На бегу я заметила капли крови на крышах. По крайней мере, я его зацепила. Стрелять я умела. Я неслась вслед за ним. Его скорость была невероятной. Не просто невероятной — сверхъестественной. Крыши быстро заканчивались: впереди уже виднелась Трафальгарская площадь.

Как раз в тот момент, когда я поняла, что мне нужно найти спуск раньше, чем это сделает он, существо остановилось на краю здания и оглянулось на меня. Его желтые глаза светились во тьме. Я снова увидела этот длинный змеиный язык между острых зубов, а затем он развернулся и прыгнул.

Трижды проклятье!

Добежав до края, я схватилась за лестницу и скатилась вниз. Я обежала здание, но существа нигде не было. Однако на земле я заметила кровь, а затем разглядела отпечатки копыт размером больше моей ладони.

Со стороны Трафальгарской площади донеслось громкое ржание лошади, а затем крики людей. Я бросилась туда.

Двое мужчин, чей фургон стоял у огромной рождественской ели, украшающей площадь, пытались успокоить перепуганную лошадь.

— Вы видели его? Куда он пошел?

— Что? Кого видели?

— Того… человека.

— Никого я не видел. Мы спали. Кто-то напугал лошадь, — буркнул мужчина, пытаясь утихомирить скакуна.

Черт возьми.

Осматривая землю, я заметила еще одну каплю крови. Затем — следы копыт на снегу. Они вели в сторону Мэлла. Я мчалась за тварью, стараясь не терять из виду следы и капли крови. Вскоре, однако, следы увели меня с променада в Сент-Джеймсский парк. Под прикрытием деревьев я потеряла след. Было слишком темно. Я остановилась и прислушалась. Никаких бубенцов. Закрыла глаза и глубоко вдохнула. Никакой мяты. Я попыталась почувствовать существо. Ничего. Снова открыв глаза, я сорвала прибор ночного видения и посмотрела своим «лунным глазом». Я стояла среди безлиственных деревьев, чьи причудливые тени ложились на землю, словно длинные когти. Я посмотрела в сторону Букингемского дворца. Огни из окон дворца, казалось, покачивались между ветвями. Здесь был демон, так близко к королевской резиденции. Демон. Прямо здесь. Я ждала в темноте, всматриваясь и прислушиваясь. Ничего. Существо исчезло.

Спустя короткое время я услышала чьи-то шаги.

— Эй! — окликнул голос. — А ну стоять. Что вы тут делаете?

Я обернулась и увидела одного из гвардейцев, патрулирующих Мэлл. Я убрала пистолет за пояс и достала свой маленький серебряный жетон. Нахмурившись в сторону темной чащи, где исчез зверь, я повернулась к гвардейцу.

— Я спрашиваю, что вы…

— Да-да, я вас слышала, — отрезала я, поднимая жетон. — Машина поблизости есть?

— Что? О, понятно. Простите, агент. Машина? Нет. У меня лошадь. Что здесь происходит?

— Мне нужна ваша лошадь. А вам нужно выставить дополнительные патрули в этом районе. Я преследовала… э-э… бродягу, загнала в парк, но упустила в темноте.

— Да мы тут постоянно воришек гоняем. Они используют парк как укрытие, чтобы…

— Нет. Послушайте меня. Вам нужны дополнительные люди на Мэлле. Вы меня понимаете? Передайте им, что агент Лувель из «Общества Красных Плащей» запросила усиление охраны. И если что-то — хоть что-то — покажется подозрительным, немедленно сообщите моему руководству. Итак, где ваша лошадь?

— Моя лошадь? Там, — ответил гвардеец, указывая на променад.

Я обошла его, заметив коня в лунном свете.

— Верну его, как только смогу, — бросила я, проходя мимо застывшего гвардейца. — Живее, человек. В этих лесах бродит угроза.

— Что… что мне передать остальным, кого мы ищем? — крикнул он вслед.

Демона.

— Похитителя. Переодетого сатиром.

— Вы… Вы серьезно?

— Я похожа на шутницу? На мне красный плащ. Ждите странностей. За работу, солдат, — сказала я. Найдя коня гвардейца, я вскочила в седло и поскакала прочь из парка. Я почти ничего не знала об охоте на демонов. К счастью, в нашем ведомстве был один человек, прославившийся именно в этом деле. И это был единственный человек, к которому я была рада иметь повод зайти. Агент Хантер.

Глава 9: Тем временем в Ковент-Гардене

Я прискакала на гвардейской лошади в Ковент-Гарден, где жил агент Хантер. Его особняк, именно отдельный дом, а не квартира, располагался в квартале, который когда-то был крайне модным, пока лондонцы не решили, что Мейфэр больше подходит людям с положением и достатком. Либо агент Хантер получал гораздо больше, чем показывал, либо унаследовал состояние. Оба этих момента были мне крайне интересны. Впрочем, всё, что касалось агента Хантера, было мне интересно. Именно поэтому я знала, где он живет. Очевидно, он устраивал прием, когда только сменил на посту агента Грейстока, но я в то время еще восстанавливалась в Ноттингеме и всё пропустила, о чем всегда жалела, как только увидела его воочию. Теперь же у меня был весомый повод заглянуть.

Первые лучи рассвета прогнали тьму, окрасив небо в туманный желтовато-серый цвет. Было чертовски холодно, и я была измотана. Привязав лошадь к столбу, я подошла к двери и позвонила.

И стала ждать.

Фонарщик продвигался по улице в мою сторону, напевая рождественский гимн. Я стояла, потирая руки, пока он допевал последние строки «God Rest Ye Merry Gentlemen».

— Раннее утро, мисс? — окликнул он меня, гася фонарь прямо у дома Хантера.

— Поздняя ночь, если честно.

Он хмыкнул:

— Отличная погода для горячего тодди.

— Или трех.

— Или четырех!

Мы рассмеялись.

Раздался щелчок, и дверь приоткрылась.

— Слушаю?

Я обернулась и увидела заспанного дворецкого.

— Прошу прощения. Доброе утро. Мне крайне необходимо поговорить с агентом Хантером.

Мужчина откашлялся, спустил очки на кончик носа и внимательно меня изучил.

— Пожалуйста, передайте ему, что пришла агент Лувель.

— Хорошо, — ответил он и закрыл дверь.

Продолжая греть руки, я наблюдала за фонарщиком. Он насвистывал веселый мотив — еще одну рождественскую песенку. Сначала я не обратила на это внимания, мечтая лишь о горячем напитке и теплой ванне. В голове мелькнула мысль, что у агента Хантера в таком стильном доме наверняка есть большая ванна на львиных лапах, в которой, без сомнения, поместятся двое… Я уже готова была погрузиться в эту фантазию, как песня фонарщика — он перешел со свиста на слова — привлекла мое внимание.

— Пять золотых колец. Четыре дрозда, три французские несушки, две горлицы и куропатка на ветке груши… — пропел он и начал заново, возвращаясь к шестому дню Рождества.

Пять золотых колец.

Четыре дрозда (colly birds).

Три французские несушки.

Две горлицы?

И куропатка на ветке груши.

— Агент Лувель? — раздался голос из открывшейся двери.

Я обернулась. Агент Хантер стоял на пороге в спортивной одежде, его руки были обмотаны бинтами, как у боксера, а со лба катился пот.

— Я… агент Хантер… хорошо. Мне нужна ваша помощь, — сказала я,