ему, что у самих Небесных Посланников особые методы (кто бы сомневался). Но человек этот должен быть как минимум слеп. Потому что Небесный Посланник видит не глазами. А безъязык, спросил Илан, невежливо, но... Для чего и почему? А это уже хофрская традиция. Небесный Посланник не говорит с толпой. Для разговора с Небом язык не нужен, слова не нужны, там мыслится иначе, сложнее и проще, трудно объяснить.

  

  Ну, не так уж и трудно. Например, сам Илан на операции тоже обходится без слов и четко оформленных мыслей. Схемами и действиями. Ему это понятно. Значит, минимум, слеп. Есть у Намура в Адмиралтействе слепые? Если спросить, тот скажет: разумеется, ибо большая часть в упор не видит, как им в карман попадают чужие деньги. В других смыслах - вряд ли. Все бы знали. Зайти с религиозной стороны, попробовать узнать у отшельника в храме феникса? Тот, если и знает, то вряд ли расскажет вот так и сразу. Религиозное сообщество закрыто для светских интересов. За это их в свое время Черный Адмирал и проредил серьезно. Чтоб не возились по-тихому за занавеской, не действовали на нервы своими шорохами. Кир Хагиннор? Бесполезно, скорее всего. Да, ответит. Возможно, правду, но так, что лучше бы не отвечал. Там, где речь не о сиюминутных выгодах, а о большой политике, о внутренних интересах Ходжера, спрашивать не его, Илана, дело. Разве что жаловаться от имени рыжих, и то, захочет кир Хагиннор - услышит, не захочет... Сделает вид, что это не к нему, это к доктору. Болеют? Пусть лечатся. Одно дело, когда проблема касается Арденны и арданского берега, и совсем другое - Ходжер и его противники-союзники. Как же искать?

  

  А надо ли.

  

  Под сомнением сама правдивость рассказанного. Вдруг это желание использовать Илана, а то и вовсе государя Шаджаракту, в качестве игровой фигуры на своей стороне. Практически в темную для него самого. Он, конечно, как-то раз сам предложил им помощь. Но он тогда не думал, что дело настолько серьезно. А рыжие довольно быстро разобрались, что он из себя представляет и кем является и, значит. как можно им воспользоваться.

  

  Предположим, Илан им поверил. Пожалел их, а они сейчас всерьез заслуживают жалости. Хромые, слепые, немые. Цирк инвалидов в отдельной палате. Но фактически они занимались на арданском берегу шпионажем. Следили за киром Хагиннором, адмиралтейством, и неизвестным фактором опасности для Хофры в виде здешнего посланника. Цель? Кто сказал, что просто найти и поговорить о необходимых доказательствах?

  

  Может, им убить его нужно. Гости с Хофры так лихо друг друга режут, протыкают, травят. Пусть эти двое вне кланов, но они не вне интересов кланов и не вне общей политики. Не вне породившего их общества. Любопытно было бы проанализировать, зачем отрезают еще и язык. И ученика дают из другого клана. Возможно, чтобы человек с крыльями не увлек за собой народ, не соблазнил недовольных, не смог ни сам, ни через переводящего его вслух помощника показать силу личности на публике и позвать людей куда-нибудь в сторону от намеченного вождями и прочими великими воинами пути. Любая долговременная традиция возникает не просто так, она базируется на прецедентах, часто негативных. Как нужно делать, чтобы избежать тех и вот тех осложнений. Найден удачный метод? Отлично, закрепим. И запишем в историю болезни, чтоб больше не повторилось.

  

  Доктор Илан путался. Он знал, что путается. В людях, в событиях, в собственном положении, в своих обязанностях и долговых обязательствах. Эшта поменял в его глазах несколько ипостасей, и доктор Ифар был сегодня не тем человеком, которым казался вначале, и с доктором Наджедом - госпожой Гедорой не все так ясно и однозначно, как было три декады назад, и Гагал сейчас другой, и Неподарок какой-то не тот, одна Мышь гвоздь гвоздем, и то не без неожиданностей... Да и сам хорош. Был доктором Иланом, а стал... Недогосударь Шаджаракта. На государя пока не тянет. Тем не менее, это все равно два разных человека. Доктор Илан и недогосударь Арденны.

  

  И что делать? И почему ты, Илан, вообще решил, что должен, просто обязан что-то делать? Потому что тебе мешает оставленное предками наследство? Это не так. Ты даже официально в права наследования еще не вступил. Ты пока доктор Илан. Который принимает решения по медицинским вопросам и по устройству госпиталя. И печать у тебя простая, камушек с инициалами. Государственную не брал в руки ни разу, хоть и знаешь, где лежит. Все твои недорешения просто неуверенная проба сил и неспокойная душа.

  

  Доктору все это лишнее. Это у недогосударя зудит. Одно, другое, пятое, десятое. Только ему, в отличие от доктора, проще решить, чем сделать. Государи редко сами делают что-то. За них отдуваются другие.

  

Глава 46

* * *

Но едва Илан оказался в коридоре с твердым намерением начать принимать хоть какие-нибудь решения, к нему в ноги бросились две женщины и стали прикладывать к его рукам и подолу рубахи бумажки с молитвами. Он сначала ничего не понял, потом испугался, потом удивился, потом он поднимал их с колен. По коридору уже бежал дежурный фельдшер и две санитарки, Илан накричал на них, кто, мол, пустил, что за безобразие, потом пытался объяснить, что он врач, обычный врач, лечит, как все врачи, лекарством и скальпелем, а не молитвой и заговоренными бумажками, и приложиться к его руке вовсе не равно исцелению... Поняли женщины что-либо из его слов или не поняли, осталось неясно. Кажется, не поняли, да и не очень слушали. Их увели. Он привалился спиной к стене. Унял неприятную, почти брезгливую дрожь. Думал о том, что не только в профессии доктора, но и в занятиях государя есть что-то такое, что нельзя профанировать. И ниже чего нельзя опускаться. Если начнут так ходить и падать под ноги, придется придумывать контроль на входе в госпиталь, ограничивать доступ в отделение, прятаться и находить пути незаметного отхода самому. Не хочется. Плохо это. И вранье плохо, и своя собственная правда при глухоте к встречным объяснениям тоже плохо. А правда у каждого ожидаемо своя. Но есть нюанс. Своя правда есть и у недогосударя Шаджаракты. Это доктор Илан всех понимает, прощает и забывает с миром. Государь обязан делить свой зуд деятельности на собственные интересы и чьи-то