– Этого точно хватит? – усомнился граф.

– С лихвой, – заверил его Майлз.

На всякий случай, втайне от секретаря, чтобы тот не подумал, будто в его компетенции сомневаются, граф задал тот же вопрос жене.

– Да, вполне, – кивнула она, оторвавшись от чтения в библиотеке. В конце концов, Розамунд решила, что постоянно тратить время на беспокойство бессмысленно, а потому нашла способ себя занять, чтобы уйти от дурных мыслей. – Только... Я бы сказала, что мистер Атткинс прошёл по самой нижней границе. Хватить должно, но на непредвиденные ситуации здесь уже не остаётся.

– Так я и думал, – вздохнул граф, усаживаясь в стоявшее напротив кресло. – Ужасный скряга, этот Майлз.

Розамунд внимательно посмотрела на мужа и подумала, что, наверное, не стоит ему говорить, что с таким хозяином, видимо, секретарю таковым быть и приходится.

– Надо у него ещё попросить, – сказал он и взял ближайшую к нему книгу, но открывать не стал – не был до конца уверен, что держит её правильно.

– Майкл, – Розамунд положила свою книгу к себе на колени, взяла его свободную руку в свои и заглянула в глаза, – вы же помните, что граф здесь вы, а не он?

– Да... – протянул Майкл.

– Это хорошо, – улыбнулась она. – Но в одном мистер Атткинс прав: вы слишком разбрасываетесь деньгами.

– Да?.. – Его ответная улыбка получилась одновременно виноватой и шаловливой. – Но ведь у меня есть ты... – Голос его зазвучал ниже, в нём появилось придыхание, а сапфировые глаза приковали к себе её взгляд.

– А что – я?.. – Розамунд чуть подалась вперёд.

– Если я сделаю что-то не так, ты ведь меня направишь?

– Обязательно. – Она моргнула, чтобы отогнать наваждение, и снова отодвинулась. – Именно поэтому я еду с вами.

– Что? – опешил Майкл.

– Я еду с вами, – повторила Розамунд, а затем глянула на книгу в руке у мужа и удивлённо выгнула брови. – Не думала, что вам такое нравится.

– Э… – Майкл посмотрел на тиснёное название на корешке, но, как и прежде, не понял, что там написано. – Да я так. Взял просто. Я не читал её. – Прокашлявшись, он добавил: – Ещё не читал.

– А может, и понравится… – протянула графиня в задумчивости. – Кто знает. А вдруг? Мне почему-то казалось, что вы предпочитаете истории полегче. Здесь же… Слишком уныло, слишком безнадёжно.

– То есть не советуешь?

– Не советую.

– Значит, и читать её не буду! – Он с радостью вернул книгу на место, понадеявшись, что поставил её так же, как она и стояла. Розамунд, бросив на неё короткий взгляд, никак не проявила своего недовольства, и он расслабился – похоже, сделал всё, как надо. – Отлично! Погоди, дорогая, ты правда хочешь туда ехать? А как же Мэри?

– Если она появится, то непременно меня дождётся. А я больше не могу сидеть без дела. Думаю, мне не помешает небольшая прогулка.

– Ты уверена? Туда ехать несколько дней.

– Вы против?

– Нет, конечно! Как ты могла такое подумать! Я забочусь о твоём благополучии, о твоём удобстве!

– Тогда всё решено! – снова заулыбалась Розамунд. – Когда выезжаем?

– Завтра утром, если ты не возражаешь.

– Я? – усмехнулась она. – Нисколько!

И не дав ему сообразить толком, что происходит, Розамунд стремительно придвинулась к мужу, быстро прильнула губами к его губам, отпрянула, щёки её заалели, и она выпорхнула из библиотеки, оставив книгу одиноко лежать на подушечке в кресле.

Майкл хмыкнул, медленно покачал головой, касаясь при этом губ подушечками пальцев, словно стараясь закрепить мимолётный поцелуй. Он поднял книгу Розамунд, раскрыл её, но ожидаемо не разобрал ни слова. И что с того? Главное, что та всё ещё хранила на себе тепло жены. Уж кто-кто, а Зеркальник его чувствовал. Он прижал книгу к себе, и по ней пробежали сапфировые искорки, выжигая на обложке крошечные розы.

Глава 29

Собирая госпожу в поездку, Долли не переставая ворчала.

– Вот куда вам ехать, миледи, а? Зачем? Неужто Его Светлость один не справится? Вы ж только-только румянец на щёчки ваши красивые вернули, а вам опять по дорогам трястись вздумалось! А коли захвораете?

Сидя в кресле, Розамунд слушала её вполуха. Неудобства дороги её нисколько не заботили, наоборот, молодая графиня с нетерпением ждала, когда же они наконец отправятся в путь. Сейчас казалось смешным, что выходя замуж, она желала лишь об одном: поселиться в отдельном крыле и не покидать его до самой смерти. Гулять она тоже собиралась, но в одиночестве и с графом не пересекаться вообще.

Однако, как теперь стало очевидно, её намерениям не суждено было сбыться. Начать хотя бы с того, что Розамунд вот уже которую ночь проводила в объятиях мужа. Ей было с ним удивительно спокойно, она чувствовала себя под защитой, но недавно её стали посещать желания, о которых она раньше и не догадывалась.

Этим утром Розамунд проснулась раньше Майкла. За окном уже рассвело, и сквозь узкий разрыв между шторами пробивалась тоненькая полоска света. Графиня улыбнулась, глядя на неё и, не задумываясь, потёрлась щекой о голую грудь мужа – рубаха позже отыскалась на полу, видимо, в какой-то момент графу стало жарко, и он её снял и в полудрёме куда-то отбросил. Розамунд почувствовала, как её лицо заливает краской, попыталась отодвинуться, но Майкл не позволил. Не просыпаясь, он крепче прижал её к себе, всё так же во сне поцеловал в макушку и продолжил безмятежно спать. Розамунд же с колотящимся сердцем лежала рядом и тщетно пыталась напомнить себе, что сближаться с мужем намерена не была. И если она смирилась с тем, что у них складывались достаточно дружеские отношения, то переходить к следующему шагу ей было боязно. С другой стороны, разве они уже не переступили черту? Кто знает, куда их мог завести поцелуй в оранжерее, если бы не убийство. К тому же она сама поцеловала Майкла в библиотеке… Как же всё сложно!

Потому Розамунд и заключила, что небольшая перемена места ей совсем не повредит – возможно, получится разобраться в самой себе.

– Вы поешьте перед дорогой хорошенечко, – наставляла её тем временем Долли. – Вас же не тошнит от тряски?

– Что? Нет, Долли, не тошнит.

–