Картина, которая открылась нашим глазам, заставила команду в ужасе застыть на месте. Мой внутренний калькулятор мгновенно зафиксировал критический уровень угрозы, но лицо осталось неподвижной маской.

На площади собрались многие тысячи местных жителей. Работяги в грязных комбинезонах, бывшие измождённые шахтёры и недавние рабы амфибий стояли плотными рядами. Они не шевелились, не переговаривались и не издавали ни звука. А в центре на коленях стояли связанные наёмники имперцев и пара толстых амфибий в порванных камзолах.

Один из местных жителей медленно и неестественно дёргано подошёл к связанному охраннику. Работяга запрокинул голову назад, и его челюсть с влажным хрустом порвала лицевые мышцы, отвиснув до самой груди. Из открытой пасти вывалился длинный, толстый червь. Паразит слепо извивался в воздухе, обильно покрывая подбородок носителя серой слизью.

Связанный наёмник истошно завопил и забился на земле, пытаясь разорвать пластиковые стяжки на запястьях, но работяга вцепился ему в плечи. С нечеловеческой силой он протолкнул пульсирующего червя прямо в кричащий рот жертвы, охранник захлебнулся воплем и забился в конвульсиях. Его глаза закатились, а здоровая кожа мгновенно приобрела землистый оттенок. Челюсть наёмника с хрустом сломалась, освобождая место для растущего внутри твари.

— Матерь божья… — судорожно выдохнула Кира, побледнев как полотно.

— Что они, чёрт возьми, с ними делают⁈ — прохрипел Морж и отступил на пару шагов. — Это же какой-то кошмар!

Но именно звук треснувшего стекла под его металлическими стопами разнёсся по затихшей площади, разрушив хрупкую тишину.

Сотни голов местных словно по команде, повернулись в нашу сторону.

Впереди этой жуткой толпы стоял тот самый вождь Сопротивления, который совсем недавно клялся нам в дружбе. Он медленно шагнул навстречу. Его морщинистое лицо ничего не выражало, а глаза превратились в пустые бельма, внутри которых копошились бледные черви. Они прогрызали себе путь сквозь плоть глазниц, высовывая наружу слепые головки и жадно ощупывая воздух.

— Какая мерзость, — брезгливо поморщилась Лиандра, вскидывая иглострел. — Это не революция, командир, а паразитическое заражение.

Неподалёку от нас в луже крови лежал израненный имперский офицер. Белая броня была пробита плазменными выстрелами, пластины почернели от копоти, а изо рта непрерывно текла тёмная кровь. Он из последних сил цеплялся за жизнь, сжимая рану на животе. Офицер повернул к нам бледное, искажённое болью лицо и захрипел, глядя на меня стекленеющим взглядом:

— Вот почему… — его голос постоянно срывался на булькающий кашель. — Вот почему Империя жгла их огнемётами… Мы изолировали этот город не из-за жадности. Мы сдерживали заразу, запертую на дне океана… Убей их всех, железяка! Сожги их дотла! Иначе они доберутся до портов, захватят корабли и полетят на другие планеты! Вся галактика сгниёт заживо…

Офицер тяжело закашлялся, выплюнул на мрамор большой сгусток крови, дёрнулся и уронил голову, испустив последний вздох.

Так вот оно что. Империя в этот раз не была тираничной и беспринципной. Она проводила жестокий санитарный кордон ради выживания остальных миров. Зажравшиеся жабы-амфибии не были узурпаторами, они выступали тюремщиками карантинной зоны. А мы, поддавшись эмоциям и мнимому чувству справедливости, своими руками разрушили защиту и выпустили биологическую угрозу на свободу.

— Мой машинный код оказался прав, — произнёс я безжизненным голосом. — Любое сочувствие — это ошибка, которая ведёт к катастрофе. Мы сами виноваты в провале. Сломали клетку с монстрами, чтобы спасти тех, кто давно перестал быть людьми.

— Влад, сейчас не время для твоих долбаных философских выводов! — в панике закричала Ани, обнажая виброклинки. — Что нам делать⁈ Нас сейчас просто сожрут живьём! Стреляй, командуй!

Заражённый вождь широко открыл пасть, и внутри его изодранного горла заворочался толстый паразит, покрытый пульсирующими венами.

— Идеальный… сосуд… — прошипел старик нечеловеческим голосом. Звук резонировал прямо в моём мозгу, пытаясь подавить волю и сломить защиту. — В тебе прочный металл и живая плоть… Идеальный симбиоз… Ты станешь нашим новым королём… И мы вместе полетим к звёздам…

Заражённая толпа издала леденящий душу утробный рык. Тысячи инфицированных с неестественной скоростью сорвались с места, и бурлящей волной бросились прямо на нас. Их пальцы скрючились, превратившись в подобие костяных когтей, а из открытых ртов тянулись склизкие паразиты.

Монстры не обращали внимания на Моржа, чей пулемёт уже начал выплёвывать снопы огня. Они игнорировали матерящегося капитана, который палил из дробовика в упор, разрывая первые ряды в клочья. Им была не страшна смертоносная Ани, танцующая с клинками. Их слепые бельма были устремлены только на меня. Они жаждали заполучить мой уникальный организм.

Глава 7

Моё сознание оставалось кристально чистым, цифровой код Вазара надёжно заблокировал все центры в мозгу, отвечающие за страх, панику или жалость. Я смотрел на этих изуродованных людей с вываливающимися изо рта паразитами и видел лишь красные маркеры целей, которые система определила, как угрозу класса А. Это было биологическое заражение с высокой вероятностью галактической пандемии, поэтому решение проблемы вырисовывалось предельно простое — полное устранение всех носителей.

Левая рука с тихим жужжанием завершила трансформацию, когда чёрный металл разделился и вытянулся, формируя два дуговых лезвия, а по кромке хитина с гулом побежали искры плазмы, освещая площадь голубым светом.

— Отходите к кораблю! — скомандовал я ровным голосом, лишённым эмоций. — Я обеспечу прикрытие и задержу основную массу целей, так что бегом!

— Командир, ты один там не вывезешь, их тут сотни! — проревел Морж, пока его пулемёт бешено вращался и выплёвывал снопы огня. Плазменные пули разрывали передние ряды мутантов в ошмётки, но на место убитых тут же вставали новые твари, желающие разорвать нас на куски.

— Мои алгоритмы показывают иное, так что выполняйте приказ без обсуждений! — отрезал я, даже не думая оборачиваться.

— Влад, мы не можем бросить тебя здесь! — крикнула Кира, судорожно перезаряжая свой бластер. — Это же чистое самоубийство!

— Я сказал — к кораблю! — мой голос лязгнул металлом, заставив девушку вздрогнуть. — Если вы останетесь, шанс выживания упадёт до критической отметки, а так я выиграю время, поэтому немедленно уходите!

Я сделал выпад вперёд и врезался в толпу заражённых, но это не была драка в состоянии ярости, это была выверенная до миллиметра резня, в которой мой мозг просчитывал траектории движений каждого врага на пару секунд вперёд. Очередной выпад слева я парировал быстрым шагом в сторону, пока лезвие отсекало голову бывшему шахтёру. Жирный червь упал на пол, и я равнодушно раздавил его ботинком, сразу же переключаясь на следующую цель. Отвечая