товарищ-начальник цокает языком. — У тебя подходящие для меня данные: экономический диплом, свободное владение английским языком и базовым китайским. Если подтянешь свой китайский до уверенного пользователя, оклад возрастет. Так что в твоих интересах поискать в ближайшее время курсы.

Я смотрю на бумажку с цифрой. Для меня это огромная сумма. Возможно, Машка так зарабатывает, но она не первый год работает, а мне предлагают сразу достойную оплату. Поработав полгода с таким окладом, смогу снять отдельно квартиру, а если затянуть поясок, то через пару лет насобирать на первоначальный взнос и взять ипотеку на свое собственное гнездышко.

— Иванова! — рявкают где-то рядом. Я вздрагиваю. — Где ты летаешь?

— Извините, — чувствую, как щеки начинают пылать. — Что я должна буду делать?

— Выполнять свои обязанности как мой личный секретарь. Работать придется много и сверхурочно. Я трудоголик и того же требую от своих подчиненных, ненавижу, когда отлынивают от работы. Если есть котики-собачки, рекомендую их пристроить в добрые руки, потому что будет много командировок. Загранник есть? — на меня пытливо смотрят. Я киваю. — Отлично. О личной жизни тоже придется позабыть.

— У вас ее тоже нет? — слово не воробей вылетит, не поймаешь. Я стискиваю зубы и зажмуриваюсь на мгновение. Открыв глаза, бормочу:

— Извините.

— Извиняю, — легко прощает меня Маратович. Грозовая туча прошла мимо меня. — Если документы все при себе, топай к кадровикам. Оформляйся и возвращайся на свое рабочее место. Анна тебе все объяснит, все покажет. Схватывай все на лету, времени осваиваться нет.

— Вы меня берете? — недоверчиво уточняю. Все как-то просто и невероятно сказочно с обещаниями. Где-то подвох. Вот только где, я не могу понять.

— Беру. Сразу оформляйся. Испытательного срока не будет. Я думаю, ты умная девочка, справишься с возложенными на тебя обязанностями. Ведь так, Иванова? Справишься? — что-то в его вкрадчивом тоне меня настораживает, но времени об этом размышлять нет. Да и обещанная заработная плата очень заманчивая, чтобы отказываться.

— Справлюсь.

— Вот и славно, — Марат Тахирович утрачивает ко мне интерес, переключает свое драгоценное внимание на монитор. Я робко встаю и чуть ли не на цыпочках ретируюсь к двери, но меня внезапно окликают:

— Иванова!

— А? — я оборачиваюсь.

— Чай я не пью, поэтому осваивай кофемашину. И еще, — Шароев оглядывает меня с ног до головы. Будь я ближе, разглядела выражение, но, увы, лишь непроизвольно ощущаю мурашки, бегущие следом за его взглядом.

— В брюках на работу не приходи. Только платья и юбки. Ясно?

— Ага, — киваю головой как китайский болванчик и выскальзываю из кабинета.

Замираю перед дверью и никак не успокоюсь. Сердце тарабанит в груди как ненормальное. Стресс невероятный. И мне придется его испытывать каждый день. Наверное, это своего рода плата за такую заманчивую зарплату. Я справлюсь. Я смогу!

В кадровом отделе меня встречают с любопытством. Это моментально напрягает. Я выдавливаю из себя вежливую улыбку и оглядываю присутствующих. Куда идти? Кому отдаться?

— Тебе ко мне, Марат Тахирович предупредил, — подает голос миловидная брюнетка с пронзительным взглядом. Да тут все сотрудницы женского пола как на подбор: симпатичные, ухоженные, наверняка самодостаточные.

— Как оперативно, — бубню себе под нос.

— И не говори, — вторит мне брюнетка. Я стыдливо опускаю глаза. Ну, как-то не по себе обсуждать начальника с другими сотрудниками. — Не напрягайся. Мы все просто любопытствуем, гадая, кто займет место секретаря Шароева. Ведь не каждая выдержит его характер.

— Характер? Самодур? — в ужасе округляю глаза. Только этого мне не хватало.

— В работе настоящий тиран, — неожиданно откровенничает со мной кадровик, не отвлекаясь от своей работы. Ее пальцы как у пианистки порхают над клавиатурой. Остальные присутствующие делают вид, что работают, но ушки на макушке навострили. Я двигаю стул ближе к столу и шепотом спрашиваю:

— А чего еще от него ждать? — мне важно знать о боссе все нюансы. Еще бы кто-то рассказал про слабости Шароева, на которых можно играть, манипулировать, вообще было бы шикарно.

— Хм, дай подумать, — брюнетка действительно задумывается. — Бабник. В его офисе постоянно крутятся первые красотки нашего города, словно приходят на отбор конкурса красоты. При этом все преследуют одну цель.

— Какую? — с придыханием спрашиваю.

— Охумать первого парня на деревне. Он ведь симпатичен, богат. Говорят, еще, что хорош, — кадровик выразительно играет бровями, что я без слов понимаю, о чем она деликатно умолчала. Мне ни к чему узнавать эти подробности.

— Кароче, Иванова, работать тебе в поте лица предстоит, выполнять все приказы Марата Тахировича. Если сказал сейчас, это значит сейчас, а не через час.

— Кланяться в пояс ему не нужно? Называть его высочеством или хозяином тоже лишнее? — ерничаю. Брюнетка отрывается от своего дела и заинтересованно на меня смотрит.

— А ты языкастая. Смотри, как бы тебя этот язык не довел до добра, а лучше помалкивай. Шароев любит молчаливых и покладистых, которые не раздражают.

— А если раздражают то, что? Орет? Бьет? — прищуриваюсь. — Это повод обратиться в трудовую инспекцию.

— Сотрудники ценят свою работу, поэтому не доводят шефа до греха, правда, начальники отделов и их замы умеют Шароева понимать по взгляду. Зыркнет так, что душа в пятки уходит. Тебе, кстати, придется мириться с любым его настроением, — передо мной появляется трудовой договор. — Вот тут распишись, тут тоже, — брюнетка ставит точки в нужных местах, где мне предстоит оставить свой автограф. Не хочется, но деваться некуда.

— Кстати, Марат Тахирович не любит, когда женщины в брюках. Считает это не женственным. Так что советую тебе прикупить несколько платьев, юбок и блузок.

— У меня нет столько денег, чтобы полностью обновить свой гардероб, пусть терпит до моей первой зарплаты, — ставлю размашистую подпись на бумагах, откладываю ручку в сторону.

— Тебе выписали премию, — тихо сообщает брюнетка, достает конверт и протягивает мне. — Вчера выписали.

— Вчера? — изумляюсь, чуть ли не присвистнув. Однако, у Шароева самомнение выше крыши. Самоуверенный индюк.

4 глава

Из кадрового отдела выползаю немного контуженной. Как бы мне не нужны были деньги, желания работать в этой компании все меньше и меньше, но заглянув в конверт, придушила свое сопротивление. Да мне выписали премию как тринадцатую зарплату. Можно шикануть, но не позволяю себе даже думать об этом. Лучше создать прочную финансовую подушку и делать ноги, как только накопления будут составлять шесть моих зарплат. Полгода выдержу.

На моем рабочем столе я обнаруживаю несколько конвертов. Первый — это пароли от всего, что тут запаролено. Благодаря этой подсказке включаю компьютер. Во втором конверт инструкция — шеф любит кофе без сахара. Это и ежику ясно. В очень жаркую погоду предпочитает мятный чай со льдом и кусочком