Свадьба по гороскопу - Алина Кускова

Нормальные люди встречают Новый год, как все: сначала с родственниками, потом – с кем придется. Чета Львовых тоже собиралась отметить праздник тихо, по-семейному. Но когда жена пришла с работы с довольным и загадочным лицом, Степан Львов не на шутку встревожился.

– Дорогой, – начала его жена Лана с порога, – я приготовила тебе сюрприз!

– То-то я чувствую, что чем-то воняет! Духи себе купила?

Лана вошла в их маленький коридорчик и тихо закрыла за собой дверь.

– Не угадал, – сказала она почему-то шепотом. – Считаю до трех раз. – И приготовилась загибать пальцы.

Степан испугался. Прошлый раз она так же загибала пальцы, когда въехала на семейной «Оке» в чужой «Мерседес». После чего им пришлось целый год вести полуголодное существование.

– К нам едет теща?! Вместе с тестем?! И везут с собой своего наглого ротвейлера?!

– Не угадал, не угадал, – обрадовалась Лана и сняла пуховик, – какой год наступает по японскому календарю? – поинтересовалась она у мужа, пристраивая пуховик на вешалку.

– А кто их, японцев, знает? – развел руками Степан, озадаченный ее вопросом и не успевший за ней поухаживать, как он обычно это делал. – У них, судя по производимой технике, уже наверняка четвертое тысячелетие грядет.

Жена таинственно улыбнулась, открыла входную дверь и втащила в дом… свинью. Настоящую, живую, грязно-розовую свинью с пятачком и копытами.

– Вот! – Ее тонкий палец уперся в животное. – Какое нам счастье привалило. Алина сказала, что этот Новый год нужно встречать с его представителем!

– Не понял, – протянул Степан, пятясь от вонючего гостя. – В доме своих представителей полно, а она с улицы приводит. Между прочим, к ужину ты обещала гуся, а не поросенка. Я его и зарезать-то не смогу.

– Ее резать не нужно. – Лана наклонилась к свинье и поцеловала ее в пятачок. – Алина сказала, что мне, как Обезьяне, этот год нужно обязательно встречать со Свиньей. И будет мне тогда счастье и богатство.

– Какой такой обезьяне? – недоумевал муж.

– Мне, – досадуя на его несообразительность, ответила Лана, – я – Обезьяна!

– Ну, если ты это по поводу аварии, в смысле «женщина за рулем, как обезьяна в танке», – принялся рассуждать Степан, – очень даже может быть. Но при чем здесь это животное?

– Какой ты у меня все-таки необразованный. По японскому гороскопу наступает год Свиньи. Я по году рождения – Обезьяна. И мне его нужно встречать со Свиньей.

– А, – дошло до мужа, – очередной бред твоей подруги. Понятно. Так бы сразу и сказала. А кто я там, по вашему гороскопу?

– Ты Кролик, – авторитетно заявила Лана.

– Кролик?! – Возмущению Степана не было предела. – Тридцать лет был Львов, а сегодня – кролик?! Ну, спасибо, ну, обрадовала. А что же нам, Кроликам, твоя Алина советует? Не напрягайся, я сам знаю, – встречать Новый год в постели с Девой! Ты – Обезьяна, значит, отпадаешь, отмечай праздник со Свиньей! А я – по девкам, тьфу, по Девам!

– Ну что ты раскипятился. В японском гороскопе Дев нет. Может, это и не свинья вовсе, – задумчиво посмотрела Лана на парнокопытное, которое к этому времени уже чинно прошествовало в комнату и улеглось в центре дорогого персидского ковра. – Может, это кабан?

– А что же ты не проверила?! Если кабан – так весь праздник насмарку?! Тогда приглашай своих подруг, они все – порядочные свиньи!

– Давай проверим, – предложила Лана мужу, – поищем у нее кабанье хозяйство. – И добавила, видя недоброе выражение лица супруга: – Если там ничего нет, значит, у нас будет счастье и богатство.

И она направилась к животному, подняла его окорочок, но свинья не стала дожидаться, пока с ней что-то сделают, она недовольно взвизгнула, вскочила и принялась выписывать по комнате круги, снося все на своем пути.

– Поведение довольно свинское, – сказал Степан, глядя, как хрюшка сносит с журнального столика вазочку с его любимыми жевательными конфетами, приобретенными взамен сигарет. – Похоже, это действительно свинья. Ну, конечно, свинья! – Расстроился Степан, когда животное, после того, как опрокинуло вазочку, резко остановилось и сожрало все до единой конфеты. – Чего тут разглядывать? Мужик так бы не поступил!

Неизвестно, чем бы закончился уходящий год для этой семейной ячейки общества, но в дверь Львовых постучали. И позвонили, и забарабанили!

– Помогите, убивают! Режут! Помогите! – орал кто-то противным женским голосом на лестничной площадке.

Степан закатал рукава и приготовился разбираться с маньяком. Но за дверью оказалась соседка.

– Где моя Ираида?! Вы сварили из нее холодец?!

Лана виновато опустила глаза и указала на комнату, где снова в центре персидского ковра возлежала свинья.

– Ираидочка моя ненаглядная! Ты нашлась! Добрые люди. – При этих словах соседка посмотрела на чету Львовых, словно проверяя, действительно ли они добрые или все-таки собирались варить холодец, – добрые люди не дали тебе замерзнуть на улице!

– Она стояла в подъезде такая одинокая, – начала Лана.

– Убежала, неблагодарное животное, – ворчала соседка, надевая на свинью ошейник с поводком, – вы же знаете, этот Новый год нужно обязательно встречать с его представителем. И тогда будет счастье!

Когда соседка со свиньей ушли, Степан поцеловал расстроенную жену и пообещал завтра же (он знал, что первого января никто не работает) пойти и купить новую, свою собственную свинью.

Алина Сташевская никогда не была ветреной девушкой. Она была увлекающейся натурой и считала, что в жизни всегда есть место сдвигу. Не важно, в какую сторону. Если человек на чем-то подвинут, ему интересно жить. Сначала Алина была поклонницей всего потустороннего, каждый день участвовала в спиритических сеансах, вышла первый раз замуж за белого колдуна, потом развелась, потому что колдун на самом деле оказался черным и постоянно ее глазил, хотя он попросту ее страшно ревновал. Потом Алина увлекалась народной медициной, вставала вместе с солнцем и ехала к черту на кулички собирать какие-то травы вместе с народным целителем, за которого вышла замуж во второй раз. Потом она вернулась к традиционной медицине – ее целитель был застукан со своей помощницей в откровенной позе.

Но одиночество Алину пугало. Она считала, что девушка должна быть замужем. Иначе она не девушка, а старая дева, или соломенная вдова, или многое другое из того, что придумал народ для определения свободной женщины. Но к третьему своему замужеству она решила подойти со всей ответственностью – заняться гороскопами. И сквозь астрологическую призму вычислить единственного, дарованного ей судьбой. Для этого пришлось повозиться с несколькими мужчинами.