— Верховная жрица Шарра!.. — задыхаясь, испуганно закричала она, пытаясь перекрыть грохот боя с вершины стены.

В мозгу Блейна мгновенно вспыхнула тревога, и он с яростным страхом бросился к ней:

— Что с ней?

— Солдаты и жрецы пришли в храм, чтобы схватить её! — пролепетала испуганная девушка. — Офицер, оставленный тобой, пытается их задержать — я пришла тебя предупредить…

Сердце Блейна заледенело от неожиданного потрясения: Шарра-Эдит в опасности!

Он крутанулся на месте и крикнул сквозь темноту своему вознице. Нумидиец быстро погнал колесницу вверх, лошади фыркали и дико вращали глазами в свете факелов, чувствуя запах крови, исходящий от трупов.

Маго схватил Блейна за руку.

— Ты не можешь покинуть стену сейчас, когда римляне угрожают новым нападением, Этбаал!

— Я ухожу! — яростно закричал Блейн, освобождаясь от крепкой руки командира, и крикнул нумидийцу:

— В храм Танит! Поторопись!

Колесница помчалась сквозь тьму. Ночь уже наступила, и огромная чёрная громада Карфагена нависла над Блейном, как огромная грозовая туча, когда колесница яростно загрохотала по крутым и узким улицам.

Его мозг вскипал от ярости и тревоги за Эдит. Он не мог знать людей, пришедших, чтобы схватить её, но его не отпускал страх и мрачные предчувствия. Он почти не слышал приглушённого шума боя за дальними стенами и не видел толп на улицах.

Измождённые, обезумевшие от страха мужчины и женщины двигались по всем улицам, освещённым факелами, направляясь в западную часть мегаполиса. Блейн слышал одно имя из всех уст:

— Молох!

Нумидийский возничий, повернув к нему испуганное лицо, сказал:

— Я не могу ехать быстрее, господин! Улицы полны людей, идущих в храм Молоха на сегодняшние жертвоприношения!

— Езжай сквозь них! — крикнул Блейн хриплым, отчаянным голосом.

Толпа поклоняющихся Молоху, направляющаяся при свете факелов к храму, в тревоге отпрянула, когда колесница их господина прогрохотала по улицам мимо них.

Лошади остановились у тёмного храма Танит, и Блейн выпрыгнул на мостовую. С окровавленным мечом в руке он вбежал за ограду.

Освещённый факелами храм был почти пуст, только несколько жриц испуганно забились в угол, многие плакали.

Блейн взбежал по лестнице в коридор со стенами из кедра, где он оставил молодого офицера охранять дверь Шарры. Тот, с бледным лицом и рукой, сжимающей колотую рану ниже плеча, шатаясь, шёл к нему.

— Шарра! — заорал Блейн. — Где она?

— Они забрали её, — выдохнул раненый. — Я пытался остановить их, как ты приказал, но они сразили меня, и жрецы Молоха её забрали.

— Молох! — Блейн пошатнулся от ошеломляющего шока, вызванного этим ужасным именем. — Жрецы Молоха забрали Шарру?

— Да, господин, для жертвоприношения в сегодняшних обрядах! — задыхаясь, произнёс раненый. — Они сказали, что только подношение жрицы Танит может сейчас успокоить Молоха и спасти наш обречённый город.

Блейн пошатнулся, и его сердце, казалось, перестало биться. Эдит — в теле Шарры — будет этой ночью принесена в жертву Молоху, ужасному, огненному идолу, величайшему богу Карфагена! Эдит умрёт в теле Шарры, таким отвратительным образом!

— Я говорила тебе, что отомщу этой храмовой шлюхе, Этбаал! — прошипел женский голос.

Блейн ошеломлённо обернулся — рядом с ним стояла Ланаш, её красивое лицо было искажено удовлетворённой ненавистью.

— Ты приказала схватить Шарру и отдать её в жертву Молоху?! — дико завопил он.

— Да, я сделала это! — вспыхнула она, ядовитая, как змея. — Я сказала жрецам и людям, что Молоха не устраивает жертвоприношение одних только детей, что он также хочет невесту и что Танит должна быть его невестой в лице её верховной жрицы, и что только это спасёт обречённый Карфаген. Ты не сможешь освободить свою возлюбленную, Этбаал! Священники и народ разорвут тебя на куски, если ты попытаешься остановить жертвоприношение. Через час Шарра перейдёт в объятия ожидающего её Молоха!

5. Невеста Молоха

РЫЖЕВАТО-КОРИЧНЕВОЕ ПЛАМЯ удовлетворённой ненависти в чёрных глазах Ланаш, страстный триумф на её смуглом лице сводили Блейна с ума, и он схватил её руками за горло в диком порыве оборвать жизнь женщины, чья ревность приговорила Эдит к самой ужасной из смертей.

— Убей меня, муж мой! — невозмутимо воскликнула Ланаш. — Скоро в Карфагене все погибнут, и я умру счастливой, зная, что Шарра не избежала моей мести.

— Дура! Шарра избежала её, как и Этбаал! — гневно прошипел Блейн. — Шарра уже в безопасности, находится в теле девушки через две тысячи лет от твоего времени, как и Этбаал в безопасности в моём теле в том же времени. Эта невинная девушка заключена в тело Шарры, а я — в тело твоего мужа!

Блейн произнес это, движимый лишь бурной страстью, порожденной страхом и ужасом, и ни на миг не ожидал, что Ланаш поверит тому, что он ей сказал.

Но, услышав это, Ланаш страшно побледнела и дико посмотрела ему в лицо, задрожав каждой частицей своего тела.

— Мне показалось, что сегодня в тебе было что-то странное! — воскликнула она вдруг. — Значит, это правда — разумы Шарры и моего мужа Этбаала сбежали в будущее…

Дикий и страшный гнев вспыхнул на её прекрасном лице, и она подняла дрожащие руки в обвинительном жесте.

— Прокляните Шарру, прокляните её, боги! Она использовала древний секрет, чтобы бежать с моим мужем из этого обречённого города. Она и он будут жить и любить друг друга в безопасности, в то время как я должна здесь умереть!

Страстный крик Ланаш вывел Блейна из состояния дикого гнева, и он медленно ослабил хватку.

— Ланаш, так ты веришь?! — воскликнул он. — Ты знаешь об этой тайной силе, способной перемещать разум в новые тела через время?

— Да, я знаю, — сказала она яростно, — ибо я узнала об этом от того же мудреца, что и проклятая Шарра. Это тайное знание передавалось немногим избранным в каждом народе, из века в век, от Древнего Египта до Вавилона и Тира. Немногие, кто знал его, осмеливались рискнуть воспользоваться им, настолько оно опасно, но теперь Шарра применила его, чтобы бежать в далёкие времена с моим мужем. Почему я не убила её прежде, чем она успела это сделать?

Блейн схватил её за обнаженные руки.

— Ланаш, если ты знаешь этот секрет, то сможешь помочь мне и девушке исправить то, что было сделано, и вернуться в свои тела