тем, что смог установить связь между печатями, с таким энтузиазмом об этом рассказывал, но прямой вопрос Эр Шэн оставил его без слов. Прочистив горло, Чан Юань перешел к заключению:

– Другими словами, это Око формации между пустынным городом Бесконечности и руинами Десяти Тысяч Небес. Когда на воде появился образ города Бесконечности, появился красный свет, исчез он тоже вместе с отражением. По-видимому, свет – это посредник, соединяющий озеро с внешним миром. Если сможем войти в этот свет, возможно, нам удастся выбраться.

– Но свет исчез. – Эр Шэн не сводила глаз с Чан Юаня.

– Он непременно появится снова…

Они нашли возможный выход, но красный свет, который помог бы им выбраться, пропал. Несчастным путникам ничего не оставалось, кроме как сидеть у озера и смотреть на небо в ожидании следующего появления красного сияния.

Дул слабый теплый ветерок, и Эр Шэн захотелось спать. Она наклонила голову в сторону Чан Юаня, а тот тяжелым взглядом наблюдал за светящимися шарами в озере. Ненароком он заметил, как Эр Шэн сомкнула веки и склонялись к земле. Прикинув расстояние между собой и нею, дракон, не подавая виду, чуть двинулся к девушке, и ее голова упала ему на плечо.

Мягкие черные пряди легли на шею Чан Юаня, охваченного нежностью. Его голова тоже слегка наклонилась в сторону Эр Шэн, ластясь к ней. Он не улыбался, но его глаза были полны жадности, словно у ребенка, укравшего конфету и теперь тайно ее смаковавшего. Даже если бы пролетавшие мимо белые лепестки обратились в пепел, он все равно нашел бы это зрелище самым прекрасным на свете.

Пусть они не смогут обойти горы и реки, протянувшиеся на тысячи ли, не увидят мира, ему бы хватило и этого краткого мига спокойствия…

Тут Эр Шэн выпятила губу и еле различимо промолвила:

– Мясо… – и причмокнула, словно пытаясь распробовать.

Чан Юань молча посмотрел вдаль, затем обтер пальцы и поднес их к губам Эр Шэн. Выпяченной губой она коснулась пальцев Чан Юаня и, не колеблясь, взяла их в рот, с аппетитом причмокивая, точно дитя.

Видя, что та крепко спит, мужчина не стал убирать ладони, позволив ей облизывать и прикусывать его кожу. Было бы здорово, если бы он мог сидеть так с нею и в будущем. Когда она проголодается, он ее покормит.

Теплый ветерок так и шелестел среди цветов, как вдруг вспыхнули два красных светящихся шара в озере. Из них вырвалась пара лучей красного света, которые, слившись в один, устремились в небесную вышину.

Взор Чан Юаня на мгновение задержался на черной половине озера, словно мужчина решил что-то для себя. Тихонько вздохнув, он растормошил Эр Шэн.

– Нам пора.

Девушка потянулась, чтобы размять затекшие мышцы, и протерла заспанные глаза.

– В академию или на охоту за оборотнями… – Не успев закончить фразу, она окончательно проснулась. – Ой, нет, красный свет появился? Пойдем скорее! Иначе снова погаснет!

– Не торопись. – Чан Юань притянул ее к себе. – Мы не знаем, куда ведет этот луч, дай я сначала разведаю обстановку.

Эр Шэн почесала голову:

– Как бы опасно ни было снаружи, нам нужно идти! Это лучше, чем быть запертыми здесь.

Дракон покачал головой в бессилии:

– Вы с Сы Мин одинаково безрассудны…

– Кто с ней одинаковый? – Эр Шэн вмиг разгневалась и дернула Чан Юаня за воротник, будто собралась его поколотить. – Я сказала, что не позволю ей войти в нашу семью! Кто с ней одинаков? Я не разрешаю тебе брать других жен.

Тот немедля с ней согласился:

– Не возьму.

Только тогда Эр Шэн отпустила Чан Юаня и поправила его одежды.

– Хотя мне часто приходилось слышать, как ученицы Затерянной горы говорили, что все мужчины – обманщики, я верю, что ты отличаешься от них и точно не станешь мне врать.

Чан Юань с серьезным видом кивнул и попросил:

– Подожди меня, я первым проверю красный свет.

– Это опасно?

– Нет.

– Тогда буду ждать тебя здесь.

Чан Юань тут же ринулся к лучу, а Эр Шэн послушно сидела у озера, ожидая его возвращения. Сначала она понаблюдала за белой половиной и, не увидев там отражения пустынного города, перевела взгляд к черным водам. Чан Юань сказал, что это озеро связано с руинами Десяти Тысяч Небес, его темницей…

Эр Шэн пристально вгляделась в воды, но там была лишь непроглядная тьма. Неужели Чан Юань провел десятки тысяч лет в таком месте? Как же ему, должно быть, было одиноко…

– Верно, ему было бесконечно одиноко. – Внутри девушки снова раздался бестелесный голос, от которого Эр Шэн вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

С постоянными потрясениями люди привыкают ко всему. Она коснулась груди, где ровно билось ее сердце, и спокойно вымолвила:

– Ты говорил, что будешь только в моем сердце.

– Именно так, – отвечало нечто. – Эр Шэн, то, что ты слышишь сейчас, – голос твоего сердца.

– Голос моего сердца?

– Да. Чан Юань совсем один провел в руинах Десяти Тысяч Небес немало веков. Там абсолютно темно, совершенно пусто и тише, чем в могиле. Будь он обычным человеком, давно бы сошел с ума. В конце концов, кто в таком месте будет верить, что еще жив?

Эр Шэн вспомнились дни из детства, когда ее родители только умерли. Она сидела одна в хижине, голодная и холодная, разглядывая отсыревшие стены опухшими глазами. Девушка обратила взгляд к темным водам, думая о том, как Чан Юань в теле большого черного дракона одиноко лежал, свернувшись кольцами, во мраке. Сердце ее кольнуло, и она пробормотала себе под нос:

– Наверное, он тихо плакал, когда был маленьким…

– Полагаясь на ничтожное пророчество, боги предсказали, что мир будет уничтожен когтями дракона. Поэтому древние божественные драконы были наказаны Небесами и истреблены, а единственный оставшийся был навечно заточен в руинах Десяти Тысяч Небес. Эр Шэн, неужели ты не чувствуешь, как Небеса несправедливы к Чан Юаню?

Девушка вспомнила об увиденной давным-давно стеле в долине Возвращения дракона и о холодных словах Чан Юаня: «Небесная кара. Даже если не провинился, ты должен ее понести». При мысли об этом ей все так же хотелось обнять его и погладить по волосам.

– К счастью, Чан Юань выбрался оттуда…

– Здесь ты ошибаешься, – рассмеялось нечто. – Вечное заточение в руинах Десяти Тысяч Небес – это небесная кара. Скучающие от безделья боги мира Девяти Небес однажды пошлют своих прислужников, чтобы схватить его и вернуть обратно. Пока Чан Юань остается драконом, а руины Десяти Тысяч Небес существуют, он обречен никогда не познать покоя.

Эр Шэн побелела от ярости:

– Но Чан Юань провел столько лет в заточении! Даже если вина есть, он должен был давно искупить ее! Не говоря уж о том, что он не сделал ничего плохого!

– Чан Юань, конечно, ничего не сделал, это судьба с ним сделала. – Голос внутри внезапно стал резким. Спустя несколько мгновений