– тьма жадно пожирает источники тепла. Она везде. Тянется из глубин подземных тоннелей, где зародился сам ужас, когда мира еще не существовало. Астрал – то, что появилось в начале начал, и в глубинах черного лимба живет нечто… о чем лучше и не думать…

«Сара…»

Хотела бы я знать, кто эта Сара, но в черном лимбе нельзя ни на что откликаться. Чье это имя? Пусть я все равно погибну, но хочу последние секунды потратить не на страх, ужас и крики, а на те воспоминания, которые еще остались… остались ли? Однако звук становится совсем нестерпимым, разрывает голову, и когда я закрываю глаза, а затем открываю – тварь в виде ребенка у стены подползает ближе, двигаясь, как осьминог, перекатываясь из стороны в сторону с мерзким склизким звуком.

Я осознаю, что пожиратель не один. Они окружили меня, пока я сидела неподвижно, и подбираются ближе с каждой минутой…

Нагие, с гниющей коричневой плотью, сочащимися язвами и острыми зубами… Скрученные тела подползают. Со всех сторон. С потолка. Стен. Огромные зеленые и алые глаза движутся ко мне…

Пять… Десять…

Их больше, чем кажется.

Я чувствую слезы на щеках, а в мыслях только одно имя: «Рекс», и я хватаюсь за него, опускаю голову и выставляю руки, выбрасывая на тварей последние силы, изгоняя их магией, но за одними пожирателями следуют другие, и мне хочется вскочить и бежать, кричать что есть сил, но я лишь сижу и дрожу, осознавая безысходность… а пожиратели все ползут, ползут, скалятся, показывая два ряда черных, острых зубов, и раскрывают рты, готовые вцепиться в меня, неся за собой тоску, тошноту и безумие…

«Сара…»

Голос ударяет по ушам хлопком. Я подпрыгиваю. Какой-то человек в черном плаще движется навстречу, и тьма вихрится вокруг него, словно торнадо, из-за чего пожиратели расползаются в стороны.

Он зовет меня.

Но не видит.

Будто я призрак.

Он вслепую пытается коснуться меня и все повторяет: «Сара, ты должна мне поверить. Иди со мной…»

Я с ужасающей ясностью осознаю, что это Рекс. Но его глаза… черные, искаженные, жуткие… существа вокруг пугаются его ауры… а я знаю, что в лимбе нельзя никому доверять, любой может притвориться другом… однако… мне хочется шагнуть к нему.

– Рекс, – шепчу я.

И мужчина резко оборачивается.

Когда он отвлекается, твари кидаются на меня, жаждут утащить в бездну тоннелей, однако Рекс поднимает меня на руки, и тьма, хоть и холодная, но родная, окутывает тело, словно покрывало, пряча от мира, пряча от всего…

Глава 55

Погребенный навечно

– Эй, э-ге-гей, эй!

Кто-то лупит меня по щекам, и я отталкиваю его, только через несколько секунд соображая, что от моего удара человек отлетел в стену. Им оказывается Макс. Он поднимается и, чертыхаясь, собирает осколки банки с болотной мазью.

– Вот так и помогай жмурикам восстанавливаться. Со свету изживут своими психозами!

Я лежу на железном столе. Рядом сидит Ричард – снова в теле попугая ара, – заглядывает в лицо.

– Живой! – радуется он. – Живее всех живых. По-настоящему живой. Поздравляю, детка! Теперь ты снова смертен!

Я моргаю, пытаясь вспомнить, что произошло, осматриваю свою грудь со шрамом над сердцем и осознаю: меня вернули в тело! Тогда я слетаю со стола и вмиг подскакиваю к зеркалу.

– Боже… не верю! – восклицаю я, щупая свои плечи, щеки, волосы.

Ребята смеются.

– Смотри не сдохни от радости, – ехидничает Ричард.

Пока я любуюсь отражением – очень даже живого – Рекса, мои радужки на секунду чернеют, но затем возвращают голубой оттенок. И я вспоминаю, что отныне одержим темной силой, самим Волаглионом.

Но я вернулся! Потрясающе!

– Где Сара? – сияя от счастья, спрашиваю я. – Она наверху?

Макс и Ричард обмениваются странными взглядами. Они открывают рты, потом закрывают, словно не могут решить, кто должен ответить, но в эту же секунду в комнату влетают Иларий и Рон.

Иларий бросается мне на шею.

– Я так счастлив за тебя! – вопит он, сжимая меня в объятиях. – Ты жив!

– Тише, тише, – смеюсь я. – А то опять меня убьешь.

Рон подает мне черную кофту.

– Держи, – ухмыляется он. – Шрам выглядит хреново. Не хуже моего, но тоже хреновый.

– И я тебе рад, – подмигиваю я, натягивая кофту. – А почему вы здесь? Волаглион же всех освободил.

– Я же тебе рассказывал, что мы не пленники, – напоминает Рон. – Мы хотели попрощаться с тобой до того, как отправимся в ад с Олифером.

– В ад?!

– Эм, да. – Иларий чешет затылок. – Олифер сказал, что Инга где-то там, на последнем кругу… в каком-то озере и ее можно вытащить оттуда, потому что ее там быть не должно. Мы с Роном решили помочь ей. Отправимся на поиски приключений под предводительством полудемоненка.

– Думаю, не пропадем. – Рон ободряюще хлопает Илария по плечу. – Да и я не откажусь почувствовать себя героем «Божественной комедии». Звучит захватывающе, а? Спуск в преисподнюю!

– Вы, ребята, чокнулись, – иронично фыркаю я. – Но очень надеюсь, что вы найдете Ингу.

– Найдем, – звучит мальчишеский голосок за спиной. – Преисподняя всегда была мне родным домом.

Я поворачиваю голову и в дверях вижу Олифера. Тоненькая фигура в длинной белой рубашке до колен, в серых штанах, с босыми ногами и растрепанными снежными волосами. Мальчик салютует мне двумя пальцами ото лба.

– Ты говоришь? – поражаюсь я.

– Не затыкаясь, – хором произносят Макс и Рич.

– Посмотрел бы я на вас после сотни лет немоты. – Олифер закатывает глаза, и я вмиг узнаю выражение его лица: один в один как у Сары. – Проклятье снято. И я могу говорить. Я столько хотел рассказать! – продолжает мальчик. – Ты не представляешь сколько! Ты, блин, так туго соображаешь, Рекс! Наша первая встреча чего стоит. Я еле-еле вдолбил тебе, что надо сделать, ты ходячая катастрофа, Рекс. Кстати, Волаглион… он же… он теперь… ну, у вас одно тело. Ты его слышишь? Он говорит с тобой?

– Добро пожаловать в мой мир, – локтем тычет меня в бок Иларий.

– Ни слова, – задумываюсь я. – Никаких намеков на демона.

Ни-че-го…

– Хорошо! А это ведь я, между прочим, мешал Саре закончить ритуал с твоим телом. Вот так! – хвалится Олифер. – И от дедушки тебе привет. Он тоже пытался помочь, но, как Инга, застрял в аду. Ничего не поделаешь… Ладно. Вперед! Нам пора, долго в вашем мире я бродить не могу.

Я провожаю ребят до таинственной двери, но, когда они ее открывают, вижу одни кирпичи.

– Не смотри так, – усмехается Олифер, трепля меня за рукав. – У тебя пока паршиво с экстрасенсорными способностями