к Селене, и на короткое мгновение даже она замолчала.

— Повтори.

Селена выдержала его взгляд.

— Закон Империи...

— Я знаю этот закон.

Кай перебил её впервые за весь разговор. Воздух в кабинете дрогнул. Не магия. Пока ещё нет. Но сила уже поднималась под кожей, и все в комнате это почувствовали. Малек оттолкнулся от стены.

— Ты забываешь своё место.

Кай усмехнулся. Коротко. Без капли веселья.

— Моё место? — он медленно сделал шаг вперёд. — Я десятки лет закрываю проблемы Совета, пока вы сидите в своих залах и называете это порядком.

Эйрон нахмурился.

— Не смей...

— Нет, это вы не смейте приходить сюда и рассказывать мне о законах, которые превращают людей в товар.

Последние слова прозвучали жёстче. Эмоции наконец прорвались наружу, и это изменило атмосферу мгновенно. Свечи дрогнули. Тени на стенах качнулись. Сила Кая начала просачиваться в пространство, заполняя кабинет тяжёлым давлением. Совет почувствовал это сразу и замолчал. Кай смотрел на них прямо. Без страха. Без попытки смягчить сказанное.

— Айя останется здесь.

Каждое слово прозвучало отчётливо.

— И ни один ваш договор не заставит меня отдать её.

Тишина стала почти оглушающей. Эйрон медленно выдохнул.

— Ты ставишь под угрозу отношения с Дарвеном.

— Меня не интересуют отношения с Дарвеном.

— Тогда тебя заинтересует война.

Кай не отвёл взгляда.

— Если ваша Империя держится на продаже девушек монстрам, значит, она давно прогнила.

Эйрон медленно расправил плечи, возвращая себе привычное хладнокровие. Он слишком давно находился у власти, чтобы позволить чужой силе заставить себя замолчать окончательно.

— Ты ведёшь себя как мальчишка, — произнёс он холодно. — А не как член Совета.

Кай усмехнулся. Без веселья. В этой усмешке было только раздражение, которое он уже переставал скрывать.

— Тогда вам стоило прийти раньше. Возможно, лет двадцать назад я бы ещё пытался вас впечатлить.

Малек резко шагнул вперёд.

— Следи за языком.

— Или что?

Кай даже не посмотрел на него. И это ударило сильнее любого прямого вызова. Малек сжал челюсть. Тьма на его пальцах дрогнула, готовая сорваться в магию, но Селена остановила его коротким взглядом. Она понимала: ещё один шаг и кабинет перестанет существовать. Эйрон снова заговорил.

— Ты не исполняешь обязанности члена Совета.

Его голос стал жёстче.

— Игнорируешь распоряжения. Скрываешь информацию. Самостоятельно принимаешь решения, влияющие на баланс Империи.

Кай молчал. Он медленно отошёл от стола, прошёлся по кабинету и остановился у окна. Ночной воздух коснулся его лица, но не остудил внутреннее напряжение. За его спиной продолжал говорить Совет.

— Академия становится опасной.

— Внутри происходят вещи, о которых нам не докладывают.

— Дарвен появляется в её стенах.

— Девушка остаётся под твоей защитой вопреки закону.

Каждая фраза ложилась тяжело. Настойчиво. Словно они пытались не убедить его, а продавить. Кай опустил взгляд во двор академии. Несколько адептов пересекали внутренний двор, не подозревая, что в этот момент наверху решается их будущее. В окнах общежитий горел свет. Академия жила своей жизнью. Его академия. Место, которое он годами удерживал вдали от Совета и их методов.

— Академия не ваше личное убежище, — продолжил Эйрон. — И не место для укрытия тех, кто нарушает договоры.

Кай медленно повернулся. Теперь в его лице не осталось даже тени спокойной иронии.

— Академия находится под моей ответственностью.

Слова прозвучали ровно. Но в них уже появилась жёсткость. Эйрон прищурился.

— И ты используешь её в личных целях.

Селена внимательно наблюдала за Каем. Малек смотрел открыто враждебно. Эйрон ждал. И они дождались.

— Вы защищаете её.

Вопроса в этих словах не было. Только обвинение. Кай задержал взгляд на Эйроне. На секунду в кабинете снова стало тихо. Потом он ответил:

— Да.

Без оправданий. Без попытки смягчить ответ. Прямо. Малек усмехнулся. Грубо.

— Вот и всё. Наконец-то честно.

— Честно? — Кай сделал шаг вперёд. — Хотите честно?

Теперь в его голосе начала звучать злость. Настоящая. Долго сдерживаемая.

— Я защищаю её, потому что никто из вас этого не сделает.

Эйрон резко нахмурился.

— Она принадлежит Дарвену.

Эти слова ударили по кабинету сильнее магии. Кай замер. Медленно поднял взгляд. И в этот момент даже Селена почувствовала, как изменилась атмосфера. Потому что что-то внутри Кая окончательно сорвалось.

— Никогда, — произнёс он тихо. — Не смейте говорить о ней так.

Тьма снова поднялась по его рукам. На этот раз сильнее. Опаснее. Магия расползалась по коже тонкими чёрными линиями, воздух вокруг него начал дрожать, а температура в кабинете резко упала.

Кай больше не выглядел ректором. Сейчас перед ними стоял один из сильнейших магов Империи, который слишком долго держал себя под контролем.

— Вы сидите в Совете и называете это порядком, — произнёс он медленно. — А потом удивляетесь, почему Империя гниёт изнутри.

— Осторожнее, Кай, — тихо сказала Селена.

Но теперь даже она говорила иначе. Не давя. Предупреждая. Кай посмотрел на неё.

— Нет. Это вам стоит быть осторожнее.

Он сделал ещё шаг вперёд. И Совет впервые за весь разговор невольно отступил. Несколько секунд никто не двигался. Даже Малек, привыкший отвечать на вызов мгновенно, сейчас стоял неподвижно, не сводя взгляда с Кая. Он чувствовал то же, что и остальные — граница была близко. Очень близко. Эйрон первым нарушил тишину.

— Вы осознаёте последствия?

Его голос стал тише. Жёстче. Он больше не пытался давить открыто, но в каждом слове чувствовалась угроза, которую Совет привык использовать вместо прямого насилия.

Кай смотрел на него спокойно. Слишком спокойно для человека, стоящего на грани конфликта с Империей.

— Да.

Короткий ответ прозвучал без колебаний. И именно это разозлило Эйрона сильнее всего. Потому что Кай не сомневался. Не пытался оправдаться. Не искал компромисс. Эйрон медленно шагнул вперёд.

— Тогда вы понимаете, что идёте против нас.

Тишина снова качнулась между ними. Кай чуть наклонил голову, внимательно глядя на него.

— Я не против вас.

Пауза. Его взгляд потемнел.

— Я против этого закона.

Слова прозвучали негромко. Но окончательно. Без возможности вернуть их назад. Селена едва заметно напряглась. Она знала Кая слишком давно и слишком хорошо, чтобы не понимать: сейчас он уже не спорил. Он принимал решение. Малек резко усмехнулся.

— Ты всегда считал себя выше остальных.

Кай перевёл на него взгляд.

— Нет. Просто я единственный здесь, кто ещё помнит, что такое человек.

Малек дёрнулся вперёд. Тёмная энергия