Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Тактика изматывания от Бездны работала на «отлично». За этот день было уничтожено порядка двух сотен одержимых, в двух местах им даже удалось закрепиться в пригороде, но мы их выбили оттуда с большими потерями. Наши потери составили двадцать шесть человек убитыми и шестнадцать ранеными. Непозволительные цифры для нашего положения.
К счастью, к концу дня парни подготовили еще три сотни бойцов, которых проверили в силу возможностей, научили хоть как-то стрелять и разбили на отряды. Теперь у нашей охраны появилась смена.
Пришествие Бездны мы встречали уже утром на крыше одного из домов, неподалеку от границы безопасной территории. Отсюда можно было рассмотреть ближайшие окрестности и не попасться в прицел снайперам.
– Четыре минуты, десять секунд! – объявил Глеб, который засекал время по часам.
– Следующая откроется через две минуты и пять секунд, – вяло бросил я, потому как все и так понимали эту зависимость. С каждой воронкой время уменьшается вдвое, пока они не откроются повсюду в одно мгновение. Да, будет разница в доли секунды, но мы этого даже не заметим.
– Люди еще пытаются выбираться из опасной зоны, мы могли бы попытаться им помочь! – вмешался Игорь Малов.
– Игорь, мы сами себе едва успеваем помогать. Если сунемся туда, ослабим контроль над городом и получим большие проблемы в виде десятков одержимых на улицах.
– Смотрите, там наш отряд сражается! – Глеб указал немного правее, где шестеро бойцов вырвались из обступающей нас Бездны и организованно отступали к городу. Эфириалы уже не могли преследовать их и выли от разочарования. Даже сюда было слышно эти душераздирающие звуки. А вот одержимые решили преследовать свою цель до конца. Нет, нужно помочь своим, а заодно дать одержимым понять, что безопасная территория – не то место, где можно разгуливать безнаказанно и творить что вздумается.
– Дай бинокль!
Действительно, наши отступают! Я узнал Волгину и Гришина, которые сейчас работали в паре. Девушка била лучами энергии, а парень прикрывал их обоих щитами. Остальная четвёрка откровенно бежала, бросив своих же на верную смерть. Если не вмешаться сейчас, одержимые легко задавят эту парочку, а потом еще и расстреляют в спину этих трусов.
– Глеб, Кас, дайте руки!
– А почему не я? – тут же донеслось возмущение Насти.
– Потому что так надо!
Я узнал это место. Мне уже приходилось несколько раз бывать там сегодня и отбивать атаки одержимых. Не знаю что сподвигло ребят сунуться в воронку, но действовали они безумно. И что самое возмутительное – сейчас было не их дежурство, а это значит, что через двенадцать часов я получу отряд измотанных стражей, которые ничего не смогут в бою, потому как уже растратили энергию и физические силы на эту бесполезную вылазку.
Хлоп! Мы оказываемся в паре метров от бегущих бойцов. Они видят, что впереди что-то происходит, оборачиваются и притормаживают.
– А ну стоять! Развернуться на сто восемьдесят градусов, и в бой! Ваши соратники сейчас гибнут, чтобы прикрыть ваши трусливые задницы, а вы и рады пятками сверкать!
Глеб уже создает барьер, который прикрывает его, меня и Каса с трёх сторон, а мы с наставником начинаем бить лучами по тем, кто отважился сунуться дальше. Гришина подкашивает взрывом гранаты, метко брошенной под ноги. Парень падает на спину, а его щит тухнет. В этой ситуации Волгина остается совершенно беззащитной. Она даже щит не успеет поставить. Решено!
Перемещаюсь к девушке, закрываю собой и мысленно приказываю нам переместиться обратно за щит Глеба. Пару выстрелов достают до меня, но сгорают в пламени Китежа. Хлоп! И вот он я уже на месте.
– Володя! – кричит Волгина.
– Ему уже не поможем.
Растерявшиеся бойцы из отряда Волгиной почувствовали нашу силу и подключились к сражению. Общими усилиями мы здорово поднажали. Одержимые огрызаются, но отступают. Потеряли с десяток своих и убедились, что больше им здесь ничего не светит.
– Спасибо! – хлюпает носом Волгина, которая все еще прижимается ко мне. – Извини за этот глупый поступок. Мы хотели спасти людей, которые были по ту сторону воронки…
– В этот раз извиню, а вот в следующий – вряд ли. Тебе следует привыкнуть к тому, что нужно выполнять приказы тех, кто знает больше.
– Снова приказы… Знаешь, ты становишься похож на своего отца. Тот тоже только и умел, что приказывать, а остальных считал за своих марионеток! – девушка отстранилась и насупилась.
– Можешь не рассказывать мне о моем отце, я и так отлично знаю что он из себя представлял. А ты сейчас путаешь самодурство с голосом здравого разума. И я тебе еще раз повторяю, что такие выходки недопустимы. Сегодня мы заплатили за это смерть Гришина. Кто следующий?
На глазах девушки появились слёзы, но она быстро взяла себя в руки. По пути до самой базы она не произнесла ни слова.
– Я поняла, почему ты решил не брать меня с собой! – заявила Настя, стоило нам вернуться.
– Поясни.
– Не хотел, чтобы я мешала тебе с Волгиной! Я видела в бинокль как ты бросился спасать ее и зажимал в своих объятиях.
– А был другой способ ее спасти?
– А почему именно ее стоило спасать?
– Потому что Гришину было уже не помочь, а остальные и так отлично справились со спасением собственных шкур. Если ты следила за происходящим в бинокль, должна была это понимать.
Настя не ответила, а резко развернула и поспешила на выход. Нашла время устраивать сцены ревности! Не стал ее догонять и выяснять отношения. Во-первых, я совершенно н евиноват, во-вторых – у нас есть более важные дела на данный момент. Например, пришествие Бездны.
– Вы все пропустили! – заметил Кокос, когда мы с Глебом и Касьяновым вошли в комнату. – Воронки били по нескольку штук в секунду. Вот это было зрелище!
– Увы, не самое приятное. Теперь все, кто остался за пределами безопасных территорий, обречены на смерть. Вряд ли мы сможем им помочь.
– Да уж, утешил, – отозвался Хирург, заметив как насупилась Джи.
– Кир, там Белова с докладом по обстановке в воронках. Говорит, что-то важное.
– Давайте послушаем!
Посреди гостиной установили огромный стол с единственной картой местности, которую удалось найти. К сожалению, там не было отмечено возвышенностей и особенностей местности, но что поделать!
Быстро нанес на карту места безопасных зон и наметил несколько точек, где нужно обороняться. Увы, техники у нас толком не было – всего два бронированных автомобиля и один бронетранспортер, который принадлежал имперской гвардии и