Найра более-менее пришла в себя, появилась возможность поговорить, а точнее даже, порасспросить и порассказать. Она клацала зубами по кружке с чёрным, горячим и очень сладким чаем, но выплёскивала переживания, практически не умолкая:

— Я уже надежду почти потеряла, сидя в этом мешке. Толком не выпрямиться. Еды нет, воды нет. Только по бокам гроздья зеленоватых фосфоресцирующих шариков, которые по идее они должны были бы быть съедобными, но у нас с дедалийцами биохимия не полностью совпадает. Но я всё же время от времени по штуке съедала — они сочные и довольно кислые.

— Рискованно с вашей стороны, — нейтрально заметил Мика, просматривавший данные экспресс анализа. На мой встревоженный и вопросительный взгляд он кивнул, мол, всё с нею будет в порядке.

— А тут был выбор небогатый, — Найра, державшая кружку обеими руками, потянулась, чтобы убрать чёлку с глаз, и стало заметно насколько сильно они у неё дрожат. — Между смертью от голода и смертью от отравления. Но штука эта могла быть и неядовитой или, по крайней мере, ядовитой не сильно. А на то чтобы дождаться помощи нужно время.

— А разобраться, — Шоши-Ро остановилась, подбирая слова, — зачем всё это было, у тебя получилось?

— О, что-что, а время «на подумать» у меня было, — Найра слегка безумно усмехнулась. — Симбиоз, мать его, во всём своём великолепии. Я ж не одна оказалась в этом обиталище, вместе со мной там оказалось гнездо грхишевых паразитов — очень напоминающих по внешнему виду мокриц с ладонь размером. Причём стоило мне только их как следует погонять, как ярче вспыхивали условно съедобные шарики. Такая своеобразная награда.

На колени к Найре вспрыгнула неизвестно где прохлаждавшаяся до сих пор Бандитка. Она принялась, переступая длиннющими лапами, тереться об нашу гостью, напрашиваясь на ласку. Молодец! Нет, правда, молодец. После таких приключений, когда ванна и горячий чай уже позади, кошкотерапия — это лучшее, что только можно придумать.

— Не возражаешь, если я буду вести запись этого разговора? — как бы между прочим спросила Шоши-Ро. — Первые впечатления, свежие воспоминания и всё такое.

— Не беспокойся, я уже откомментировала всё, что со мной там происходило, — Найра нервным жестом стянула с руки тяжёлый объёмный браслет, который, по-видимому, содержал записывающее устройство, и опять зарылась всеми десятью в короткую кошачью шерсть. — Впечатлений очевидца там более чем достаточно.

— Не обижайся, но я всё же хотела бы… Кстати, ты уверена, что тебя засадили в эту раковину для борьбы с паразитами?

— Ничто другое мне просто в голову не приходит.

— Но для этого вполне достаточно было бы одной такой «акции». Совершенно не обязательно брать себе на долгий срок «подселенца». Да ещё и кормить его.

— Так если бы, как ты выразилась, эта «акция» была единичной! Они ж, гады всё лезли и лезли!

— Кстати, интересно, — вмешался Мика, — если, как вы считаете, обзаведение вот такими вот симбионтами для грхишей процесс естественный, то почему его до сих пор не засекли. Ведь, если мне не изменяет память, одну из этих улиток-переростков вы даже препарировали.

— Ну, — обе исследовательницы переглянулись, но строить предположения взялась Шоши-Ро, — Может, так делают не все подряд, а только те особи, которые в конец запаршивеют. Что было бы логично. Это же какие дополнительные расходы: питание, энергия на транспортировку, да и камера эта в другое время может служить для чего-то ещё.

— Подлетаем, — сообщила я. — Мы вам ещё здесь для чего-нибудь понадобимся?

— Будет неплохо, если вы захватите свою соотечественницу с собой, — тут же среагировала Шоши-Ро. — После того, как у нас там все воочию убедятся, что с нею действительно всё в порядке.

— У меня совершенно не было в планах отсюда уезжать, — поджала губы Найра.

— Ну я же не имею ввиду — насовсем, — начала увещевать её коллега. — На некоторое время. Убедиться, что это приключение не повредило твоему здоровью, а кроме того, мы не знаем как среагируют дедалийцы на твоё возвращение, спустя всего пару дней после того, как тебя избрало священное животное. И что-то мне подсказывает, что пойдёт прахом вся работа по налаживанию контакта.

— В таком разрезе — конечно, — Найра помрачнела.

— Не расстраивайся, подруга, — Шошо-Ро ободряюще сжала плечо женщины. — Мы установим наблюдение и выясним, через какой промежуток времени возвращаются «избранники богов». В крайнем случае, придётся подождать, пока базовый лагерь экспедиции не переедет на новое место. А по моим прикидкам — это всего несколько ваших земных месяцев.

— Ладно-ладно, я же уже согласилась.

Нет-нет, насильно с Дедалии Найру никто не выпихивал, но ей действительно на некоторое время предложили ограничиться кабинетной работой и не показываться в посёлке аборигенов. Так что, недолго поразмыслив, она решила сделать вид, что это у неё такой отпуск и действительно смотаться на Землю на попутном транспорте. С нами.

8. Наш божественный

Люди учатся извлекать практическую пользу из самых разных вещей, в том числе на первый взгляд почти бесполезных. Мы взялись активно эксплуатировать мой «ключ от всех дверей». Деловая активность то и дело требовала от нас поездок на Землю и обратно, переходы со станции на станцию дороги, вот мы и приспособились экономить, перемещаясь прямиком в пещеру Отшельника. Самое странное, что он, похоже, не возражал против визитов всего нашего семейства. Вот и сейчас, отправив нашего папу улаживать разнообразные дела, мы с Акселем бултыхались в спальном водоёме Отшельника в компании его хозяина.

— Не хочешь поработать драконьей няней? — неожиданно проворковал Хейран-Ши, сощурив громадные ярко-жёлтые плошки глаз.

— Считаешь, мне своего не хватает? — я кивнула на Акселя, счастливо бултыхавшегося в тёмной тёплой воде искусственного водоёма. Сейчас, с головы до кончика хвоста покрытый зеленоватой чешуёй, с прилипшими к голове светлыми, почти прозрачными волосами он мало походил на обычного человеческого ребёнка. Уж скорее на маленького дракончика, ещё не успевшего толком вытянуться в длину.

— Считаю, что нашим вас не хватает.

Я вылезла на покрытый плотным ковром мха край водоёма и призадумалась. На кой такой мы могли бы понадобиться драконьему младенцу? У него что, своих родителей нет? Или не совсем младенцу? Говорил бы уже прямо, а то одни недомолвки, намёки и недосказанности!

— И какого возраста ребёночек?

— Юноша, недавно пересекший первый порог взросления.

Вот теперь мне стало всё ясно: этих драконьих подростков родители отпускают на «вольные хлеба» путешествовать и набираться опыта. То, что вместе с опытом набиваются шишки — вполне закономерно, как и то, что старшие товарищи присматривают за молодняком и время от времени вытаскивают из неприятностей — тоже. И если я не ошибаюсь, то сейчас нам предстоит поработать вот