последний звук, который я слышала, прежде чем сосредоточиться на своей цели.

В комнате повисла напряженная тишина. Вэйл стоял у двери, его фигура, казалось, заполняла все пространство. Он скрестил руки на груди, ожидая, когда я начну говорить. Я знала, что он привык к моей язвительности и колкостям, но сегодня... Сегодня я должна быть другой.

— Ты прав, — начала я, мягко улыбаясь, и сама удивилась, как естественно это прозвучало. Какая же я хорошая актриска! — Я действительно заскучала здесь. Но, может, ты и правда составишь мне компанию?

Его глаза сузились. Он был умен и профессионально-подозрителен, и я знала, что он не поверит в мое внезапное дружелюбие. Но любопытство, которое я заметила в его взгляде, заставило меня продолжать.

— Мы ведь почти не проводим времени вместе, — добавила я, сделав пару шагов ближе. — Разве это не странно, учитывая, что мы... супруги?

Эти слова, кажется, задели его. Я увидела, как его челюсть слегка напряглась, как он отвел взгляд, но все же остался на месте.

— Не знал, что тебя это волнует, — произнес он сухо, но в его голосе появилась странная нотка. — После того, как ты так поступила едва я мы провели вместе вечер…

Да, это было, как удар поддых. Даже совестно стало. Чуть-чуть.

— А почему бы и нет? — ответила я, подходя еще ближе. Теперь между нами оставалось всего несколько шагов. — Может быть, я просто устала быть для тебя только проблемой, которую нужно решать. Может, я хочу увидеть в тебе... человека.

Его глаза снова встретились с моими, и на этот раз в них мелькнуло что-то новое. Что-то, чего я раньше не видела. Сомнение? Желание? Или, может быть, он просто пытался понять, что я замышляю?

Последнее хотелось вычесть из уравнения. Ну же, Вэйл. Я просто скучающая и виноватая женушка.

Наверняка потом у меня будет все болеть из-за конвульсий совести ии погрызушек изнутри моего сознания. Но сейчас ее голос вышло заткнуть.

— Это неожиданно, — сказал он наконец, его голос стал мягче. — Обычно ты предпочитаешь указывать мне на мои недостатки, а не искать во мне что-то человеческое.

Ай! Это было почти обидно. Неужели я и правда стала такой язвой? Впрочем, вспоминая дни в архивах… я и правда часто рычала на них обоих. Особенно когда эти два барана начинали грызню меж собой.

— Может, я просто давно не смотрела на тебя по-другому, а после того вечера, — я на миг замялась, — той части, что мы провели вместе, я немного пересмотрела наше общение.

Ответила я, сделав еще один шаг. Теперь я стояла совсем близко, и могла разглядеть каждую черту его лица. Его суровые скулы, тень раздражения на губах, которая уже начала исчезать.

— Может, я хочу это исправить. И извиниться, что полезла в обход тебя к призраку.

Он не отступил. Напротив, его взгляд стал более внимательным. Я чувствовала, как между нами растет напряжение, но это было именно то, что мне нужно. Если я хочу выбраться отсюда, мне нужно заставить его поверить, что я задумалась. И что я перестала воспринимать его как противника.

— Ну что ж, — наконец произнес он, его голос был низким и немного хрипловатым. — Если ты действительно хочешь провести вечер в моей компании, я, пожалуй, не откажусь.

Я улыбнулась, но внутри почувствовала, как что-то сжалось. Эта игра требовала от меня больше, чем я ожидала. Но я не могла позволить себе остановиться.

Вечер прошел за разговорами. Вэйл организовал ужин и даже бутылку вина.

Мы по прежнему находились в той же комнате, но здесь словно стало не так пусто с его появлением.

Я смеялась над его шутками, рассказывала о себе, даже поделилась парой воспоминаний, которые, казалось, тронули его. Постепенно его настороженность начала исчезать. Он расслабился, и я заметила, как его взгляд становится более теплым.

Это все было непросто. Мне было почти горько от того, что я делаю. Как потом я объясню ему свое поведение? Свой поступок? Только вот знала наверняка, что если заговорю с ним прямо, он и слушать не станет. Нет, мне придется сперва доказать свою правоту и то, что я чего-то стою. Может быть тогда он посмотрит на меня не только как на женщину, жену и ту, что должна ждать дома на кухне… Или как у них тут заведено?

Когда я, будто случайно, коснулась его руки, он лишь слегка напрягся, но не отдернул ее. Я могла почувствовать, как под моими пальцами напряглись его сухожилия, как он борется с внутренним желанием отойти, но почему-то не делает этого. Я позволила себе улыбнуться, чуть наклонив голову, словно невинно.

— Ты весь вечер такой серьезный, Вэйл, — произнесла я, смягчив голос. — Неужели так страшно просто... расслабиться?

Он посмотрел на меня, его взгляд был тяжелым, но в нем мелькнула искра чего-то, что я не могла полностью разгадать. Желание? Сомнение? Или, может, он просто пытался понять, действительно ли я говорю искренне.

— Ты сама напрягаешься порой больше, чем я, Мари, — ответил он с легкой усмешкой. — И не мне тебе говорить о том, что расслабляться с тобой — это опасная игра.

Я засмеялась, чуть наклонившись ближе, и сделала вид, что мои пальцы едва заметно проводят по его запястью, будто я неосознанно ищу тепла.

— Ну что ж, — выдохнула я, едва слышно, — может, стоит рискнуть? Вдруг ты найдешь во мне не только источник опасности?

Я давилась этими словами, но внешне оставалась спокойной. Все во мне кричало от отчаяния, но я наступила на горло этому крику.

Глава 20.3

Его губы дрогнули, словно он пытался сказать что-то язвительное, но не смог. Вместо этого он чуть склонил голову, наблюдая за мной так пристально, что я почувствовала, как внутри меня разгорается тепло. Это был тот самый момент, когда между нами словно повисло невидимое напряжение.

— Ты всегда так уверена в себе? — спросил он, его голос был низким и хрипловатым.

— Только когда знаю, чего хочу, — ответила я, стараясь выглядеть уверенной, хотя сердце в груди колотилось так, что, казалось, он мог слышать его. — А ты? Ты всегда так... осторожен?

Он усмехнулся, чуть качнув головой.

— Осторожность — это то, что спасло меня от множества неприятностей, — произнес он, но в его голосе уже