* * *

Внутри меня будто что-то тряслось. Такое бывало во время похмелья. И те годы, настолько далёкие, что я уже успел их позабыть, словно вернулись снова. Вот только на этот раз причина такого состояния была не в последствиях возлияния, а в полной перегрузке организма.

Когда я покинул ангар, шагая уверенной походкой, то тут же привалился к стене и судорожно выдохнул. Ни подчинённые, ни тем более бандиты, не должны были видеть моей слабости.

Я раздражённо поморщился. Когда уже цель будет достигнута, и вот таких позорных ситуаций больше не будет происходить? Конечно, можно попробовать изучить антимагический металл и попытаться освоить этот аспект, но судя по моему текущему состоянию, мне такой подвиг точно не под силу. По крайней мере сейчас.

В голове стоял туман. А ведь я даже не раздал указания перед выходом. Чёрт. Я потряс головой. Возвращаться в ангар уже не вариант. Ладно, не маленькие, сами поймут, что металл весь нужно будет перевезти в наш особняк и вооружить им обычных людей, дабы иметь надёжную охрану от возможных магических атак. Уверен, что те, кто натравил на меня кучу мелких наёмников, имеют в своём распоряжении сильных волшебников, способных повторить залп РЗСО, она же ракетная система залпового огня, после которой ничего кроме пепла не остаётся.

Сделав несколько выдохов, я открыл портал и шагнул на территорию особняка. И в тот же миг ощутил опасность, а следом услышал на улице взрывы.

Неужели накаркал⁈

Прикрыв глаза, я связался с Алёной.

— Как она?

— В порядке. Сейчас спит. Железо вытянуло у неё больше, чем у тебя. Она всё же ближе к магии.

— Вторая ипостась, — понимающе кивнул я.

— Да, — подтвердила мои слова Алёна. — И она сейчас находится в нестабильном состоянии. Возможно, Зевана навсегда лишится волчьей сути.

Я скрипнул зубами. Не то чтобы меня привлекала именно волчья суть Зеваны, но… Я найду заказчиков и много чего нехорошего сделаю с ними. Ибо нефиг!

— Пока домой нельзя. Здесь нападение, — передал я Алёне.

— Хорошо. Мы переждём в лесу. Я попробую стабилизировать её состояние.

— Тогда до связи, — я открыл глаза и зашагал на звук, попутно окутывая себя магией. Тело привычно покрыла чёрная броня. Руки обхватили перчатки.

Рядом возник призрак дома со звучным именем Тархун.

— Сильные маги, — с беспокойством пробормотал он. — Бьют наверняка, желая всё тут порушить.

— Выманивают хозяина, — кивнул я. — Или желают не оставить от меня даже памяти.

Магия уже бушевала в теле, а во рту там, где зиял пробел в зубах, начался раздражающий зуд прорастания новых — аспект жизни уже во всю работал над моим телом.

Выскочив на улицу через окно, я стал очевидцем, как десяток бойцов Багратиона удерживают общий щит, что сейчас переливался несколькими оттенками, а по ним били всего двое, лица которых прятали маски.

Чёртовы трусы! Почему нельзя выйти и прямо сообщить о своих намерениях! В конце концов, устроить честную драку!

Умом я понимал практичность их тактики, но сердце русское, которое не терпит несправедливости и бесчестья, негодовало.

И на этой волне я стал плести магию. Делал я это частично интуитивно, а частично по воспоминаниям этого тела об императоре. Я водил руками, будто действительно связывал несколько невидимых нитей в одну крепчайшую верёвку, и в какой-то момент так и вышло.

Горячая красная, иссиня чёрная, что поглощала свет, обжигающе холодная синяя, темно-серая, искажавшая реальность вокруг себя и прозрачная, которая будто соединяла все остальные как клей. А ещё от неё веяло… ностальгией. Помня, что в мире магии ощущения играют не последнюю роль, я сфокусировался именно на ностальгии.

Вдох, выдох. Вся моя суть ещё не отошла от прошлого сражения, и сейчас находится буквально в одном шаге от выгорания, а эта нить… очень странное ощущение, словно она всегда была со мной, ещё до того момента как я попал в этот мир, наполненный волшебством.

Я ухватился за неё и стал растягивать, оплетая все остальные, стягивая их ещё сильнее. Но что мне с ней делать дальше?

Спустя несколько секунд в моих руках оказался простенький на вид прутик, слабо переливающийся несколькими цветами.

Магия — это ведь не только про оружие, верно? Это про результат, который необходим здесь и сейчас.

Я посмотрел на трескающейся под давлением вражеских атак щит и просто направил в него получившийся конструкт.

Тот мгновенно вплёлся в структуру щита, затягивая трещины и внезапно начав отражать атаки обратно во врагов.

Вот огненный болид, что сорвался с указательного пальца одного из магов, врезался в энергетический барьер. Защита изогнулась, словно резиновая, и затем отфутболила болид обратно.

Маг еле успел среагировать. Его тело молниеносно вспыхнуло огнём и он, словно огнелюды, ракетой взмыл в воздух. Вот только его пламя было куда более густым и насыщенным, чем у существ можно сказать рождённых огнём.

В который раз убеждаюсь, что человеческий разум — самое опасное оружие в мире. Нет ничего страшнее умного человека, ведь для него не существует границ и пределов, продиктованных природой. Именно люди смогли подняться в небеса, а потом и в космос, опуститься глубоко в океан и под землю, хотя наше тело предназначено лишь ходить по земле и не более.

После того, как я вмешался, атаки на купол, что прикрывал не только бойцов, но и весь дом, резко прекратились. Двое вражеских магов переглянулись и, не говоря ни единого слова, растворились. Один — в огненной вспышке, а второй — в ветвистой молнии, что ударила с небес.

«Неужели всё?» — промелькнула недоверчивая мысль, а в следующий миг чутьё завопило об опасности откуда-то сверху.

Глава 19

Я поднял голову и увидел, как недавняя парочка магов расположилась прямо в воздухе, на расстоянии около пятидесяти метров. Их руки мелькали, а между ними зарождалось новое солнце, покрытое искрами молний.

— Тархун, — позвал я призрака.

— Я здесь, — тут же проявился он рядом.

— Как использовать эти перчатки? — поднял я руки перед собой.

Слабость накатывала, но аспект жизни продолжал насилу восстанавливать организм. Но я-то знал, что эффект после антимагического металла так просто не исчезнет, и должно пройти какое-то время. Лишь оно, естественный ход, может исцелить меня полностью. Но сейчас было не до восстановления.

— В некотором роде, это можно назвать эффектом судьбы или манипуляцией временем.

— Как ты сказал? — отвлёкся я от