потирал подбородок одной рукой и губы растянулись в ироничную улыбку.

Ты первая у меня.

Я старательно расправляла салфетку на своих коленях, пытаясь скрыть свою

истинную реакцию на его ответ. Виктору Эскаланту действительно мало кто может

отказать. Разве что… когда он был в детском саду?

Официант любезно наполнил мой бокал. Под пристальным взглядом Эскаланта,

от которого мне хотелось укрыться под столом, я сделала глоток шампанского.

Я вот о чём думаю в последние несколько часов, – задумчиво протянул

Виктор. – Как часто тебя наказывали дома за твои выходки?

Я кинула на него рассерженный взгляд. Он явно наслаждался разговором.

Очевидно, тебе совсем не о чём размышлять, кроме этого? Сочувствую,

правда.

Дерзи, пока можешь, – усмехнулся Эскалант.

О, спасибо, конечно. Но твоё разрешение мне как-то… э-э… – я театрально

задумалась. – Да по фиг мне на твоё разрешение!

Самодовольная улыбка не сходила с его лица. Эскалант резко наклонился

вперёд, сцепив руки перед собой, и молвил с нотками угрозы в голосе:

Это пока.

Я ахнула, услышав его заявление. Но ответить не успела – появился официант,

готовый принять у нас заказ. Я наспех заказала лёгкий салат из овощей, Эскалант

какое-то малознакомое блюдо из французской кухни.

Я в уме прокручивала все его слова и отгоняла от себя подлое чувство восторга

от фразы, звучавшей как обещание.

Мы снова остались наедине, если не учитывать заполненные столики вокруг

такими же, как мы, участниками аукциона. Странно, но я не увидела ни Эйда, ни

Мари. Тётушка сидела в компании других организаторов за одним из столиков. Я

помахала ей. Ну а тот факт, что Амалия с женихом тоже куда-то запропастились,

меня не удивил.

Я сложила руки на коленях, положив локти на ручки стула. Эскалант не спускал с

меня глаз. Это очень смущало. Чувствовала себя участником дуэли взглядов. Нас

разделял небольшой столик, укрытый золотистой скатертью. На миг мне

показалось, что он хочет отбросить его в сторону, чтобы добраться до меня.

Я гнала от себя чувство симпатии к этому человеку, отчаянно цепляясь за

недостатки, которые отталкивали меня от ему подобных.

Ты согласовал с отцом такую огромную сумму, которую потратил сегодня?

Брови Эскаланта сдвинулись:

Мне не нужно согласовывать трату собственных денег.

Ах, ну да, конечно! – саркастично молвила я и сделала ещё глоток игристого

вина.

Ох, эти испорченные семейными деньгами детки!

Злата, – его голос звучал с непривычной холодностью. – Благотворительный

взнос я сделал исключительно из своих сбережений.

Мой взгляд, брошенный на него поверх бокала, позволил мне заметить резкую

перемену в нём. Между нами повисла пауза. Нам принесли наш заказ.

Я раздумывала над его словами, все ещё считая Эскаланта испорченным и

избалованным как женским вниманием, так и семейным богатством. Но лучик

просвета всё же появился. Я вдруг услышала свой вопрос будто со стороны. Ведь он

мог подумать, что я сую нос не в своё дело, словно пробиваю почву его финансового

положения.

Да брось! – первая сдалась я, когда молчание стало невыносимым, и отложила

столовые приборы. – Неужели я настолько тебя обидела?

Не припомню, когда я обижался на что-то в последний раз, – грубовато

бросил он, не поднимая глаз от своей тарелки.

Напомнить? Пару минут назад тебя донимала бестактными вопросами одна наглющая девчонка.

Он хмыкнул:

Я скорее разозлился.

О, ну тогда я зря переживала.

Ты переживала, что обидела меня? – его тон смягчился, и он посмотрел на

меня, делая глоток.

Я поняла, что сболтнула лишнее.

Видишь ли, мне не свойственно обижать людей. Когда это весьма редко

происходит, меня беспокоит совесть… Ах, ну да! Смотри, «совесть» – это такая

штука, которая эмоционально донимает честных людей…

М -м-м… ясно! – протянул тот, откидываясь на спинку стула – И долго тебя

мучила «совесть» после того, как ты измывалась над страхами своих потенциальных

ухажёров?

Всё понятно. До него дошли разговоры обо мне и о моих выходках, когда я

отпугивала от себя будущих женихов.

Я закусила губу под его выжидающим и насмешливым взглядом.

Не очень, – буркнула я.

Он усмехнулся:

Так и думал.

Его самоуверенность зашкаливала, и меня это ужасно бесило.

Ты только что, в очередной раз, подтвердил моё первое впечатление о тебе.

Да ну? Поделись со мной домыслами о моей скромной персоне!

Какой угодно, но не скромной! – фыркнула я.

Всё верно. Я повторюсь: скромность – удел женский.

О господи! Ты несносный самовлюблённый… сноб!

Прости?! – он вытаращил глаза.

Он простит! – в сердцах я указала рукой в небо. – Ты настолько себя любишь,

что могу поспорить, целуешь своё отражение! А виноваты в этом, прежде всего,

бедные женщины, боготворившие тебя!

Меня никто не обожествляет. Меня соблазняют или соблазняю я! – пожал

плечами он.

И как ему удаётся вгонять меня в смущённые краски за доли секунды?!

И да, я самоуверен. Почему мне таким не быть?

Действительно! Он красив, богат, успешен… Его достоинства можно

перечислять до бесконечности. Именно это и позволяет ему быть популярным у

женщин. Чем он с удовольствием пользуется.

И, конечно, ему интересна я, но лишь потому, что ещё никому не удавалось

подобраться ко мне настолько близко. Мне было неприятно признавать это.

Истинные причины того, почему я всегда стараюсь отпугнуть парней, он не знает, и

это очевидно ещё сильнее его привлекает.

Из раздумий меня вывел его пристальный взгляд, и я поняла, что он ждёт

ответа на вопрос, который я не слышала.

Амалия говорила с тобой сегодня?

Я удивилась. Он ведь не может знать, что я подслушала её истерику, которая

полностью оправдала его в моих глазах. Но только в этой истории.

Нет. С чего бы ей заводить со мной беседу? – равнодушно молвила я.

Потому что я настоял.

А-а-а, тогда понятно! – я решила не говорить ему о том, что слышала.

Его взгляд снова меня встревожил, словно я была обнажена перед ним. Как так

получалось, что наша беседа из развлекательной и непринужденной, одним лишь

взглядом превратилась в нечто безмолвное, интимное.

Эскалант потирал указательным пальцем свою нижнюю губу.

Мне вдруг вспомнился наш поцелуй. Стало жарко. Я будто всё ещё чувствовала

его руки, такие крепкие и властные…

Потанцуем? – это безобидное предложение прозвучало чересчур

соблазнительно.

Я не устояла.

Будем считать это бонусом за твою щедрость, – неловко пошутила я, когда

вкладывала свою ладошку в его протянутую руку.

Эскалант улыбнулся и повёл меня вниз на первый этаж, где уже танцевали

пары. Я заметила взгляды, которыми нас провожали. Мы остановились в центре

огромной комнаты. Играла медленная красивая музыка в живом исполнении.

Виктор обнял меня. Я положила руку ему на плечо.

Впервые его касаюсь с тех пор, как мы целовались. Я не могла скрыть своего

волнения и наслаждения от близости этого человека. Мой разум начал отключаться,

когда он лёгко вёл меня в танце, под чувственный голос певца.

Я надеюсь, бонус накопительный? – наклонившись, шепнул он.

Заметив мой непонимающий взгляд, Эскалант пояснил:

Танец ты назвала бонусом за щедрость. Я настаиваю на накопительном

условии премирования.

Я… я подумаю! – ответила я, не в силах отвести глаз от его чувственного рта.

Эскалант посмотрел на мои губы и потом снова поднял глаза. Словно безмолвно

спрашивая, помню ли я? Хочу ли я повторения?

Что ты делаешь? – недоумённо спросила я, когда он взял меня не за ладонь, а

обхватил длинными пальцами моё запястье.

Считаю твой пульс.

З-зачем? – спрашивала я, понимая, что он-то меня и выдаст.

Хочу убедиться.

В чём же?

Он склонился к самому уху и прошептал:

Что ты хочешь меня так же сильно, как и я тебя.

И не успела я переварить эту фразу, как он увёл меня из зала по направлению к

выходу. Держа меня за руку, он быстрым шагом вышел на улицу. Потом

остановился и оглянулся по сторонам, будто искал кого-то.

Виктор, что ты задумал? – встревоженно спрашивала я его.

Он так же резко продолжил путь, как и остановился. Мы шли к дороге,

пропуская или обгоняя мимо проходящих людей.

Мне нравится, когда ты называешь меня по имени, крошка! – на миг бросил

он меня взгляд.

Ты не ответил мне!

Такси! – резко остановил он чёрно-жёлтое авто.

Такси?! – эхом повторила я.

Именно! – пробормотал он, открывая перед обескураженной мною дверь и

буквально вталкивая меня в него.

Я испугалась, когда он залез следом.

Сделай круг по городу! – глядя на меня, обратился Эскалант к водителю,

протягивая ему сложенные купюры.

Понял! – на миг глаза таксиста зажглись азартом, когда он увидел

внушительную сумму.

Виктор, что ты делаешь? – тяжело дыша, спросила я, чувствуя себя загнанным

зверьком, который сейчас станет ужином.

Его глаза поблескивали в темноте, став почти тёмными, когда Эскалант нависал

надо мной. Я отклонилась на сидении, и это была моя ошибка. Под его натиском я

почти лежала. Вдруг он резко склонился к моим губам и стал властно целовать.

Я уперлась руками в его грудь, но от этой железной схватки не столь лёгко

освободиться. Это был не тот поцелуй, который я так часто вспоминала. Эскалант

словно наказывал меня, демонстрируя, на что он способен. Что значит, когда не

подчиняешься его воле.

Но постепенно мой разум затуманился. Я обмякла в его объятьях, даже не успев

заметить, когда его поцелуй вместо грубого, стал страстным. На меня он

подействовал моментально, и Эскаланту уже не надо было меня держать. Я сама

льнула к нему, отвечая на поцелуй и обнимая его за шею, бесстыдно позабыв, что

мы в автомобиле не одни.

Ты как мёд… – шептал он.

Я почувствовала, как его пальцы на моём затылке зарываются в волосы, и

возбуждающий ток прошёлся по моему телу…

Когда он поднял голову и посмотрел в мои глаза, я уже мало что соображала. Во

мне было лишь одно чувство – сожаление, что прекратилась эта сладкая мука.

Кажется, я нашёл к тебе подход. – Он сверкнул кривой полуулыбкой.

Мне не хотелось убирать руки от его груди. Я слышала его сердцебиение под

своей ладонью. Желание коснуться его кожи было непреодолимым. Это

помешательство скоро осудит мой голос разума, но я хотела насладиться им сполна.

Меня бесит твоя самоуверенность.

Это мы уже выяснили, крошка.

Я, всё ещё плохо соображая, инстинктивно перевела взгляд на его губы. Это

пошлое обращение мне жутко нравилось. Он был на таком близком расстоянии, что

голова кружилась. И этот его запах… Кажется, я превратилась в похотливую самку!

Ты прав, к чёрту разговоры! – прошептала я.

Поддавшись настроению сегодняшнего безумного вечера, я схватила за лацканы

его смокинга и притянула его к себе, прильнув к губам в поцелуе.

Заметно было, что Эскалант несколько опешил от такого поворота событий и

даже не сразу ответил мне.

А может, специально ждал, пока я войду во вкус? Но мне было всё равно. Я

хотела лишь одного: возобновить это ощущение. Наверное, это и была страсть. Как

несправедливо, что именно этот человек разбудил во мне подобные чувства.

Кажется, это удел всех сердцеедов.

Чувствуя себя распутной, я коснулась его губ языком и услышала, как он

застонал. Эскалант перетянул меня с сидения к себе на руки и с напором ответил на

мой поцелуй. Его руки нагло гуляли по моему телу…

Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Эскалант резко отпрянул от

меня, спустив со своих рук.

Мы молчали, тяжело дыша. Я заметила, что его руки слегка дрожат. Неужели из-

за меня? Я мысленно самодовольно улыбнулась.

Не смотри на меня так! – хрипло сказал он.

Я не знала, как реагировать на его слова. Вроде бы и обидно, но и прозвучали

как комплимент.

Только ты имеешь способность одновременно обидеть и похвалить! – недовольно пробормотала я, уставившись в окно.

Теперь стыд за свой проступок накатил на меня. Я поддалась его коварному

очарованию. И словно свидетельство этому мои губы горели от наших поцелуев.

Я хочу домой! – заявила я, не глядя в его сторону.

А может, ко мне?

Слова Эскаланта словно прозвучали как итог моих мыслей. Мой убийственный

взгляд, брошенный в его сторону, был более чем красноречив.

Прости, неудачная шутка! – обезоруживающе поднял ладони тот.

Пока он называл таксисту мой адрес, я скрестила руки на груди и забилась в угол

сидения, подальше от него.

К счастью, мы проезжали как раз район тётушкиного дома. Я жутко устала. Меня

утомили события этого вечера и выпитое спиртное. А ещё эти игры в кошки и

мышки…

Как только авто остановилось, я быстро вышла, но услышала ступающего

позади Эскаланта.

Не стоит меня провожать… – попыталась запротестовать я, но он остановил

меня, схватив за руку и развернув к себе лицом.

И почему он всегда применяет свою силу и демонстрирует превосходство надо

мной?!

Крошка, я действительно пошутил. Очень и очень неудачно.

Я облизала губы и высвободила руку.

Спасибо за чудный вечер! – пробормотала я, чувствуя неловкость, усталость и

злость.

Нет, – криво улыбнулся тот. – Тебе спасибо.

Я отклонилась, увидев, как он начал склоняться ко мне. Эскалант замер.

Доброй ночи! – грубо молвила я и оставила его за дверью.

 

ГЛАВА 11

Первое свидание

 

На следующее утро я проснулась с головной болью, но с каким-то невероятно

приятным воодушевлением. Минут пять просто лежала в постели и смотрела, как на

стене танцуют лучики солнца.

Я вспоминала события вчерашнего вечера. Моя рука непроизвольно дернулась к

губам… Мы снова целовались! Почему мне кажется это абсолютно правильным и

ужасно ошибочным одновременно? О боже, как на меня это не похоже! Что же со

мной?

Не вставая, взяла мобильный в руки. Разблокировав экран, я увидела один

пропущенный звонок и сообщение. Час назад звонила Мари, но смс-ка была от

Виктора: «Доброе утро, моя дерзкая! Ты мне проспорила, надеюсь, не забыла?

Набери меня, как проснёшься, – есть идея».

Я улыбнулась. Но звонить даже не думала.

Я спускалась к завтраку, убрав тяжёлые волосы в высокий хвост и нарядившись

в рваные джинсы с белой майкой. Ела в одиночестве, включив свой любимый сериал на планшете.

В первый раз за день он позвонил спустя час после сообщения. Я не ответила.

Потом последовало ещё пять звонков, промежутки между ними с каждым разом

уменьшались. И с каждым разом я улыбалась всё шире и продолжала игнорировать.

Спустя два часа после моего пробуждения я устроилась в светлой гостиной,

пытаясь сосредоточиться над чтением летнего задания. Но это было чертовски

трудно, особенно когда ждёшь очередной звонок от Виктора и отсчитываешь время.

Вконец осмелев, я сбросила его последний вызов, с растерянной улыбкой на

лице. Хотя как же мне хотелось услышать его…

Развлекаешься вовсю, как я погляжу!

Голос Эскаланта раздался так неожиданно, что я буквально подпрыгнула и

выронила телефон.

Виктор стоял в дверном проёме и демонстративно держал в руке мобильный.

Он был жутко недовольный и… нереально красивый в бежевых брюках и белом

реглане с подвернутыми рукавами.

А я, ужасно удивлённая и настолько же довольная, вскочила на ноги,

лихорадочно пытаясь сообразить, как выкрутить в свою пользу то, на чём попалась.

Итак, что я вижу? – властно растягивая слова, он двинулся в мою сторону. –

Руки, ноги – целы. Выглядишь вполне здоровой и в сознании, что немаловажно. Так

позволь спросить, что тебе мешает ответить на мои звонки?!

Неужели он примчался сюда из-за того, что я не отвечала?!

Я была занята! – ответила я, стараясь не подать виду, как довольна его

появлением.

И чем же?

Читала. Это допрос?

С обыском. Хочу знать, что за книгу ты предпочла мне.

Не успела я перехватить его руку, и Виктор уже держал мой планшет,

сосредоточенно листая электронные листы.

Ну как? Достойная замена? – я скрестила руки на груди, внутри облегчённо

вздыхая, что вовремя закрыла все вкладки со статьями о его персоне.

Он недовольно поджал губы и швырнул чудо техники обратно на диван.

Какая же ты всё-таки стерва!.. Но я жутко соскучился!

И с этими словами он резко протянул ко мне руки, но я ловко увернулась.

Э -э, что это ты удумал?! – я предостерегающе выставила свои ладони перед

Виктором.

А на что это похоже? – он продолжал свою наступательную операцию. – Хочу

поцеловать свою девушку.

С чего ты решил, что она здесь?! – ахнула я.

Он недоумённо остановился.

Как же, вчера мы… Постой-ка, то есть ты хочешь сказать, что не желаешь

встречаться со мной?

Ты думаешь, что я захочу встречаться с человеком, который вёл список

девушек, с которыми спал?!

Ах вот вы где! – защебетала тётушка, вплывая в комнату. – А я слышу голоса,

но всё не разберу – кто к нам пожаловал… Я не помешала?

Она замерла, увидев, как мы хмуро уставились на неё.

Нет конечно, тётя! Доброе утро! – первой нашлась я и, подойдя к Тессе,

чмокнула её в щёку. – К тому же Виктор уже уходит.

Как? Уже? – из вежливости огорчилась баронесса.

Виктор перевёл сердитый взгляд с меня на тётку и вежливо улыбнулся.

Да, к сожалению, у меня ещё дела. Всего доброго, баронесса! Проводишь

меня? – обратился он ко мне.

Я нехотя поплелась за ним. Когда мы отошли подальше от возможности быть

услышанными тётей, он сказал:

Сегодня в восемь я заеду за тобой.

Зачем? – удивилась я.

Ты должна мне свидание, – как-то хмуро напомнил он. – Не желаешь быть

моей, но спорный долг – это дело чести.

Вряд ли я смею отказаться, после таких громких слов. В вас умирает

превосходный оратор, сеньор.

Буду считать это за комплимент! – проворчал Виктор.

Не дождёшься.

 

***

Зачем кривить душой, когда ведёшь диалог с самим собой? Нужно быть откровенной до конца, иначе получится самообман.

Исходя из этого, могу честно признаться, что безумно хотела пойти на свидание

с Виктором Эскалантом. Но я была реалисткой, несмотря на свой юный и наивный

возраст. Я отчётливо понимала, что подобному парню нужна от меня не клятва в

вечной любви и совместной старости, а нечто такое дорогое для меня и в то же

время абсолютно не имеющее ценности для него. А после ему будет скучно со мной

и малоинтересно. Опасность для меня не в одиночестве и даже не в потере

невинности, а в том, что я начинала влюбляться в этого человека, а любовь моя ему

не нужна.

Итак, я была уже готова в половину восьмого и нетерпеливо поглядывала то на

часы, то на телефон, то в окно, выжидая его автомобиль. Намеренно особо не

наряжаясь, я решила одеться максимально элегантно. Выбрала красную юбку-

карандаш до колен и бежевую блузу, в тон ей каблуки и сумочку через плечо. Волосы выпрямила и распустила.

Ровно в восемь, я услышала шум подъезжающей машины.

Разочарование номер один: Виктор приехал на чёрном спорткаре с гордым

значком «Мерседес» на капоте. Иная девушка на моём месте пришла бы в восторг.

Но для меня это означало лишь подтверждение того, что отношения с таким парнем

заканчиваются с первой совместной встречей рассвета.

Одет он был в чёрный костюм, чересчур элегантный и пафосный. Мы не

смотрелись с ним, горестно заключила я. Выглядели словно школьница и

преподаватель. Из салона автомобиля звучала чересчур актуальная для него песня

Майкла Джексона «Bad». Теперь она навсегда привяжется к имени Виктора

Эскаланта в моём сознании.

Ты очень красива, – шепнул он, когда придерживал для меня дверь своего

авто, пока я усаживалась вовнутрь.

Спасибо. Ты тоже недурно выглядишь! – вяло улыбнулась я.

К сожалению, пронеслось у меня в голове. Он уверено вёл машину, смотрел

чересчур откровенно и с деланным обожанием, а голос был пропитан нотками

соблазна. Трезвость ума удавалось сохранять непомерными силами. А ещё этот

сводящий с разума аромат, исходящий от него…

Ты чем-то расстроена? – спросил он, умело обгоняя другие авто.

Я пыталась сосредоточиться на песни Эли Гоулдинг и машинально посмотрела

на его руки, сжимавшие руль.

Я? Нет, просто задумалась. Так, пустяки!

Разочарование номер два меня ожидало, когда мы подъехали к самому

пафосному и шикарному ресторану Барселоны. Но это был необычный ресторан, а

совмещенный с отелем.

Чувствовала я себя неуместно и никчёмно под пытливыми взглядами местной

лакшери публики. Может, это было самовнушение, но тогда мне казалось, что всё

внимание было приковано к нашей паре. Мерещились даже обрывки фраз,

комментирующие мой внешний вид…

Персонал встречал нас, вернее Виктора, как самого дорого гостя и к тому же

частого. Он вёл себя словно пришёл к себе домой. А моя мысленная чаша весов всё

пополнялась и перевешивала ту, которая была «за».

Нас усадили за V IP -столик и раскрыли меню. Складывалась такое впечатление,

будто сюда он приводит всех своих… потенциальных девушек на первое свидание.

Дабы, так сказать, показать, что он не только красив, но и шикарен.

Ты не против, если я возьму на себя ответственность? – обратился ко мне

Виктор.

Что, прости? – захлопала я ресницами.

Я выберу на свой вкус вино. Ты не против?

Да, пожалуйста! – закусила губу я.

Я погрузилась в свои мысли, даже не слушая, что Виктор говорит почтенно

склонившемуся к нему официанту.

Нет, он точно не моего уровня парень. А если быть точнее, то я не его тип. И

словно в довершение моих слов, как по заранее подготовленному сценарию,

появились его друзья.

Два парня и две девушки, невероятно гламурные и глядевшие на меня свысока.

М -да, актрисы из них бездарные. Они даже не утруждались быть милыми с

очередной игрушкой Виктора. Это было моим третьим разочарованием. Последним

на этот вечер.

Это Злата Бронских, – тем временем представлял меня Виктор, – девушка,

покорившая меня.

Да уж, мы наслышаны о тебе! – лучезарно улыбнулся Хоакин.

Он нам все уши прожужжал. Ты уж будь к нему снисходительна! – подмигнул

мне второй, назвавшийся Ксавьером. – А то этот зануда вовсе изведёт нас!

Я постараюсь, – улыбнулась им я.

Ладно, всё уже! – пробурчал Виктор. – Идите куда шли, пока окончательно всё

не испортили!

Приятно было познакомиться! – хором ответили те, отходя за столик в другом

конце зала.

Взаимно, ребята!

Девушки только перешептывались в стороне друг с другом, изредка ехидно

посмеиваясь.

Наконец, мы остались одни, и Виктор накрыл мою лежащую на столе ладонь

своей тёплой рукою. Ведёт себя, как герой романтичной мелодрамы! Я с трудом

сдерживалась, чтобы не расплакаться от обиды и разочарования.

Прости за этих балбесов, – мягко заговорил он. – Их появление для меня было

таким же сюрпризом…

Серьёзно? – вспыхнула я и выдернула руку.

Что-то не так? – спохватился он.

Я горько усмехнулась, больше не в силах терпеть весь этот дешёвый, хотя нет

дорогой, спектакль.

Знаешь, я не такая дура, как тебе могло показаться. Да, я совершила ошибку и

осталась с тобой на том балконе. И я ещё долго буду жалеть об этом…

Злата…

Нет! – жестом остановила я его. – Нам не о чём больше разговаривать.

Прощай!

И не успел он отреагировать, как я уже выходила из зала, ускоряясь с каждым

шагом. Я пыталась вежливо улыбаться, учтивым служащим и держаться с

достоинством.

Эскалант догнал меня уже на улице.

Злата! – он развернул меня к себе. – Чем я обидел тебя?! Что не так?!

Его глаза выражали недоумение и озадаченность. Неужели ни одна добыча не

смела покинуть его здесь? Я что, первая не осталась ночевать с ним в одном из

номеров?!

Ты не обидел. Просто это всё не для меня. Я не та девушка, которая тебе

нужна! – я старалась говорить спокойно, но голос всё же дорожал от переизбытка

эмоций.

Мне нужна именно ты! – горячо сказал Виктор.

Это видно! – не смогла сдержаться и усмехнулась, глядя в его шоколадные и

подлые глаза. – Правда! Столько стараний, чтобы я осталась сегодня с тобой в

люксе.

Он резко разжал руки и отпустил меня, будто моя кожа стала обжигать его.

Крутая тачка, примитивные комплименты, пафос, спектакль с друзьями,

которым ты якобы изливал душу! Скажи, это ведь всегда срабатывало? Могу

поспорить, у тебя в кармане уже есть ключ от номера!

Казалось, он потерял дар речи. Слушал меня, хмурил брови и глядел тяжёлым

взором.

Прости, что разочаровываю тебя! Мне тоже неприятно быть первой.

На автомате я махнула рукой проезжавшему мимо такси, и машина

остановилась моментально.

Я уверена, сейчас ты лёгко найдешь ту, которая будет тебя утешить. А я… буду

очень стараться забыть тебя как можно быстрее!

Он словно застыл и остался стоять на том же месте, когда я отъезжала от

ресторана. Откинувшись на спинку сиденья такси, я расплакалась.

Я была горда собой, за всё то, что сказала ему. Но в то же время чувствовала

обиду и злость… как на себя, так и на него. Он не сказал ни слова, чтобы разубедить

меня, не попытался оправдаться. И, несмотря на всё это, я безумно злилась на себя,

понимая, что стоило ему сказать хоть что-то, я бы… осталась.

Вернувшись домой, я прокралась в свою комнату, чтобы ненароком не

попасться на глаза тёти. Она бы не отпустила меня просто так, глядя на моё

заплаканное лицо.

Закрывшись у себя в спальне, я положила выключенный телефон на

прикроватную тумбочку и поплелась в душ.

Вышла я из ванны, чувствуя себя немного легче, будто смыла весь позор, стыд и

грязь того отеля. Мне было очень трудно отключить в себе чувство разочарования.

Хотелось уснуть поскорее, но я понимала, что это невозможно.

Я сняла полотенце с мокрых волос и расчесала их.

Он ничего не сделал. Ничего не сказал. Я встретилась глазами со своим

зеркальным отражением.

Странный звук привлёк моё внимание. Словно что-то стукнулось об оконное стекло. Я вздрогнула и оглянулась. Звук повторился. Птица?

Я осторожно подошла к окну и выглянула.

«Не может быть!» – мысленно воскликнула я, чувствуя, как резко участилось

сердцебиение.

Внизу стоял Виктор Эскалант. Он был уже без пиджака и держал в руке какие-то

белые огромные таблички, что ли?..

Увидев, что я хочу отвернуться, он резко поднял вверх руки, давая прочесть

сделанную от руки надпись на первом листе: «Прошу тебя, прочитай это!».

Я встретилась с его глазами и увидела в них нечто похожее на мольбу. Минуту

колеблясь, я всё же кивнула, чувствуя себя героиней Киры Найтли из «Реальной любви».

Он быстро переложил следующую табличку вперёд, на которой наспех было

написано: «Ты права, я, правда, хотел показать тебе, как я крут. Я дурак…».

Следующая гласила: «Ещё я идиот, который думал, что ты такая же, как

остальные!».

«Да, я подговорил друзей. И да, это всегда срабатывало!»

«Клянусь тебе, я даже и не думал снимать номер в том отеле!!!»

«Хотя, честно признаться, мечтаю об этом».

Я вспыхнула, а он не сдержал улыбку, словно покаявшийся грешник.

«Но я рад, что этого не произошло!»

Я удивлённо приподняла бровь, чувствуя, как вся моя злость и обида

постепенно тают, как предрассветные сумерки, отчаянно цепляющие за тени перед

беспощадным солнечным светом.

«Ведь теперь я точно убедился, что мне нужна именно ТЫ».

«Я буду бороться за тебя и отпугивать всех твоих поклонников. А в гневе я уж о-

о-очень страшен. Честно».

Я не сдержала короткий смех.

«Но ты можешь этого избежать, если…»

Следующий слайд был с наспех приклеенным каким-то фото жуткой толстушки

и надпись:

«… станешь на неё похожа!»

Я снова прыснула от смеха.

«Но ты могла бы мне хоть чуточку помочь?»

«Дай мне второй шанс!»

Он замер со слайдом, на котором было написано «Что скажешь?» и нарисован

грустный смайл.

Я растерялась. Как бы сильно я ни старалась, мне было очень сложно

сопротивляться такому извинению. Он действительно удивил меня… Я отошла от

окна, быстро нашла свой «Айпэд» и написала на белом фоне одно слово: «ОК».

Когда я вернулась к окну, Виктор всё также стоял. Я нерешительно показала ему

свой ответ.

Его лицо озарила улыбка, и я, не сдержавшись, улыбнулась в ответ. Он быстро

достал из кармана брюк маркер и что-то написав, показал мне свой наспех

нарисованный счастливый смайл.

В ответ я коротко махнула ему рукой, прощаясь. А он послал мне воздушный

поцелуй.

Я отошла от окна и повалилась на постель. Да, с таким настроением приятнее

завершать вечер. Но заснуть всё так же сложно.

Комментарии (1)

  • Людмила

    17 августа 2016 at 23:03 |
    Книга супер,вся сага очень интересна и захватывающая и переживаниями и курьезами судьбы!Автору браво!всем советую,не пожалеете

    Отзыв

Оставить комментарий

Пожалуйста, войдите, чтобы комментировать.