Он провел рукой по длинным волосам Тары и печально усмехнулся.

— Спи, дитя мое, скоро ужасы жизни останутся для тебя позади…

Эти слова совсем не шли к его грубому, хриплому голосу.

Затем Детен резко отвернулся, и подоспевший Бэл успел подхватить девушку. Стражник не обратил внимания на Секкру тот поднялся с земли с огромным багровым отпечатком пятерни на щеке.

Несмотря на моросящий дождь, процессия двинулась вперед. Они прошли еще несколько миль, подчиняясь уверенному шагу Детена. Черный Мастер не знал усталости и не считался с тем, что другим может потребоваться передышка: Адепт, лишенный выносливости, был недостоин своего звания.

Тропа была древней. Хотя вот уже много веков по ней не ступала нога человека, лесная поросль выказывала своеобразное уважение к проложенному пути: трава не осмеливалась затягивать тропу.

Постепенно лес начал редеть. Это продолжалось около полумили. Наконец чаща уступила место тому, что в более удобную погоду могло показаться прекрасной равниной. Отряд спустился в большую впадину правильной овальной формы. На фоне серо-черного мрака впереди выступали силуэты нескольких внушительных предметов, стоявших посередине равнины.

Когда группа подошла поближе, отсветы факелов выхватили из тьмы очертания гигантских мегалитов. Природа этих сооружений не вызывала никаких сомнений. Громадные камни гордо высились в ночи; своими размерами и возрастом они могли внушить священный трепет самому великому Адепту.

Мегалиты образовывали концентрические круги. Внешний круг состоял из Двенадцати, каждый из которых соответствовал определенному знаку Зодиака. В среднем кругу было Семь, связанных со священными планетами. Наконец, во внутреннем кругу располагались три Матери, они соответствовали основополагающим стихиям огня, воды и воздуха. Сочетание этих стихий порождало четвертую — землю.

Все мегалиты были одинаковыми: двенадцать футов высотой, шесть футов в диаметре, с гладкой, как стекло, поверхностью, напоминающей узором черный мрамор. Они пульсировали ровно, гулко и ритмично, так что казалось, будто здесь бьется сердце самой Вселенной.

Без лишнего шума Черные Адепты заняли каждый свое место у Семи камней. Детен уложил плененную девушку на алтарный камень, горизонтально врытый в землю. Форма алтаря идеально подходила для тела человека. В древние времена эти камни использовали для лечения больных, но даже тогда, много веков назад, природа и цель создания этого каменного ансамбля были забыты.

Вокруг лишенного сознания тела Тары Детен расставил девять пурпурных свечей. Их пламя робко трепетало на ветру, морщась от легких дождевых капель. Поверх Тары Черный Мастер возложил огромный лунный камень, нежно-кремовая поверхность которого была испещрена прожилками лавандового цвета. Он подал знак двум Адептам установить курильницы для благовоний, и вскоре воздух наполнился ароматом жасмина.

Детен чувствовал, как из внутреннего круга истекает сила камней. Мегалиты соединялись между собой мощными линиями магнетической силы. Каждый из камней имел магическую связь с остальными, причем эти связи изменялись в соответствии с изменениями природных сил Вселенной, из которых мегалиты черпали свою энергию. Детен знал, что его ритуал удастся только в Розовом круге, потому что ему была нужна естественная связь с остальными планами существования.

Он ощутил атмосферу ночи и подавил в себе дрожь. Теперь Темная Луна висела прямо над Розовым кругом. Вместе с отсутствием Галана это значило лишь одно: сейчас план Энии был нестабилен как никогда. Время было неподходящим для любых действий, за исключением разве что черной магии в самом опасном ее виде, какой только можно было представить. В этот раз холод ночи был особенно пронизывающим, а резкие порывы ветра несли с собой нечто зловещее. Детен чувствовал, что силы тьмы собираются вокруг него, выжидая в предвкушении.

Лилит, Королева Ночи. Это была сила, которую не в состоянии постигнуть ни один смертный. Свободное, безграничное проявление этой силы должно было несомненно пробудить от вековечного забытья главного противника Лилит — архангела Гавриила. Последствия этого были бы непредсказуемы. Вне зависимости от исхода битва оказалась бы катастрофической. В одном можно было не сомневаться: в результате этого побоища и Энию, и Иесод почти наверняка ожидало уничтожение, а возникший дисбаланс разрушил бы Древо Жизни и, вместе с ним, — Вселенную.

Детен закрыл глаза и, подав знак остальным молчать, начал настраиваться на окружающее. Он почувствовал ледяной холодок по всему телу, когда в него со всех сторон ринулись силы тьмы. Граница совсем ослабла, так что приближение этих тварей становилось почти физически осязаемым. На мгновение в мозгу Детена мелькнуло беспокойство, но Черный Мастер быстро избавился от докучливой мысли и горько усмехнулся про себя. Стоит ли переживать из-за незначительных осложнений, если он задумал уничтожение целой Вселенной?

Детен развернулся к Бэлу и приказал:

— Начинай запрещающий обряд.

Бэл послал трех Адептов занять места в северном, южном и западном секторах внешнего круга, а сам встал на востоке, отвернувшись от круга. Из-под накидки он извлек какой-то предмет, завернутый в кусок белой хлопковой ткани, и осторожно развернул его.

То был покрытый искусной резьбой кинжал из необыкновенной стали. На рукоятке ярко-красного цвета изумрудно сверкали иудейские имена и символы. Казалось, будто рукоятка и символы постоянно меняются цветами. Бэл принялся чертить кинжалом знак пентаграммы. Он заполнил пентаграмму глубоким сине-фиолетовым цветом с мерцавшими в нем золотыми огненными язычками. Стражник взялся чертить знак от левого бедра, так что пентаграмма получилась большая, почти с него высотой. Бэл отлично владел визуализацией, и вскоре пентаграмма стала видимой и для других Адептов.

Готовый символ замерцал перед Бэлом. Глубоко вдохнув, стражник с силой погрузил обе руки в центр пентаграммы, ступил вперед левой ногой и мощно выдохнул, наполнив символ своей энергией. Затем он вновь принял естественную позу и, вынув кинжал, воткнул лезвие в самое сердце нарисованного знака. Бэл двинулся в сторону внешнего круга, в высоко поднятой руке он держал кинжал, и острие заряженного клинка оставляло за собой в воздухе ослепительную белую линию эфирной энергии. Достигнув южной части круга, он опустил кинжал и передал его следующему Адепту. Второй черный маг также начертил пентаграмму с центром в точке, где закончилась проведенная Бэлом горизонтальная линия энергии. По завершении он зарядил пентаграмму, как это делал Бэл, и провел в воздухе линию до следующего Черного Адепта. Вскоре весь ансамбль мегалитов был отделен от остального мира белой сияющей границей, с четырех сторон укрепленной пылавшими синими пентаграммами.

Покончив с этим, четверо магов вернулись на свои места. Детен пересек средний круг и встал подле камня, посвященного Марсу. По его сигналу остальные черные маги легли наземь, каждый касался ступнями одного из Семи.

Детен вытолкнул из чакры солнечного сплетения астральное вещество, и оно поднялось на шесть футов над его