Шикарное, но сдержанное. Холодный минимализм платины, лаконичная огранка бриллианта. Без кричащего блеска — но Лера сразу поняла: оно стоит целое состояние.

— Мисс Гордеева, — Лекс улыбнулся уголками губ. — Выйдете ли вы за меня?

Лера не стала даже притворяться растерянной. Она уже знала ответ.

— Да, — мягко, чётко.

Шейдон аккуратно взял её ладонь и надел кольцо на безымянный палец. Оно село идеально. Как будто было создано только для неё.

Он прищурился, с тем лукавым выражением, которое Лера уже научилась узнавать:

— Я, признаться, не смог удержаться. И… кое-что ещё приобрёл.

Лера вопросительно подняла брови. Лекс протянул руку и взял с переднего пассажирского сиденья изящную коробку с тиснёным логотипом.

— Девочки ведь любят подарки?

Она рассмеялась, тепло, искренне, всё ещё глядя на него с той самой влюблённой нежностью, в которой уже не было страха. Только доверие. И любовь.

Любопытство взяло верх. Лера аккуратно приподняла крышку коробки, и её глаза тут же загорелись.

Внутри лежали туфли — настоящее произведение искусства. Глубокий чёрный бархат мягко поблёскивал в свете, а каблуки были выполнены из металла цвета розового золота. Они изгибались в замысловатом, почти сказочном орнаменте, напоминающем переплетение листьев и ветвей. Всё это выглядело словно сотворённым для эльфийской королевы — утончённо, дерзко, совершенно.

Лекс легко посадил Леру к себе на колени, так, чтобы её ноги покоились на его. Снял с неё туфли и с удивительной бережностью надел новую пару. Лера ожидала, что будет жать или натирать, но туфли сели идеально. Как будто были сделаны по индивидуальному заказу — впрочем, она в этом не сомневалась.

— Удобно? — мягко спросил Шейдон, погладив её по ноге.

— Очень, — прошептала Лера, всё ещё любуясь.

— Ты войдёшь в «Атлант» как победительница, — с лёгкой улыбкой сказал он.

Лера нахмурилась:

— При чём тут «Атлант»?

Лекс усмехнулся:

— А кто, по-твоему, купил компанию?

Лера закатила глаза, не сдержав мягкое бурчание:

— Какое расточительство...

Лекс спокойно пожал плечами:

— После слияния «Атлант» станет частью «Эриды». Это для тебя.

— Мне не нужны деньги, Лекс.

Он кивнул, всё ещё удерживая её ноги на коленях:

— Я знаю. Но так уж вышло, что моя невеста — жуткий трудоголик. А я, как ответственный жених, просто обязан обеспечить ей подходящие условия.

Лера рассмеялась и покачала головой. В этот момент она чувствовала себя не просто счастливой — она чувствовала себя любимой.

Глава 59

В здании «Атланта» царила гнетущая тишина. Сотрудники, обычно суетливые и оживлённые, теперь были тише воды, ниже травы. Боязливо прятали взгляды, старались не попадаться на глаза. По офису словно прокатился ледяной ветер — появление Шейдона Лекса внушало страх. Его молчание было красноречивей слов, а холодная сосредоточенность делала атмосферу невыносимо напряжённой. Каждый знал: пришёл конец старому порядку.

Лекс взял в руки папку с ключевыми документами, отдал последний короткий взгляд на обескураженный совет директоров и, не сказав ни слова, направился к выходу. Лера шла рядом. Её уверенная осанка и спокойный взгляд заставляли некоторых сотрудников сдерживать дыхание. Они вышли на улицу и сели в машину.

Когда двери закрылись, Лекс откинулся на сиденье и довольно усмехнулся.

— Теперь ты будешь внушать им такой же ужас, — заметил он, глядя на Леру искоса.

Она склонила голову, задумавшись:

— А что будет с сотрудниками?

— Советую уволить всех и набрать новых, — небрежно пожал плечами Лекс. — Но решение за тобой. В любом случае — я поддержу тебя.

Машина плавно тронулась с места. Снаружи начали мелькать улицы, но Лера вскоре поняла, что они едут вовсе не домой. Она повернулась к Лексу:

— Мы куда?

Он, не глядя на неё, спокойно сказал:

— Тут неподалёку домик стоит без дела. Купил когда-то со скуки. А теперь думаю, пора перевозить туда свою семью. С отцом мне было комфортно — деловые вопросы, жильё, всё рядом... но теперь в этом нет нужды.

Машина остановилась. Водитель вышел и распахнул дверь. Лера ступила на тротуар… и обомлела.

Перед Лерой возвышался роскошный особняк, больше похожий на дворец из снов — мрачновато-графичный, загадочный, величественный. Глубокий, насыщенно-чёрный фасад с сотнями теплых огней, льющихся из высоких арочных окон, словно делал здание живым. Камень фасада, резные детали, кованые балконы, стройные колонны и башенки — всё говорило о безупречном вкусе и баснословном богатстве. Дом не просто стоял — он царил над ландшафтом, выстроенный на террасах с каскадами лестниц, фонтанами и аккуратными садами. Вода стекала по мраморным уступам, отражая в себе свет ламп и вечернее небо. Это было не просто жилище — это была крепость, храм и произведение искусства в одном. Дом, в котором можно жить как королева.

— Лекс... — прошептала она, не в силах оторвать взгляд.

— Добро пожаловать домой, мисс Гордеева, — мягко сказал он, выходя из машины. — Или, если точнее… миссис Шейдон.

Лекс обнял Леру за плечи, притянул к себе и, легко поцеловав в висок, сказал с довольной улыбкой:

— Теперь ты хозяйка этого замка. Тут тебе хватит комнат, чтобы заблудиться, есть библиотека — огромная, как ты любишь, тренажёрный зал, бассейн… и, — он на секунду замолчал, — пара комнат, которые я когда-то оставил под детские. На всякий случай.

Он говорил легко, с тем особенным оттенком заботы, который Лера научилась улавливать за его сдержанной уверенностью. Она посмотрела на него, но ничего не сказала, только сжала его руку. Вместе они вошли внутрь особняка — и внутри всё оказалось не менее грандиозным, чем снаружи. Просторный холл с мраморным полом, винтовая лестница с коваными перилами, теплый свет, льющийся из позолоченных бра и люстры под самым потолком. Всё было роскошным, но не вычурным — продуманным, утонченным, будто каждая деталь имела смысл.

Внизу, у подножия лестницы, уже выстроился персонал — аккуратно одетые, подтянутые, будто репетировали этот момент. Лекс шагнул вперёд, не отпуская Леру:

— Прошу любить и жаловать, — сказал он негромко, но твёрдо. — Моя жена. Ваша новая хозяйка. Её слово в этом доме — закон.

Лера едва заметно напряглась. Такой подачей он будто подбросил её в воздух и исчез. Страх — что её воспримут как чужую, случайную, что будут шептаться за спиной — был почти ощутим. Но, к её удивлению, собравшиеся не смотрели с подозрением. Напротив — в их лицах были тепло и искренность.

Вперёд сделала шаг женщина с прямой осанкой и