могут. Киш-жандеры, например, Каллумкал и другие члены команды. Они слабо чувствуют запахи. – Рорра сглотнула и смущенно добавила: – Я должна идти.

Это объясняло, почему Нефрита так нервничала рядом с Роррой. Та уже собиралась уйти, но Лун попросил:

– Расскажи мне, что это. Может, будет легче игнорировать.

Она немного поколебалась, приняв привычный свирепый вид.

– Раксура разбираются в запахах, – продолжал Лун.

Это была правда. Только королевы умели вырабатывать некоторые ароматические метки, как, например, знак для других королев, указывающий, что Лун – консорт Нефриты. Сам Лун, как консорт, различал некоторые запахи лучше, чем воины и арборы, а арборы могли следовать за запахами, которых воины почти не улавливали. Правда, Утес на Рорру не реагировал, но он вообще странный. Побыв с ней рядом еще немного, Лун получил бы шанс изучить ее запах и, как надеялся, смог бы избавиться от его влияния.

Она поморщилась и нехотя обернулась.

– Он присущ моему виду морских существ. В соленой воде это предупреждение о дистанции, нейтральный сигнал. А в воздухе… совсем не нейтральный. Я не могу его контролировать. Могу испускать другие запахи, но этот… никак невозможно убрать.

Лун попробовал представить, как трудно справляться с этим в напряженной обстановке. А предвкушение, вероятно, распаляло ее еще быстрее. Неудивительно, что она излучала напряженность. Он не знал, что сказать.

– Мне жаль.

Она отвела взгляд.

– Ты уже извинился. Я к этому привыкла. – Она сделала заметное усилие, чтобы сменить тему: – На самом деле я хотела поговорить про найденный вами подводный город. Про создание внутри. Делин нам про него рассказывал, но мне хотелось услышать из первых уст. – Она поколебалась. – Я не была уверена, что могу говорить с тобой без разрешения королевы – после того, что случилось в прошлый раз.

Лун сел на кровать.

– Что ты хочешь знать?

Поскольку первая попытка поговорить завела совсем не туда даже после невинного «можно поговорить», вторую лучше было предпринять как можно конкретнее. Рорра, похоже, от природы немногословна, а запах, который обращал все, что она делала, в намеренное оскорбление, усугублял положение. Лун не мог понять, почему она покинула море и вынуждена это терпеть. К тому же, похоже, ее ступни не предназначены для ходьбы по земле и ей требуются башмаки в качестве компенсации. Нужна очень сильная мотивация. Но Лун чувствовал, что, спросив об этом, только сделает хуже.

Когда в тяжелые времена Луну приходилось притворяться земным обитателем, он старался не задавать вопросов, потому что обычно тут же получал другие вопросы, на которые нередко было трудно ответить. Старые привычки умирают медленно, и теперь он старался держаться принципа «если кто-то хочет, чтобы ты что-то знал, он сам тебе скажет».

Рорра, похоже, испытала облегчение, сменив тему:

– Делин сказал, что сперва вы приняли его за оборотня.

– Существо притворялось им, чтобы удержать там сквернов, когда его темница открывалась. А на самом деле оно заставляло нас что-то видеть. Ты слышала, как это делают скверны?

– Да. Но никогда не испытывала.

Если бы испытывала, то была бы уже мертва, но объяснять смысла не было.

– Это что-то подобное, только происходило со всеми. Владыка сквернов может сделать такое со множеством земных обитателей, но ему придется работать с каждым отдельно. Он должен приблизиться к каждому и внушить желаемые мысли, чувства или воспоминания. А то существо похоже на предтечу. И оно заставило всех нас увидеть, как город заполняется водой. Это произошло мгновенно. Мы ощущали ту воду, но один из нас был в земном обличье, и его одежда осталась сухой. Так мы поняли, что вода нереальна, но то создание все равно могло скрываться от нас под водой. Которой на самом деле и не было.

Трудно передать словами, насколько ужасно это было.

Рорра хмурилась, но он понимал, что сейчас она беспокоится, а не злится. Может, то, что Лун знал о ее странном запахе, пошло на пользу.

– Тревожно.

– И не только.

Неизвестно, сколько существ эта тварь могла обмануть за раз. Может быть, горстку сквернов и раксура, а может, и сотни.

– И он присоединил скверна к своему телу? – Рорра начала понимать, как это ужасно. – Поглотил?

– Может быть. – Лун пытался найти способ это описать. – Однажды мы видели хищника, присоединявшего части тела жертвы к собственному, чтобы обрести ее способности.

От замешательства Рорра еще сильнее нахмурилась.

– Как хищнику это удавалось?

– Мы не знаем. Нам пришлось убить его прежде, чем появилась возможность спросить. – Глядя на выражение ее лица, он добавил: – Думаю, он нам все равно не сказал бы.

Она заколебалась.

– Я спрашиваю, потому что хочу как следует подготовить экспедицию.

– Это хорошо, – сказал Лун.

Вряд ли к такому в принципе можно подготовиться, но мысль верная.

– Ты совсем не такой, как я думала, – сказала Рорра и поспешила покинуть каюту.

Лун решил, что, раз уж он сам едва не ввязался в драку с той, которая с ним даже не спорила, лучше проверить, как там остальные.

Он добрался до общей комнаты, не встретив никого по пути. Внутри на стульях или скамьях сидели несколько кишцев с такой же грубой и темной кожей, как у Каллумкала и Калама, но ниже ростом и более плотного телосложения. Никто не разговаривал и не шевелился. Спустя миг Лун понял: это потому, что в комнате находится Ежевика.

Она изучала прикрепленные к стенам карты. Кишцы смотрели на нее, потом на пол, потом друг на друга и опять на нее.

Ежевика в земном обличье безобидной отнюдь не казалась. Ростом она едва доходила Луну до плеча, но в рабочей одежде – легкой рубахе без рукавов и обрезанных по колено штанах – ее крепкое телосложение и мускулы на плечах и предплечьях были очевидны. Несмотря на цветок, который кто-то воткнул ей в волосы, когда они покидали колонию, она выглядела так, словно может легко подхватить любого из кишцев и швырнуть через комнату. А в чешуйчатой и когтистой форме она запросто разорвала бы их на куски, но об этом не стоило упоминать.

Ежевика обернулась к кишцам и, указывая на карту, спросила на альтанском:

– Вот отсюда вы родом?

Кишцы колебались, но один смельчак встал.

– Нет, не совсем. – Темно-синяя, отделанная серебром куртка была распахнута, и под ней на груди виднелись четыре выпуклости, поэтому Лун предположил, что это женщина. Она подошла к карте и встала примерно в шаге от Ежевики, хотя явно нервничала. Она указала на карту:

– Большинство из нас из Кедмар-Жандеры. Вот это – город Ирев-Жандера, ближайший порт и торговый центр.

Ежевика прикусила губу, всматриваясь в карту.

– И