человек к чёрными волосами и раскосыми глазами — диво дивное и чудо чудное, это ж где такие водятся?

Вскоре мы миновали ворота и они закрылись, отгораживая нас от ставшего опасным леса. Помимо людей на территории обнаружилось немало кошек и почти сразу стало ясно, что кошки не совсем обычные или даже совсем не обычные. Я вспомнила, что мои подопечные рассказывали про демонических духов котов-баюнов, у которых был какой-то договор о сотрудничестве с Залесской Заставой, похоже, это были именно они. Подтверждая мою догадку крупный и вальяжный чёрный кот выступил вперёд, на ходу перетекая в человекоподобную форму. Раз, два, три шага — к нам уже напрвлялся стройный темноволосый и белокожий красавчик, на голове у него имелись чёрные кошачьи уши, а из-под подола зелёной вышитой золотом рубахи почти до земли свисал гибкий и подвижный чёрный хвост. Хитрющие зелёные глаза с вертикальным зрачками сияли восторгом, а ярко-розовые губы с изгибались в очаровательно капризной улыбке, демонстрируя удлинённые клычки.

Грациозной танцующей походкой кот-баюн подошёл к Светозару и положив ладонь себе на грудь чинно поклонился, не слишком глубоко, но явно с уважением.

— Счастлив видеть тебя в добром здравии, Светозар Мечеславович, — произнёс он завораживющим голосом с мурчащими нотками. — С возвращением!

— Я тоже рад тебя видеть, Дивей Баженович. Как поживаешь? Всё ли ладно с твоими родичами? Все ли живы-здоровы?

— С семьёй моей всё в порядке, стены здесь крепкие, а в лесу нам каждая травинка знакома, там нас поймать не так-то просто. Как поживает Лучезара Мечеславовна?

Некоторое время парень и демонический дух обменивались формальными приветственными репликами, но тон беседы был тёплый как между близкими и родными. Завершив беседу, котик продефилировал к Живояру, обошёл его кругом, с интересом разглядывая, а потом насмешливо выдал:

— Ну надо же! Настоящий туманный волк! Последний туманный волк! Ну здравствуй, здравствуй!

— И тебе не хворать! — буркнул насторожившийся Живояр.

— Помню я прадеда твоего Гордея Велибусовича. Помню, как он Царевне-Морок отказал и заявил, что волки никому служить не будут. Я тоже отказал, но сразу к Царю Кощею под руку пошёл, а вас она постепенно извела одного за другим, а вы даже не поняли…

Туманный волк потемнел лицом и сказал лишь:

— Я о том не ведаю.

— Конечно, не ведаешь, ты тогда малышом-несмышлёнышем был, или вовсе тебя ещё на свете не было.

— И где сейчас эта Царевна?

— Чую, скоро заявится, — хитро улыбнулся Дивей, — То, что сейчас происходит, очень прохоже на её проделки.

После этой многозначительной беседы очередь дошла и до меня.

— Благодарю за спасение наших княжичей, Драгоценна Добросветовна, — церемонно произнёс кот и так же церемонно поклонился, а когда поднялся, лукаво мне подмигнул и с многообещающей улыбкой прошептал так, чтобы никто кроме нас не слышал: — Зайду к тебе ночью, отблагодарю, как следует!

У меня аж глаза на лоб полезли от такого заявления, и я поспешила отказаться:

— Э-э-э… Благодарствую, но не стóит, мне вполне достаточно словесной благодарности!

— Стóит, — заверил меня кот, — тебе понравится!

Ой, а можно лучше деньгами? Я собиралась твёрдо отказаться ещё раз, но хвостатый нахал уже перекинулся в звериную форму и ловко запрыгнул Светозару на руки с видом “обнимай меня, чеши меня, люби меня”. Чёрт знает, что!

Дальше было взаимное знакомство, много имён с отчествами, много вопросов, много ответов, но долго это не продлилось, старшие разогнали младших по делам, которые те побросали, чтобы увидеть вернувшегося княжича, а нас отправили в… баню. Обычай тут такой имелся: после долгой дороги следовало смыть с себя всё дурное, что могло налипнуть в чужих краях, и к родным и близким выйти уже чистым и свежим, чтобы не принести им беды. Очень неплохая традиция, я считаю.

37. Кто виноват и что делать?

Ближе к вечеру случился пир горой, хотя с “горой” были проблемы, еды у оставшихся заставцев нашлось немного, но наши со Светозаром стратегические запасы с гостинцами спасли положение и весьма удивили славянский народ. Впрочем, от странной и непонятной еды никто не отказывался, не такие тут были люди. Как выяснилось, на Залесской Заставе остались ведуны и ведуньи сомнительного происхождения — сироты, беспризорники или те, кого собственные родители отправляли в лес, в надежде избавиться от лишних ртов — ученики, за которыми они присматривали, принадлежали к той же худородной категории. Изначально в Залесской Заставе как и в Синхон Чжень царила