— Книга анализирует ДНК?

— ДНК? Что это? — спросил Цезарь, нахмурившись.

— Понятно, — пробормотала Лея. — Как работает эта книга, по-вашему?

— Я заколдовал её с помощью пяти медальонов, обладающих мощнейшей магией стихий. В каждом есть эти энергии, их мы получаем от предков.

— Преднебесная Ци! — радостно воскликнула Лея. — Теперь понятно, ведь кровь — мать Ци.

Статуи молчали, недоуменно переглядываясь.

— Я читала в "Нань Цзин" — "Каноне о трудностях", — пояснила Лея. — В общем, книга точно работает?

— Будь уверена, девочка, — Федерико гордо задрал голову.

— Хорошо. Я очень рада, что вы все вместе, но мне пора. Как-нибудь прибегу с вами ещё поболтать.

Лея помахала рукой и направилась в сторону цокольного этажа.

— Не ходи туда, — услышала за спиной голос Бланки.

— Почему?

— Лучше спрячься, — подтвердил Цезарь.

— Я выйду через южную часть, — соврала Лея, подстёгиваемая любопытством.

Тихонько она подошла к каморке. Приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В камине тлели угли. Дракониха спала на подстилке.

А из большой комнаты слышались голоса. Снежински и Касперович. Постояв в нерешительности, Лея всё же вошла. Ведь приближалось время урока. Цыганка же сама ходит сюда в тайне от директора, поэтому не станет выдавать — Лея была уверена. Заглянув внутрь, она услышала знакомые слова, произносимые с пафосом Касперович: "Откройся, время и пространство, яви разум по воле иль неволе, допусти..." Входя в плотный белый туман, Лея осознала, что оказалась в чужом воспоминании. Как Снежински, когда они пытались с Дэном открыть золотые шарики.

В небольшой комнате душно и почему-то растоплен камин. Сквозь занавески видна алая полоска заката над заливом. На продавленом диване сидит молодой Снежински. Напротив, на полу, Касперович. Между ними низенький столик, застеленный зелёным сукном. На нём и таро, и чашка с кофейной гущей, и хрустальный шар, и какие-то астрологические карты, свечи, амулеты. Как это всё добро помещалось здесь — загадка.

— Вы вместе будете. Созданы друг для друга. Но твоя ошибка дорого стоит.

— Что я сделал не так?

— Ещё не сделал. Но вы вместе будете. Такова воля звёзд, — цыганка воздела руки к небу.

Снежински усмехнулся:

— Вместе. Она сегодня замуж выходит, — он с грустью посмотрел в окно. — Этот корабль дальше плывёт без меня. Посмотрите ещё, госпожа Касперович, может, где-то ошибка.

— Карты не врут! — она поднесла монокль к одному глазу, к другому, к каждой карте поочерёдно. — Истинно говорю. Вы две половины единого целого. Она не выйдет сегодня замуж.

Снежински вскочил. Лея заметила, как от волнения дрожат его руки.

— Я видел. Видел в её глазах. Она влюблена. В него. Она уже... уже в белом платье. Алая лента в волосах. Она... — он рухнул на диван и обхватил голову руками.

— Судьбу не изменить. Она уже идёт.

Из коридора и вправду раздавался быстрый стук каблучков. Дверь открылась, и в комнату влетела запыхавшаяся Глория — девушка с русой косой. Она была в очках.

— Чёрная Тьма здесь, в Шато! — выпалила она.

Снежински и Касперович, казалось, потеряли дар речи. Цыганка медленно поднялась и приложила к глазу монокль. Подошла к девушке. Та, немного отдышавшись, продолжила:

— Я предупредила Лео. Он места себе не находит.

Снежински резко встал и, чуть не опрокинув столик, подлетел к девушке. Он пристально смотрел в её глаза. Долго. Так, что даже Лее сделалось не по себе. Но Глория выстояла.

— Всеволод, вы владеете стихиями. Её нужно ликвидировать. Срочно. Иначе она заразит всех нас. Аманде и Чунь Шэн чудом удалось спастись. А Лейла...

— Лейла? Что с ней? — Снежински вцепился в плечи девушки, будто обезумев.

— Она... она... Чёрная Тьма.

— Я... я не смогу... ЕЁ... — Снежински в ужасе отпрянул.

— Таков путь, — обречённо молвила Касперович за его спиной.

— Она здесь, рядом, на юго-восточной башне. Беги туда. Я предупрежу остальных.

Когда цыганка осталась в комнате одна, всё заволокло белым туманом, который вскоре схлопнулся в золотой шарик в ладони Касперович. Лея стояла за её спиной, а напротив на неё всё тем же безумным взглядом смотрел Снежински.

— Ой, милочка, какая неожиданность, — Касперович оглянулась и заулыбалась золотыми зубами. Волосы её снова стояли дыбом, и она принялась их приглаживать.

— Я... я просто... просто задание принесла на проверку. По алхимии, — нашлась Лея и полезла в сумочку за блокнотом.

Дэну она ни слова не сказала об увиденном. И вообще, всячески пыталась отвлечься от мыслей о том, что Лейла Сноу стала Чёрной Тьмой. Было безумно её жаль. Как и Лео. Остаться без невесты в день свадьбы. Может, поэтому Ланде так суетлив? Будто боится, что случится что-нибудь страшное. С ним, с семьёй. Глория... хорошо, что она оказалась рядом и смогла его утешить. Они неплохо смотрятся вместе. Особенно, когда она без очков. Ну не идёт ей эта оправа.

— Благодаря твоим курсам и я подтянул снадобьеведение, — сказал Дэн, закрывая книгу.

— Устал? — поинтересовалась Лея.

— Очень. Ты отпустишь меня пораньше? — Райс запустил пальцы в волосы.

— Конечно, иди. Я ещё право почитаю, — Лея чмокнула его в щёку, и мальчишка покраснел.

Этой ночью не спалось. Мысли о Лейле не давали покоя. Что же случилось там, на башне? Откуда пепел? И медальон. Он ведь был у Лейлы. Лею передёрнуло. Неужели Снежински уничтожил её? Огнём. Лейлу. Или всё же... Чёрную Тьму? Ведь она должна была преобразить девушку. Сделать её подобием себя... Копией. Лею передёрнуло.

Наутро, разбитая, она стояла у кабинета 2-22. Дверь была заперта, поэтому ребятам пришлось торчать в коридоре.

— Эй, ты не была на завтраке, — обеспокоенная подруга сунула яблоко. — Съешь хоть это.

— Угу. Спасибо, Сонь. Тошнит. И спать хочется.

— И Снежински почему-то нет. Странный он. И злой. Слышала, что первоклассники от него просто воют. Не удивлюсь, если ночами после его уроков они писаются в постель.

— Соня! — возмутилась Лея.

— Эй, да ладно. Ты сама не в