class="p1">Друзья препираться не стали, и мы, дружно крякнув, подняли робота и понесли.

— Искин выдал мне квест на ремонт местных сервов. С наградой пока не понятно, но в нашем случае все хлеб. Может получиться собрать парочку, искин кредитов местных подкинет. Сможем пару баз знаний прикупить. Да и с оружием и броней нужно что-то придумать. Лезть к тварям с голой задницей мне не хочется.

Друзья закивали головами, соглашаясь со мной. Подыхать снова им не хотелось, несмотря на бессмертие. Больно это!

Добравшись до мастерской, бросили серва на пол. Парни свалили допивать кофе и набивать пузо, а меня ждала работа.

«Жик-жик»

Единственный видеосенсор Пчелы уставился на меня с укоризной.

— Всё, всё, старик! Папка вернулся и сейчас тобой займется. — произнес я и принялся за работу.

С пчелой я провозился минут тридцать. В принципе недолго, объем работы был приличный, но я в прошлый раз всё подготовил. Прогнал тесты. Системы пета отчитались зелеными и желтыми маркерами. Отлично!

— Ну вот и всё, дружище, ты почти как новый. — хлопнул я серва по стальному загривку. — Давай тащи на верстак того бедолагу, починим его за денюшку малую.

Примерный список необходимых расходников у меня был сформирован, и я двинулся к стеллажам с запчастями. Боковым зрением наблюдая занятную картину. Пчела подошел к лежащему Циклопу и брезгливо ухватил его за рабочий манипулятор. Спросите, как робот может проявить подобную эмоцию? А черт его знает. Но вот каждое движение просто кричало об его отношении к этому куску бесполезного железа. Со скрежетом и скрипом он подтащил Циклопа к верстаку и зашвырнул его на металлический стол. Грохот прокатился по ярусу. Верстак заходил ходуном, но выдержал.

— Эй! Ты офигел, совсем берега попутал! Полные батареи на электронный мозг давят⁈ Так я это щас поправлю! — вызверился я на оборзевшего в корень пета и отвесил ему звонкого «леща» зажатым в руке запасным манипулятором.

По пустым коридорам станции разлетелся эхом новый звон от удара металла о металл.

— Ни фига у вас тут семейные разборки! Ты, Хорс, еще ремень возьми! Ха-ха! Займись воспитанием железяки!

Я повернулся на голос. В дверях замерли Сема с Якутом, притащившие очередного серва.

— Ага, обязательно! — огрызнулся я, осознавая, насколько глупо выгляжу. — Бросайте его и тащите следующего.

Парни, скалясь, ушли. Из коридора долетел их хохот.

— Юмористы, мля! — проворчал я и принялся за работу.

С помощью Пчелы процесс пошел быстро. Он носился к стеллажам, таскал детали. Вертел Циклопа на верстаке. Через пятнадцать минут я прогнал тестом системы и признал результат удовлетворительным. Циклоп перезагрузился и направился к выходу, а прилетело сообщение:

«Технические работы»

Этап выполнения: промежуточный 1/14

Получено: 150 кр.

— Неплохо! Эй, железяка, стой! —

Циклоп замер в дверях на пару секунд.

— Отказ в праве доступа. — активировалась Алиса. — Искин выносит предупреждение за прерывание выполнения неотложных задач технических служб станции.

Циклоп скрылся в коридоре, шустро перебирая стальными лапами.

— Вот же тупая железяка!

— Вы получаете штраф за критику администрации. Уровень лояльности снижен 0.5 условных единиц! — отчеканила ассистент.

— Да, мля! — от тупости супервумного ИИ зубы сводило. — Алиса, объясни ему, что с помощью технического серва я смогу быстрее починить остальных, и это ускорит выполнение его неотложных задач.

И это было правдой. Пчела хороший помощник. Принеси, подай и так далее, но не больше. Его изначальная специализация — курьер. Он создавался для отбора образцов в агрессивных средах, и это накладывало свои ограничения. Мелкая моторика с его «клешнями» была недоступна, да и про отсутствие специфического программного обеспечения не стоит забывать. Учится он быстро, даже слишком быстро, но все же технический серв — это совсем другой уровень.

— Принято. Доступ получен. Уровень лояльности восстановлен.

Пара секунд, и в дверном проеме возник сбежавший серв. Я выдохнул с облегчением. Компьютер, способный признавать свои ошибки, конечно, впечатляет.

— Искин не является компьютером в вашем представлении, господин Хорс. Искины способны к самообучению и развитию в полноценную личность. — просветила меня Алиса, в очередной раз нагло прочитав мои мысли.

— Ну-ну. — проявил я скепсис. — Давай отложим научный диспут на потом. Работы по горло. И прекрати рыться в моей голове!

— Господин Хорс, я не понимаю суть вашего недовольства. Я имплантирована в вашу черепную коробку и являюсь неотъемлемой частью вас. Контроль и оптимизация работы ваших нейронных связей — моя непосредственная задача. Вы желаете меня отключить?

— А это возможно, полностью тебя выключить? — задал я вопрос, на который знал ответ.

— Нет! На данном этапе интеграции отключение нейросети может привести к необратимому повреждению головного мозга и центральных энергетических каналов тонкого тела. Это приведет к окончательной смерти носителя без возможности реинкарнации.

— Ну вот, что и требовалось доказать⁈ — пробурчал я, возвращаясь к работе.

— Господин Хорс, я не понимаю вашего скептического отношения. Биоэнергетические нейросети — это величайшее достижение имперской науки, позволившее вывести качество жизни имперских граждан на недостижимый ранее уровень комфорта и продуктивности. Эта технология позволила победить смерть! — закончила она свой монолог громким лозунгом.

— Да, все верно, Алиса, все верно. — произнес я, заканчивая диагностику и дефектовку нового «пациента».

С наличием подконтрольного технического серва моя работа свелась к контролю и принятию решений. Пчела и Циклоп неплохо справлялись вместе. Первый работал ассистентом, второй за пару минут раскидал ремонтируемого робота до каркаса.

— Командир, ты с кем тут болтаешь, с железяками своими? Сем, глянь, похоже, Хорс кукухой поехал, с железяками общается!

В мастерскую ввалились пыхтящие товарищи, притащившие очередного неисправного серва.

— Уф! Командир, не обращай внимания. Это он от зависти. — произнес Сема, сваливая нового серва в угол и вытирая со лба выступивший пот.

— В смысле? — не понял я.

— Так ему же досталась кастрированная нейросеть. Нет у него голосового помощника.

Разъяснения Семена не внесли ясности, и я обратился к Якуту.

— Якут. Это он о чем?

Но тот не ответил, лишь пробурчал себе под нос несколько ругательств и вышел.

— Ха-ха! — заржал Сема, но, отсмеявшись, все же пояснил: — Он отказался подписывать контракт с Империей и не получил статус «кандидата на гражданство» и «рекрута». Функционал нейросети урезали, а впахивать все равно заставили. «500-й» наш Якут.

Понятие «500-й» появилось во время украинского конфликта. По аналогии с «300-ми» и «200-ми» оно означало потерянную единицу личного состава, но не по ранению или гибели, а по причине дезертирства или отказа выполнять поставленные боевые задачи.

— Понятно. Ты там давай Якуту на психику не дави сильно, а то знаю я тебя. Запинаешь парня до икоты.

— Хорошо, командир, не буду! Ха-ха! — пообещал Сема и тоже вышел.

Циклоп тем временем уже заканчивал сборку