голове факт. Нет, конечно, дороги часто бывают кривыми. И чтобы на платку не выезжать и не платить пять раз, иногда такие вензеля приходилось петлять. Но вот скакать по мирам туда и обратно ради экономии денег, чтобы не платить за синие порталы, это пока слабо укладывалось в голове.

— И Маракан не ближайший. Ближайший Унворстан. Но там нас будут искать.

— А теперь давай как поподробнее. Что, куда и зачем. Было бы неплохо, если бы ты карту нарисовала. — Приказал я. И на несколько минут мы зависли в обсуждении планов. А потом направились в ту самую деревню, что маячила на горизонте.

— Ты так морщишься и дергаешься, как будто получаешь откат от рабской печати… — Протянул я, обращая внимание на мимику девушки. Идея с деревней мне сильно не нравилась, хоть и логические доводы были сильны. Нам нужна была другая одежда. Да и направить преследователей опять по ложному следу не помешает. Но лиса могла попытаться как-то оставить здесь послание для своих. И это напрягало.

— А ты думаешь, можно запретить себе думать о том, как освободиться? Серьезно? — Резко прошипела она, полыхнув глазами, так что мне показалось, что сейчас она в меня зубами вцепится.

— А ты не думай… — Поучительно произнес я. Но от этого в ее глазах лишь сильнее полыхнула ненависть, а потом ее повело. Она сбледнула и застыла, словно справляясь с какой-то внутренней болью. Если она не играла, то печать действительно сильно влияет на действия.

— Сколько эссенций в школе ты получала? — Тут же добавил я, понимая что, если хочу иметь не только тупого исполнителя, ищущего возможности для предательства, но и условного верного союзника, то добавить чуть пряника тоже не помешает.

— В среднем около пяти сотен в год у меня вышло. Это со всеми премиальными. — Уже не так зло произнесла она. А я прикинул цифры в уме.

— Это же не особо больше, чем сборщики? Разве нет?

— Ага. Только никто не может сборщиком круглый год работать. Да и школа помимо этого обеспечивает всем необходимым.

— И того примерно пятьдесят капель в месяц. Думаю, я смогу столько выделить за первый месяц службы… — Прикинул я. Хоть с эссенциями сейчас и был напряг, но те ресурсы, свитки техник и трансформ, что я накопил в данже, должны были немало стоить. И на их фоне пять десятков за свое спокойствие были небольшой суммой.

— А потом? — Тут же уцепилась лиса.

— А потом суп с котом.

— Это шутка признана расисткой по отношению к такой, как я. — Хмуро произнесла она, поняв, что я не настолько был пропитан гуманизмом, чтобы сразу обещать ей золотые горы, притом что вообще я мог заставить ее делать что угодно забесплатно.

— А тут всем не пофиг на расизм? — Удивился я.

— Пофиг. Но если что, тебя на дуэль вызовут.

— Вот и отлично. — Закончил я разговор, разглядывая деревню и раскинувшиеся вокруг поля. Выглядело это, надо было сказать, крайне внушительно. До горизонта раскинулись зеленящиеся луга с какой-то зерновой культурой, огромные огороды и сады с вековыми фруктовыми деревьями, похожими уже скорее на бонсаи. А телеги на ящерах и редкие тракторы занимались делом, что-то постоянно возя. На нас же редкие пока крестьяне смотрели косо, но молча. И так мы дошли почти до самого центра деревни, где нас уже не встретили, явно заранее узнав о визите «высоких гостей».

— Доброго дня, старшие. Меня зовут Джон. Я сын главы колхоза Френка. Что вам понадобилось в нашем селении? — Нас встретил здоровенный детина, щеголяющий выбритыми висками и мощным чубом светлых волос вместе с парочкой едва видимых роговых наростов. Мда… От смешения всех культур, земных и местных, начинало рябить в глазах. Так что Джон, работающий в колхозе, при этом являющийся немножечко рогатым демоном и следящий за прической, как будто тут где-то был барбершоп, выглядел уже и не так уж чуждо.

— Дела наши тебя не касаются. Идем в Унворстан по важному делу. Нам бы одежды прикупить у вас, на меня и спутницу. И еды побольше. Плачу золотом. — Выдал я фразу, намеренно припуская в голос чванливых ноток. Ну а что? Раз кланяются и старшими называют, чего бы не повыпендриваться. Тем более что колхоз этот, вроде как, принадлежал школе молнии. Не как крепостные, все же люди были свободными. Но вот за право на землю отстегивали немало.

— Эм… — Джон явно завис, переводя взгляд с меня на лисицу. Явно не поверил в нашу историю. Да и как поверить, если два непонятных проходимца типа из школы, у которой и так все есть, и которые должны были двигаться на повозке, если по важному делу, а не пешком. И одежду получать на складе, а не покупать у деревенщин, вдруг вот так заявляются. Но горсть золота в моей руке явно ускорила его мыслительный процесс.

— Конечно. Сделаем все в лучшем виде. Сапоги вам нужны? У нас тут как раз лежали от одного купца. Очень качественные… Никто пока не носил. Да и проходите. Мы всегда рады гостям… — тут же сориентировался он, начав нас куда-то зазывать в дом и предлагать товары. И соблазн отдохнуть был велик. Ведь не только физически, но и морально я очень устал. Однако это был риск.

— Слушай сюда. Если за двадцать минут принесешь все нужное, комплекты одежды, сапог и еды кубометр, сколько в кольцо влезет, заплачу в двойном размере. А нет, значит, дешевле куплю. Нам некогда. Понял? — Прервал я эти попытки взять нас в оборот.

— Понял. Чего не понять. Ждите здесь. Все будет. — Стал он серьезным, тут же куда-то испаряясь и по пути отдавая указания. Я же пока принялся рассматривать деревню, подмечая особенности. Простые деревянные избы или иногда каменные и даже кирпичные строения. Много телег, скотины. Животные в большинстве своем выглядели знакомо, но, кажется, они все прошли через генные улучшения. Куры, утки, перепела… На полях были видны коровы, козы и овцы. Правда, все они выглядели куда упитаннее, а местами были словно «боевыми», со слишком уж массивными рогами.

Ездовые ящеры выделялись на общем фоне своей чуждостью. Но не так, как жирные кролики, которые тут