Ладно. Пусть недогосударь Шаджаракта в своей области почти ничего не умеет. Зато умеет доктор. Собрать анамнез. Исключить ненужные варианты, неважные детали, субъективные взгляды, заведомую ложь. Поставить диагноз. Доверять себе. Не вставать на чью-то точку зрения, даже если ее убедительно обоснуют. Никому не верить до конца. Никому не подчиняться. Никому не помогать вне собственных целей. У него одна сторона - арданская. Все, что для Ардана болезнь, следует лечить. Для этого не нужно делиться надвое, отдельно доктор, отдельно государь. Он должен сохранить Арденну. От Хофры и Ходжера вместе взятых, если придется. От всех людей с крыльями и без крыльев, которые вот-вот сцепятся здесь поблизости, в прибрежных водах.

Кто из трех сторон поддержит его? Да никто. Как ни поверни, Ардан заложник чужой клановой политики. Он удобная военная база на перекрестке торговых путей, из него можно контролировать и берег, и море, он стратегически важная территория. Сейчас он под влиянием Ходжера. Потенциал которого неизвестен. И который будет использовать Ардан просто потому, что глупо не использовать. А дальше как масть ляжет. И Ардану, и клану Других. Государь Шаджаракта в таком раскладе вообще никто. Мельче разменной монеты. Участь незавидная, выбор решений скудный, назначение - никакое. Сколько угодно можно говорить одиночкам 'я мигну - тебя казнят' или изображать гордого дурака, который не кланяется. Для Хофры, целиком или половинками, тем более, для Ходжера, его слова, его права, его семья не значат ничегошеньки. Зарвется - его просто уберут. Илан посмотрел уже, как это делается на Хофре. Никто не стесняется ни в выборе средств, ни в выборе фигур на роль жертвы. Мешаешь - в расход. Смерть твоя политически выгодна - в расход. На Ходжере что, какие-то лучшие идеалы и стандарты? В медицине, может быть. Но не в политике.

В общем, горе у тебя, государь Шаджаракта, а не наследство. С ним надо что-то делать, но что ни сделай, хорошего не получишь. Делать ты хочешь просто ради делания, чтоб не сгнило, и чтоб не сгнить вместе с ним. Поджечь его и сгореть к хвостам, зато ярко, вот для чего оно годится. Госпожа Гедора отличается от доктора Наджеда не просто так и не в силу психических отклонений. А потому, что тоже не знает, что с таким наследством делать. Черный Адмирал пытался. Не дали ему. Не только извне, но и изнутри. Те, кто понимал, к чему его задумки приведут. Вспышка, дым, искры, и нету. Недогосударь Шаджаракта, тебя ждет та же судьба. Либо раздваиваться, как мать. Либо погибнуть, как отец. Ты не сможешь быть третьей или четвертой стороной между серьезными силами, ты не сможешь сочетать в одной личности доктора и государя. Даже если сможешь, как ты будешь жить?..

'По совести...' - раздалось откуда-то со стороны сестринской и закрытых палат. До Илана не вдруг дошло,что это не его внутренний голос. Это интендант с помощником измеряют что-то в коридоре веревкой с узелками и 'по совести говоря, здесь нужно перекладывать нижние трубы и одну вон там' - так целиком звучат его слова. Просто сознание выделило ответ на внутренний вопрос. Поставь и себе диагноз, доктор Илан. Чем ты болен - Дворцом-На-Холме, врачебным долгом, совестью, или всем вместе? Какая твоя позиция, какое решение выведет тебя и тех, кто с тобой рядом, из опасного тупика?.. Ты не знаешь.

Вот, вроде... Не выходил из госпиталя даже. А оказался в такой гуще событий и завязан в такой узел вопросов, что хоть ножом их режь. Или скальпелем. Дурацкое место. Все время у кого-то что-то не так.

Кажется, у Илана было намерение выслушать другую сторону прежде, чем принимать какие-либо решения. Но сторон-то три. Гарантий, что каждая станет рассказывать правду, никаких. Хотя...

Есть одна гарантия. Желтый флакон. Доктор Илан больше не станет заказывать это лекарство в аптеке. И сам его делать не станет. Это именно то, до чего опускаться не стоит, если есть хоть малейшая альтернатива. Он даже Цереца подождет читать (ну, некогда же). Но оставшиеся два употребит с максимальной пользой не только для пациентов, но и для собственного душевного равновесия. И как врач, и как государь. Не зря же доктор Актар выстрадал эти флаконы, через что, не будем и вспоминать, а они ему даже не достались.

Стать ровно. Встряхнуться. Как пес после дождя... У Палача в гостях дочь. Поторопить с завершением визита, проверить время с окончания прошлой капельницы. Подвесить и приготовить новую. Пока не запускать. Рано. И самому нужна пауза проветрить голову и перевести дух. Все-таки, государем он быть не привык. И круг задач у него не определен. Есть примерно четверть стражи. Для начала пойти проведать подданных - уродов на крыше.

Которых там на одного больше. Неподарок перевесился через ограждение. Сердце у Илана провалилось так, будто он сам чуть не упал вниз. Но Неподарок не падает. Он зачерпывает горсть снега с каменного карниза, потому что на смотровой площадке все либо перетоптано гостями, либо истрачено на уродов, и сует ее себе за шиворот на спину. Чтобы не чесалось. И стоит, не шевелясь.

Илан подошел. Встал рядом, оперся на парапет. Было темно и холодно, и луна еще не взошла. Неподарок чуть пригнулся, отступил в сторону. Рефлекторная реакция раба перед хозяином. Согнуться, съежиться, стать мельче, незаметнее. Не стоять на линии возможного удара.

- Я не твой хозяин, - напомнил Илан. - От меня можно не шарахаться.

- Нельзя, - в Неподарке тоже два человека: боязливый раб и тот, кто говорит дерзкие слова.

- Можно.

- Вы даже лечите через насилие. Приказываете. Разденься, ляг, встань, повернись... Берете руками так, что хочется вырваться и убежать. С вами людям больно и страшно.

- Было бы тебе со мной больно и страшно, ты бы описался, когда я тебя лечил, - сказал Илан. - А ты ничего. Стерпел, выжил. Даже вот глупости сейчас говоришь.

- Это не глупости.