Ванечке кто-то клеится… – Она двумя пальчиками забирает у Саламандры сумку и сладко улыбается напоследок. – Ты знаешь, Санечка, твои кристаллы мне всё-таки не нужны. Мелковаты.

С этими словами она разворачивается и идёт в сторону выхода с таким видом, будто модель по подиуму. Сашка кривится, отворачивается, ловит мой взгляд и с явным усилием улыбается. Я вздыхаю.

– Мы сорвали тебе сделку?

Он качает головой.

– Нормально. Потом расскажу. Ты как, всё хорошо? Вот и славно. – Он оглядывает мокрый пол и разбитую кадку с фикусом и окликает самого мрачного мужика из толпы:

– Вы администратор?..

Саламандра ждёт, пока он отойдёт в сторону, и вдруг оказывается рядом со мной.

– Он – твоя слабость, – говорит она еле слышно. – В нём нет равновесия, и ты рядом с ним теряешь своё. Будь внимательна. И ты, маленький братец.

Гошка у меня на руках удивлённо глядит на неё, фыркает. Мне кажется, он чем-то недоволен, но разбираться в настроении фамилиара сейчас некогда. Я раздражённым жестом расстёгиваю молнию на сумке и с изумлением обнаруживаю, что она полна воды, а внутри плещется бело-оранжевый карп. Гошка удивлённо чирикает и лезет ко мне на плечо, я соображаю, что, наверное, пока барахталась в бассейне, организм на автомате выдал то же плетение, каким я упаковывала воду в Сашкины амулеты, и надо бы вылить всё это обратно…

В следующий миг из сумки на пол рушится водопад. Люди шарахаются, рыбы скачут по плитке, самые нервные драконы снова начинают вопить. Мой сарафан вымок чуть ли не по шею, сандалии, кажется, не выживут, а в сумке был телефон, и кошелёк, и паспорт…

Саламандры рядом, конечно, уже нет.

Гошка неодобрительно чихает мне в ухо и перепрыгивает на более сухую Ирину.

Сашка оборачивается, вздыхает и ловит за плечо администратора, рванувшего было спасать рыбок.

Я чувствую себя такой дурой, что с трудом подавляю желание сесть прямо на пол и разреветься.

Идиотская ситуация.

Идиотский день.

Глава 5. О предсказаниях и желаниях

– …И потом ещё раз на выходе столкнулись, она уже с кавалером была. Сашка своих зверюг сразу на стоянку поволок, они Дашу как увидели, словно взбесились. А этот мелкий паразит спокойненько так сидит в сумке как будто так и надо.

Гошка фыркает, чай из блюдечка разлетается брызгами по маминой скатерти – клеёнки на столе она не любит. Обычно бардак у родителей дома наводить некому: единственное дитё выросло и съехало, рыбки пределов аквариума не покидают, а кот, сфинкс по имени Валенок, ведёт себя как аристократ, от него даже шерсти нет. Но за те несколько часов, что я тут живу, моё драконище с лихвой компенсирует четыре года порядка.

Сидящая напротив Настасья пожимает плечами. В кухне горит лишь маленькая лампочка над плитой, и в полумраке заметно зеленоватое свечение, а рука, которой подруга пытается дёрнуть Гошку за кончик хвоста, полупрозрачная. Призрачные пальцы проходят насквозь, но дракон будто чует – подскакивает, взвизгивает и возмущённо таращится на хулиганку круглыми глазищами. Я шикаю на него и кошусь на запертую дверь кухни, но родители всё ещё спят.

– Будешь шуметь, – строго напоминаю я дракону, – придёт Валенок.

Мамин кот по паспорту Валенсий. В игривой юности его звали Вальком, но с возрастом зверь обрёл степенность, лишний вес и соответствующую весу лень. Драконом он почти не интересуется, но Гошка всё равно опасается – прижимает гребень и смотрит на меня с обидой, а когда Настасья гладит его по спине, весь встряхивается.

– Чувствительный, – говорит она с лёгким удивлением. – У меня магии – минимум, а ведь реагирует! Может, он не зря этой вашей Даше амулет подкинул? Вдруг она…

– Беглый элементаль, ага, – хмыкаю я. – Саламандра бы это определила. А так пришлось извиняться.

Воспоминания не самые приятные. Я ёжусь и перевожу взгляд на новый свадебный маникюр: бело-красный цветочный узор, крошечные стразы – дивно сочетается с клетчатой пижамой и растрёпанной косой. Увы, в том разговоре я выглядела ещё хуже – ни причёска, ни макияж не пережили купания в бассейне, а от понимания, что именно я, как хозяйка бессовестного хулигана, виновата в инциденте, хотелось провалиться сквозь землю.

К счастью, Даша пострадала в основном морально – мантикор Сашка успел перехватить, и они её даже не коснулись, она лишь с каблуков своих сверзилась со страху. Но просить прощения за поведение драконов всё равно пришлось, а потом ещё выслушивать поучения на тему намордников, поводков и «адекватные люди таких монстров в общественные места не приводят, куда только охрана смотрела, правда, Ванечка?»

Ванечка оказался хлипким мужичонкой в очках, с волосами того же оттенка рыжего, что у Даши, и с бородкой клинышком. Белый льняной костюм на нём смотрелся больничной пижамой, а золотая цепь, выглядывающая из-под расстёгнутой на две пуговицы рубашки, выглядела слишком толстой для его шеи. Однако он в итоге меня и спас – заметил выглядывающего из сумки Гошку, возопил: «У меня же аллергия!» и, не прощаясь, рванул прочь, да так, что висящая на его локте девица едва не свалилась с каблуков вторично.

– А может, мантикоры из-за него рычали? – предполагает Настасья. – Даша эта наверняка им пахнет. Подозрительный же тип – с аллергией потащиться в место, где проводят турниры и выставки?

Я отмахиваюсь.

– Не придумывай. И вообще, я тебя позвала, чтоб нервы успокоить, а не накручивать!

Настасья ойкает, демонстративно закрывает рот ладонью, но тут же подаётся вперёд:

– А давай гадать? На девичнике положено!

То, что с некоторой натяжкой можно было назвать девичником, у меня уже было дважды. Три дня назад устроили чаепитие с тортом на работе – проводили и в супружескую жизнь, и заодно в долгожданный отпуск. Вчера сидели у Ирины: она решила устроить мне сюрприз, позвала тех из своих учениц, с которыми я успела познакомиться поближе, мастериц из «Лебёдушки» и Лерку. Были обрядовые песни, печальные и весёлые, старинные игры, те же гадания, ритуальное расплетание косы. Надарили много мелких, но приятных и забавных подарочков: в основном всякое рукодельное, но были и сладости, и куклы, и другие амулеты-обереги.

Идею провести ночь перед свадьбой отдельно друг от друга тоже подала Ирина – мол, примета хорошая, и вообще невесту нужно забирать из родительского дома. Не то чтобы я верила в приметы, но стоило озвучить её, как обе мамы тут же