глаза у Дэна явно прабабушкины. Серые, глубокие и необычайно добрые.

Возвращаясь от ворот к зданию, Лея увидела, что на стоянке только одна машина — мистера Ланде. Остальные учителя разъехались по домам на каникулы. Отмечать Рождество. Только МакГрегори, Касперович и сеньор Дельгадо оставались в Эль Кастильо. В этом году даже из учеников никого, кроме Леи, в школе не было. Решив не сворачивать на мостик, она пошла вдоль залива. Эта дорога вела к зарослям с южной стороны Шато. Ноги сами несли её туда. Размышляя о семье Дэна, Лея даже не удивилась, что дверь в замок приоткрыта. Она смело шагнула внутрь и сразу свернула налево, туда, где висели на стенах пустые рамы. Миновав юго-западную башню, где уже было намного просторнее, но всё ещё слишком пыльно, она прошла в параллельный коридор с огромными портретами семьи Кастильо. И только здесь, перед изображением Евы, замешкалась, ощутив дрожь в коленях. А вот настоящий страх, с мокрыми ладонями и тахикардией, её настиг на пятачке выложенного мелкой плиткой пола, у двери вникуда. Холодный ветер пронизывал насквозь. Лея коснулась ручки. Подёргала. Дверь не поддавалась. Примёрзла к косякам. Использовать заклинание огня слишком опасно. Если бы начался пожар, от двери могло вообще ничего не остаться, и комната действительно была бы потеряна навсегда. Но пока был шанс, нужно пробовать плавить лёд другими способами. Тётя когда-то делала это. Но что же она говорила? Как двигалась её палочка? Лея попыталась изобразить движения. И после нескольких попыток ощутила тепло под окоченевшими пальцами. Значит, она нашла нужную формулу. Но на каком языке тётя использовала слово "плавить"?

Стоя на пронизывающем ветру и наблюдая медленные капли, стекающие по двери и косякам, Лея продолжала посылать силу намерения через руку и палочку. Успех придавал уверенность. Тепло под пальцами усиливалось. А тело бил озноб. От холода и предвкушения. Наконец от особенно сильного порыва ветра открылась дверь.

Ничего. Стена и камни лесенкой. Неужели ошибка? Дверь хлопнула. По ней всё ещё текли растаявшие капли и, не добегая донизу, превращались в лёд. Ветер продувал старенький пуховик насквозь. Лея взялась за ручку и приоткрыла дверь. За ней — темнота. "Люкс" — свет пронзил пространство большой комнаты, открывшейся взору. Сделав глубокий вдох, Лея шагнула вперёд. Дверь хлопнула за спиной. Внутри было тепло и сильно пахло гарью. На полу пепел. В нём жёлтые вкрапления — память. Стены — чёрные, в саже. На них керосинки. "Огонь", — Лея повела волшебной палочкой и они вспыхнули. В комнате стало светло. Окон здесь не было. Только стены, выложенные крупными прямоугольными камнями. Прямо по центру — что-то огромное под чёрным полотном. Лея не стала искушать судьбу. В волшебном мире лучше не трогать незнакомые предметы. Безопасность — превыше всего. Но и любопытство никто не отменял. Обойдя это нечто огромное, но плоское, Лея с удивлением обнаружила... потерянную статую Альберта Кастильо.

 

С какой радостью она выбежала в холл Шато. Помня об инциденте с краснозобым драконом и Касперович, огляделась и тихонько коснулась основателей.

— Я нашла дедушку.

Статуи ожили.

— Где? — спросила Бланка, хлопая в ладоши.

— В параллельной комнате, — улыбнулась Лея.

— Молодец, — похвалил Цезарь.

А Федерико пробасил:

— Сообщу директору.

— Нет, — почти выкрикнула Лея. — Я не доверяю ей. Она не пускает тётю. Она... она лишила памяти человека в чёрном. И мне кажется, она охотится за медальоном.

Статуи переглянулись.

— Мисс Ли, что... что вы здесь делаете? — у лестницы в тёплой чёрной накидке стоял учитель латыни.

— Мистер Ланде, я... я ищу ответы. Но нашла пропавшую статую.

— Вы не должны... Не должны говорить об этом никому. Особенно... Особенно директору, — быстрые глазки учителя остановились на Лее.

— Вот. Я же говорила, — обратилась она к статуям.

Ланде погладил бородку.

— Вам лучше вообще забыть. Забыть обо всём, что здесь происходило.

Из цокольного этажа вылетел человек в чёрном. Широкими шагами пересёк холл и встал между Леей и Ланде.

— Всеволод, не надо. Не надо глупостей. Дело... твоё дело не закрыто.

— Мне нечего терять, — ответил тихо мужчина.

— Ой! — взвизгнула Бланка и застыла изваянием.

Ланде нацелил на Снежински палочку. Тот шагнул вперёд, на коллегу. И только теперь Лея увидела в руках человека в чёрном огромный нож и спряталась за статуи.

— Напрасно, девочка, — пробасил основатель. — Беги.

Глава 80. Каникулы

— Помогите! — в холле пусто и тихо. — Кто-нибудь! — Лея запнулась о первую ступеньку и упала.

Бег никогда не являлся её сильной стороной. Выносливость к физической нагрузке была, но бег... Бег Лея ненавидела. И вот сейчас пришлось преодолеть холмы. По снегу. Но до школы она добралась. А дальше что? Никого ведь нет. Превозмогая боль, она кинулась в медицинское крыло.

— По... по... могите! Месье... месье Леру! — чуть не падая на старика и задыхаясь, произнесла Лея.

— Мисс, в чём дело?

— Там... в Шато. Они... убьют друг друга... Снеж... Снежински... и... и... Ланде. Они...

— Серафим Всемогущий! — старик вернулся в свой кабинет, снял сумочку кросс-боди с крючка, накинул на плечи тёплый широкий шарф, взял керосиновый фонарь и пошаркал из палаты.

А Лея, немного отдышавшись, решила позвать и других учителей. Касперович, например. Ох, и тяжело подниматься на пятый. Хорошо, что был короткий путь, ведущий от санузлов больничного крыла прямо к двери цыганки. Им Лея и воспользовалась.

Комната Эсмеральды была закрыта. На стук никто не открывал, хотя, если прислушаться, изнутри доносилось пение. Что же делать?

"Библиотека!" — осенило Лею.

Сальма Принц сегодня должна была проводить инвентаризацию. Но что, если там и директор тоже? Не важно. Главное, успеть предупредить. Снова бегом. По бордовому ковролину. Дверь открыта. Какая удача!

— Миссис Глория!

Выслушав рассказ о происходящем в холле Шато, жена Ланде попыталась успокоить Лею.

— Мисс Ли. Всё в порядке. Они соперничают ещё со школы. Лео понимает положение мистера Снежински и не причинит ему вреда. Просто обезоружит его. Не более.

Женщина улыбнулась и поправила очки изящным жестом.

— Лео? — переспросила Лея, когда миссис Ланде усадила её на скамью