Карраса вспыхивает огненная страсть. Я уже знаю, как он может обжечь.

Подхожу к нему, не опуская взгляда.

Хочу видеть его глаза, тонуть в них до последнего.

Я сама сажусь на стол. Грудь вздымается. Тело дрожит. Кожа становится настолько чувствительной, что я ощущаю даже прикосновение воздуха.

Я раздвигаю ноги, выставляя напоказ пульсирующее от желания место.

Каррас сдвигается с места, оказывается рядом. Я прикусываю губу, чтобы сдержать стон или крик… Сама не знаю.

Мгновение — и на мне больше нет трусиков. Каррас поддевает их острым когтем и снимает одним движением.

Так я точно скоро останусь без одежды!

— Не свяжешь? — тихо спрашивает он.

Я мотаю головой.

А какой в этом смысл?

Каррас вбирает в себя тени, его руки становятся человеческими. Я напрягаюсь — вдруг это значит, что Риччи вернул себе контроль? — но, когда чувствую нежное прикосновение к щеке, убеждаюсь, что это Каррас.

Как же приятны его прикосновения!

— Мне… нравится трогать тебя, Лина, — шепчет он, и я закрываю глаза в блаженстве.

Звук падающих на пол штанов с ремнём.

Каррас входит резко, но безболезненно. Моя плоть будто только этого и ждала.

Я стону ему в губы, тело наполняется наслаждением.

Он крепко сжимает мои бёдра, двигаясь внутри, рыча, тяжело дыша и целуя.

В какой-то момент я чувствую его когти.

Он громко и зло втягивает воздух.

Замирает, почти отстраняется. Быстро убирает руки с моих ягодиц и ставит их по бокам от меня на стол.

— Не останавливайся, — прошу я, обвивая его ногами и накрывая своими ладонями его руки, снова превратившиеся в опасные тени.

Пусть будут когти. Так я уверена, что это он. Мой Каррас.

Он судорожно и взволнованно сглатывает. Не спуская с меня одержимого взгляда, вновь начинает двигаться. Медленно, но с каждым разом проникая глубже. Это растягивает удовольствие и окончательно сводит с ума. Балансирование на этой опасной, смертельной грани делает ещё чувствительнее и ускоряет оргазм.

Темп постепенно нарастает. Каррас звереет. Он переворачивает меня к себе спиной, толкает на стол, вновь ставя на него дрожащие руки, которые вот-вот преобразятся в смертельное оружие… Живот упирается в деревянную столешницу. Каррас вновь входит, вдавливая в твердую поверхность. Еще глубже, заставляя извиваться под ним, выгибаться навстречу, искать ладонями его руки и сжимать их что есть силы.

Нет, я не привязываю его. Я заставляю его удерживать свои ладони на столе.

В таком положении он стал будто еще ближе, он использует твердую столешницу, чтобы полностью овладеть мной, проникнуть. Наши тела сплетаются, делятся безумным жаром, насыщаются друг другом.

Я млею и растворяюсь в его космосе на мелкие частички. Чувствую долгожданную теплоту внутри.

Уверена — это был он. Только он.

Каррас обнимает. Целует спину. Облизывает.

— Пикколина… Я с каждым разом хочу тебя всё больше и больше… — шепчет он, не спеша выходить. — Ты же дашь мне попробовать себя всю?

Я замираю, тело еще подрагивает от ощущений. Разве он не попробовал меня уже… всю?

Не успеваю спросить подробности — телефон Риччи вибрирует, и Каррас подносит его к лицу.

Выражение лица духа-гиганта становится мрачным, пока он читает сообщение.

Он включает видео — и я слышу грубые слова издевательств, стоны и женские всхлипы.

— Ну что, Риччи, доигрался? Или думал, что мы не доберёмся до тебя? Или до твоей обезумевшей сестры? — звучит незнакомый голос.

Я подхожу ближе. Каррас кажется отрешённым, задумчивым.

Возможно, он мысленно разговаривает с Риччи.

Я бросаю взгляд на экран: мужчина в балаклаве держит за волосы молодую женщину. В её глазах застыл дикий ужас. Она связана, на лице — кровоподтёки.

— Это сестра Риччи, — шепчу я, ощущая подступающую тошноту.

Каррас прячет телефон. Упирается яростным взглядом в стену.

— Можно ли что-то сделать? — спрашиваю я. — Ты можешь… её спасти?

Я едва сдерживаю слёзы.

Это всё из-за меня. Из-за отца.

Сестра Риччи пережила похищение, жуткие надругательства, а теперь — это…

— Могу, — сухо говорит Каррас. — Именно это я и собираюсь делать, пикколина. Тебе нужно будет побыть одной некоторое время. Не переживай. Я скоро вернусь и мы закончим то, что начали.

50

Своё обещание Каррас скрепляет настолько глубоким поцелуем, будто собирается проникнуть в каждую мою клеточку.

Я верю в то, что он сможет, что спасёт сестру Риччи и разберётся со всем этим. Даже если мой реальный муж собирался меня убить, его сестра в этом не виновата.

Каррас выходит из хижины, не прощаясь, и оставляет меня с его запахом на теле.

Когда я его увижу?

Наблюдаю за широкой, напряжённой спиной, пока он идёт к машине.

Какое-то плохое предчувствие…

Хотя куда ещё хуже?

Начинаю считать минуты без него ещё до того, как он нажимает на газ.

Проводив взглядом автомобиль, я принимаюсь за работу. Расставляю привезённое продовольствие. Раскладываю одежду, даже если её мало. Трусиков — только три штуки.

Привожу себя в порядок. Принимаю едва тёплый душ. Сушу окончательно поседевшие волосы.

Несмотря на жуткий стресс, я всё ещё чувствую прикосновения Карраса на своей коже.

Воспоминания о том, как жадно он брал меня на кухонном столе, постоянно вспыхивают в голове, и я начинаю чувствовать себя извращенкой.

Как я могу думать об этом, когда кого-то сейчас избивают из-за дел моего отца?

Похоже, со всеми событиями в моей жизни у меня не всё в порядке с головой.

Пытаюсь отвлечься от всего.

Убираюсь. Вытираю пыль. Мою шкафчики. Я даже вырываю пару сорняков с запущенной клумбы. Интересно, кто здесь жил раньше?

Хижина вполне уютная. Дамская рука здесь точно побывала.

Ответ я получаю к вечеру, когда к дому подъезжает знакомый автомобиль нонны Лучии.

Не могу поверить, что даже в такую заброшенную глушь она приехала со своей винтажной сумочкой Prada.

Нонна Лучия, как обычно, при полном параде. Я на её фоне — в спортивном костюме, который уже успела испачкать, — выгляжу как замарашка.

Нонна Лучия замечает меня, на несколько мгновений замирает и подпирает бока.

— И как это ты ещё жива? — удивляется она. — Ну вот как? Он же гигант, я знаю. Я вижу его сущность — тёмную, как ночь!

Несмотря на её ворчание, я так рада её видеть, что поскорее подхожу и обнимаю. Мне это необходимо.

— Как ты узнала, что я здесь? — удивляюсь я, заметив, что бабулька немного оттаяла.

— Очень просто. Это мои поля мирта. Моя хижина, досталась мне от матери. И твой муж сказал, что я могу к тебе приехать.

Мои брови взлетают вверх.

— То есть ты теперь спокойно разговариваешь с ним? —