class="p1">Джек Фуллертон IV занимал пост главного исполнительного директора СААБР последние семь дет, унаследовав этот титул после смерти своего дяди, Джима Фуллертона III, от сердечного приступа. Тот в свою очередь встал у руля девятнадцать лет назад, после того, как от рака лёгких скончался его двоюродный брат Том Фуллертон-младший. В целом семья Фуллертонов практически весь двадцатый век контролировала организацию, которая изначально была названа «Международная табачная компания», затем, после слияния с «Америкэн лиф», стала называться «M & A Табак», потом, после поглощения канадской фирмы «Объединённое бумажное производство», название сменилось на «САА корпорэйшн», а после горизонтального расширения в 50-х годах – на «САА брендов Рэйли», и наконец после подтяжки лица на Мэдисон-авеню[17] – СААБР.

В последние годы Джека IV повсюду сопровождали двое «ассистентов». Эти ассистенты ничего не соображали в корпоративной работе, но имели отличную подготовку как медперсонал и телохранители. Тёмные костюмы и старомодные галстуки не скрывали их истинного призвания, но хотя бы сглаживали профессиональную молчаливость и настороженность, и отвлекали внимание от выпирающих мышц и оттопыренных карманов.

Теперь это трио натужно двигалось по пышному голубому ковру, оттенком напоминающим одеяния Девы Марии, к обширному пустому столу в дальнем конце кабинета. Джек IV пока не пытался говорить, ограничившись кивком и коротким салютом двумя пальцами, на что Мордон ответил склонением головы, улыбкой на лице и вилянием хвостом, если бы его имел.

Усевшись наконец за стол – с сумкой рядом на полу и ассистентами в креслах позади – Джек IV несколько раз хрипло вздохнул, ещё раз кивнул Мордону и жестом указал ему на удобное кресло напротив стола.

– Благодарю вас, Джек, – сказал Мордон, подойдя и устроившись в кресле (Джеку нравилась видимость неформальности). – Вы отлично выглядите, – солгал он.

– Довольно неплохо выспался, – прохрипел Джек IV. – А утром навалил довольно неплохую кучу.

Его голос напоминал шорох ветра под сводами осквернённого монастыря – возможно, такого, где всех монахинь изнасиловали, убили, а потом ещё раз изнасиловали.

– Хорошо, – сказал Мордон, стараясь казаться заинтересованным.

Джек IV задумчиво посмотрел на Мордона.

– Не видел тебя с вечеринки по случаю победы над вдовами и сиротами, – прохрипел он.

– То был великий день, – согласился Мордон.

Но Джек IV никогда не проявлял особого интереса к светской беседе.

– Картрайт сказал, – захрипел он, – ты хочешь со мной что-то обсудить, но его в детали не посвятил.

– Джек, – сказал Мордон, бросив многозначительный взгляд на ассистентов, – я предпочёл бы рассказать об этом только вам.

Джек IV уставился на Мордона водянистым холодным взглядом.

– Уж не хочешь ли ты предложить, – хрипло сказал он, – чтобы мои ассистенты оставили нас наедине?

Мордон тут же пошёл на попятную.

– Вовсе нет, Джек, – сказал он, не будучи уверенным: рассматривает ли Джек IV своих ассистентов как защиту от возможного покушения со стороны Мордона Лита, или больше рассчитывает на их медицинские навыки – СЛР[18] и всё такое. В любом случае, Мордон тактично уточнил: – Я просто хотел, чтобы вы услышали первым. После этого я, разумеется, буду руководствоваться вашим решением.

– Выкладывай, – хрипнул Джек IV, доставая из ящика стола свежую пачку сигарет.

Пока дрожащие пальцы главного исполнительного директора возились с обёрткой, Мордон начал:

– При поддержке нашего Американского института изучения табака, мы финансируем двух вольных исследователей-медиков – Лумиса и Хэймхокера.

– Да неужели. – Ногти Джека IV скребли по пачке сигарет, пока не прорвали обёртку.

– Они занимались изучением меланомы.

Джек IV наконец вытряхнул сигарету из пачки, а слово «меланома» между тем погружалось в его мозг, ища подходящее понятие, чтобы с ним спариться. Готово; Джек IV сурово нахмурился, глядя на Мордона.

– Меланома? На кой хрен?

– Такова цель исследования.

Джек IV поднял сигарету и продемонстрировал её Мордону.

– Лучше бы сделали эти хреновины менее смертоносными, – посоветовал он. – Надо же – меланома. Да кому нахрен сдалась какая-то меланома?

– Я думаю, – осторожно произнёс Мордон, не зная точно, много ли Джек IV хочет знать о собственном бизнесе, – это скорее для прикрытия.

Джек IV обдумал услышанное, пока один из ассистентов взял у него сигарету, зажёг и вернул обратно. Затянувшись, откашлявшись, тяжело навалившись на спинку кресла и стряхнув ещё не успевший образоваться пепел в чистую пепельницу, размером с колпак автомобильного колеса, Джек IV наконец с крайним отвращением прохрипел:

– Сказки для публики. – Как кто-то другой произнёс бы: «Тут на кресле наблёвано».

– Да, Джек, – кивнул Мордон. – Дымовая завеса, я бы сказал.

– Неплохо. – Джек хрипло усмехнулся.

– Но дело в том, что они разработали две формулы, снижающие пигментацию кожи – неважно зачем; что-то связанное с их исследованиями – и эти формулы действуют, делая объекты полупрозрачными.

– Полу… кхе-кхе-кхе… хррр… кхе-кхе-кхе… прозрачными? Что ты имеешь в виду?

– Эти исследователи ввели препараты своим кошкам – каждой по одной формуле – и теперь сквозь кошек можно видеть.

Джек IV свободной рукой отогнал сигаретный дым от лица.

– То есть они невидимы?

– Нет, заметны их очертания, сероватые такие, но сквозь них всё видно. Они вроде… – Мордон провёл ладонью по воздуху между собой и своим боссом, – вроде дымка.

Джек IV покачал крупной головой.

– Я пока не понимаю. Они что, хотят делать сигареты из кошек?

– Нет-нет, я…

– Я-то не против, – прохрипел Джек IV. – Особенно если в них будет поменьше смол и никотина. Но надо учитывать этих проклятых защитников прав животных. Знаешь, они куда настырней защитников прав человека, люди для них ничего не значат.

– Кошки, – твёрдо сказал Мордон, – были просто подопытными на ранней стадии эксперимента.

Джек IV задумался.

– Разве кошки болеют раком кожи?

– Насколько я знаю – нет. Джек, позвольте мне рассказать вам всё по порядку?

– Полагаю, лучше именно так и поступить.

– Исследователи создали две формулы, – сказал Мордон и поднял руки, словно держа в них невидимые пробирки. – Им нужно было их испытать. – Мордон сделал жест, как бы выливая содержимое пробирок на ковер. – Они провели испытание на кошках. – Он развёл руки в стороны ладонями вверх, будто прощая учёных от лица всех борцов за права животных. – Но затем, – он сомкнул ладони, точно прятал в них бейсбольный мяч, скользкий от запрещённой