любить — отчаянно, без оглядки. Но это-то и больно, понимаешь? Мы как-то жили все эти годы. Не виделись. И давай так и останется.

Я продолжал обнимать ее со спины:

— Это все очень благородно с твоей стороны, но не надо приносить себя в жертву ради счастья другого человека.

— Я и не собираюсь. Нельзя принести в жертву то, что уже было пожертвовано, — вздохнула глубоко, развернулась в моих руках и уверенно посмотрела в глаза. — Поэтому спасибо тебе. Но уходи. Надеюсь, мы сможем разойтись в многомиллионном городе и не встречаться. Потому что еще раз я такое не переживу. Я собирала себя по частям. В буквальном и в переносном смысле. Еще раз так не смогу. Прошу тебя! Не заставляй меня страдать еще больше. Я и так наказана. Более чем. Урок усвоила. Работу над ошибками сделала. Повторения не нужно…

ГЛАВА 16

НИКА

Я уже давно ненавижу свое тело. За то, что оно так легко предало меня. Сломалось и лишило меня всего.

После того падения с лестницы было очень непросто. Я была сломлена. Как физически, так и психологически. Но я пришла в норму и смогла вернуться к нормальной жизни. Работала, пробовала жить как все обычные люди.

Я пыталась завести отношения. Встречалась с парнями. Но ни до чего более, чем просто встречи так и не смогла дойти.

Однажды я познакомилась с отличным парнем. Молодым врачом и очень харизматичным человеком. Мы хорошо проводили вместе время. Ходили на выставки, в кино. Он развлекал меня занятными историями из больничной жизни. Нам очень здорово было вместе и мне уже казалось, что вот с ним я смогу. Но когда дело дошло до поцелуя, я снова оцепенела и замерла, словно замороженная рыба. Олег внимательно посмотрел мне в глаза тогда, стер с уголков глаз мои слезы и сказал:

— Еще никогда женщины не плакали в предвкушении моего поцелуя. И почему-то я ни разу не польщен. Поэтому давай на этом остановимся.

Я благодарна кивнула ему, уткнувшись в сильную мужскую грудь. И больше мы таких попыток не предпринимали. Зато у меня появился хороший друг. С которым можно было обсудить многие вещи, весело провести время и просто знать, что есть в этом мире еще один человек, которому ты не безразлична.

Так и жила. Вроде бы как и все, но в отношении мужчин и близости с мужчиной даже думать не могла.

И вот сейчас я еще больше ненавижу свое тело. Которое предало меня в очередной раз, стоило Владу оказаться рядом. Все оказалось забыто — все обиды, вся боль, все мучения. Были только невыносимая тоска по нему и жажда только его. Единственного и самого желанного мужчины на свете.

Пожалуй, кроме всех остальных достоинств моего бывшего мужа, ему можно приписать еще и волшебство. Или суперсилу. Как хотите это называйте. Но его способность перенести меня, словно на машине времени, в прошлое, когда мы были счастливы, когда кроме нас двоих не существовало больше никого в этом мире, не иначе как магией назвать нельзя.

Тем больнее было возвращаться в реальность…

Больше всего я боялась жалости с его стороны. К счастью, этого не произошло. Его желание продолжить подобные встречи вызвало во мне сложные чувства. Ничего не было понятно. Одно я знала точно. Второй раз пережить разрыв с любимым я не смогу. Поэтому и решила держаться от Влада подальше.

Он ушел в тот вечер недовольный тем, как завершился разговор, с комментарием, что позвонит мне на днях.

Слово сдержал. Звонил несколько раз. Предлагал встретиться. Говорил также что-то про недобросовестность моего бухгалтера — мол видел цифры, сразу увидел несоответствия. Но я была настолько сильно озадачена лишь тем, чтобы побыстрее закончить разговор, что слушать его не стала. Потом стала приглядываться и проверять еще раз. Признаться честно, мне тоже казались странными некоторые расчеты, надо будет действительно еще раз внимательно перепроверить.

— Привет! Ты свободна сегодня вечером? Давай поужинаем вместе.

— Привет, Влад! Сегодня не смогу.

— Так же как и завтра. И послезавтра. Ника, я уже понял, что ты не хочешь со мной встречаться. И не хочешь или опасаешься повторения того, что произошло тем вечером. Но давай хотя бы встретимся и поговорим!

— О чем разговаривать, Влад?

— О нас.

— Нет никаких нас. Давно уже. По твоей же инициативе. Я приняла это. Смирилась. Поэтому не мучай меня больше, пожалуйста! Дай мне уже спокойно жить мою жизнь!

— Вижу, что сейчас с тобой бессмысленно говорить. Ладно, наберу позже.

— Не надо, Влад! Не звони мне!

— Пока, Ника!

После этого разговора Влад пропал. Не звонил, не искал встреч. Что и требовалось доказать — его охватила ностальгия, он поддался воспоминаниям, но поразмыслив, решил оставить как есть. Все верно. Да. Только мое глупое сердечко все волнительно билось от каждого входящего звонка и больно сжималось, понимая, что это не он.

ГЛАВА 17

НИКА

Странное существо человек — когда он звонил, я только и думала, как сделать так, чтобы избавиться от его внимания и избежать встречи. Как только он перестал звонить, меня накрыла такая тоска, что хоть волком вой. Один из способов заглушить тоску, которая накрыла меня после того, как Влад исчез с горизонта — поехать к моей любимой бабуле.

Минимум личных вещей, пакеты с продуктами для бабушки и вот я уже еду по трассе к самому, наверное, близкому для меня человеку. Она всегда меня поддерживала. Понимала мои стремления и мечты. Помогала дельным советом.

— Ну, наконец-то, приехала, — сказала немного ворчливо, но я-то знаю, что она мне рада. — Думала уже, что ты решила в одиночестве страдать, как и раньше. Но молодец, что приехала. Оттаешь немного здесь. Отогреешься душой, — обняла меня крепко и прижала к своему теплому телу.

Валентина Ивановна Тихоцкая, в девичестве Ларионова, — удивительная женщина! Где-то в ее роду были румыны, кровь которых нашла яркое воплощение в ее внешности — смуглая, темноглазая, с черными как смоль волосами. Сейчас уже, конечно, присыпанные сединой, но все равно видно, что когда-то они были очень темными. Цвет волос мне передался от нее. В то время, как многие мои подруги старательно красили так привычные в наших краях русые волосы, мои всегда были черными как вороново крыло. А вот мама моя вся пошла в дедушку — светловолосая, светлоглазая. От нее у меня только синие глаза. В остальном же, помимо темных волос, которые достались мне от бабушки, я