Я только потому и запомнила название переулка, что Ксения, когда узнала новость, долго возмущалась, как это можно строить элитный дом в таком клоповнике!

Из-за радостного открытия и всплеска адреналина в кровь, заснуть я уже не могла. Поэтому приняла душ, позавтракала и решила съездить до работы на то место, которое упоминается в послании Майи.

Написав Вике записку и оставив на самом видном месте, тихонько выхожу из квартиры. Долго еду в метро, потом еще немного трясусь в троллейбусе. И, наконец, иду пешком.

К этому переулку ничего не ездит, дальше только ножками. Погода хорошая, конец августа радует солнечной и тихой погодой, прогуляться только в радость. Дойдя до первого, слегка покосившегося дома, останавливаюсь. «Пожарского, 2».

Прохожу чуть глубже по переулку. Интересно, что имелось в виду под словами «Следуй за желтым цветом»? Нигде не видно ничего желтого. Растеряно осматриваюсь. Много лет с тех пор прошло, может, тут все настолько изменилось, что я не найду нужное?

Прохожу еще немного. И тут мне в глаза бросается желтая шторка на кухонном окне одного из дальних домов. Быстро подбегаю туда и замираю, вглядываясь. Ладно… а дальше что?

Заборчик! У следующего домика зеленый заборчик, а калитка — желтая! Останавливаюсь возле нее, не зная, что делать дальше. Заходить в чужой двор? А если там собака? Или кто-то вызовет полицию?

Немного помявшись, все же рискую. Калитка открывается с тихим скрипом. Но для меня, лезущей в чужой двор, этот звук кажется настолько громким, что я вжимаю голову в плечи, ожидая, что в любой момент на меня накинется собака, или ее злой хозяин.

Но никто так и не появляется, поэтому я дышу спокойнее и захожу внутрь. Возле крыльца много цветов. Но ярче всех горят маленькими солнышками желтые хризантемы. Отчего-то становится страшно. Неужели… я сейчас увижу ее? Майю?

Обращаю внимание, что в доме желтый рисунок на двери. То есть, все указывает, что мне сюда. Наверное, еще неделю назад, я бы развернулась и убежала, не выдержав страха, который сейчас противным ознобом бежит вдоль позвоночника. Где-то внутри меня шепчет мерзкий, очень похожий на голос матери:

— Она тебя бросила. Маленькой и беззащитной. Думаешь, сейчас, взрослая и совершенно чужая ты ей нужна? Хотя… может и нужна… чтобы использовать в каких-то своих интересах. Бедная Леночка, такая глупая и наивная, опять попадется на все ту же удочку. Рыбка гуппи, а не человек. Ничему тебя жизнь не учит…

Сглатываю противный комок. Желание сбежать становится настолько сильным, что мое тело само по себе поворачивается в сторону калитки. Усилием воли заставляю себя остановиться. Всю жизнь жила и боялась! Все время была удобной и послушной. И чего достигла? Ни семьи, ни мужчины. Даже если окажется, что и Майя меня отвергнет, то я хотя бы попыталась!

Сжав зубы, поднимаюсь по скрипучему крыльцу и стучу в деревянную дверь. В коридоре слышатся шаги, а потом женский голос спрашивает:

— Кто там?

— Это… я, Лена… — теряюсь, не зная, что сказать, — я следовала за желтым цветом, — говорю то, что первым приходит в голову.

В ответ мне раздается тишина. Я стою. Женщина за дверью тоже. Никакого движения, или желания открыть мне дверь. Ну что ж… я попыталась. С чувством горечи, разворачиваюсь и уже спускаюсь с двух ступеней, когда раздается громкий щелчок замка, и мне в спину доносятся слова:

— Я ждала тебя намного раньше. Что же ты так долго?

Резко поворачиваюсь и впиваюсь глазами в стоящую передо мной женщину. Невысокая, темненькая, полноватая. Она кажется… старше, чем я ее себе представляя. Но, учитывая, в каких условиях она живет, быть может… Чтобы не гадать понапрасну, спрашиваю:

— Майя?

Женщина улыбается, широкой, белозубой улыбкой, сразу став на десяток лет моложе.

Глава 16

— Нет, я не Майя, — отвечает. — Но я ее хорошо знала, поэтому взялась помочь. Проходи в дом, поговорим.

Глянув на часы и убедившись, что до работы еще есть достаточно времени, захожу в дом.

— Чаю?

Мы сидим на кухне, которая выглядит настолько ярко, что у меня даже начинает рябить в глазах. Оранжевые шторы, зеленая мебель, красная люстра. Яркие пятна мелких предметов. На столе, укрытом скатертью в стиле печворк, стоит неоново-зеленый чайничек, рядом выстроились такие же яркие чашки.

— Нет, спасибо. Я немного тороплюсь… мне на работу. Была бы признательна, если бы мы сразу перешли к той теме, которая меня более всего интересует. А именно — к Майе.

— Милая, я тебя несколько лет ждала, а ты не можешь мне уделить часок своего времени?

На долю секунды во мне просыпается совесть. Конечно, разве я не могу сделать женщине одолжение? Но потом, что-то словно перещелкивается в мозгу, я буквально слышу ехидный мамин голос:

— Такая послушная, такая удобная девочка.

И я отвечаю:

— Не знаю о каких годах вы говорите, я только вчера узнала, что та женщина, которая меня воспитывала — не моя настоящая мама. А сегодня с утра я уже у вас, быстрее просто некуда. Поэтому давайте все-таки о Майе.

Странно, но женщина не обижается на мой тон, а наоборот, одобрительно усмехается:

— Вижу, что еще не вырастила волчицу в себе, но это ничего, клыки уже пробиваются. В этом мире нет для нас нужной магии, но у тебя все впереди, раз ты каким-то странным образом нашла дорогу домой, и пару — одну на всю жизнь.

— Давайте уже без загадок, пожалуйста. Просто факты, — я не понимаю, что она говорит, и меня это раздражает.

— Ну, факты, так факты, — женщина садится на стул, какое-то время пристально меня рассматривает, а потом продолжает. — Ты похожа на Майю. Особенно глаза. Но вот когда настаиваешь на своем — сразу вижу твоего отца — редкого упрямца.

— Вы знали моего папу?

— Знала, — кивает женщина. — Кстати, я же не представилась. Меня Роза зовут. Ты — Лена, я знаю. Майя жила у меня, когда была беременна тобой. Мы вместе покупали первые пеленки и распашонки. Она просто светилась, когда думала о тебе.

— А почему тогда бросила меня в роддоме? — спрашиваю, против воли ощущая какую-то давнюю, но все еще болезненную обиду.

— Глупая была. Сильно обижена была. Отомстить хотела, — отвечает Роза.

— Мне? Потому что по факту, она отомстила только мне.

— По факту, самую большую боль она причинила себе. Для