Жена Короля и любовница ветра - Аманда Франкон

Аманда Франкон

Жена Короля и любовница ветра

Глава 1

Полуденный свет бил в большое окно, раскаляя воздух в аудитории до предела. Я прищурилась, попыталась закрыть глаза ладонью, но рука быстро устала, а дышать становилось все сложнее. Студенты в синих мантиях из плотной ткани краснели, бледнели и обливались потом, но упорно строчили на листах ответы на мой вопрос. Скрипели перья, а иногда — как мне казалось — и их мозги. Мое положение несколько лучше, чем их: на мне только легкая блуза и широкие штаны, больше напоминающие юбку. Хотя ходить в них неудобно, демоны бы побрали правила Академии.

Прошло еще десять минут, и духота в аудитории стала совершенно невыносимой. Я прошла вдоль рядов парт к выходу, попутно заглядывая в листы с самостоятельными работами. Судя по количеству написанного, студенты уже почти закончили. Стоило мне подойти к двери и повернуться спиной к ученикам, как они зашуршали шпаргалками. Ну что ж, по крайней мере подготовили их — уже неплохо.

С массивной деревянной дверью пришлось повозиться. Сначала она никак не хотела открываться, а когда я, разозлившись, резко рванула ее на себя, ржавый механизм доводки потянул створку назад. Пришлось подпереть ее стулом. Я еще немного постояла спиной к группе, наслаждаясь прохладой, просочившейся из темного и пустого коридора, но не стоило давать студентам слишком много времени на списывание.

Когда я повернулась, шорох ненадолго усилился — очевидно, из-за попыток спрятать листы с подсказками — а потом в кабинете снова воцарилась тишина.

Я медленно вернулась к преподавательскому столу и оперлась прямо на его край. Если сяду на стул, то меня начнет клонить в сон. Сущая пытка работать, когда за окном поздняя весна. Сейчас бы в экспедицию. Пусть и в осточертевшие руины на побережье. Все лучше, чем мариноваться в стенах Альма-Матер.

Наконец, один из отличников завершил работу и передал ее мне. Рыжие кудри блеснули в солнечных лучах, когда высокий, худощавый парень подходил к моему столу. Протягивая мне исписанный с обеих сторон лист, студент попытался сунуть не в меру длинный во всех смыслах нос в журнал с отметками, но я легким движением захлопнула массивную тетрадь. К концу года она истрепалась и напоминала скорее черновик старой диссертации, чем важный документ.

Парень понял намек и с ехидной усмешкой вернулся за парту. Вслед за ним потянулись и остальные, и вскоре на моем столе уже красовалась кипа бумажек. Ненавижу читать работы студентов, обычно провожу устные опросы, но под конец года приходится идти на некоторые жертвы, чтобы оценки были как можно более справедливыми.

Я обвела взглядом аудиторию и поняла, что все студенты завершили работу. Некоторые тихо разговаривали, собравшись в группы за задними партами, единицы повторяли материал для следующего занятия. Я с тоской взглянула на стопку работ. Верхний лист, исписанный мелкими и аккуратными буквами, носил гордое заглавие «История Западного королевства от 1000 года. Первые технические изобретения…». Я даже не глядя на подпись поняла, кому она принадлежит. Илис Эйден — примерная отличница и жуткая зануда — всегда подписывала название предмета и темы, прежде чем приступить к ответу. Да и почерк у нее узнаваемый.

— Мисс Тейла, как вы думаете, в этом году из Восточной Империи придет команда света? — раздалось откуда-то с заднего ряда.

Я по привычке нашла взглядом того, кто задал вопрос, хотя и по голосу узнала Артура — того рыжего парня, который сегодня первым справился с заданиями. Он, все так же ехидно улыбаясь, смотрел на меня сквозь кудрявую челку.

Разговоры тут же стихли и все взгляды обратились на меня. Тема «Команд света» — отрядов, которые раз в несколько лет пытались убить нашего правителя, — интересовала буквально каждого жителя Западного королевства.

— Думаю, да. И если я права, на этот раз священники востока выкинут что-то по-настоящему грандиозное, — недолго думая, ответила я точно так же, как отвечала всем, кто задавал мне этот вопрос.

— А почему этот год для них особенный? Они же каждые десять лет приходят? — раздалось из правого угла.

Голос девушки я не узнала. Значит, на моих парах она отвечала не так уж часто. И, судя по вопросу, учебник истории за прошлый год читала не слишком внимательно.

— Сразу видно, что профессора Аллаира вы плохо слушали, — сказала я, обводя взглядом аудиторию.

Студенты заметно скисли при упоминании старого ученого, который имел репутацию первого зануды на кафедре. Он, прекрасный знаток истории и невероятно остроумный собеседник, к сожалению, совершенно обделен даром оратора, так что студенты не особенно жаловали его занятия.

Ну что ж, раз до окончания пары еще есть время, почему бы не восполнить пробелы в образовании молодых умов. Тем более, что смотрят они заинтересованно.

— В восточных легендах часто упоминается о том, что на закате третьей эры произойдут величайшие события, которые переменят мир, — начала я. Приходилось прилагать больше усилий, чем обычно, чтобы меня было слышно с последних парт. Демонова духота!

— Надеюсь, вы и без меня помните, что по западному летоисчислению через пару месяцев наступит две тысячи пятисотый год от основания королевства? Восточная империя существует ровно на пятьсот лет больше, так что по их календарю этим летом настанет трехтысячный год, то есть, завершится третья эра, начнется четвертая. Согласно преданиям восточных жрецов, все верующие с началом новой эры вознесутся на вершину силы и власти, а все нечистые — то есть те, кто полтора века назад отделился от Империи в Западное королевство — падут перед этой силой. Хотела бы я побывать на Востоке и увидеть, что сейчас там происходит в их храмах, — последнее предложение не стоило говорить вслух, но слово не пташка.

* * *

Студенты зашушукались, то ли обсуждая мой ответ, то ли еще что-то — я не вслушивалась и уже хотела было приступить к проверке самостоятельных работ, но очередной вопрос помешал мне.

— Почему на востоке до сих пор так сильна магия, а у нас вместо нее механика? — вопрос задала та же девушка.

Я, наконец, разглядела ее в толпе и одарила осуждающим взглядом. Она немного съежилась, прямые черные волосы упали ей на лицо, так что я не смогла ее толком разглядеть. Они что, вообще профессора