Таёжные гастроли. Спастись и сберечь

Белинкин Анри

Просмотров: 2084
0.0/5 оценка (0 голосов)
Загружена 28.02.14
Таёжные гастроли. Спастись и сберечь

Купить книгу

Формат: EXE
Избранное Удалить
В избранное!

Книга для настоящих мужчин. Рейсовый вертолёт приземлён в глухой тайге. Связи нет. Таёжный старатель рассчитывает забрать в месте посадки добытое им. Но старатель — объект охоты. Опасность соединяет таёжника с людьми, чей полёт он прервал. Они: горный инженер, на досуге охотник и писатель, эстрадный певец, в недавнем офицер-афганец, женский кордебалет певца и охранник. К группе примыкает пилот. С людьми собаки. Бандитствующий нувориш с подельниками преследует группу, устремившуюся к далёкой судоходной реке. Погони, засады, перестрелки. Разборки в самой группе. Апрель, но лежит снег. Люди хотят выжить. В опасности заметнее проявления благородства и низости, любви и ненависти. Петербургский критик Топоров написал о книге: «Увлекательное, а для кого-то и захватывающее чтение».

ОТ АВТОРА

Издательство журнала «Нева» опубликовало в 2004 году мой роман «Финишная кривая». В 2012 году я этот роман значительно дополнил и тщательно отредактировал. Дал ему новое название — «Таёжные гастроли».

В предисловии ещё к роману «Финишная кривая» Борис Никольский, в 2004 году главный редактор журнала «Нева», писал: «Здесь есть всё необходимое для того, чтобы сделать повествование по-настоящему напряжённым и увлекательным: погони, перестрелки, безвыходные, казалось бы, ситуации, из которых тем не менее героям, благодаря мужеству, смекалке, самообладанию удаётся найти выход.

В романе соединяются, с одной стороны, отличное знание автором… природы северо-западного российского края, где развивается основное действие, с другой — умение выстраивать острую интригу, создавать такие завязки, которые постоянно держат читателя в напряжении…Герои романа делятся на мужественных, сильных, благородных, умеющих постоять за себя людей и, как принято говорить теперь, — «отморозков», то есть тех, кто готов во имя денег, наживы на любую жестокость, ложь и убийство. Борьба между этими людьми идёт не на жизнь, а на смерть. Хотя роман построен по законам приключенческого жанра, он современен по проблематике.

Волею судьбы, как говорится, «в одной лодке» оказываются вчера ещё совершенно незнакомые между собой люди: тут и эстрадный певец со своей женской «командой», и таёжник-старатель (кстати, как мне кажется, это один из наиболее интересных, своеобразных и живых персонажей романа), и в недавнем прошлом горный инженер, а теперь человек, делящий свои пристрастия между охотой и писательством; то, как ведут себя эти люди в смертельно опасных ситуациях, в, казалось бы, гибельных коллизиях, как сталкиваются их характеры, и является предметом пристального авторского внимания.

Роман кинематографичен: насыщенность действия, движение сюжета от одного неожиданного поворота к другому — и всё это на фоне выразительных, зримых картин суровой природы».

Добавлю несколько фраз от себя, чтобы не ввести читателя в заблуждение. Разумеется, в книге я говорю о любви. Да, местами пищу об охоте и собаках. Конечно, я иногда к месту делюсь мыслями о литературном труде.

Известный санкт-петербургский критик Виктор Топоров написал когда-то о моём романе:«Финишная кривая» представляет собой добротное, психологически достоверное, с тщательно прописанными персонажами…увлекательное, а для кого-то захватывающее чтение.

Несомненно, адресовано массовому читателю (но не быдлу), а в перспективе и массовому зрителю».

Надеюсь, что в новой редакции моё произведение заметно интереснее. Я предлагаю читателю книгу романа «Спастись и сберечь». Это вполне законченный этап повествования. Если затронутые мною темы читателя серьёзно заинтересуют, я с удовольствием опубликую для него продолжение романа.

Анри Белинкин

ПРОЛОГ

Темень каморки едва разжижали лучики света, проникавшие по периметру тяжёлой стальной двери. Тошнотворно воняло соляркой и машинным маслом. Дизельный двигатель уныло тарахтел на холостых оборотах. Сильно покачивало.

Сознание вернулось к человеку. Он лежал на холодном металлическом настиле. Тело бил озноб. Болели затылок и задранная наручником рука.

Человек попытался выкрутить кисть из тесного стального кольца, но не смог, только жалостливо звякнула короткая цепь. Новое усилие тоже оказалось тщетным.

Пленник с содроганием припомнил молодчиков в серо-синем. Их пятнистая униформа ничего не проясняла. Парни не скрывали лиц. Они знали своё ремесло, упивались физическим превосходством. В деле серо-синие напоминали стайных хищников саванны.

«Как раненые? Что с женщинами? Где собака? — Человек с этими мыслями испытал чувство полной безнадёжности. — Наверное, раскидали людей по каморкам и теперь пытаются выбить нужные сведения. Что за новый хищник намерился завладеть смарагдами?

Человек по-старинному, смарагдами, называл чистой воды изумруды, издревле камни-талисманы. Мысли его тоскливо продолжились: «Древне-римский писатель Плиний верно сказал, что красота этого самоцвета превыше всех благ земных, превыше красоты благоухающего весеннего цветка! Хищник, что напустил на нас серо-синих, наверное, вообразил, что таёжное месторождение сочно-зелёного камня богаче прославленных колумбийских!»

Пленник ясно сознавал, что жить осталось недолго. Терзало бессилие. Они, крепко повязанные люди, нужны, пока не отдали камни и всё не выболтали!

Но человек не хотел уходить из жизни. Он ещё не успел сделать, что был обязан! Человек со странной убеждённостью подумал, что за какие-то годы, даруй их Судьба, сумеет завершить задуманное. Он с пристрастием спросил у себя: «Может быть, раньше много сил растратил впустую?» И ответил: «Немало, конечно!» Только он не испытал щемящего раскаяния. Ему не дано было оставаться расчётливо рациональным. Он не укорил себя и когда вспомнил, что перед поездкой в далёкие таёжные края отмахнулся от сильного стопорящего предчувствия.

Сдавленный стон-карк вдруг донёсся до человека сверху через стальное перекрытие. Он содрогнулся. Наверху пытали. Голос был хорошо знаком. По мстительной иронии Судьбы пятнистые начали дознание с непосвящённого подонка. Выходит, знали пока немного! Это ничего не меняло. Амбалы сломят людей. Не смогут обессиленные, разобщенные пленники упираться.

Память человека в невольной попытке отыскать спасительный выход напряглась, повела по событиям минувших дней. Никогда ещё жизнь не бросала его так беспощадно в череду смертельных опасностей. Память листала страницы, всё ускорялась, словно повторив, высветив недавно пережитое, могла подсказать спасительный выход…

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Пожалуйста, войдите, чтобы комментировать.