постепенно превращается в лохмотья. А во что превратится ее платье, даже грустно представлять. Будь мы с ней наедине, я был бы совсем не против посмотреть, каким оно станет, но здесь и сейчас…

Бросив взгляд на Арти, быстро киваю ей и снова бросаюсь в атаку, приковывая внимание Ульриха к себе. Очередной обмен ударами, взвинчиваю темп сражения почти на максимум, чтобы у противника не было ни мгновения на что-то еще отвлекаться, и, когда он полностью сосредоточился на мне, на него налетела Арти. Ее атака была неожиданной для Ульриха, и особенно ее сила. Он, похоже, наивно предполагал, что она слаба и поэтому старательно уходит от его нападений и прячется за мной. На самом же деле все оказалось не совсем так.

И вдвоем мы начали его теснить. Он еще держится, но видно, что пусть и совсем понемногу, но чаша весов постепенно склоняется на нашу сторону, у него не хватает сил, скорости и живучести, чтобы спокойно держаться против нас обоих.

Часть ударов он пропускает, и хоть с частью из них его организм справляется без особых проблем, но вот с оставшимися… Ульрих весьма быстро начал покрываться не успевающими регенерировать ссадинами. Не сказать, что это как-то мешает ему и заметно на нем сказывается, однако глаз, без сомнения, радует и показывает, что мы на верном пути.

Еще несколько минут боя со все возрастающим остервенением и жестокостью, не говоря про скорость, на которой мы двигаемся, и внезапно Ульрих отскочил в сторону метров на пять и громко взревел. Чего это он? Замерев, настороженно смотрю на него, пытаясь понять, что именно он задумал. Раньше он так не делал, это что-то новенькое. Просто злится или же за этим скрывается что-то большее?

Взревев, он начал словно раздуваться. Не в разы, но вполне заметно — надетый на него костюм натянулся и в некоторых местах начал даже трещать. Не дожидаясь, что будет дальше, бросаюсь к нему. Рывок на максимальной скорости, удар… Внезапно понимаю, что куда-то лечу, а по голове словно кувалдой врезали.

Влетев в стену и затормозив об нее, вскакиваю на ноги и встряхиваю головой, а то перед глазами все слегка плывет. Эклайз сообщает, что подобных ударов лучше избегать, несколько таких подряд, и есть немалые шансы, что я отключусь или вообще помру.

Пока я прихожу в себя, Арти скачет вокруг Ульриха. Тот стал больше и сильнее, но потерял немного в ловкости, став неповоротливее, хотя сами удары при этом стали заметно быстрее. Видимо, это его какой-то боевой режим, в который он перешел, поняв, что справиться с нами у него никак не получается.

Придя в себя, бросаюсь к ним. Но, подскочив, не рвусь сразу в атаку, а тоже начинаю кружить и атаковать быстрыми ударами, улавливая нужные моменты и уходя от вражеских атак, попадать под них мне что-то совсем не хочется. Они и раньше были сильны, но теперь…

И такая тактика дала свои плоды. Благодаря тому, что нас двое и мы постоянно движемся, удается избегать большей части вражеских ударов, при этом почти непрерывно атакуя его самого. И Ульриха такое положение дико бесит, он все больше злится, пытается достать кого-то из нас, все сильнее и сильнее рискуя при этом.

И в какой-то момент мы сумели подловить его и даже сбить на пол. Подняться ему, разумеется, никто не собирался позволять. На него сразу же посыпались удары со всех сторон, и он вынужден был перейти в глухую оборону. Почему «со всех сторон», когда нас с Арти всего лишь двое? Там мы продолжаем перемещаться, не задерживаясь надолго на одном месте и не позволяя Ульриху извернуться и достать нас, а то, может, он и сбит на пол, но безобидным от этого совсем не стал.

— А-а-р-р! Жалкое отребье! — взревел Ульрих спустя еще несколько безуспешных попыток подняться и сделать что-либо с нами.

Еще миг, и нас с Арти расшвыряло в разные стороны. Все произошло настолько быстро, что я даже ничего понять не успел. Вот он еще лежал, а мы его били, а вот что-то произошло, и мы разлетаемся в стороны. Приземлившись на ноги и немного проскользив по полу, торможу и ищу взглядом Арти и Ульриха.

Нашел обоих. Арти немного в стороне от меня, вроде бы нормально с ней все, тоже просто отшвырнуло. Ульрих… он хоть и неслабо побит, но вполне уверенно стоит на ногах и недобро смотрит на нас. Впрочем, бросаться в атаку он что-то не спешит снова. Задумал что?

Внимательно слежу за ним. Что он еще припас? Помирать он явно не собирается. Вообще не похоже, что мы смогли за все время нанести ему хоть какой-то заметный вред. Да, он неплохо так побит, но в целом как был бодрячком, так таким же примерно и остается, несмотря на все наши старания. Ни какой-нибудь хромоты или болезненной неповоротливости, ничего подобного, никаких признаков, что у нас получилось хоть немного достать его.

И это печально. А ведь мы били, и били хорошо, со всей силы, а слабыми нас не назвать. И по уязвимым точкам в том числе лупили от души. Любой другой на его месте давно уже должен был превратиться если и не в отбивную, то близко к этому, даже какой-нибудь дроид. В какого же монстра превратил себя Ульрих? Какой у него уровень? Система говорит, что тридцать пятый, но очевидно, что это даже и близко не так на самом деле. Он намного сильнее. Пятидесятый? Шестидесятый? Еще выше?

Даже если предположить, что он зачем-то преимущественно модифицировался с упором на физический аспект, он все равно заметно мощнее своего официального уровня. Да и странно немного, если все так. Зачем ему упор на физическое развитие тела? Он же не боец, каждый день за свою жизнь не сражается. Захотелось ему так? Или это все же лишь часть его модификаций, а на самом деле он модифицирован гораздо шире? Если так, то насколько же сильно он модифицирован? Его вообще еще можно назвать живым человеком? Хотя кровь вроде бы же есть. Боль, кажется, тоже чувствует…

Готовлюсь к очередному раунду нашего затянувшегося сражения и прикидываю, что можно сделать. Использовать подручные предметы? Так тут ничего такого подходящего нет. А какие-то обломки или обычные вещи… Плевать на них хотел Ульрих. Какое-нибудь оружие? Так его ведь нет здесь, даже какого-то захудалого ножика.

Попробовать оторвать ему что-нибудь? Или сломать? Наверно, это единственное, что остается и что еще не пробовали. До этого мы