встряхнули и стало плохо, голова закружилась, и я открыла глаза. Сначала ничего не видела, все расплывалось, потом проступили очертания люстры на потолке, перевела глаза вбок. Рядом сидит и держит мою руку синеглазый, и стоят двое пожилых мужчин. Один похожий на синеглазого, второй с черными глазами, в которых клубилась тьма. Я отвернулась. «Ты сошла с ума Алина», – вынесло вердикт сознание.

– Алани, – тихо позвал синеглазый, – как ты себя чувствуешь?

– Вы меня с кем–то путаете, – тихо сказала ему стараясь не смотреть в глаза и пытаясь вырвать руку из его захвата, – меня Алина зовут.

– А я Стаур, – тут же сказал мужчина и руку мне не отдавал, наоборот наклонился и опять поцеловал запястье. Я замерла со страхом разглядывая непонятного мужчину.

– Вы зачем мне руку целуете, – с ужасом стала придумывать себе страшилки.

Это точно сектанты какие–то, наверно я для жертв нужна, сейчас каких только шизиков не повылазило.

– Хочу целовать, – сказал синеглазый и улыбнулся, сверкнув крепкими белыми зубами с выделяющимися клыками.

Я даже про вампиров подумала, обрывая свою зарождающуюся истерику.

– Мне нужно идти, – голос предательски дрожал.

– Оставь в покое девочку Стаур, ей и так от вас досталось, дуболомы, я подниму вопрос о вашем поведении в совете. Еще один выкрутас и вылетишь вон, не поможет Перион.

Я уже наконец–то вырвала руку у синеглазого и на трясущихся ногах попыталась сбежать.

– Я провожу, – мягко сказал Стаур, – не бойся меня Алани, никого не бойся.

– Я не Алани, – выскользнула из комнаты, нужно бежать и замерла, не зная куда идти.

– Видишь, ты не знаешь куда идти, – словно прочитал мои мысли мужчина, мягко подхватил за руку, – я помогу. Тебя наверно надо довезти до дома. Я довезу.

– Сама доберусь, – не стала вырывать руку, голова подозрительно кружилась. «Это все голод», – подумала про себя, нужно поесть и все будет хорошо. Я не хотела смотреть на синеглазого, не потому что боялась, вернее боялась, но не его. А то, что вижу. Вокруг его головы все еще сверкала и переливалась непонятная субстанция. Это было красиво, потрясающе и хотелось потрогать её руками чтобы убедится, что не брежу.

Тем временем мы оказались возле раздевалок. Там это произвело фурор.

– Бери вещи, – мягко подтолкнул меня к раздевалке Стаур и улыбнулся. Да что он ко мне прицепился, хотелось вспылить и прогнать его прочь, а когда увидела злющий взгляд Ольги из открытой двери, захотелось вообще самой бежать без оглядки. Но я расправила плечи и насупилась, как мне казалось злостно. Конечно, представляла, как смешно выгляжу со стороны. Огромный мужик, мечта всех красавиц, сейчас жмущихся по стенкам, и я, мелкая козявка, с воинственно торчащими в разные стороны волосами. Поневоле на губы пришла улыбка, от чего синеглазый расцвел сам, ловя мой взгляд. Мне даже показалось что он качнулся ко мне и быстро шмыгнула в комнату, хлопнув дверью перед его носом.

Девушки зашубуршились, каждая по своим вещам, лишь одна блондинка довольно дружелюбно похлопала по плечу:

– Тебе повезло, будет у тебя теперь все что ты хочешь.

– А что я хочу, – ошарашенно посмотрела на девушку.

– А это уже сама решай, бывай, удачи.

Девушка цокнула языком посмотрела на Ольгу чуть приподняв одну бровь и вышла из комнаты:

– Ты это специально, – вдруг раздался рядом, голос коллеги, – я же сказала, что синеглазый мой, ты специально перед ним в обморок упала.

– Что, – удивилась я, – Ольга я не знаю, что со мной было.

– Зато я знаю, – девушка, не обращая внимание на других наступала на меня, – знаю, что ты тварь, которая ни перед чем не остановится, пригрела змею на груди.

Я шарахнулась от руки, которая прошлась совсем рядом с моим лицом. Быстро ухватила свою сумку и стала переодеваться. Под общее молчание выскочила наружу, хотелось плакать. Было обидно.

Синеглазый оторвался от стены, к которой прислонился, оглядел меня с ног до головы. Хотелось крикнуть ему в лицо, чтобы отвалил, одни проблемы от него. Но ехать домой надо было, Ольга навряд ли поможет, теперь даже непонятно отдадут ли мне деньги за работу.

– Алани, пошли отвезу тебя, – сказал он когда я пошла на выход.

– Если ты хочешь выйти наружу, то не туда идешь, – сказал в спину мужчина.

Я развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла назад.

– Меня зовут Алина, – буркнула под нос.

– Я знаю, – сказал он и почувствовала, что он улыбается, сдержала в себе ответную улыбку.

Ну не могу я грубить ему, если он мне кажется странным со своей Алани и улыбками, то я сама такая же странная, хочется просто смотреть на него и тоже глупо улыбаться.

– «А если это влюбленность» – подумала про себя и чуть не остановилась.

Я никогда не влюблялась. Сначала переживала, считала себя ненормальной, потом перестала переживать. Я чувствовала, писала картины, которыми восхищались, по крайней мере хвалили преподаватели. А теперь понимаю, что чувства, которые одолевают совсем непонятные.

Как проявляется влюблённость. Попыталась вспомнить своих подружек по колледжу, которые говорили о любви, как они описывали свои чувства. Пропадая в своих мыслях, даже не заметила, как очутилась в большом автомобиле. По маркам я не разбиралась, для меня все машины делились на большие и маленькие, синенькие красненькие. Вот Ольга наверно знает марку автомобиля, скорей всего она и сколько стоит такая машина знает.

За руль сел Стаур, странное имя, точно иностранец. Мужчина улыбнулся мне что–то нажимал по кнопкам.

– Замерзла, – спросил он, – сейчас будет тепло.

Машина тихо загудела, мягко тронулась. Я совершенно не ощущала, едим ли мы.

– Скажи свой адрес, – попросил Стаур, я назвала.

Ехали молча, я боялась разговаривать, а мужчина просто смотрел на меня иногда и улыбался. Блаженный какой–то, но какой красивый блаженный. Так хотелось схватить краски, кисти и уйти в нирвану, воплощая на холсте свою мечту. Я всегда так делала, когда чего–то не могла получить, будь то простая сумочка из дорогого магазина или поездка на море. Море на холсте успокаивало, а мой портрет с сумочкой говорил, что не так–то сильно она мне нужна.

Стаур помог выйти из машины, я вежливо попрощалась и потопала в дом. Чувствовала на спине его взгляд, так хотелось обернуться, но я шмыгнула