— Ну, как там мой маленький племянник или племянница?

Я улыбнулась и, облегчённо вздохнув, принялась рассказывать о ребёнке — рада, что тема разговора наконец сменилась.

КАЙЛ

Я смотрел фильм и ел китайскую еду вместе с Дереком, когда входная дверь открылась, а потом тихо закрылась, и по коридору быстро промелькнула кудрявая голова Ли.

Бруно, который до этого сидел неподвижно, пристально глядя на нашу еду, сорвался с места и выскочил из комнаты за ней.

— Не надо, — тихо сказал Дерек, когда я собрался встать. — Дай ей время, чувак. Не гони её, только пришла ведь.

Мне не хотелось его слушать, но он был прав.

Ли избегала меня — с тех пор, как мы поцеловались вчера. Очевидно, она была не готова разбираться со мной, а я, черт возьми, не хотел снова её спугнуть.

И без того всё было против меня, не хватало ещё, чтобы я сам всё испортил.

Я опустился обратно на диван и снова уставился на дверь.

— Только это я и делаю — даю ей время, — пробормотал я и сделал глоток пива из бутылки.

На вкус я его не почувствовал — оно не помогало. — Хожу вокруг неё, как на цыпочках, когда должен всё прояснить.

— И что, по-твоему, случится, если ты сейчас за ней побежишь? — раздражённо спросил Дерек. — Думаешь, Ли просто забудет всё дерьмо, что с ней произошло? Без обид, Кайл, но большую часть этого устроил ты. Думаешь, она просто поддастся, как собака, виляя хвостом? Чувак, ей больно, и гормоны у неё скачут будь здоров. Будешь давить — она сбежит.

— Я это понимаю, — простонал я. — Но она носит моего ребёнка. Я хочу быть частью его жизни. Мне нужно быть частью его жизни. Дерек, ты же видел, какие у меня отношения с отцом. Я не позволю своему ребёнку вырасти таким же, как я, с этой чертовой пустотой.

— Ну да, ты реально поломан, — согласился Дерек, запихивая в рот лапшу. — Но Ли образумится. Она хорошая девчонка, слишком хорошая для такого урода, как ты. Она поступит правильно. Просто дай ей время.

— Надеюсь, — пробормотал я, открывая ещё одно пиво.

— И вообще, не понимаю, чего ты жалуешься, — продолжил Дерек. — У тебя хоть есть спокойствие от того, что Ли дома. А я Кэм не видел с тех пор, как она вчера слиняла. Только долбанное сообщение, что она у подруги. Ли беременна — понятно, почему у неё скачет настроение. А вот в чём оправдание Кэм, почему она ведёт себя как гормональный антихрист?

— Может, Кэм беременна? — бросил я, раз уж Дерек сам затронул тему.

Эта мысль уже не раз приходила мне в голову за последние недели — и многое бы объяснила. Дерек был прав: Кэм действительно вела себя странно в последнее время.

— Не, чувак, — усмехнулся Дерек, швырнув коробку с лапшой на стол. — Ты тут единственный оплодотворитель. У меня всё под надёжным замком.

Я рассмеялся так сильно, что подавился стручковой фасолью.

— У тебя вообще есть фильтр на язык? — прохрипел я, кашляя.

Дерек пожал плечами и ухмыльнулся, хлопнув меня по спине:

— Просто говорю как есть, брат.

— Да уж, ты у нас самый «настоящий», — рассмеялся я. — Один такой на миллион.

ЛИ

Было поздно, далеко за полночь, а я никак не могла уснуть.

Я лежала в темноте, раскинувшись на кровати, и смотрела в потолок.

Живот свело, сердце грохотало в груди. Мне было страшно. Я ненавидела неизвестность.

Минут двадцать назад хлопнула входная дверь, и Кэм с Дереком до сих пор были внизу — кричали. Вернее, кричала Кэм, а голос Дерека звучал умоляюще.

Логически я понимала, что волнуюсь зря и должна просто проигнорировать их. Но отключить голову и заснуть было невозможно, когда восемнадцать лет подряд ты засыпала под крики и грохот внизу, не зная, чем это закончится.

Единственное, что тогда спасало меня, — оставаться бодрствующей и быть готовой.

Тихий стук в дверь спальни заставил моё сердце подпрыгнуть в груди.

Повернув голову, я застыла, не в силах пошевелиться, когда дверь медленно открылась.

На пороге стоял Кайл; мягкий свет из коридора очерчивал его силуэт.

Он выглядел до невозможности притягательно — серые спортивные штаны, белая майка, взъерошенные волосы, широко раскрытые глаза.

Сначала меня накрыло облегчение, но его мгновенно сменила волна желания — и тут же я задавила её настороженностью. Настороженность была безопаснее. Настороженность — разумнее.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет.

Он замялся у двери. — Можно войти?

Я пожала плечами. — Это твой дом.

Кайл тяжело выдохнул, покачал головой и подошёл, садясь на край кровати. — Мы можем поговорить?

Я поднялась, села напротив него, скрестив ноги. — Наверное, да.

Кайл наклонился вперёд, уперевшись локтями в колени. Я ждала, пока он заговорит. Наконец он сказал:

— Я не идеален, Ли, — тихо произнёс он, глядя в пол. — Никогда и не утверждал, что идеален. Я всё время всё порчу. Говорю не то, делаю не то. У меня никогда не получается правильно с тобой.

Он повернулся ко мне, и я ахнула, увидев, сколько эмоций металось в его глазах.

— Но видеть, как тебе больно, — прохрипел он. — Знать, что это из-за меня… это убивает меня. Убивает, Ли, а сердце всё равно продолжает биться.

— Я не хочу причинять тебе боль, — прошептала я, сжав руки на коленях, чтобы не броситься к нему. — Прости.

Кайл резко поднял взгляд.

— Никогда больше не извиняйся передо мной, поняла? — он тяжело вздохнул. — Я поговорил с Дереком сегодня. Он дал мне совет.

Он встал и направился к двери.

— Я не буду давить на тебя, Ли. Отступлю. У тебя будет пространство.

Кайл прикрыл за собой дверь, а я рухнула на спину, пока его слова кружились в моей голове и резали сердце на части.

КАЙЛ

Сказать ей это было словно проглотить ком в горле, но Дерек был прав.

Мне нужно было дать Ли время. Если бы я продолжал давить на неё, она бы сломалась — и, скорее всего, убежала.

У меня просто не было другого выбора.

Либо отстраниться и наблюдать за ней издалека, либо потерять её навсегда. Один вариант убил бы меня сразу, другой — растянул бы мучения.

Я выбрал мучения.