— Далеко собралась? — вздрагиваю от испуга и поворачиваюсь. У ворот стоит Титов собственной персоной. И судя по вкрадчивому тону он не просто зол. Он в бешенстве.

Глава 7.1

Меня пробирает озноб, несмотря на то, что на улице сегодня довольно-таки тепло. Реакция моего тела никак не связана с погодой, виной всему взгляд Титова.

Прямо сейчас мой палач выносит мне приговор, будто я совершила страшное преступление.

— Далеко собралась, я спрашиваю? — тон стальной, угрожающий. Голос низкий, чуть хриплый.

Вся ежусь, скукоживаюсь как гусеница, решившая превратиться в куколку в коконе, замираю. Ириска же, услышав голос знакомого дяди, начинает хныкать, ее надолго не хватает, устала маленькая — сегодня на нас столько негатива вылилось. И сколько еще впереди?

Надеюсь, Титов при ребенке не станет устраивать скандал. И было бы из-за чего? Мы же имеем право уйти, он нам никто. К чему все эти сложности?

А свои подозрения… Да пусть оставит при себе. Арина — моя дочь, только моя! Никому не отдам её, пусть даже не думает у меня отбирать малышку.

— Мы уезжаем. Нам пора домой, Максим Викторович.

— В бомжатник свой торопишься? К пьяным соседям?

— Что? — от удивления чуть челюсть не роняю. — Откуда вы…

— Я все узнал, пробил по своим каналам. Ладно, сама, но ты ребенка в каких условиях держишь? По-твоему, это нормально?

— Вы сейчас сбиваете меня с толку, — честно признаюсь, потому как Титов нависает над нами точно коршун. Когда он успел все узнать? Для чего ему это?

Я с трудом вспомнила адрес нашего с Ириской дома, и кто знает, как нас занесло в эту дыру, а он предъявляет мне претензии, выставляет плохой матерью. Может быть, специально это делает? Кто знает, какие мысли у него в голове.

— Я вас никуда не отпущу.

— Это еще почему?

— Тебе нужно обследование, лечение. А ей, — Титов кивает на малышку, — нормальные условия для жизни.

— Вы много на себя берете, Максим Викторович, — говорю ровно, хотя изнутри всю колошматит. — Я мама Арины, и мне решать, где и как нам с ней жить.

— Вижу я, как ты решаешь. Дай сюда коляску, она же тяжелая…

Забирает ношу, не дожидаясь разрешения или ответа. Злится, выглядит раздраженным. Возразить не успеваю, потому как Титова окликают. Он с удивлением поворачивается, выглядит так, будто не сразу понимает, кто его зовет.

Тем временем, в нашу сторону быстрым шагом направляется Кира.

Она не идет — летит над дорожкой. Вся такая изящная, жеманная. Только глаза выдают в ней ту стерву, с которой я успела столкнуться до приезда Максима. Еще одна убийца взглядом, правда, получается у нее не так эффектно.

Наверное, устроит сейчас истерику, выскажет все Титову. Было бы за что, куда мне тягаться с этой красоткой. Да и не нужно мне, я хочу лишь одного — защитить свою дочь. Никому не отдам, кто бы что про себя не думал...

Глава 7.2

— Максим, милый! — приторный голос дивы заставляет меня непроизвольно поморщиться. Блондинка явно умнее, чем я думала, засела в глубочайшей засаде, потому как откладывает атаку на Титова, выбирая мягкую тактику.

— Кира? Ты как здесь оказалась? — на лице Максима отражается искреннее недоумение, которое быстро перетекает в недовольство. — Почему не предупредила?

— Предупредила бы, если бы ты отвечал на мои звонки. Я так скучала, Макс, — Кира действует ювелирно, стачивает острые углы, продолжает гнуть свою линию. При этом ее губы растягиваются в самой очаровательной улыбке на свете.

На ее лице нет ни одной лишней эмоции. Передо мной будто стоит совершенно другой человек. Леди, без пяти минут принцесса королевского двора и таких же кровей. А утром я видела ее без маски, видела темную сторону со всеми вытекающими. Этим метаморфозам учат в школе стерв? Или это врожденное?

— Тебе не стоило ко мне приезжать, — отрезает Титов. — Идите в дом, на улице прохладно, — обращается уже к нам с Ириской. Тон чуть теплее, буквально на пол-градуса.

— Мы уезжаем, — мотаю головой, не желая оставаться в особняке миллиардера ни на секунду. Эта Кира итак на меня недобро смотрит, к чему мне становиться камнем преткновения? — Нас вообще-то машина ждет.

— Домой, Яна. Таксиста я уже отпустил.

Задыхаюсь от возмущения. Он не имеет права решать за нас!

— Я здесь не останусь!

— О дочери подумай для начала.

О ней-то я как раз-таки и думаю. Ни с кем делить свое сокровище не собираюсь, особенно, с малоизвестными миллиардерами. По-крайней мере, до того момента, пока ко мне не вернется память.

— Макс, пусть едут, чего ты к ним прицепился, — встает на мою сторону Кира.

Конечно же, о солидарности речь не идет, она просто пытается избавиться от конкуренции. Мы отнимаем драгоценное внимание ее мужчины, который, кажется, таковым уже и не является. Титов не проявил никакой радости при встрече с Кирой, а сейчас пытается отмахнуться от нее как от назойливой мухи.

— Это тебя не касается, Кира, — Максим ставит ее на место довольно-таки жестким тоном.

— Но...

— Яна, идите в дом, — еще раз повторяет Титов и кивает в сторону особняка. — Я вас догоню.

Терпение Ириски заканчивается, поэтому мне ничего не остается, как отложить свои мысли о "побеге". Может быть получится договориться с Титовым, и он отпустит нас с миром?

— Ты теперь всех из фонда будешь тащить к себе? — шипит Кира, когда я делаю неуверенный шаг по дорожке. Ее явно не устраивает такой расклад. Еще бы, она уже столько запланировала на этот вечер, доставку из ресторана организовала, я сама слышала. А тут мы. "Кухарка" и ее орущий ребенок, картина маслом.

— Они не из фонда.

— В смысле?

— В прямом. Ты их надоумила уйти? — щурится Титов, одаривая бывшую пытливым взглядом.

Я бы не выдержала, сразу себя выдала, а вот Кира... Она опытная, матерая, врет и не краснеет.

— Ну что ты, Максим! Разве я могу такое предложить? Я просила их тебя дождаться, но они ни в какую, — в мою сторону дива даже не смотрит.

А я молчу. Потому что деньги ее все еще у меня в кармане. Если открою рот и скажу, как на самом деле вела себя Кира, она оставит меня ни с чем. Да и в чем я могу обвинять диву? Разве что в хамстве.

И лучше бы мы с Ариной не мешкали утром, ушли пораньше, глядишь, обошлось бы без разбирательств и скандала.

— Это правда?

— Я... Да... — отвечаю тихо, за что