я твоей любви недостоин, то вызову у тебя хотя бы ненависть. Хоть какие-то эмоции. И вообще, я думал, что быть влюблённым — это слабость. И чем сильнее ты мне нравилась, тем больше я бесился… на себя. И вымещал это на тебе.

Боже… Всё это время я считала его просто жестоким придурком.

Он замолчал, тяжело дыша, большим пальцем медленно погладил мою скулу.

— А потом школа закончилась… и я пытался тебя забыть, правда пытался. Ушёл в армию, потом в МЧС, батя умер, мама болела, были нужны деньги, и я работал, как проклятый.

Роман замолчал на несколько секунд, глядя мне прямо в глаза.

— Десять лет, Ань. Десять лет я убеждал себя, что школьная влюбленность уже в прошлом. А потом увидел тебя в той бане… голую, дрожащую, в дыму. И всё внутри меня просто разорвалось. Как будто этих десяти лет и не было.

Он думал обо мне все эти годы? У меня защипало в глазах. Я изо всех сил старалась не заплакать. Моё сердце будто хотело вырваться из груди. Всё, что я думала о нём, рушилось прямо на глазах. Роман наклонился ещё ближе, почти касаясь меня лбом.

— Так что да… Я хотел тебя поцеловать ещё в школе. И если ты мне позволишь… я больше никогда тебя не отпущу.

На секунду в подсобке стало совсем тихо.

Я должна была оттолкнуть его, сказать что-нибудь резкое, злое, уничтожающее. Но вместо этого просто стояла, чувствуя тепло его пальцев на своём подбородке.

— Не смей… — прошептала я.

Но Роман уже не слышал.

Поцелуй обрушился на меня, как стихия. Роман впился в мои губы, будто боялся, что я исчезну. Его язык настойчиво проник в мой рот, требуя ответа, и когда я невольно приоткрыла губы, углубил поцелуй ещё сильнее.

— Рома… — выдохнула я ему в губы.

Его имя из моих уст сработало, словно пароль, и Роман еще сильнее прижал меня к стене своим телом, его бёдра вдавились в меня, не оставляя ни миллиметра пространства.

В голове ещё крутились все обиды, но через несколько секунд я уже отвечала ему, сначала неуверенно, а потом всё смелее, будто тоже десять лет этого ждала.

Когда Рома на секунду оторвался, чтобы провести зубами по моей шее, я хрипло сказала:

— Я все еще тебя не простила…

— Знаю, — выдохнул он мне в кожу. — Если дашь мне шанс, я готов всю оставшуюся жизнь вымаливать у тебя прощение, — и снова завладел моими губами, ещё глубже, ещё отчаяннее.

Вдруг где-то в коридоре раздался голос лейтенанта:

— Анна? Аня Зайцева! Вы где?!

Я дёрнулась, пытаясь отстраниться, но Роман не пустил — сильнее перехватил меня, хрипло прошептал прямо в губы:

— Тихо… Давай не будем им отвечать. Побудем тут ещё немного.

Его губы скользнули выше, и он прикусил мочку моего уха, не сильно, но достаточно, чтобы по телу пробежала горячая волна. Я невольно тихонько застонала.

— Рома… — выдохнула я, одновременно пытаясь оттолкнуть его и вцепляясь пальцами в его форму.

— Они подождут, — шепнул он мне в ухо, голос был низким и тёмным. — А я целых десять лет ждал.

Снаружи снова послышался голос лейтенанта, теперь ближе, и к нему присоединились ещё несколько голосов коллег.

Роман только усмехнулся мне в шею и снова впился в мои губы, будто весь мир за дверью для него перестал существовать.

Глава 6

Из пожарной части я уехала вместе с коллегами, делая вид, что всё в полном порядке. Что я просто заблудилась в коридоре, что всё это пустяки, и вообще была очень познавательная экскурсия.

Я улыбалась, кивала, даже пару раз посмеялась над шутками, но внутри у меня всё ещё горело, губы пульсировали после поцелуя, на талии будто остались следы от Роминых рук, а в голове крутились его слова.

«Я всю школу был в тебя влюблён…»

«Больше никогда не отпущу».

Я невольно провела пальцами по губам. Они до сих пор были слегка припухшими.

Перед тем, как разойтись, он отозвал меня в сторону на пару секунд.

— Телефон дай.

— Зачем? — насторожилась я.

— Вобью свой номер. И не блокируй его, хорошо?

Я немного поколебалась, но все же протянула аппарат. Роман записал свой номер и вернул мне.

— Сегодня я еще на дежурстве, а завтра у меня выходной. Увидимся?

— Завтра не получится, — сказала я. — Я на свадьбу иду. Коллега замуж выходит, я свидетельница.

— Та, что в бане с тобой горела?

— Да. Ольга, — кивнула я.

Роман задумчиво кивнул и ничего на это не сказал.

Пиликнувшее уведомление в телефоне вернуло меня в реальность. Я догадывалась от кого может быть сообщение, но смотреть сразу не стала. Хотя было жутко любопытно, как он себя записал.

* * *

Роман

Я смотрел, как она уходит по коридору вместе со своими коллегами. Прямая спина, рыжие волосы, которые я только что держал в кулаке. Она даже не обернулась, вот упрямая!

Я невольно усмехнулся. Именно такая она мне всегда и нравилась — с характером, с огнём в глазах. Она не сдаётся, даже когда прижата к стене, особенно — когда прижата к стене. Я провёл большим пальцем по своей нижней губе, всё ещё чувствуя вкус ее губ. Потом достал телефон.

Начальник городского ЗАГСа, Валентина Ивановна Крюкова, — моя хорошая знакомая. Два года назад её муж застрял в лифте в офисном здании, и прямо там у него случился инфаркт. Диспетчер вызвал нас, мы вскрыли кабину за четыре минуты и успели стабилизировать его до приезда скорой. Врачи потом сказали, что ещё минут десять, и было бы поздно. С тех пор Валентина Ивановна каждый год присылала нам в часть торт на день МЧС и звонила лично, чтобы снова сказать спасибо.

Я набрал её номер.

— Валентина Ивановна, добрый вечер. Это Волков из двадцать третьей части. Извините, что поздно…

— Ромочка! — Она всегда так рада меня слышать, будто я ее сын или племянник. — Что случилось?

— Всё хорошо. Мне нужна помощь. Завтра у вас расписывается некая Ольга, можете посмотреть? Мне нужны контакты ее жениха.

Она вздохнула.

— Ромочка, ты понимаешь, что это конфиденциально…

— Понимаю. Валентина Ивановна, я вас очень прошу. Это важно.

Валентина Ивановна вздохнула.

— Подожди, дай зайду в систему… — Послышался стук по клавиатуре. — Завтра у нас две Ольги. Записываешь?

Через пять минут у меня были все данные. Антон Беляев, дата рождения, адрес по прописке. Дальше я просто загуглил. Антон Беляев, наш город — первая же ссылка вела на страницу фирмы «СтройГрупп» с фотографией