время не проводила, а зашла-то ведь для проведения скучной и рутинной процедуры. Качнулась, чтобы довольно откинуться на спинку, но вовремя вспомнила, что у табуретки её не имеется. И только теперь осознала, как же мне всё это время не хватало женского общества. Нет, Джед на «подружку» ни капли не тянул. Но такие вот разговоры о, в общем-то неважных, но милых женскому сердцу мелочах случались обычно с Кеми, а когда удавалось вырваться на Землю, то и с мамой или Леркой. Нет, знакомые у меня были и здесь, девушка я общительная и коммуникабельная, но близко схожусь с людьми небыстро и далеко не с каждым.

— Так, и во что это мне обойдётся в тугриках? — решила от отвлечённых размышлений перейти к денежным вопросам.

— Да ну что вы, какие деньги…, - начал было смущённо Джед, но я его перебила:

— Деньги — надо. Всякий труд должен быть достойно оплачен, а тем более выполняемый по заказу, — нет, подарки я, конечно люблю. Но, согласитесь, это не тот случай — без оплаты у этой сделки возникает отчётливый душок взятки какой-то, или задабривания, что ли. — А кстати, если вы занимаетесь пошивом карманов не с какой-то определённой целью, а развлечения ради, почему не пытаетесь на этом подзаработать? Сдавали бы в лавочку в качестве местной экзотики или принимали конкретные заказы.

— Да как-то оно некрасиво получается. Меня тут поставили работать, а я вместо этого всякой ерундой занимаюсь.

— Не вместо, а вместе — это существенный момент. Ты же не имеешь нареканий по своей основной работе?

— Да какая разница? Работодатель купил моё рабочее время, а я его трачу на что-то постороннее.

— Нет-нет-нет. Тебя наняли для выполнения определённой задачи, и пока ты с нею справляешься, никого не волнует, чем ещё ты занимаешь своё время. Ты же не станок с программным управлением, который может выполнять заложенные в него функции, а может не выполнять. Человек — существо творческое и если не подавлять эти его порывы, можно добиться результатов гораздо более значительных, чем когда пытаются декларировать и контролировать каждое телодвижение. Моя подруга Кеми, к примеру, ксенозоолог по специальности, дополнительно занимается ещё и созданием акватеррариумов по типу закрытых экосистем, и пока она ими занималась, накопила столько интересных фактов по своей основной работе не предусмотренных программой исследований, что грех жаловаться.

— Что, совсем никаких ограничений? — Джед хитро прищурился. — Открывай при основной работе любые отхожие промыслы и стриги купюры?

— Если при этом ты справляешься со своей основной работой. И если твоя побочная деятельность не требует использования приборов и материалов, принадлежащих нанявшей тебя организации. В последнем случае заключается дополнительный контракт на взаимовыгодных условиях. Всё, в общем-то, довольно просто.

О цене мы всё-таки сговорились. Сильно заниженной, на мой взгляд, всё-таки ручная работа, а не штамповка какая-нибудь, но объяснить эту разницу Джеду у меня не получилось. Он упорно называл свою работу поделкой и утверждал, что: «Это же всё-таки не настоящая вещь!». Бред какой-то.

О прибытии на станцию пассажиров-людей мне обычно не сообщали. Исключение составляли только коллеги-ксенологи, путешествующие по служебным надобностям. И сейчас это было как нельзя кстати. На станцию прибывал Стефан Свенс и, если судить по его расписанию, имел возможность не только выпить чашечку кофе, но и основательно позавтракать, что в свою очередь давало мне возможность не только в своё удовольствие пообщаться в понимающим человеком, но и заодно, между делом, выяснить, кто из коллег относительно свободен и не прочь несколько дней поработать на замене на пересадочной станции.

Широкий зал земного сектора — целого ряда переходных кабин ведущих на Землю (можно настроить и на любое другое место, но практика показала, что за постоянно действующими направлениями лучше закреплять конкретные сектора), залов и коридоров между ними, как и в любое время суток был ярко освещён. А ещё полон людей в деловитом, упорядоченном хаосе передвижения которых, лишь очень опытный человек сумел бы усмотреть систему. И тем не мене она была. Но до того как остановиться и понаблюдать десяток минут за пассажиропотоком я даже не представляла себе какой трафик проходит через нашу станцию. Засмотревшись на движение толпы, я не сразу заметила приближение человека, которого и собиралась встретить. Расслабилась, начала в прострацию впадать. А, впрочем, хорошо, что он меня первый заметил, мы хоть и были знакомы, как и большинство коллег оставшихся в профессии после окончания обучения, но шапочно. Не была уверена, что при личной встрече я его узнаю.

— Тайриша? Как хорошо, что я сразу тебя встретил. Думал, ещё придётся потратить время на поиски, а его у меня не так много. Стефан, характерным движением человека привыкшего рассчитывать своё расписание до минуты взглянул на часы.

— И это не случайность, — я постаралась улыбнуться как можно приветливей. — Я именно тебя здесь и встречала.

— Да? — его брови поползли вверх. На смуглом породистом лице мужчины, который на пару десятков лет был старше меня самой, эта гримаса смотрелась весьма выразительно. А вот чему он удивился: тому, что у меня к нему могут быть какие-то дела или к тому, что я обращаюсь вот так, запросто, без всяких особоуважительных оборотов, было не понять. Но вообще-то неформальный стиль общения был принят в нашем сообществе. Или я что-то путаю? — Тогда может нам стоит переместиться в какое-нибудь уединённое местечко для приватного разговора, чтобы обменяться новостями и известиями?

— Ресторан с местной кулинарной экзотикой устроит или пройдём ко мне в кабинет?

— Ресторан — это хорошо. Экзотика — ещё лучше. А то у меня в ближайшем будущем в меню планируются одни только концентраты.

Мы неспешным шагом направились к ближайшей парковке авиеток. Перебрасывались ничего не значащими фразами и обрывками сведений об общих знакомых, как обычно поступают люди, не слишком хорошо знающие друг друга, когда им приходится общаться в течение некоторого, довольно продолжительного, времени. Серьёзный разговор начался с моего невинного, на первый взгляд, вопроса:

— Куда путь держим, если не секрет?

— По следам нашего общего знакомого Лайама О?Рили. Если мне удастся разобраться в его петляниях по обитаемому космосу, потому как сам он половины не помнит, — он небрежно пожал плечами, как бы отстраняясь от такой неконкретной задачи.

— А в этом есть необходимость? — я удивилась. Нет, я понимаю, случай сам по себе интересный, но зачем же дублировать его маршрут ещё раз?

— Есть. Необходимость научно-практического плана. Пока всё что наши профессора имеют из материальных объектов для изучения — это собственно сам Лайам, а точнее даже его тело и то в каком состоянии оно