зависть многим, у нее даже целлюлита нет. И вы это могли заметить с ее-то короткой юбкой.

– Первый раз вижу, что одна женщина объективна к другой и хвалит ее внешность. Ты, Наталья, совсем долбанутая, но ты мне нравишься.

– Не пойму, вы все же меня обосрали или похвалили?

– Я сам пока не понял. Ну и в чем вопрос?

– То есть вы согласны, что она привлекательна, не беря в расчет ваши личные вкусы?

– Согласен.

– Тогда, почему при виде ее, вы почти скривились и матюгнулись, пусть и без звука?

– Потому что я не рассматриваю эту малолетку в качестве объекта для секса или спутницы жизни.

– Почему?

– Как интересно выходит. Не только ты мой объект исследования, но и я твой?

– Это просто банальное женское любопытство. Так почему?

– Почему скривился или почему не рассматриваю ее, как сексуальный объект или спутницу жизни?

– И то, и другое.

– Ишь какая хитрожопая. Все тебе и сразу. Отвечу только после того, как ты сделаешь так, чтобы я кончил.

– Ну окей, раздевайтесь.

– Видала? – тычет мне фигой. – Я собираюсь устроить себе в ближайшем будущем новогодние, а не анальные каникулы.

– Будьте спокойны за свои булки. Я не собиралась лезть туда своими пальцами в любом случае. Максимум отверткой.

– Изыди, нечистая сила.

Глава 9.

То ли Полуянов смиловался, то ли Гена нагадил ему ночью, не дожидаясь утренней прогулки, но меня минует участь гулять с собакой в такую рань. Но, увы, избавиться от общества балабола, то есть не работать с ним в субботу – не получается. Равно, как и не получается проснуться в такую рань.

Правда, стоило мне оказаться на улице, как сон рукой снимает. Середина октября стойко напоминает крещенские морозы. В качестве бонуса, еще и ветер такой силы, что сметает даже мое, далеко не тощее, тело. Замерзшими, еле послушными пальцами набираю сообщение Кате.

08:15

 «На улице дубак. Я всю жопу отморозила. Не вздумай надевать короткую юбку!»

08:16

 «Благодарю за заботу, Наталья. Я давно завязал носить юбки и уже надел трусы с начесом»

Да твою ж мать!

08:17

 «Извините, номером ошиблась»

08:17

 «Ты испекла мне сосиски в тесте?»

Блин! Оглядываюсь по сторонам, крепче сжимая одно рукой слетающий капюшон куртки. Фух, благо не прошла пекарню.

 «Да. А вам сколько надо было?»

08:17

 «А ты сколько испекла?»

08:17

 «Шесть»

08:17

 «Бери все»

Захожу в пекарню и… стопорюсь. Сосиски имеются в большом количестве. Вопрос в тесте. Слоеное или дрожжевое? Возьму разных, сразу догадается, что не домашние.

08:18

 «Надеюсь, в слоеном тесте испекла, а не в дрожжевом?»

Ну, спасибо.

08:18

 «Конечно. Оно посытнее. Как раз жирок на зиму подкопить»

Одними сосисками дело не обходится. Сверху покупаю себе еще немножко жирка в виде булочек с корицей.

Я не успеваю окончательно отморозить себе пятую точку. Не дохожу несколько метров до остановки, как рядом со мной тормозит машина.

– Садись, – из открытого окна доносится уже знакомый голос. Сначала квартира не вяжется с его статусом, теперь машина. Что-то тут нечисто.

Усаживаюсь в машину и все же не выдерживаю.

– Лада? Вы куда бабки деваете, Александр Владимирович? Машинка не по статусу, не находите?

– Поддерживаю отечественный автопром.

– Что-то попахивает чем-то.

– Наверное, дешевыми сосисками в тесте, которые ты купила в пекарне? – вот же сученыш.

– Не этим.

– А чем?

– Звездежом. Любимая тачка в ремонте, да?

– Нет.

– Украли?

– Нет. Проиграл в карты на желание. Месяц должен ездить на этой. Как поживает твоя жопа? – чего, блин? – Разморозилась? – и тут до меня доходит. Это отсылка к моему сообщению Кате. Попа, надо признать, и вправду разморозилась.

– Благодарю. С ней все хорошо.

– Я автоподогрев сиденья включил, – ах, вот оно что.

– Спасибо. Вы очень заботливы.

– Чего не скажешь о тебе. Я просил испечь, а не купить сосиски в тесте.

– Так их испекли, а я купила.

– На будущее. Я не привередлив к еде и ем все. В том числе и шаверму из ларьков, но к сосискам у меня особые требования. Там кладут самые дешевые, а я люблю хорошие.

– Ой, да расслабьтесь, в дорогих тоже мяса с гулькин хрен. Вкусно и все. Будете? – достаю пакет с выпечкой и протягиваю его Полуянову. Он колеблется несколько секунд, но все же соглашается.

– Давай.

Пока он поглощает сосиски в тесте, неотрывно следя за дорогой, я в ответ достаю булочки и принимаюсь наслаждаться сдобой. В какой-то момент чувствую на себе его взгляд.

– Что? – нехотя поворачиваюсь к нему. – Мне замуж не надо, хочу и ем. К тому же целлюлит сам себя не накормит.

– Не привык, что женщины при мне едят что-то кроме воздуха.

– Я еще и какаю не бабочками. Но не волнуйтесь, это священное таинство я при вас делать не собираюсь.

– Ты изучила анкеты? – вдруг произносит он, выхватывая из моей руки остатки булочки. И следом отправляет ее себе в рот.

– Да.

– Всех запомнила?

– Да.

– И что ты о них думаешь?

– Говорить, как реально думаю или подбирать слова, чтобы показаться приятной, милой и лживой, как все на телевидении?

– Разумеется, первое.

– Хорошо, – достаю папку из сумки и свой ежедневник с пометками. Полуянов косится на меня максимально странно. Точнее на мои заметки с разноцветными стикерами. – Итак, я пометила всех участниц по номерам в той последовательности, в какой лежали их анкеты и просмотрела все их социальные сети.

– Ты меня поражаешь все больше и больше.

– Чем?

– Никто так ответственно не подходил к изучению участниц.

– А мне было интересно узнать, каких несчастных вы разводите на пол-ляма.

– Ну, слава Богу, что причина в этом. А то я уж было дело подумал, что ты такая ответственная. Ну давай, Наталья, извергай.

– Итак, абсолютно все участницы врут. Но больше всего номер четыре.

– Это которая сисястая? Рыбалкина?

– Она самая.

– Почему ты решила, что она больше всего врет?

– Потому что она пишет, что в апреле две тысячи двадцатого года чуть не утонула в Дубае, после чего она стала активно заниматься плаваньем.

– И что не так?

–