перчатки на его лапы не налезут. — Гном посмотрел на свои кулаки-кувалды. — И на мои тоже.

Блад кинул взгляд на Зеку. Тот растопырил пальцы всех своих шести рук. Его «дедушка» поспешил сделать то же самое, а затем, плюхнувшись на попу, растопырил на всякий случай и пальцы ног, подозрительно похожие на пальцы рук.

— Да, не подходят, — вынужден был согласиться Блад.

— Питер! — зашипела Нола. — Говорю ж вам: это не они. Я просто вам не все еще показала! И вообще, оденьтесь. Вы же капитан! Кто увидит, сраму потом не оберетесь.

— Блин! — опомнился Блад, глянув вниз.

Неодетый, в одних трусах, наверняка с крутейшим перегаром и щетиной, в этом виде он на капитана явно не тянул.

— Ладно, пошли.

Блад поднял перчатки, вернулся в свою каюту, сполоснул под умывальником лицо, быстро побрился, оделся по всей форме, нацепил шпагу и шляпу, хлебнул рассолу.

— А теперь выкладывай все как на духу, — приказал он Ноле.

— Я лучше покажу. Ты только не упади. А лучше всего сядь.

Блад сел на краешек постели, и Нола развернула голограмму. Наемники, толпами стекавшиеся в банный комплекс среди ночи, и «ласковый» вид Стесси, загонявшей Грева в душевую, повергли Блада в шок.

— Звук, звук мне дай!

— Извини, капитан, но они разговаривают молча.

— Что за бред? Почему?

— А я откуда знаю? Датчики, наверно, барахлят. Я уже послала дроидов с проверкой.

— Тьфу!

Капитан круглыми глазами смотрел на сотрясающуюся от ударов изнутри банного комплекса дверь, а когда оттуда вышла гневная девица с грудой оружия наемников в руках, сердито пнув по двери, которой мешали закрыться выпавшие оттуда ноги, капитан чуть было опять не сплюнул. Его провели. Как последнего лоха вокруг пальца обвели. И кто? Какая-то девчонка! Впрочем, не какая-то, а очень и очень крутая девчонка.

Голограмма Стесси пробралась к дрыхнувшим счастливым пьяным сном гулякам, подкинула им трофейное оружие, сдернула с рук перчатки, кинула их сверху и, сердито фыркнув, вышла в коридор. Ее губы опять беззвучно зашевелились, и, если бы обезвреженные Лилиан датчики заработали, капитан мог бы услышать:

— Нет, после такого стресса надо нервы успокоить.

С этими словами призрачная Стесси развернулась и двинулась назад успокаивать нервы… прямиком в каюту Джима!

— Та-а-ак… Все мои приказы побоку? Ну, ребята, вы попали!

Питер Блад поднялся, взял перчатки, покинул свои апартаменты и направился к каюте юнги. Он подоспел удачно. Счастливая, сияющая Стесси как раз оттуда выходила. Увидев Блада, она замерла. Пит молча поднял вверх перчатки.

— Тьфу! Как я про них забыла?

Из каюты выглянул встревоженный и весь в засосах Джим.

— В мою каюту оба. Быстро! — приказал капитан, развернулся и пошел назад.

За ним, вжав в плечи головы, плелась провинившаяся парочка. По дороге Блад завернул в свою бывшую каюту, полюбовался на заспанные мордочки Алисы и Лили, спросонок хлопавших глазами на своего капитана, услышал тихое урчание из ванной, заглянул туда. Связанный простынями Фантик с соской во рту сказал ему о многом. В акции неповиновения участвовали все!

Блад молча покинул помещение, открыл дверь каюты старпома, в которую он перебрался, уступив свою каюту дамам, и кивнул головой приглашая нашкодившую парочку зайти внутрь.

Как только он ушел, Алиса с эльфой тут же спрыгнули с постелей.

— Что же теперь с ними будет? — заскулила Лепесткова. — Лилька, ребят надо спасать. Этот деспот на первой же планете высадит и Джима и ее.

— Спокойно. Если уважает древние обычаи, не высадит.

— А если не уважает?

— Не бойся. Заставим уважать. Бегом в каюту Джима.

— А зачем?

— Скоро узнаешь. Да ты быстрее давай, не копайся! Губки накрасить успеешь и потом.

— Итак, вы нарушили все распоряжения капитана, что равносильно бунту на корабле, — медленно цедил слова Питер Блад, мучительно размышляя, как выпутаться из щекотливой ситуации.

Он не хотел наказывать ни Джима, ни ее и прекрасно знал, что выглядит натуральным самодуром в глазах влюбленной парочки. Он проклинал себя за свой дурной запрет, но игнорировать такое злостное нарушение своего приказа тоже не мог. Подрыв авторитета, падение имиджа и прочие негативные последствия не заставят себя ждать. Побитые наемники в этой ситуации отошли на второй план. Запрета бить их он Стесси не давал, а как ей удалось их отмутузить, можно выяснить и потом… с помощью показательного суда. Блад невольно усмехнулся пришедшей в голову идее. Скучно вам, ребята? Развлекаетесь? Ну я вам устрою развлекуху. Потом. Сейчас главное сообразить, что делать с этой парой обормотов, застывшей в ожидании его вердикта. Он ведь совсем недавно вместе с Лилиан пугал девчонку законом Эпсании, который гласит, что высокородный может взять в жены только девственницу. Во, блин, попал!

Положение спасли вломившиеся без стука внутрь девчонки с развернутой как флаг простыней в руках.

— Император! — с ходу заявила эльфа. — Пока вы не приняли окончательного решения, вношу историческую справку. Право первой простыни!

— Какой простыни? — насторожился в радостном предчувствии Блад.

— Первой, — не менее радостно высказалась Лепесткова.

— Цыц! — шикнула на нее эльфа. — Кто тут историк: ты или я?

— Ты, ты.

— Тогда молчи и слушай. Так вот, — обратилась Лили к Бладу, — закон очень древний и кое-где изрядно подзабыт, но никто его еще не отменял, а потому он действует до сих пор. Если высокородный господин переспал с простолюдинкой и сделано это было по обоюдному согласию, то он обязан на ней жениться, если будет доказан факт первой простыни! — кивнула эльфа на кровавое пятно на простыне. — Факт уже доказан. Теперь дело за вами, император. Либо вы отменяете этот закон, либо назначаете дату свадьбы.

— А если отменю? — улыбнулся Блад. Такой расклад его устраивал.

— Да теперь уже без разницы, — радостно сказала Лепесткова. — Отмена опоздает. Закон первой простыни сработал раньше!

Блад расхохотался.

— Ну вы и прохвосты. Ладно, так и быть, целуйтесь, — кивнул он Стесси с Джимом. — Я вас благословляю. Как только наших вояк выпишут из лазарета, я назначу дату свадьбы.

— А что с ними случилось? — насторожился Джим.

— Спроси у невесты. Заодно попроси ее дать тебе пару уроков самообороны. Может пригодиться.

И тут Алиса буквально у себя под ногами увидела свой пляжный ансамбль, который так до сих пор и валялся около постели Блада. Глазки ее стали круглые-круглые. К счастью, кроме нее, эти явно лишние здесь женские аксессуары никто не заметил, и она сумела словно невзначай затолкать их ножкой под кровать.

— Ну мы здесь теперь лишние, — шепнула она Лилиан, утянула ее вместе с простыней в коридор и плотно закрыла за собой дверь.

— Так когда свадьба? — Джим только что не подпрыгивал от нетерпения.

— Я же