удалось отстирать, поэтому Вирджиния, хоть и не сразу, но все же ее выкинула. Из-за мыслей о Вирджинии к моему горлу подступил комок.

Поначалу я ничего не хотела брать отсюда, чтобы оно не напоминало мне о двух неделях, проведенных здесь, будто в кошмаре, но потом я подумала, что, если я заберу с собой некоторые украшения и сдам их в ломбард, Руан не обеднеет. А вот наша с мамой и Ноем жизнь значительно улучшится. К тому же, нам нужны были деньги, чтобы сбежать как можно дальше отсюда. На билеты уйдёт уйма денег.

Я собиралась все сделать правильно, но все же червячок неуверенности точил меня изнутри. Ведь я теперь — не человек. Я переживу и маму и брата. И что тогда? Неужели мне не захочется однажды создать свою собственную семью? Убегая из Аркадии, не обрекаю ли я себя на несчастное будущее? На долгие годы несчастной жизни? Во всяких фэнтези, прочитанных мной некоторые фейри находили свою истинную пару. Что если и у меня она есть? И тогда, убежав, я точно не познаю настоящей любви. Я волей подавила всплывшее из недр памяти воспоминание о том, как Фенрис обнимал и успокаивал меня. Почему я вообще думаю о нем, а не о Дарисе? Если кто из них двоих и является моей истинной парой, так это он, ведь я слышу его. Вдруг эта странная связь и есть связь между душами истинных пар… А я собираюсь бросить его здесь. Оставить один на один с королем Черной Лошадью. Может быть, когда мои мама и брат будут далеко и в безопасности, мне стоит вернуться сюда? В этот ад и столкнуться со всеми трудностями. Может быть, это лучше, чем вообще не дать себе шанса на будущее? Себе и Дарису.

Переодевшись и собрав волосы в тугой гладкий хвост, я спустилась в трапезный зал.

Глава 28

Черная Лошадь встретил меня полуулыбкой. Он не дал мне сесть на мое место и сообщил остальным дрен, что перед ужином их ожидает небольшое представление в тронном зале.

Руан вывел меня из триклиния под руку. Он стоически терпел разряды, которые проходили по его телу от меня. Он сжимал зубы в улыбке, ни одним жестом и шагом не показывая своего напряжения.

В тронном зале Руан и вовсе усадил меня себе на колени. Меня и саму потряхивало, но, естественно, не от разрядов тока, а от осознания того, что теперь, Черная Лошадь, видимо, очень долго может терпеть неудобства, причиняемые ему защитой филактерия. Я не знала, что именно позволяло ему проявлять такую устойчивость. Но это значило, что Руан может сделать со мной всякое, чего я бы не хотела, чтобы он делал со мной. Это будет мой первый раз, и я надеюсь, он случится не с Руаном. Из моего настоящего окружения для этого сейчас больше всего подходил Фенрис. Я невольно вздрогнула от этой мысли. Я ведь хотела сказать, подходил Дарис, да? А не Фенрис? Может быть, надо ему как-то намекнуть, что я бы хотела попробовать с ним до свадьбы с Руаном…. Интересно, он согласится?

Не лучшая идея — сидеть на коленях у Руана и думать о том, с кем у меня случится это