наше пропитание. Я если и покупала что-то, то только на свой вкус и привычные именно мне продукты. Ну и корейские соления. Мой напарник проникся к ним пламенной любовью. В основном для него их и заказывала. Он все перепробовал, так же вдумчиво, как в свое время с кофе, выбрал те, что ему понравились. Попросил на него больше не покупать те, которые ему показались совсем невкусными.

Бесспорными фаворитами оказались острая морковка и острая же пекинская капуста. Эти два блюда он готов был поглощать тазиками и ведрами, закусывая ими мясные блюда, которые готовил сам.

У нас с ним вообще сложились неплохие отношения. Как у коллег. Мы не стали за эти дни друзьями или чем-то таким. Нет. Именно люди, которые делают одно дело и обитают в одном пространстве.

Я к нему присматривалась. Он ко мне. Хотя иногда мне его взгляд казался неоднозначным. Не как на случайную знакомую, соседку и коллегу. А словно… даже не знаю. Как будто мы пара. Хотя с какого перепугу? Ничего такого не было и в помине, если не считать единственного разговора о возможном браке и его жениховстве. Но этот его взгляд… Девушки его обычно считывают. И вот порой Марьян смотрел… как Димка, когда мы с ним стали встречаться, наш роман набрал обороты, а все стали считать нас парой.

Но ничего лишнего себе маг ни разу не позволил. Предельно корректное поведение. Ни придраться, ни возмутиться, ни обидеться мне было не на что.

К слову, Марьян оказался очень дотошным, пунктуальным и въедливым типом. Аккуратист и, кажется, немного перфекционист. Он поддерживал идеальную чистоту. Те вещи, что были раскиданы в его комнате, когда я заглянула при первом визите в Мими, были единственным разом, когда наблюдался какой-то беспорядок. Наверное, тогда он был не в себе.

А так у нас все блестело и сияло. Ни соринки, ни пылинки, ни волосинки на полу. А у меня длинные волосы, и да, увы, я их теряла в избытке. Они оставались и в ванной, и в спальне, и в кухне, если я была без головного убора. Но у нас с пола можно было есть, мне кажется. Вся посуда всегда перемывалась сразу же, вытиралась и убиралась по местам. Ни одной вещи не на своем месте.

Меня поначалу это пугало. Я не настолько аккуратная. По мне, чистенько — и ладно. Раз в неделю уборку сделала — и хорошо. Вещи не валяются где попало — ну и нормально. Сначала я ощутимо напряглась, что Марьян и от меня начнет требовать невозможного и будет доставать. Но нет. Его совершенно не волновало, что я и как делаю. Он просто следил за общим порядком и общими вещами. И я перестала ждать от него неприятностей и нотаций, расслабилась.

А еще Коля и Марьян дали мне возможность смотреть на то, что транслировало блюдечко с голубой каемочкой и яблочко наливное.

Ничего сложного в запуске артефакта не было, и не требовались магические способности. Так что я быстро научилась произносить активирующую фразу. Правда, мне не удавалось добиться чего-то конкретного. Блюдце само решало, что оно хочет мне показать. Возможно, как раз потому, что я не маг. Порой это было что-то вроде документального географического фильма. А иногда вдруг мы наблюдали за жителями какого-то села или города. Случались экскурсии по интерьерам, и я изучала внутреннее убранство дворцов.

Наверное, если бы я могла отправлять конкретный запрос, было бы интереснее. Но, увы. Я быстро заскучала, потому что все это или похожее в избытке имелось в интернете и на телевидении. Так что поигралась по первости и перестала мучить блюдце.

Может показаться, что я только и делала, что работала на кухне без выходных и страшно утомлялась. Но нет. Уставала, конечно, побегай-ка и постой несколько часов, пока занимаешься одновременно несколькими рецептами и печешь сразу несколько наименований, а потом следующие партии.

Но я успевала отдыхать. Отлично высыпалась. И несмотря на непривычную нагрузку, чувствовала себя превосходно. Если уж честно, то намного лучше, чем все прошлые годы. Ногти мои обрели крепость алмаза, даже наращивание и покрытие не требовалось. Стала чище и лучше кожа. Волосам словно сделали невероятный спа-уход, они блестели, выглядели плотнее и гуще, и вообще как шелковые, перестали сечься на кончиках. А любая девушка с длинными волосами знает, как трудно этого добиться и сколько манипуляций нужно совершить для такого эффекта. Я не делала ничего. Просто каждый день наслаждалась жизнью в волшебной избушке в компании мага и нечисти.

И в целом я себя ощущала очень здоровой и полной сил. Это было классно. Думаю, все из-за магии. Иных причин не вижу.

С мамой я регулярно связывалась по телефону, исправно отправляла свои фотки. И она тоже отмечала, что я просто цвету.

— Давно надо было уходить от Димы. Смотри, как ты похорошела, как только избавилась от него и от его матери.

— Ага, — соглашалась я.

Ну а чего спорить? Я сама про своего бывшего и не вспоминала уже, словно в прошлой жизни был он. Но, кажется, мама обиделась за дочку даже сильнее, чем я сама. Мне уже было безразлично, что там и как у Аниськина и Капустиной. Фу на них.

В общем, как-то я умудрилась за три недели так втянуться, словно несколько лет уже обитала в славном домике на курьих ножках, где вместо котика — вредная ворчливая нечисть Колобок, и где живет и работает со мной боевой маг. К слову, про свою прежнюю жизнь и войну он отказался со мной разговаривать.

— Зачем тебе? — уточнил он, когда я стала задавать вопросы, где воевал и с кем.

— Ну как же? — растерялась я. — Хочу про тебя больше узнать.

— Этого тебе не надо. Я не хочу и не буду обсуждать то, что осталось там. Сейчас мир.

— Но…

— Там смерть, Яна. Там убивали меня, моих друзей, моих однокурсников, моих однополчан. Там осталось много могил. Мы смогли уничтожить большую часть тех, с кем воевали. Война завершилась.

— Прости, я не…

— Нежить. Это была нежить. Много. И нежитью становились те, кого мы не успевали предать огню.

Он постоял, глядя сквозь меня, потом развернулся и ушел.

— Ну и зачем ты полезла к нему? — спросил Коля.

— Я думала, что уже можно спросить. Он ведь герой, его наградили, вот Мимоходом ему передали под управление, — расстроенно пояснила я.

— В его королевстве