даже для того, чтобы оплатить коммуналку. А теперь посмотри на меня, я сижу в столице Империи, общаюсь с духами леса, прячусь от всемогущих магов и плету заговоры вместе с олигархами. Повар с кухонным ножом должен восстанавливать мировой баланс и спасать вселенную от спятившего князя, это даже для дешёвого бульварного романа явный перебор.

Травка бесшумно поднялась с кресла, я не услышал её шагов, только почувствовал, как рядом повеяло прохладой. Она опустилась на колени перед кроватью и мягко коснулась моего колена.

— Ты справишься с этим, — её голос был на удивление спокойным и твёрдым, он вселял надежду. — Ты уже прекрасно справляешься, ведь ты готовишь еду, которая возвращает людям жизнь. Ты открываешь им глаза на вкус истины, а это оружие гораздо сильнее любых твоих врагов.

Она потянулась ко мне и нежно поцеловала в щёку. От её губ пахло свежей дикой мятой, мёдом и утренней росой. Это было очень странное и мимолётное касание, но оно чудесным образом сняло часть тяжести с моих плеч. Я почувствовал себя так, словно выпил кружку горячего бульона после смены в восьмое марта. И да, лучше не спрашивать повара, что он думает об этом празднике.

— Если окажешься на краю гибели и не увидишь выхода, — прошептала она, медленно отстраняясь. — Позови меня мысленно, позови как можно громче и искреннее. Моя проекция обязательно придёт и поможет тебе, но помни о двух важных вещах, человек.

Я поднял на неё усталый, но уже более ясный взгляд.

— Внимательно слушаю твои советы.

— Во-первых, твой серый друг, — она кивнула в сторону неподвижного Рата. — Он гораздо умнее и сложнее, чем кажется. Не отпускай его далеко от себя и заботься о нём, он тебе ещё не раз понадобится в этой войне.

— Принято, буду кормить его лучшим сыром, — кивнул я. — А во-вторых?

Травка чуть склонила голову набок, её глаза снова лукаво блеснули в полумраке комнаты.

— Во-вторых, готовься, тебя ждут поистине великие потрясения. Твоя жизнь перевернётся с ног на голову ещё не один раз, потому что твоё наследие уже живёт.

Я нахмурился, усиленно пытаясь понять скрытый смысл её фразы.

— Какое ещё наследие? Моя семья? Тайные рецепты отца? Моя сестра Настя или мои ученики в ресторане? О чём ты говоришь?

Она лишь загадочно подмигнула мне на прощание.

— Скоро сам всё узнаешь. Просто береги себя и продолжай готовить.

Свет вокруг её фигуры вдруг вспыхнул нестерпимо ярко, я зажмурился и прикрыл глаза рукой. А затем раздался тихий хлопок, который был похож на звук лопнувшего мыльного пузыря. Когда я открыл глаза, Травки в номере уже не было.

Я сидел в тишине ещё несколько минут, переваривая услышанное. Наследие уже живёт. Что это вообще значит? Моя особенная кровь, мой врождённый иммунитет к магии, моя вновь обретённая мать? Или она имела в виду что-то совершенно другое, о чём я даже не догадываюсь?

Мои размышления прервал громкий чих.

Я вздрогнул и обернулся, заметив, как на покрывале дёрнулся Рат, сел на задние лапы и начал ошалело мотать мордой из стороны в сторону. Его нос смешно дёргался, принюхиваясь к незнакомым запахам, а умные глаза пытались сфокусироваться на окружающих предметах. Крыс посмотрел на свои передние лапы, перевёл ошарашенный взгляд на меня, а затем долго уставился на лепнину высокого потолка.

— Шеф… — прохрипел он знакомым скрипучим голосом, потирая лапой мордочку. — Какого лысого дьявола мы здесь делаем? И почему у меня такое паршивое чувство, будто меня сбросили с небоскрёба прямо в чан с пересоленным бульоном?

Я смотрел на своего очнувшегося друга, и на моём лице сама собой расплывалась улыбка. Напряжение последних дней начало отступать.

— Мы в Питере, хвостатый, — ответил я. — И нам предстоит наварить очень много каши.

Рат попытался встать на четыре лапы, но его качнуло в сторону, и он плюхнулся пузом на одеяло.

— Эти ваши маги бьют исподтишка, шеф, — проворчал он. — Я толком не помню, что было, но почему-то в голове осталась мысль, что они те ещё сволочи. Закинуть бы их на сковородку и прожарить, как полагается.

Я усмехнулся, глядя на его недовольную морду. Рат всегда оценивал этот мир через желудок, и в этом мы с ним были невероятно похожи.

— Зато ты жив, усатый, — я протянул руку и слегка почесал его за ухом, отчего крыс довольно зажмурился. — А с остальным мы как-нибудь разберёмся, главное, что мы знаем врага в лицо.

— Знаем мы его или не знаем, а жрать хочется просто невыносимо, — заявил Рат, облизывая усы. — Надеюсь, в этом пафосном клоповнике можно заказать что-то нормальное? У меня в животе пусто, как в кошельке у стажёра.

— Будет тебе ужин, — пообещал я, поднимаясь с кровати. — И сыр будет. Нам нужны силы, ведь впереди нас ждёт большая готовка и драка с самым главным поваром этой химической богадельни.

* * *

Иногда лучший способ привести мозги в порядок, это просто взять в руки нож и нарезать овощи. Равномерно, быстро, отсекая вместе с шелухой все лишние мысли.

— Ничего не помню, шеф, — прохрипел он. Усы его растерянно дёргались. — Словно мне в голову залили кисель. Я помню только вентиляцию отеля в Стрежневе. Я полз по следу, вынюхивал врагов, а потом раз, и пустота. Кто меня так приложил? Это явно были не простые громилы.

— Успокойся, дружище, — тихо сказал я. — Ты сейчас в безопасности. Главное, что ты живой и со мной, а остальное мы обязательно выясним.

Рат вздохнул и прижался к моей руке, ища поддержки. Я понимал, что стресс нужно снимать делом, иначе можно просто сойти с ума от ожидания удара. Поэтому поднялся и пошёл к мини-кухне. Готовка всегда была моей терапией. Она моментально возвращала мне контроль над ситуацией.

Пока я говорил и успокаивал крыса, мои руки начали работать на автомате. Я открыл дверцу холодильника и провёл ревизию запасов. Выбор оказался невелик, но для повара это не проблема. Из простых вещей всегда можно сделать шедевр. Нужно лишь понимать физику процесса и чувствовать продукт. Я достал несколько яиц, кусок сыра, упаковку сыровяленого мяса, горсть черри и пучок базилика.

Сгрузил продукты на столешницу, взял нож, и сталь, к моему счастью, остудила пыл. Оружие повара всегда давало мне уверенность. Я нарезал мясо слайсами, поставил сковороду на конфорку и