что Дилару отпаивали от яда, его действие быстротечно, но она не успела его проглотить, лекари хорошо сделали свою работу, день-другой и на ней снова появится метка. Простите, не смею вас учить, но я бы знатно наказала Фирузе, она причинила вред беременной женщине, как только узнала новость, в тот же час помчалась в покои госпожи. Простите, я не уследила, да она мне и не подчиняется, считает себя хасеки, вашей старшей женой.

— Вот как? Женой? Мне словно других дел недостаточно, нужно решать ещё и дела гарема? Сами разобраться не можете?

— Я всего три дня как назначена на должность, но всё сделаю и в хаммам девушек отправлю, каждую проверю. Но как мне проверить Фирузе, она не послушает, — пролепетала Фидан, ликуя, что получила возможность пожаловаться на врагиню.

— Заставить силой! Джейхан-бею уже приказано подготовить старый дворец. Как только всех проверишь, прикажи девушкам собраться, и ты вместе с ними уезжаешь под управление Беркан-бея! Ни одной наложницы во дворце остаться не должно! С Фирузе-хатун после проверки на общих основаниях, сам Джейхан-бей дела уладит. Ты отвечаешь за переезд гарема головой! За сплетни — языком! — последние слова эхом отозвались где-то в пятках, куда успело сбежать испуганное сердце калфы.

— Слушаюсь, господин! — хатун низко присела, и готова была откланяться. Но повелитель словно вспомнил между прочими делами, ещё одно совсем незначительное, бытовое, но поразительное поручение, от которого у женщины окончательно испортилось настроение:

— Ещё один приказ! Сегодня приготовить к хальвету мою жену Дилару, иди, исполняй! — султану достаточно лишь взглянуть на дверь и смышлёная Фиданснова низко поклонилась, прошептала слова благословения и признательности за доверие и поспешно выбежала.

Стоило двери закрыться, как женщину накрыло! Не может быть! Он так любит свою жену?

Ну не может такого быть, ведь он сам назвал Дилару ведьмой, это подслушал верный лакей. А теперь хальвет?

Повелитель снова объявил отвергнутую принцессу женой и зовёт к себе в покои? Она точно ведьма!

— Как же мне остаться? Эта проклятая метка всех с ума сводит, женщины ее готовы калёным железом выжечь, лишь бы она появилась. А эта Фирузе и подавно! Тварь, родила девочку, а ведёт себя, как истинная хасеки господина! Скорее всего, и с Диларой тоже возникнут сложности.

Расстроенная Фидан неспеша бредёт по шикарным коридорам дворца, рассматривая всё, что попадается по пути. Она тут тысячу раз бегала и не замечала. Но как прекрасно это место! Лучшее во всём мире и этот безжалостный господин собрался сослать ее в самый унылый старый дворец?

— Я найду способ остаться, султан еще пожалеет, что пренебрёг мной! Пожалеет! — процедила сквозь зубы. Сама не заметила, как оказалась перед лучшими покоями гарема.

Лакей быстро доложил и Фидан — хатун вошла, готовая пнуть любого, кто хоть что-то сделает не так, как должно!

— Госпожа, я по приказу нашего сиятельного господина, он соскучился по вам и ждёт…

Не успела договорить, как Гульшат, подбежала и зашипела:

— Тише ты, госпожа, недавно уснула, ей плохо, мне скажи приказ!

— Новость-то какая, наш султан простил твою госпожу и снова назвал своей любимой женой. Сегодня ждёт на хальвет. Наряди её до вечера, возьми двух помощниц, наряд выбери самый красивый. Надеюсь, что из-за болезни она не откажется? Как думаешь? — Фидан опомнилась и снова стала собой, говорит сладким шёпотом, как продавец щербета на рынке.

— А какая тебе выгода, от того, что госпожа попадет к султану в покои? — Гульшат тоже не так проста, как кажется, быстро заметила интерес новой калфы.

— Хочу проучить подлую Фирузе, водятся за ней грехи, но почему-то султан её не спешит наказывать. За этот яд, с нас бы уже палками кожу содрали. А ей всё нипочём. — калфа наклонилась и прошептала свои наблюдения ещё тише.

— А ты права! Уж не ведьма ли она. А госпожу Дилару уже который раз пытается выставить клятвопреступницей и шпионкой. Проследить бы за ней, если узнаем о планах этой дерзкой наложницы, спасём госпожу, и сами получим выгоду, уж нигде так много за служение не платят как во дворце, никто не хочет уезжать, а мы останемся при госпоже Диларе.

— Твои слова, да всевышнему в уши, но Гульшат, всё в его руках. Сделай всё лучшим образом, уговори госпожу, ведь стать любимой женой, это лучшая участь. А она беременная, придумай что-нибудь эдакое, запугай, что если не явится, то разжалуют до простой наложницы. Она же иностранка, мало тут чего понимает

— Вот с этим проблемы, после яда она очнулась слишком умной, всё на ходу соображает. Думаю, что хитрость разгадает. Скажу ей, что султан желает с ней поговорить о будущем. А там сами пусть договариваются.

— И то верно!

— Гульшат! С кем ты шепчешься? — нежный, певучий голосок госпожи заставил вздрогнуть заговорщиц.

— Госпожа, это калфа, она пришла сообщить радостную новость, наш великий султан простил вас и сегодня ждёт у себя в покоях!

— Простил? Пусть калфа передаст ему, что я ни в чём не виновата, чтобы меня прощать! Болею, и поэтому никуда не могу идти! Я не девочка на побегушках и не дворняжка, скулить от радости, что меня вдруг простили. Прикажи подать ужин.

Фидан скривила недовольное лицо, весь план рушится из-за капризов беременной госпожи. Но тут же нашла что сказать:

— Простите госпожа, но ужин вам подадут только в покоях господина, если хотите есть, то придётся идти.

— Вот вы стервы, сговорились? Хотите, чтобы я взбесила вашего господина? Глупые, я же вас спасаю, он меня увидит, что-то скажет, я отвечу, и мы снова поругаемся. Не жилось вам спокойно! Мне лучше не ходить, так все целее будут…

— Госпожа, просто улыбайтесь и ешьте, желательно молча, и всё, мужчины любят молчаливых женщин! — прошептала Фидан, быстро поклонилась и сбежала, предоставив Гульшат самой уговаривать несговорчивую госпожу. Но уже появилось сомнение, слишком уж Дилара дерзкая, господину такие наложницы не нравятся.

— Завтра Фирузе будет праздновать победу, чует моё сердце, если вы не пойдёте, то эта крыса точно вас переиграет, а потом выживет из дворца или отравит! Лучше уж с султаном, чем против него! — тихо ворчит Гульшат, поправляя подушки. Кажется она готова применить ласковую силу, лишь бы исполнить приказ повелителя…

Глава 10

Трижды пожалела, что ввязалась в эту авантюру с ужином. Он слишком хитёр, слишком красивый, слишком умный и проницательный. А ещё у него в арсенале какая-то неведомая сила. Магия?

Что, если он реально дракон? Не фигура речи «Султан-дракон», а действительно обладает магической силой, даже с этим я бы могла смириться,