Есть вещи ценнее собственности. Единственным по-настоящему близким, пусть и немного свихнувшимся человеком в этом мире для меня была Милослава. Да она ради меня собственного мужа убила! Пусть и оправдывала себя его болезнью.

А после встречи с царевичем мне стало очевидно главное — остальные мне чужие. В них нет того духа, что был во мне. Не было стремления к большему. А даже если и возникали личности вроде графа Вяземского, то были направлены не во вне, не с целью экспансии, а раздербанить уже существующее.

Я просто не хотел жить в таком мире. И речь шла совсем не о самоубийстве. Ведь я точно знал, что есть множество других миров. В том числе — столичный. Есть ритуалы и магия переноса душ. А главное — я продолжал видеть кошмары с чужими смертями. Только теперь я ждал их словно манны небесной.

Мне нужно было выиграть время. Научиться взаимодействию со снами. Но в первую очередь — обезопасить себя и Милославу. И рядом, практически под боком, было место, в которое не сунутся даже самые отчаянные и безумные убийцы.

— Как мне передать вам информацию? — спросил Святодубов, провожающий нас на пристани. От дирижабля я отказался, как и от денег. Взял только самое необходимое — продукты для жрицы и немного одежды. Что вполне влезло на приобретённый мной ранее катер. — Скоро будет собрание глав ордена…

— И там ты расскажешь всё как есть, — отчеканил я. Решение было принято, и теперь на душе стало легко. — Его нужно распустить. Те же, кто откажутся, самые фанатичные или авантюрные, должны прибыть в крепость Гаврасовых в течение месяца. Я заберу их позже.

— Вы сумасшедший, — покачал головой юрист. — Вы сгинете там в считаные минуты. И даже если найдутся психи, которые будут вас ждать ещё несколько сотен лет, это ничего не изменит. За ними никто не придёт.

— Просто передай мои слова в точности. Орден должен быть распущен. Все, кто состоит в нём лишь ради статуса — изгнаны. Мне нужны фанатики, остальные пусть выметаются. Я прибуду за избранными через месяц.

Попрощавшись, я убрал швартовые, и катер мерно застучал паровым двигателем, унося нас вниз по течению Дона — к Азовскому морю и зоне буйства стихий.

Глава 19

Будь у меня только одна стихия — мы бы не выжили. Это стало совершенно очевидно, когда по небу начали плыть целые острова, а облака сменились парящими озёрами, внутри которых даже водилась рыба. Яростные всполохи огненной стихии гейзерами выбрасывали в небеса лаву, застывающую на высоте нескольких сотен метров, а затем осыпалась дождём из бритвенно-острых обсидиановых лезвий.

К счастью, куски были не такими большими, чтобы повредить крышу катера. Время от времени её приходилось очищать, чтобы не набрать лишней массы, но это тоже не доставило особых проблем, ведь каменную кожу они лишь слегка царапали. А Милослава отсиживалась в каюте, и пока мы плыли по бурлящей реке, и когда пристали к берегу кипящего моря.

Казалось, что тут невозможно выжить, и всё же природа не терпит пустоты — она приспосабливалась. И вместе со стихийными элементалями, ведущими бесконечные схватки, здесь встречалась растительность и даже живность. В основном внутри водных биомов, но попадались и сухопутные.

Для меня же это была тяжёлая, выматывающая до дрожи, но необходимая тренировка. Усмирять потоки стихии земли вокруг оказалось крайне утомительно, но я сумел создать островок стабильности, радиусом в несколько сотен метров. Возвёл хрустальные стены, как в Китеже, и обеспечил вентиляцию. А чтобы отвести в сторону или заглушить прямой удар огненной стихии, подвёл под укрепления воду.

Внутри прозрачного купола возвёл второй контур безопасности — небольшой одноэтажный дом. Снаружи стены сделал полностью монолитными, изнутри же покрыл губкой, с большим количеством пор, тепло- и звукоизоляцию. С освещением пришлось повозиться — я создал световые трубки, изгибающиеся под разными углами, и, глядя в них, казалось, будто это обычные окна. С мебелью оказалось проще. Конечно, предпочтительней было бы дерево, но и камень можно приспособить, если ты в состоянии управлять его структурой.

— Это волшебно! — несмотря на усталость и происходящую вокруг жуть, сказала Милослава. — Словно мы очутились в сказке.

— Угу, страшненькой такой, — кивнул я, не отрывая взгляда от двух сцепившихся монстров. Кажется, когда-то один из них был ящерицей, теперь отрастившей третью пару лап, а второй птицей, лишившейся оперения и ставшей использовать крылья вместо ног.

— Внутри купола полностью безопасно, искажение стихии тебя не затронут, — успокоил я жрицу, когда она вздрогнула от стука клюва по кварцу. Похоже, нас заметили и даже сочли достойными того, чтобы стать обедом. Увы для монстра, в мои планы это не входило. И в следующей итерации купол оброс шипами.

— Я приготовила ужин, — не прекращала подбадривать меня Милослава. — Давайте поедим вместе чем бог послал.

— Спасибо, но в следующий раз готовь только на себя, — попросил я, садясь напротив. — Продуктов не так много. На тебя — на месяц должно хватить, на двоих — не факт. А есть окружающую живность и растительность, я бы не рискнул.

— Если переезжать сюда, придётся завести хозяйство. Огородик, кур, может, кроликов… — задумчиво проговорила жрица. — Хотя тут мало травы, можно обойтись грибами и растениями. Где-то нужно брать мясо и молоко…

— Мы не станем задерживаться тут больше необходимого. У меня есть идея, но для её реализации понадобится… многое. В том числе моя готовность. Нужно время.

— Как скажете, я готова ждать столько, сколько понадобится, — положив свою ладонь поверх моей, произнесла Милослава.

— И я тебе за это благодарен, — улыбнулся я и чуть сжал её пальцы в ответ.

Контроль стихий был лишь одной частью моей тренировки — тяжёлой, но даже близко недостаточной для того, что я задумал. В первую очередь мне нужно было подчинить себе воду. Пусть и не в том объёме, что камень, но хоть наполовину. Контролировать себя, в первую очередь. Жизненные потоки.

Благодаря обучению в столичном мире я в теории знал, как это делать, но тогда у меня не было магии. Сейчас же она струилась по моим венам, но воспоминания поблёкли, а знания выветрились. Приходилось восстанавливать их по крупицам, одновременно развивая и осваивая новые формы.

Маги этого мира пришли к универсальным формам, в равной мере отвечающим боевой необходимости и