требовалось доказать! Частичная амнезия вследствие удара головой. Едем к врачу. И не сопротивляйтесь!

Он подхватил Надю под локоток и повёл к своей шикарной красной машине спортивного вида. Надя совершенно не разбиралась в машинах, но красный цвет любила.

За пять минут Дмитрий Антонович домчал девушку до ближайшего травмпункта. К дежурному врачу они оказались вторыми, сразу после интеллигентного вида бомжа, который скромно и тихо сидел на стуле, укачивая правую руку, и источал неповторимый букет ароматов от перегара до тухлятины. Учитывая ночное время, даже странно было наблюдать такую короткую очередь.

Уже через полчаса Надя и её шеф с облегчением вышли на свежий воздух и сделали глубокий вдох. Девушке наложили лечебный пластырь на царапину у виска и наказали полежать пару дней, но сотрясения мозга не обнаружили.

«Было бы хуже, если бы не обнаружили мозга!» — усмехнулась про себя Надя.

— Едем ко мне! — сообщил Дмитрий Антонович Наде, любезно открыв перед ней пассажирскую дверь своей шикарной тачки.

— Почему это? — возмутилась Наденька, успевшая уже неосмотрительно плюхнуться на мягкое обволакивающее сиденье.

— Потому что я здесь живу рядом, и за тобой нужно присматривать. Всё-таки травма головы — это дело непредсказуемое.

Надюша запаниковала:

«Зачем он хочет затащить меня к себе домой? Что ему от меня надо? Может он маньяк и хочет снять с меня мой рыжий скальп?»

— У меня три соседки в комнате, есть кому присмотреть! — нашлась девушка.

— Сегодня пятница. Ты уверена, что они сейчас в общаге, а не на какой-нибудь вечеринке? Полина точно вернётся не раньше двух! Ты не можешь остаться без присмотра на три часа.

Дмитрий Антонович завёл машину, двигатель довольно взревел, и они помчались по вечернему Петербургу, проскочили Аврору, пролетели по Литейному мосту, снова выскочили на набережную и уже через две минуты парковались во дворе шикарного жилого комплекса. За этот короткий промежуток времени шеф успел рассказать Наде про особенности Литейного моста, историю Авроры и как раньше называлась Воскресенская набережная. Девушка устала удивляться. Когда мужчина заглушил двигатель, она сказала единственное, что пришло ей в голову:

— Действительно рядом…

И с неохотой отстегнула ремень безопасности.

Дмитрий Антонович обаятельно улыбнулся девушке, чем окончательно лишил её способности думать.

— Рад, что ты начала со мной соглашаться. Надеюсь, ты не против, что я начал тебе тыкать? Давай в неформальной обстановке на «ты». И без отчества, просто Дмитрий. Хорошо?

Всё было так неожиданно, непривычно для Нади, что она даже не поняла, как они оказались в квартире Дмитрия.

— Там в конце коридора спальня со своей ванной комнатой. Здесь общий санузел. Это совмещённые кухня, столовая и гостиная. Предлагаю, тебе переночевать сегодня в спальне, а я лягу на диване, — как-то очень радостно вещал шеф, размахивая руками в сторону дверей.

— Может, я на диване, мне неудобно выгонять вас… — начала Надя, но заметив приподнятую бровь шефа, поспешила исправиться, — выгонять тебя из твоей же спальни.

— Я думаю, так будет удобнее. Мне утром рано вставать на работу, а тебе нужно спать сколько влезет.

— У меня завтра смена.

— Не волнуйся, уверен, тебе найдут замену.

«Это он намекает, что я бесполезна на работе?» — забеспокоилась Надя.

— К тому же ты получила травму на производстве, так что я за тебя отвечаю, — поставил точку в споре Дмитрий.

«Фух, так он просто боится, что я на него в суд подам!» — обрадовалась Надя, это объяснение всё ставило на свои места, и мир вновь стал привычным, где Надя — обычная рыжая, щуплая девчонка и никак не может заинтересовать высокого, симпатичного мужчину с хорошим достатком.

— Ладно, тогда я пойду спать! — уже вполне бодро сообщила Надя и направилась по коридору к спальне.

— Стой! Куда это ты собралась! — раздался позади грозный окрик.

Глава 4. Завтрак вместо ужина

— Ты же сам сказал, что спальня моя и она там… — Надя с недоумением посмотрела на босса, а про себя подумала:

«Что-то настроение у него переменчивое, хуже бабы!»

— Всё правильно. Но когда ты последний раз ела? — спросил Дмитрий, сощурив свои серые глаза.

— Эмм… Кажется, утром… — неуверенно промямлила девушка, пытаясь вспомнить, был ли у неё завтрак. Обедать ей было некогда, в это время в кафе всегда наплыв посетителей.

— Точно, у тебя же амнезия! — хлопнув себя по лбу, пробурчал шеф. Обнял её за плечи и повёл в кухню-гостиную-столовую. Размерчик помещения поражал с первого взгляда, а вид из большого окна на Неву просто выбил остатки здравого смысла из пострадавшей девичьей головы. Наденьке сразу вспомнился разговор Элизабет с сестрой у Джейн Остин, когда она призналась, что возможно, влюбилась в мистера Дарси, впервые увидев его поместье Пемберли. В этот момент Надюша ей поверила.

В сумраке белой ночи серые воды реки своим спокойным, размеренным течением дарили ощущение монументальности, вечности, на их фоне маленькие прогулочные кораблики, суетливо спешащие занять места у разводных мостов, казались назойливыми мухами. И над этой контрастной картиной замерло дымчато-стальное небо с розово-фиолетовыми разводами…

Надя простояла у окна минут пять. Очнулась, когда позади что-то зашипело. Обернулась. Шеф в клетчатом фартуке колдовал у плиты, которая располагалась на кухонном острове, так что готовил шеф лицом к гостиной. На сковородке в круглых формочках жарились два яйца. Непонятно, как он этого добился, но желтки были ровно посередине яичницы. Шеф посыпал на них какие-то специи, от запаха которых у Наденьки жалобно заворчал желудок.

Дмитрий Антонович поднял на гостью глаза и подмигнул:

— Ну, что? Налюбовалась? Теперь хочешь хлеба?

При этом он сбросил со второй сковородки на белоснежную тарелку два поджаренных кусочка чиабатты, на них сверху аккуратно водрузил идеально круглую яичницу и украсил этот неимоверно аппетитный тост маленькой розочкой из черри.

— Как ты это сделал? — восхитилась Надюша ювелирной работой.

— С недавних пор увлёкся карвингом. Вот, практикую… — улыбнулся шеф. Никогда Надюша не видела, как он улыбается. У неё даже сердце замерло на секунду от восторга. Его хмурому квадратному лицу очень шла улыбка, оно сразу преобразилось из серьёзного в симпатичное, — Приятного аппетита!

Девушка с удовольствием и быстро умяла тост, не слушая извинений Дмитрия Антоновича, который опять с серьёзной физиономией не умолкал:

— Извини, это, конечно, еда для завтрака, но я редко ем дома. Что нашёл в холодильнике, то и приготовил.

— Всё очень вкусно. Я не думала, что ты вообще умеешь готовить! — перебила Надя шефа, при этом она, не стесняясь, облизывала пальца.

Дмитрий Антонович усмехнулся и сообщил:

— Вообще-то, я шеф-повар в одном из самых крутых ресторанов Питер. А ваше кафе — это моя проба