дальше. Туда, где разворачивалась маленькая комедия моей собственной режиссуры.

Моника и Змей. Два рептилоида, мои заклятые враги. В дорогих нарядах, которые я заказал специально для них. Они сидели за отдельным столом, заставленным деликатесами. Вот только вид у них был такой, словно их приговорили к электрическому стулу. Я подошёл к ним и вежливо поинтересовался:

— Как вам праздник, дорогие гости?

Змей вжался в спинку и заскулил. Моника подняла на меня жёлтые глаза, полные кислотной ненависти.

— За что ты так с нами? — прошипела она. — Ты же победил. Убил Кощея. Захватил мир. Зачем ты притащил нас сюда с проклятого острова⁈

Я наклонился к ней, растянув губы в хищной усмешке.

— Потому что я обещал вам праздник, Моника. Посмотри, как здесь красиво. Музыка, цветы, шампанское. Ешьте, пейте, веселитесь. Впитывайте каждую секунду цивилизации, ведь другого шанса уже не будет.

Змей издал звук, похожий на сдувающийся шарик, и уронил голову на стол. А секундой позже начал двумя руками запихивать в рот эклеры, бутерброды с икрой и колбасную нарезку, давясь и плача одновременно.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ УРОН: КРИТИЧЕСКИЙ. САДИЗМ: 100%. ВЫ ПУГАЕТЕ ДАЖЕ МЕНЯ, КАПИТАН.

Я удовлетворённо хмыкнул.

И в этот момент огромные, окованные бронзой двери в главный зал храма медленно, со скрипом, начали открываться. Отец Евлампий, облачённый в свою самую пафосную золотую рясу, высунул голову.

— Жених! — провозгласил он дрожащим голосом. — Невесты готовы! Великий Полигамий ждёт!

Я глубоко вздохнул. Поправил шляпу.

— Ну что, пошли. Начинается самое интересное.

Я сделал шаг вперёд, навстречу своей судьбе. Навстречу самому главному приключению в моей жизни, которое, в отличие от всех предыдущих, нельзя закончить одним точным выстрелом.

* * *

Церемониальный зал Храма Божественного Полигамия был апофеозом дурного вкуса. Представьте себе, что цыганский барон, выигравший в лотерею, решил построить себе дачу, но в качестве архитектора нанял безумного кондитера.

Мраморные полы, отполированные до такой степени, что в них можно смотреться, как в зеркало (Кармилла точно оценит). Колонны, увитые виноградными лозами, которые выглядели так, будто их только что окунули в чан с жидким золотом. И витражи. Императоры с обожающими жёнами. Тошнотворная патока.

Алтарь так вообще напоминал гигантский свадебный торт.

СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗМА: ПРЕДСВАДЕБНЫЙ СТРЕСС (89%).

ЧАСТОТА СЕРДЕЧНЫХ СОКРАЩЕНИЙ: 110 УД/МИН.

УРОВЕНЬ КОРТИЗОЛА: ВЫСОКИЙ.

ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ОЦЕНКА: ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ УЖАС, СМЕШАННЫЙ С ЖЕЛАНИЕМ ПРИМЕНИТЬ ОРБИТАЛЬНОЕ ОРУЖИЕ ПО ЭТОМУ ЗДАНИЮ.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: ДЫШИТЕ ГЛУБЖЕ. И ПОМНИТЕ: В СЛУЧАЕ РАЗВОДА ВАМ ПРИДЁТСЯ ДЕЛИТЬ «ИЗБУШКУ» НА ДЕВЯТЬ ЧАСТЕЙ. ЭТО НЕЭФФЕКТИВНО.

Я направился к алтарю. Бедный отец Евлампий стоял там, вцепившись в священную книгу так, словно это был спасательный круг. Его глаза бегали по залу, перескакивая с вампиров на Споровидного Джека и тойгеров, а потом на катающихся по полу шушундриков.

Заиграла музыка. Торжественная, пафосная, от неё хотелось немедленно пойти в атаку на что-нибудь большое и хорошо укреплённое. Но вместо этого по центральному проходу, усыпанному лепестками каких-то экзотических цветов, зашагали мои невесты.

Первой выпорхнула Сэша. Она летела вперёд, сверкая улыбкой. Пышное платье-безе подпрыгивало в такт шагам. Она махала всем гостям, посылала воздушные поцелуи и, кажется, даже успела подмигнуть статуе Полигамия.

За ней, с грацией лесного духа, ступала Роза. Цветочное платье мягко колыхалось, а в волосах-лианах мерцали жемчужины. Она выглядела так, будто только что сошла со страниц книги сказок.

Следом двигалась Вайлет и даже улыбалась, что редкость. При каждом шаге из разрезов на платье показывалось её идеальное бедро. Гости аплодировали и слегка шушукались на тему легальности брака с киборгом. Но кого волнуют такие мелочи? Меня точно не волнуют.

Потом появилась Лия. Она светилась ярче, чем когда-либо, если не считать самых интимных моментов наших отношений. Её улыбка была такой тёплой и искренней, что, казалось, от неё в храме стало светлее.

Шондра выглядела необычайно прекрасно. Сегодня её красота и чувственность раскрылись на полную. Налёт суровой турельщицы слетел, а под ним оказалась великолепная, блистающая жемчужина.

Лекса шла с таким видом, будто собирается не выйдет за меня замуж, а предъявить мне обвинение в нарушении всех мыслимых и немыслимых законов.

Ди-Ди, моя беременная, моя гениальная Ди-Ди. Она шла, гордо неся перед собой живот, как знамя. Она улыбалась, и эта улыбка казалась дороже всех сокровищ мира.

И последней, как и подобает королеве драмы, появилась Кармилла. Она не шла. Она плыла. Её чёрное, усыпанное рубинами платье, буквально поглощало свет. Она смотрела прямо на меня, в её алых глазах плясали дьяволята. Вампирша наслаждалась моментом.

Невесты выстроились передо мной. Семь белых платьев и одно чёрное. Восемь причин моего будущего счастья и окончательно поседевших волос.

Отец Евлампий взошёл на возвышение и воздел руки к потолку.

— Возрадуемся, дети мои! — его голос прогремел под сводами храма. — Ибо сегодня мы станем свидетелями чуда! Таинства, невиданного доселе! Ибо Великий Полигамий, в своей безграничной мудрости, благословил на священный союз не простого смертного, но Героя! Воина, чьи подвиги затмили славу древних императоров!

Он говорил долго. Пафосно. Про «священные узы», про «многогранную любовь», про «гармонию восьми сердец, бьющихся в унисон с одним». Я не слушал. Я смотрел на них. На своих женщин. И думал о том, какой же я всё-таки идиот. И какой счастливый.

— … и посему, властью, данной мне Великим Полигамием и Кодексом Его, я спрашиваю тебя, капитан Волк! Готов ли ты взять в законные жёны сих прекрасных дев, делить с ними и радость, и горе, и боекомплект, и последние консервы, пока смерть или очередной апокалипсис не разлучит вас?

Я глубоко вздохнул.

— Готов.

— А вы, прекрасные девы? — обратился он к ним.

И тут тяжёлые, окованные бронзой двери храма с оглушительным грохотом распахнулись, почти сорвавшись с петель.

В проёме, заслоняя собой солнечный свет, стоял минос. Я не сразу узнал его, потому что ни разу не видел вживую, только в недавних докладах по вопросам Ворона и его соратников, которые предоставил Роберт Смит.

Вышибала из «Лимонной дольки». Его массивная, покрытая густой шерстью фигура выглядела напряжённой, как пружина. Бычья голова с мощными, окованными металлом рогами была наклонена, а маленькие глазки