Конечно, я нервничала, хоть и хотела казаться безразличной. Так мне было проще всего сдерживать истерику, блокируя любые эмоции.

— Дерганая, и вообще странно ведешь себя. Посмотри, как руки трясутся, — кивнула она на мои ладони.

Я перевела взгляд на свои руки. Пальцы действительно мелко подрагивали, но, попытавшись сцепить их в замок, я спровоцировала еще большую дрожь.

— Так дело не пойдет, — буркнула недовольно Амина. — На вот, выпей пару таблеток, полегчает.

Она протянула коробочку. Взглянув на название, я поняла, что это было сильное успокоительное средство. Послушалась совета сестры и проглотила таблетки, запивая водой, которую она нашла в салоне.

Вскоре мы прибыли на место. Слишком быстро, как по мне. Мы вышли перед шикарным рестораном с роскошной террасой, усыпанной цветами. Не успела я его рассмотреть, как заметила, что к нам уже спешила девушка организатор.

— Вы как раз вовремя, — похвалила она нашу пунктуальность. — Невеста просто красавица! — я уже поняла, что в этот день все наперебой будут отвешивать мне комплименты. Наверное, фотограф был прав, сегодня мой день.

— Сейчас я провожу вас в комнату невесты, остальные гости разместятся в зале, — начала она говорить как раз в тот момент, когда я уловила действие успокоительных.

Я уже не особо слушала, просто кивала, как только видела, что обращались ко мне, а потом последовала за девушкой. Меня оставили одну в небольшой комнатке, приказав дожидаться отца. Спустя минуту я уже держала в руках телефон, на экране которого на заставке стояла наша фотография в компании огромного розового медведя. В груди больно защемило, и я уже испугалась, что пущу слезу, но благодаря успокоительному, этого не случилось.

Не раздумывая ни секунды, я разблокировала телефон, достала из черного списка номер Рината и открыла мессенджер.

«Люблю тебя. Прости!» — написала я, не обращая внимания на посыпавшиеся бесконечные сообщения и уже слыша, как папа отрывал дверь. Телефон я оставила там же на столике, чтобы он не смог помешать.

— Готова, моя красавица? — спросил папа, улыбаясь, как ни в чем ни бывало, словно это не он заставлял меня проходить через все это.

— Да, — выдохнула я и вложила свою руку в его протянутую ладонь.

Перед нами распахнулась дверь, зазвучала торжественная красивая музыка, под которую мы медленно следовали к импровизированному алтарю. Там нас ждала статная нарядно одетая женщина. Жених мой оказался высоким и плечистым. Это было все, что я могла увидеть со спины, ведь он даже не потрудился обернуться.

Глубоко вдохнув, я старалась не смотреть на него. Зато заметила, как все гости рассматривали меня, расхваливая мой наряд и неземную красоту. Повсюду мигали вспышки камер. А я только и делала, что старалась продолжать идти вперед и хоть чуть растянуть губы в подобии улыбки, чтобы никто не подумал, что меня ведут на убой.

Чем ближе я подходила, тем сильнее мне хотелось, чтобы жених обернулся, но, даже когда я встала рядом с ним, он не повернул головы. Из вредности я тоже не стала на него смотреть, а уставилась на регистратора, та как раз начала свою торжественную речь.

— Добрый день, уважаемые новобрачные и гости! Сегодня в этом замечательном месте вступают в брак Алимов Ринат Даниярович и Камаева Наиля Махмудовна.

«Что? У меня галлюцинации? Ведь я отчетливо услышала Алимов Ринат, а не Хакимов Дамир. Этого же просто не может быть! Такое совпадение просто невозможно», — подумала я, боясь повернуться к жениху и убедиться в том, что все правильно расслышала, или наоборот.

— Уважаемые Ринат и Наиля! Сегодня важный и волнующий для вас день — день рождения вашей семьи, — тем временем очень торжественным голосом продолжала вещать нарядная тетка.

«Ринат? Все же, Ринат? Или успокоительные Амины не совсем правильно на мне сработали? Я должна взять себя в руки и посмотреть».

Повернула голову, чуть скосив глаза в сторону жениха. И чуть сквозь землю не провалилась.

Это был Ринат. Его профиль я ни с кем не могла спутать. Это мой Ринат! Но как? Почему? При чем здесь он, если отец говорил про Хакимова?

«Я, наверное, сплю, или успокоительные уж слишком меня успокоили, и теперь я вижу то, что хотела бы», — продолжала я мысленный разговор сама с собой.

— Вы приняли одно из главных решений в своей жизни — соединить две судьбы в одну и пройти одну дорогу жизни. Ведь нет ничего прекраснее, чем никогда не разлучаться с любимым человеком, тем единственным, которого выбираешь из всех людей, и с которым хочется каждый день, всегда, всю жизнь быть вместе, — продолжала фоном вещать регистратор. — Выполняя высокий долг как представитель государства, я прошу вас ответить, является ли ваше решение стать законными супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным? Готовы ли вы принять на себя великий долг друг перед другом? Прошу ответить вас, Ринат…

— Да, — услышала я родной голос и чуть не задохнулась от фейерверка эмоций, взорвавшихся во мне и мешающих не то что здраво мыслить или понимать, что вообще происходит, но и дышать.

— Прошу ответить вас, Наиля…

На секунду в зале повисла гробовая тишина. Я снова бросила быстрый взгляд на жениха, прежде чем совершить самую страшную в моей жизни ошибку.

— Да, — ответила я, хотя уже ни в чем не была уверена.

— В знак согласия обменяйтесь кольцами, — продолжала женщина, даже не представляя, что творилось здесь и сейчас на самом деле.

Мои мысли убивали меня. Одна была хуже другой. И в любом случае Ринат мне врал. Я сгорала от стыда от того, что приходилось его обманывать, но он был виноват не меньше моего.

«Вот он момент, когда он меня увидит. Неужели он был не в курсе, кто его невеста? Водил меня все это время за нос? Хотел потом у алтаря посмеяться?» — думала я, пока поворачивалась к жениху в ожидании его первого взгляда, который рассказал мне о многом.

По одному его ошарашенному взгляду и шепотом произнесенному: «Аля?» — я поняла, он не знал. И это было еще хуже.

Значит, играл? Я была лишь очередным развлечением перед свадьбой? Просто прощанием с холостой жизнью? Очередной победой…

Этого вынести я не могла. Смотрела на любимого и умирала. Моя душа умирала от осознания, что все это время он просто развлекался. Все, что я принимала за чистую монету, было лишь прощальным подарком себе любимому, прежде чем он свяжет себя узами брака с навязанной невестой.

С которой он даже не попытался встретиться. Значит, был готов, значит, с легкостью согласился на эту свадьбу, значит, ему было плевать, на ком